Дом на втором этаже

Юля вперилась в его пиджак с воротником. Хозяин стоял во весь рост перед машиной и был слишком высоким, чтобы разглядеть и его лицо. Он услышал ее, потому что дверь застыла на середине, так и не закрывшись. Влажные пятна быстро расползались по его официальному костюму, но мужчина оставался неподвижным и недосягаемым. — В какой именно дом? — выдохнула Юля, гипнотизируя взглядом его черный галстук. — Старый или где… где девочки? Пальцы Хозяина, придерживающие дверь, мягко соскользнули вниз, а затем вернулись на прежнее место. Этот жест походил на поглаживание. — Старый. Значит, он не хотел, чтобы кто-то из девочек увидел ее. Или увидеть было некому. Может, девочки уже были мертвы, и что-то из оставшихся улик могло шокировать Юлю. Она долго молчала, испытывая противоречивые эмоции. Ей было совестно, что Хозяин все ждал ее и мокнул под дождем. Она также досадовала на себя, за свой внезапный порыв. Ради чего надо было спрашивать, в какой из домов он планировал ее везти, если все уже решено? А потом появилась злость со смущением, когда Юля рефлекторно стерла капли дождя с чуть выпуклой груди и с удивлением обнаружила голую кожу, а не ткань. Как она могла забыть? Моментально весь разговор, любая невинная фраза очернялись развратом и грязью. Юля испуганно обернулась по сторонам. Улица неизменно пустынна, но если какой-то прохожий неожиданно пройдет мимо и увидит… Он подумает так же о мерзости. Юля дернулась было к мокрому свитеру на полу, но резко выпрямилась. С ней заговорил Хозяин: — Я могу идти? Он снова давал ей возможность выбора. Ждал, что она передумает и сама попросит его отвезти в дом на втором этаже. Юля уже не понимала, какие части их диалога были подстроены им же. — Да, — нервно кивнула она. И зачем-то повторила, боясь, что ее согласие воспримется иначе: — Да, ты можешь идти. Лицо его так и не показалось. Юля могла лишь гадать о реакции Хозяина по дернувшемуся кадыку на его шее. Разочарован? Рассержен? А может, он и это предвидел, и план шел своим чередом? Безмолвно закрыв машину на ключ, Хозяин уверенно зашагал по тротуару вперед, игнорируя ливень. Она смотрела вслед на его идеально прямую спину и на местами промокший костюм. Он не выглядел замерзшим или жалким, как Юля, когда она стояла под дождем. Его зловещая аура власти, контроля и отравы неизменно следовала за ним по пятам. Хозяин быстро завернул в какое-то незнакомое ей здание. Название вывески отсюда нельзя было разглядеть. Вероятно, дорогой бутик. Лобовое стекло превратилось в размытое пятно. Дворники перестали работать, как только Хозяин вытащил ключ из машины. Оно и к лучшему. Юля не особо доверяла затемненным окнам, но сейчас тем более никто не смог бы разглядеть, кто сидел внутри без одежды. Однако Юля продолжала нервно поглядывать сквозь миллион капель дождя и выискивать знакомый силуэт. Секунды будто застывали в воздухе, не желая ускоряться. Часто резкий свет фар слепил ее, и Юля машинально сползала с кресла все ниже и ниже, боясь быть замеченной. Одна машина вдруг посигналила ей, но не остановилась. Ее увидели?.. Юля не выдержала и натянула на себя неприятно мокрый свитер и только тогда выдохнула, успокоившись. Нет. Пусть Юля и параноик, но она прекрасно помнила, как всегда не могла рассмотреть ничего внутри салона авто, пока Хозяин не опускал одно из окон. Должно быть, кто-то из его знакомых узнал машину и так поприветствовал… Или выразил свое недовольство. Юля понятия не имела, можно ли здесь парковаться. Она представила, как эвакуатор заберет машину вместе с ней… Судорожно дернув за ручку двери, Юля тяжело выдохнула. Хозяин надежно запер ее. Что ж, если она не наделает шума, никто не станет вскрывать машину. Щелк! Слева раздался звук, который вмиг вернул все ее страхи. Кто-то все-таки пытался открыть дверь! Она полулежала на кресле, но с ужасом подпрыгнула, тут же сев по-нормальному. Думая и про эвакуатор, и про полицию, и даже про своих родителей, Юля разобрала за окном темное пятно. Костюм… Хозяин. Как же она была рада ему! Он жутко напугал ее. Ключ повернулся в замке, дверь раскрылась, и холодный воздух вместе с Хозяином переместились в машину. Юля прикрыла глаза, наслаждаясь свежестью. Она услышала шуршание пакета, мягкий рев двигателя и бархатный голос Хозяина: — Прости. Забыл про ключ. Вернувшись в реальность, Юля посмотрела на мужчину. Гель смылся с его когда-то идеально зачесанных волос. Слишком длинная челка доходила ему до носа. Небрежным движением он откинул пряди назад, возвращая подобие его привычной прически. Седина будто волшебные нити поблескивала среди его светлых волос. Одежда пострадала меньше всего: Хозяин быстро снял только пиджак, оставшись в белой рубашке. Галстук он так же расслабил и перетянул через голову, и его волосы вновь растрепались. Он невозмутимо включил обогреватель, прибавив до максимума, только потом принялся опять поправлять волосы. Юля не сдержала улыбку: даже в такой неловкой для многих людей ситуации Хозяин не терял контроль над своими эмоциями. — Тебе сигналила какая-то машина, — невзначай упомянула она. Сейчас ей уже не было страшно, хотелось даже рассмеяться над своей трусостью. Тот не особо удивился, больше интересуясь ее свитером, который Юля надела без его ведома. — Да, здесь запрещена парковка, — раздраженно ответил Хозяин, сверкнув глазами. Он все не мог оставить в покое бедный свитер, намереваясь вот-вот высказать свое недовольство. Но Юля сменила его планы: — Что?! — возмущенно воскликнула она. — Спокойно, Айлани. Никто бы не забрал машину. Все знают, чьи это номера. Кроме сигналившего, полагаю, — он раскрыл красивый сиреневый пакет и вытащил серые джинсы. — Обычное население не так осведомлено. — Обычное? Хозяин скептически повертел в руках бирку на джинсах. Юля успела разглядеть ценник с пятизначным числом. Открыв бардачок, мужчина нашел зажигалку и ловко срезал пламенем связывающую нить. — Да, — спокойно отозвался Хозяин. — Без больших денег, связей и значимой должности. Он, конечно, может позвонить и донести на меня, но его же после и оштрафуют за любой повод. Или её… — А себя ты считаешь выше «обычных»? — Юля нахмурилась, но без осуждения. Скорее, ее расстроили слова Хозяина, любившего при каждом поводе напоминать о своем статусе. — Это факты, а не мое субъективное мнение. Запах горелой нитки не выветривался, только обострился с обогревателем. Мокрый свитер создавал вокруг нее влажность, как в джунглях. Ощутив прилив дурноты, она поняла, что хочет поскорее его снять. Хотя Хозяин молча выдал ей только джинсы. Остальное еще лежало в пакете, и он не спешил вытаскивать сразу всю одежду. — Но и я обычная, — уши закладывало, и собственный голос прозвучал словно у нее в голове. Юля не была уверена, что вообще сказала это. Мужчина долго не отвечал. Как же душно и плохо… Уже не думая о стеснении, девочка трясущимися руками избавилась от свитера, даря Хозяину повторно лицезреть ее обнаженное худощавое тело. Наконец, он тихо произнес: — Нет. Ты знаешь меня, и этого достаточно. Его рука потянулась было к ребрам Юли, но так же молниеносно сменила маршрут к кнопке выключателя обогревателя. Она не успела толком понять, что только что произошло. Запах горелого все еще назойливо витал в воздухе. Как в полусне, Юля приподняла ноги и стала натягивать на себя новые джинсы. Хозяин же продолжил с затаенным удовольствием поджигать бирки с изумрудной плотной кофты, кроссовок и длинной черной ветровки. Глаза его жадно задерживались на пламени, пробуждая неясный голод. Он благосклонно передал ее новые вещи и вернулся к бардачку, но зажигалку не положил на место — вместо этого вытащил еще и пачку сигарет. Коротко глянув на спешно одевавшуюся Юлю, мужчина дождался, когда ее грудь скроется за кофтой, слегка ухмыльнулся и опустил боковое стекло до упора. Запах горелых ниток медленно развеивался. — Можешь тоже открыть окно, если хочешь, — мимолетно бросил Хозяин, распахивая пачку с коричневыми сигаретами. Юля предпочла просто сидеть и застегивать до горла ветровку, ожидая непонятно чего. Но Хозяин потерял к ней интерес, сосредоточенно поднося в рот сигарету и поджигая ее. Он не обратил внимание на ее укоризненный взгляд и не потрудился спросить, не против ли она: ненасытно затянулся и выдохнул первые пары дыма в сторону открытого окна. Не готовая к новым резким запахам, Юля сдвинулась от Хозяина на край сиденья, но ветер на улице дул порывами в случайных направлениях, поэтому часть сигаретного дыма успела дойти и до нее. И вместо отвращения она с приятным удивлением вдохнула глубже. Это был не зловонный запах, а деликатный, древесно-кофейный аромат. Сам табак тоже чувствовался, но без едкости. — Нравится? — прозвучал умиротворенный голос Хозяина. Обернувшись к ней, он сделал вторую затяжку, на этот раз смакуя, без спешки. Юля уже собиралась кивнуть, но вид сигареты и Хозяина вместе вызвал в ней странные эмоции. — Как давно ты куришь? — вместо ответа спросила она. Из памяти не ушло, как и раньше после ее побега раз или два от него исходил запах табака. Он склонился к окну, расслабленно выдохнул дым. После чего лениво сказал, глядя на улицу: — Периодами. — Но… ты всегда говорил нам про здоровый образ жизни, про правильную еду, ограничивая нас даже в… — Юля поперхнулась, понимая, как смешно это прозвучит: — …в конфете. Хозяин изогнул одну бровь: — Ты хочешь конфету, Айлани? — с забавой переспросил мужчина. — Хорошо, я куплю тебе целую упаковку. Только закончу сигарету. — Я не про это! — она покраснела. — Ты… Ты же жульничал. Мне и девочкам ты говорил, что тоже против всего вредного, а сам… — Да. На это наглое «да» у Юли не нашлось слов. С обидой насупившись, она молча уставилась в окно перед собой, демонстративно не смотря на его неторопливое курение. К сожалению, дым так и щекотал ее ноздри, маня принюхаться. Юля знала, что как бы ни был соблазнителен запах, он был все так же ядом. Как и Хозяин. Зря она упомянула в разговоре девочек… Это напомнило ей о том, чего она упорно избегала. Быстро и коротко Юля поворачивала голову к Хозяину — так, чтобы он не успел поймать ее взгляд. Она будто надеялась найти в нем намеки на свои незаданные вопросы. Но по его расстегнутой у горла идеально белой рубашке или размеренному курению невозможно было понять, сидел ли перед ней человек, убивший восемь невинных девочек. Хотя он и без этого был убийцей… Его губы раскрылись, лениво произнося слова и одновременно выдыхая дым прямо в ее лицо. — Что?.. — Юля правда не слышала, что он сказал. Она не возмутилась и смогу, от которого у нее заслезились глаза. Хозяин задумчиво помолчал, вероятно, заметив ее тайные созерцания. Не закончив сигарету полностью, он без сожалений выбросил окурок в окно. Тот вместе с ветром взлетел и пропал под гущей дождя. — Не против проехаться по окрестностям? — степенно повторил мужчина. — Каким именно? — Любым. Тяжелый звук возник далеко в небе, усиливаясь и вибрациями проникая в каждую клеточку живых существ. Юлю с Хозяином озарила вспышка, и новый грохот грома рыком пронесся по городу. После стало стихать. — Я не уверена, что это хорошая идея… — промямлила девочка, съежившись и обеспокоенно оглядываясь. Погода превратила атмосферу в абсолютное зло и безысходность. — В дом я тебя не повезу, — Хозяин нажал кнопку на двери, и окно медленно закрылось, снизив фоновой шум. — Обещаю. Что еще было делать? Стоять здесь и дальше, на виду у всех? Рано или поздно и дождь, и гроза закончатся, будет многолюднее, и машина привлечет внимание. Город на то и маленький, чтобы все про всех знали. Пусть окна и скрывали пассажиров внутри. Но очевидно дорогое авто и номера вызовут у кого-то верные догадки. — Ладно, — сдалась она, тяжело вздыхая. Хозяин с готовностью включил первую скорость и завел машину. По пути им встречались глубокие лужи, и брызги долетали порой до окон, заслоняя обзор. Игнорируя это, Хозяин стремительно разгонялся. Если волна из лужи окатывала целиком лобовое стекло — он ехал все так же уверенно, без резких торможений. При поворотах Хозяин плавно сбавлял скорость, предвидя каждую кочку и риск случайно столкнуться с машиной за углом. Юля ничего не говорила и предпочла молча дрожать от страха под отдаленные раскаты грома. Иногда казалось, что Хозяин намеренно был у опасной грани, проверяя, сколько еще она готова терпеть это и не останавливать его. Не только в случае с экстремальным вождением. Центральная улица быстро осталась позади. Дома тоже редели, зелень наоборот прибавлялась. Так они выехали на шоссе. В ту же секунду Хозяин прекратил играть со смертью, сохраняя скорость в пределах 80-ти, хотя на большой дороге можно было и больше. Юля настороженно следила за цифрами, но все оставалось спокойно. Может, и не пытался он испытывать ее, а просто… хотел поскорее покинуть город? — Все хорошо? — неловко проговорила Юля. — Прекрасно, — бесстрастно кивнул Хозяин. Если бы не его разгладившийся от морщин лоб и рассеянное постукивание пальцев по рулю, она бы восприняла его слова как угрозу. Сверкнула молния, осветив все мистическим голубоватым светом. Дождь шел непонятно: то со всех сил был по окнам, то затихал. Юля надеялась, что скоро это все закончится. Проезжая мимо густеющих деревьев, она ежилась, готовясь к яростному удару молнии прямо в них. Раньше Юле не доводилось быть вот так вплотную к природным катаклизмам. Или она не помнила. Все воспоминания до дома на втором этаже размылись. Она перевела взгляд на Хозяина. Молчание неприятно затягивалось, но их поездка продолжалась. За все это время он так и не спросил, что подвигло ее целых два раза позвонить ему и отправить смс. Впрочем, Хозяин приехал бы и безо всяких причин. В одном Юля была уверена: он догадывался о ее встрече с Кириллом. Но с чего Хозяину признаваться в этом первому? Стойко продержавшись минуты четыре, Юля выпалила на одном дыхании: — Он расскажет. Я чувствую это. — Кто, прости? — светски уточнил Хозяин. — Ты знаешь! Хватит! — Юля вспыхнула. Ее голос превратился в обиженный крик: — Не надо притворяться, будто ты не в курсе о том, что сам же и сделал… Она резко замолкла. Хозяин одарил ее таким взглядом, от которого стало не по себе — убийственный лед с угрозой. — Да, — бездушно процедил мужчина, — именно этого я и жду от него. Несколько секунд Юля сохраняла осторожное молчание, почти не смотря в его сторону. Настроение Хозяина не давало надежд на полноценный разговор. Вероятно, он был бы только рад, если бы она окончательно сдалась. — Как ты не понимаешь? — прошептала Юля, пусто смотря на мост впереди. — Ты вмешался, и полиция… Гром прогремел так близко, что она дернулась. — И полиция окажется наконец-то хоть где-то полезной, — закончил за нее Хозяин, возвращая в свой голос теплые полутона. — Не волнуйся, Айлани. Это входит в мой план. — Какой еще план? — Скоро увидишь. А пока… — губы мужчины расцвели в недоброй улыбке: — Узнаешь это место? Машина давно замедлилась, но настолько незаметно, что она осознала это, когда они уже аккуратно съехали на обочину и остановились. Хозяин поднял ручник, и мысли о Кирилле и ее вопросе без ответа стремительно забылись. В темени и с льющимся дождем Юля не сразу поняла, на что именно он указывал. Она неуверенно присмотрелась к пустынной дороге вокруг, к редким неработающим фонарям, к густой чаще леса. Что было во мраке этих деревьев? Пугающая неизвестность, как в жутких сказках… — Похоже на… — Юля запнулась, видя одобрительный кивок Хозяина. Словно учитель, он терпеливо ждал и выуживал из нее по крупице. — На тот лес… Через который я бежала. — Бежала от чего? — От тебя, — как послушная ученица мигом ответила она. И потом поняла. Подозрительно покосившись на него, Юля нахмурилась: — Зачем спрашивать очевидное? — И куда ты бежала? — Хозяин не прекращал допрос, игнорируя ее отступления. Он сидел в полуповороте к ней, облокотившись плечом о руль, с почти черными глазами — зрачки его максимально расширились, поглотив голубой оттенок. Что-то подсказывало Юле, что дело было не только в плохом освещении. — Я не думала об этом. — Те люди, что отвезли тебя в город… — с паузой, словно даря ей шанс вспомнить, Хозяин задал очередной вопрос: — Скажи, ты была рада их появлению? Она не нашла ничего лучше, как отвернуться от него к окну. Но он не останавливался, и с каждым его новым словом насмешка слышалась все отчетливее: — Что бы ты сделала, если бы не они? Стала ли бы ты бежать дальше, в надежде найти помощь? — Я не знаю! — Юля судорожно выдохнула, гипнотизируя взглядом стекавшую каплю дождя по стеклу. — Я же тебе говорила… Я не собиралась убегать… Не навсегда. Хозяин вдруг цокнул языком: — Не навсегда — слишком неопределенно, — терпение его иссякало, и в голосе проступила сталь: — Давай попробуем еще раз. Я не разозлюсь на любой твой ответ. Юля не верила ему. Он ждал чего-то конкретного от нее. Честности. И если она хоть чуть слукавит, не договорит… Страшно представить, как мог разозлиться Хозяин. — Итак, — мужчина едва заметно двинулся к ней ближе, убрав руку с руля: — Что бы ты сделала, будь ты совершенно одна на трассе, без спасателей-стариков с их машиной? — Ничего… — Ничего? — брови Хозяина приподнялись. Не от удивления, а любопытства. — Но тогда я бы нашел тебя. В ответ Юля прерывисто вдохнула, не в силах объясняться. — Зачем же убегать от меня, чтобы потом ничего не делать? Это неразумно. Прохладные длинные пальцы Хозяина провели по тыльной стороне ее руки. Юля напряглась, но не оттолкнула его. Она беспомощно наблюдала, как он деликатно накрыл ее крошечную ладонь своей, несильно сжал. Со стороны это выглядело зловеще, будто огромный зверь поглотил мелкую добычу — за его ладонью она едва ли видела свою. — Ты пожалела, что сбежала? — задал третий вопрос Хозяин и требовательнее стиснул руку Юли, выдавливая из нее ответ: — Сразу же, как вышла из леса… — прошептала она. — Почему? — Он смягчил хватку, поощрительно погладил костяшки ее пальцев. Ей было тяжело сосредоточиться. От долгого контакта с ним Юлю лихорадило. Тошнота смешалась с дрожью и странным предчувствием. Неуверенно потянув руку к себе, она еле сдержала возглас: Хозяин угрожающе сжал ладонь Юли в кулак так, что еще немного — и мог сломать. В глазах выступили слезы боли. — Я не хотела убегать… — сипло заговорила она. — Но ты сказал, что скоро отпустишь меня за мое хорошее поведение. И я… я решила… — Сделать все, чтобы я тебя не отпускал? — Какая теперь разница?.. — сморгнув остатки слез, Юля решилась посмотреть в его глаза. Зрачки Хозяина до сих пор были расширены до пугающих размеров. — И ты… ты пообещал не привозить меня в этот дом! До нее не сразу дошло, какую ерунду она сказала. — Я и не собирался. Ты даже не рядом с ним. Дом в десятках километрах отсюда со стороны другой дороги. Хозяин не высмеивал ее панический страх дома, но Юля и так себя корила. Попытка сменить тему обернулась ее продолжением. — Гм-м… Д-да, точно… — промычала девочка. Молчать казалось еще страшнее. И больнее. Юля старательно посылала Хозяину мысленную мольбу, чтобы он нашел способ помочь ей, перестал ее терзать. Как морально, так и физически. Рука его беспрестанно держала ее ладонь, стискивая и оставляя красные следы. Может, он опасается ее побега из машины? Это место и правда судьбоносное, и Хозяин бы себе не простил, упусти он ее снова из виду. — А… как ты запомнил это место? Оно же ничем не отличается от других частей трассы… — поток слов помогал, неважно, каких. Хозяин сжалился над ней, убрав ладонь так легко и беспечно, как будто это не он секундой ранее готов был переломать ей все кости. — Я много раз возвращался сюда, — он нахмурился, стряхнул незримую пыль с руля. — Если хорошо присмотреться, можно заметить примятую траву вон там. Юля проследила за его взглядом. Сильный ветер с дождем скрывал остатки следов на растительности, колыхая, будоража каждую травинку и куст. Но в моменты короткого затишья она заметила разницу в одном месте. Еще немного, и образовалась бы четкая мини-тропинка. — Ты ходил там? — глухо спросила Юля, представив, как Хозяин ежедневно бродил туда-сюда в надежде найти ее. Жутко, ненормально, одержимо… Но почему-то она не испугалась. — Не совсем, — мужчина приторно улыбнулся, догадавшись о ее мыслях. — Когда тебя нашли, полиция тщательно проверяла этот район несколько дней. Я бы не стал так очевидно топтать траву. Если ты забыла, я охотник. Легкое разочарование и смущение не дали Юле спросить больше. Она могла узнать, разговаривал ли он уже тогда с полицейскими, стоял ли рядом с ними или скрывался на безопасном расстоянии. Вероятно, никто бы не заподозрил его. В конце концов, он — уважаемый человек, брат губернатора, и тот факт, что его дом находился в полтора часа езды отсюда — ничего не значил для полиции. — Пора ехать, — напомнил о себе реальный Хозяин. — Помнится, я пообещал тебе купить конфеты. Под урчание мотора их чуть встряхнуло: колеса свернули с залитой лужами обочины на дорогу. — Не надо никаких конфет! — проЮля, краснея. — Я… не хочу. Ее протест он не воспринял всерьез, переключая скорости одну за другой. — Нет, Айлани, ты была права. Я всегда вас ограничивал. Тебе тоже следует выйти за рамки, — он хитро прищурился и повернул руль, выезжая на середину шоссе. — Так честнее. Машин поблизости пока не было, но Юля тревожно вжалась в кресло сидения. Как же ей не нравилось, когда он делал все против правил, буквально наслаждался своей безнаказанностью. На миг она даже захотела, чтобы в их черный внедорожник врезалась какая-нибудь фура, стирая самодовольство с его лица. Мчась как ненормальные за чертовыми конфетами, Юля не могла остановиться думать над его словами. Адреналин, злость и страх вынудили ее громко сказать: — Разве честнее — дать только мне поблажку? Девочки уже не в счет? Слова угрожающе повисли в воздухе. Она понадеялась было, что он и не услышал их за всплесками луж и ударами дождя по машине. Но вот улыбка Хозяина исчезла, став каменной маской. Правда, других признаков опасности Юля не разглядела в его лице или движениях. Они ехали все так же быстро, не меняя маршрут. Кажется, обошлось… — Хочешь поговорить о них? — Хозяин осклабился и с вычурным снисхождением добавил: — Хорошо. Юля затаила дыхание. Неужели все так просто? И он не сердится? Сейчас Юля готова была стерпеть и эту опасную езду, и все на свете, лишь бы узнать, живы ли девочки, а может, уговорить его оставить их в покое. — Но, прежде… Надежда покрылась глубокими трещинами под гнетом его голоса: — У меня тоже имеется важный вопрос. Конечно, ты не обязана давать согласие прямо сейчас. Подумай до выходных. И… — он был похож на психопата со своей широкой улыбкой и мучительными паузами: — Обсуди все с родителями… Они будут счастливы за тебя. Юля опасалась, что Хозяин не разозлился на ее дерзкие слова вовсе не из доброты. Он планировал получить что-то взамен. — О чем ты?.. — слабо вопросила девочка. В горле у нее пересохло. — О моем приглашение тебя в Москву.