Любовь Тодороки

— Какой прекрасный день гонок. Меня зовут Даррел Картрип, а это Боб Катласс и Бренд Мустангбургер. Вот, кстати, результаты прошлой гонки: Тодороки Сю занял первое место, Газли Найджел — второе место, новенькая Гоньяло Карла — третье место. Последнее место занял Бернулли Франческо (вот неудачник). Сегодняшняя гонка проходит на одном из французских треков, который ЗаРуль Рауль знает как свои пять поршней. — сказал Даррел.       «Сегодняшний день обещает быть особенным. Надеюсь, я снова займу первое место, погода будет хорошей, и мы покажем всему миру, на что способны», — подумал Тодороки. Он не отводил глаз от гоночного светофора, с напряжением ожидая зелёного цвета, словно от этого зависела вся его жизнь. Но вот светофор погас. Он сообщил своей команде, а те передали информацию в организацию ГРАН-ПРИ. Оказалось, что светофор пришёл в негодность.       Пока заменяли светофор на более новую версию, гонщиков отправили в отель. Это был величественный дворец с видом на море, утопающий в зелени садов.       — Тодо? — услышал он шёпот Газли. — Может, ты Карле признаешься в любви, видно по тебе, как ты её любишь.       Тодороки посмотрел на Газли и, улыбнувшись, кивнул.       «Да, сегодня я ей всё скажу», — подумал он, направляясь в свой номер.       Вечер был тихим и тёплым. Тодороки выехал на балкон своего номера, любуясь закатом. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в огненно-красные и золотые оттенки.       «Этот вечер будет особенным», — прошептал он, глядя на море, которое казалось бесконечным.       Тодороки спустился вниз, направляясь к беседке около ресторана, где его ждала Карла. В воздухе витал аромат роз и жасмина. Он подошёл к беседке и, набравшись смелости, сказал:       — Карла, я хочу сказать тебе…       Он замолчал на мгновение, подбирая слова, и посмотрел ей в глаза. Карла, улыбаясь, ждала продолжения.       — Гоньяло, ты — самая удивительная машина, которую я когда-либо встречал. Я люблю тебя, и я надеюсь, что ты тоже… — голос его дрогнул, но он продолжал, — …Чувствуешь ко мне то же самое.       Карла, слегка смутившись, опустила глаза, но потом подняла их и посмотрела на Тодороки. В её глазах блестели слёзы счастья.       — Тодороки, я тоже люблю тебя, — прошептала она.       Они стояли и смотрели на закат.