Альфа и бэта

Что и говорить! Отсутствие Арджампера — пусть и небольшое — вызвало переполох. И сейчас провинившийся бот стоял перед строгими очами Рэтчета, с замиранием Искры ожидая, когда же начнётся перечисление его заслуг. Прошла пара минут, а медик всё молчал. Арджи думал, что его Искра вспыхнет мощным разрядом и погаснет в тот же миг, — так сильно он боялся. — Эх-х-х-х… — с нескрываемой усталостью протянул врач, опустив голову, и отчётливо топнул стальной подошвой по плиткам пола, вызывая у молодого бота пробирающую до нутра дрожь. — Ну что с тобой поделаешь… Ошибся — исправился. Хвала Праймусу, всё закончилось благополучно. Ладно. День был тяжёлый. Все жутко устали. Давайте расходиться. Завтра договорим. — Медбот вяло махнул рукой на всех. — Мне влетит от Оптимуса, да? — обеспокоенно проговорил Арджи, когда они вместе с Балкхэдом и Бамблби шагали по коридору к отсекам. Разведчик, казалось, по-своему подтвердил это: он ткнул пальцем, указывая на мехлинга. — Да, — басисто подтвердил рекер слова друга. — Ты заставил нас поволноваться. — Значит, точно и неизбежно, — обречённо произнёс юный бот, сделав понурый фейсплейт. Бамблби приободряюще бикнул. — Да что там. Я дурак, — угнетённо пробормотал сиреневый бот. — Какой же я дурак! — Зато теперь у тебя есть опыт, — дружески отозвался Балкхэд, хлопая мехлинга по плечу. — Как говорят: «Каждый хочет сам наступить на свои грабли». — Разве так говорят? — недоумённо произнёс Арджи, обратив взор на здоровяка. — Ну-у-у… — с сомнением протянул тот, пригасив оптику. — В любом случае сделанного не воротишь. — Да… Это уж точно, — сбивчиво пробормотал молодой боец. — Эх! Если бы я мог, пожелал бы активироваться заново. — Да брось, — возмущённо произнёс разрушитель. — Ну подумаешь, ошибся. С кем не бывает? — А ты когда-нибудь обижал своих альф? — настойчиво переспросил Арджи. — Альф… — тихо прошептал объёмистый мех, опустив лицевую пластину. — Если честно… я уже их не помню. — Они… сказали тебе то же самое, что и мне? — с едва уловимым сожалением вымолвил молодой бот, состроив скорбный фейсплейт. — Не-ет, — вновь обретя прежнюю силу в голосе, выпалил Балкхэд. — Просто… это было так давно, что я уже ничего не могу вспомнить. Хех! Да и память у меня дырявая, — прогудел рекер, подшучивая. — Вот Би своих помнит. Помнишь ведь? — здоровяк с весёлым возгласом обратился к жёлто-чёрному боту. Разведчик бодро и утвердительно кивнул. — Ну да. Он ведь второй с конца, — проговорил сиреневый бот. — Не переживай. Догонишь, — ободряюще пробасил здоровяк и довольно сильно хлопнул Арджи по спине. — А кто старше — Рэтчет или Оптимус? — заинтересованно спросил мехлинг, потирая ушибленное плечо. — Ну-у-у… — задумчиво протянул разрушитель. — Как бы-ы… — Может, хватит уже болтать? — окликнул компанию строгий голос, в котором чувствовалась усталость. — Неужели не понятно, что Рэтчет старше? — Арси монотонно цокала стальными подошвами, догоняя остановившихся мехов. — Арси, ты не в настроении? Что-то случилось? — обеспокоенно проговорил Балкхэд, вглядываясь в напряжённые черты фем. — Да откуда же ему взяться? — с трудом произнесла Арси, хватаясь за висок ладонью. — Сейчас разговаривала с Рэтчетом… — И? — с волнением в голосе перебил её Арджи. — И! — хоть она и не хотела, но усталость взяла своё, и фемка раздражённо перебила бэту. — Недоволен он… Эх! Минут десять впаривал мне что-то про скрытность и незыблемость правил. Ох! — с трудом произнесла Арси. — Почему он говорил это тебе? — с непониманием спросил мехлинг, которого раздосадовало упавшее настроение любимой альфы. — Кто знает, — отозвалась фем. — Я твоя альфа. А ты провинился. Видимо, он надеялся, что мне придётся довести тебя до ума. Эх… Да ладно, — понуро пробубнила Арси, проходя мимо расступившихся ботов. — Устала я. — Эх-х-х… Сколько же со мной проблем, — с обращённым к себе самому укором пробормотал светлый мех, когда неспешно бредущая к отсекам фемка скрылась за поворотом. — Я знал, что Рэтчет будет прочищать мне процессор. Но не думал, что он заденет Арси. Бамблби немного возмущённо бикнул что-то, разводя манипуляторами. — Вот именно, — подтвердил рекер. — Как будто ты не знаешь Рэтчета. «Всё должно быть так — и никак иначе». Это его принцип! — М-да, — буркнул Арджи, отводя взгляд в сторону. — Да не переживай ты, — с поддержкой пробасил Балкхэд, дружески толкнув меха в бок. — Всё наладится. И завтра всё уже будет как всегда. — Как всегда? Ты уверен? — не веря, проговорил светлый бот, выгнув надлинзовые щитки. — По-моему, как всегда уже никогда не будет. — Эй, ты просто себя коришь, — объяснил Балкхэд. — Прости себя, и всё станет на свои места. Хе-хе. — Значит, простить… — тихо повторил бот. — Хм… — Конечно. Подумай над этим, — в заключение выдал Балкхэд, замечая, что они подходят к месту назначения. — Хм… Хорошо. Я подумаю, — произнёс сиреневый мех, прощально махнув ботам рукой и заходя в темноту своего отсека.

***

«И правда, чего я парюсь? — непонимающе спросил сам себя Арджампер, развалившись поудобнее на платформе в потёмках отсека. — Эх… А ржавчина на Искре всё же щемит…» — Не спится? — мужественный и добрый голос окликнул меха, заставляя его мгновенно вскочить c платформы, едва он увидел обладателя этого голоса. — СЭР! — бот чуть не упал: в дверях стоял Оптимус. — Не стоит так формально, — спокойно проговорил тот, входя в помещение. — Я ничем не отличаюсь от вас и никогда не считал себя вышестоящим. Мегатрон когда-то говорил, что выступает за равенство, а сам возвеличил себя до небес. — Оптимус… — пробормотал Арджи с неудобством и сконфуженностью, стараясь держаться достойно. — Сэр… я совершил ужасную глупость… Мне жаль, что я вёл себя так по-детски. И я готов принять любое наказание, которое вы посчитаете необходимым… — как можно увереннее проговорил бот, покорно склонив голову перед лидером. — Мудрость не появляется просто так, — слегка вздёрнув уголки губ, с добротой и открытостью в голосе, без малейшего упрёка проговорил Прайм. — Она даётся большим трудом. Ошибка — неотъемлемая часть нашей жизни. Она — наш самый строгий учитель. Ты ещё молод и неопытен. Так что я рад, что ты всё понял, и не считаю нужным тебя наказывать. Тем более что самые страшные истязания нам дают наши же внутренние противоречия. Голос совести — самый громкий из всех, и его не заглушить просто так. А ты даёшь мне надежду не сомневаться в чистоте и правдивости твоей Искры. — Так, значит… — неуверенно проговорил Арджампер. — Перестань себя терзать, — произнёс напоследок Оптимус, направляясь к выходу. — Просто не забывай уроков прошлого и не повторяй ошибок снова. — Не повторять… ошибок, — прерывисто пролепетал тихим голоском Ардж, оставшись в отсеке один на один с собой.