Дом на втором этаже

Знакомый длинный коридор встретил их тишиной. Но Андрей не смутился и решительно направился вперед, мимо множества дверей, ведущих в ванную, гостиную, столовую, кухню, библиотеку, спальню… Комната за комнатой, и все плотно заперты. Когда они достигли белой двери с черной ручкой, той самой, что напугала ее в прошлый визит сюда, Андрей опять уверенно прошел мимо, даже не обратив внимание на отставшую Юлю. У него было другая цель. И постепенно Юля понимала, какая — впереди ожидало не так много комнат, чтобы гадать. Неосознанно она вглядывалась в редкие картины, которые Хозяин не успел перевезти в другой дом. Мазня с мрачным адом или обнаженными девочками-ангелами не утешала, а подчеркивала сущность живущих здесь… Живущего. Андрей никогда не являлся для Юли частью этого дома. — Я бы хотела вернуться… — тихо сказала она, заметив впереди последнюю дверь в усилившемся сумраке. Окна давно перестали им попадаться. Хозяин специально спроектировал все так, чтобы самостоятельно девочки не успевали или ленились доходить досюда. Да и зачем? В других частях коридора — более светлых и менее жутких — было полно места для игр. — Мы почти пришли. — Но это… Андрей уже не слушал ее, распахивая дверь. Да так быстро и резко, словно желал застать Хозяина в неудобный момент. — Так и думал, что найду тебя здесь, — громко провозгласил он и шагнул вглубь. Юля не заходила. Щурясь от яркого иллюзорного света зеркал, она невольно отступила назад, в удивительно уютный мрак, безопасный и невинный на фоне блеска и отражений. Сам факт проникновения в зеркальную комнату ужасал ее. Воспоминания нахлынули похлеще, чем на сеансе с психиатром. На секунду она вдруг вообразила, что сейчас снова настанет спектакль, только зрителями уже будут целых два брата Подлесных. — Зачем ты пришел? Я же сказал не мешать мне без дела, — холодное эхо вылилось в коридор, и Юле удалось вырваться из страшных фантазий. Не похоже, чтобы Хозяин ожидал кого-то. Андрей не солгал, сказав, что затеял это все сам. Но что-то было не то… Юля слышала, как Хозяин подступил к Андрею, и оба застыли в напряжении. Решившись, она вернулась на яркий свет, к проходу, и успела различить только чью-то спину. — Очень жаль, — проговорил Андрей небрежно и недолго помолчал, чего-то дожидаясь. — А я думал, ты будешь рад Юле. Одним движением он отступил. Нет, не заходи. Беги!.. Но поздно. Она стояла у порога и не успела поймать момент и скрыться в темноте коридора. Смысла прятаться не было. Юля обреченно сделала шаг в зеркальную комнату, казавшуюся бесконечной от их отражений в каждой стороне. Хозяин тут же впился в нее глазами — не удивленно, а даже как-то раздраженно, так, что Юля впервые почувствовала себя лишней. Но вот зазвучал его голос, обращенный к Андрею: — Ты можешь идти, — он по-прежнему не сводил с нее сурового взгляда. Чем она провинилась?.. Андрей вдруг вернулся на прежнюю позицию, перекрывая Хозяину обзор на такую далекую сейчас фигурку Юли. Поначалу не происходило ничего, мужчины замерли и молча посылали друг другу явно не лучшие пожелание. — Я предпочту остаться и посмотреть на то, что произойдет дальше, — разрушил тишину Андрей. — Здесь не на что смотреть. Братья находились в центре комнаты, и когда один невозмутимо двинулся влево, желая обойти и вновь получить зрительный контакт с Юлей — другой намеренно следовал за ним. Точно детская игра, издевательская и глупая. — Не на что? — хмыкнул Андрей. — Если бы я был слепым — пожалуй. — Хорошая идея, — бесстрастно повторил Хозяин и направился было прямиком к брату, намереваясь то ли оттолкнуть его, то ли выдавить глаза. Но сделать он это не успел, Юля испуганно воскликнула: — О чем вы оба говорите? Андрей обернулся к ней и застыл, будто давно позабыл, что все это время он упрямо перекрывал путь Хозяину из-за нее, а не своих личных обид. — Пусть лучше он тебе ответит, — быстро опомнившись, губернатор похабно улыбнулся. Воспользовавшись его неподвижностью, сам Хозяин вышел из-за его спины, хмурый и, очевидно, прекрасно знавший, почему у Андрея возникло столь низменное настроение. Их отражения преследовали тут и там, мешая сосредоточиться. Юля взволнованно смотрела то на зеркала, то на живых братьев и не понимала, что страшнее — холод Хозяина или развязность Андрея. Наконец, стойкое молчание разбилось об жесткий голос: — Она не в этой комнате, — отчеканил Хозяин. Андрей презренно фыркнул: — Я видел, как она была с тобой полчаса назад! Если она не этой, так в другой комнате… — он спешно осмотрелся и ткнул пальцем в дверь за спиной Хозяина. — Она точно там! Каждый из них знал, что Андрей указывал на дверь за одним из зеркал, где раньше проходили заключительные части спектаклей для Хозяина. Она. Юля совсем перестала понимать происходящее. Фантазия не подсказывала ничего толкового, кроме безумных вариантов: внезапно ожившая жена Хозяина или, быть может, новая девочка? Что если у него появился кто-то другой, заменивший Юлю?.. Не потому ли Хозяин не давал о себе вестей больше недели? Нет, ведь он пропадал и раньше, и всегда на то была причина. Но эти предупреждения Андрея о ненадежности ее отношений с Хозяином… — Кто — она? — нетвердым голосом спросила Юля. — Не сейчас, — резко бросил Хозяин и, подумав, кивнул ей, подзывая ее к себе. — Ты можешь остаться. А ты — иди и дай первое интервью прессе, пока они там не померли от ожидания. Несмотря на мелькнувшее на лице Андрея сомнение, приказ не сработал. — Нет, я подожду, — решительно сказал он. — Чего? — вместо Хозяина встряла Юля. Андрей долго молчал, будто давая шанс другим на последние слова. Но Хозяин был как нечитаемая статуя, не желавшая оживать и участвовать в этом. И тогда Юля осознала, что ответ ей уже давно был дан. Ее реакция. — Сейчас мы всё и увидим, — тихо промолвил Андрей, прежде чем ринулся к потайной двери среди зеркал. Он был стремителен и шустр, но Хозяин мог в любом момент остановить его. Однако не стал, безучастно наблюдая за довольным младшим братом, торжественно распахнувшим дверь. Возможно, Хозяин давно смирился с неизбежным, тем, что Юля увидела бы рано или поздно. И если Андрей хотел лично присутствовать и мнить себя контролирующим ситуацию — пусть так. Юля проследила за своим отражением, исчезнувшим после раскрытия двери. Перед ней появилось темное пятно, непривычное после света зеркал. Вероятно, Хозяин закрыл там ставни, имевшиеся по всему дому, словно в Европе. Если внутри и была она, то контрасты света успешно делали ее недосягаемой. Но вот что-то шелохнулось во тьме. Кожа. Юля различила мелькнувшую руку, небольшую и бледную. Как у неё. Затем на долгие секунды снова ничего не удавалось различить. Она не спешила выходить к ним. Боялась? Или не понимала так же, как и Юля, что происходит? — Быстрей! — гаркнул Андрей, придерживая дверь открытой. Появились очертания силуэта, вздрогнувшего и топтавшегося туда-сюда в растерянности. Юля так и не поняла, знала ли ее или нет, была ли она взрослой или просто низкого роста. Все важное было по-прежнему скрыто в темноте. Но невольно Юля поежилась. Эти крошечные детали сопоставлялись с рассказом Андрея о жене Хозяина. Неужели она не умерла?.. Маленькая, детская фигура… Почти, как Юля. Но они не в кино и не книге, где объявляются внезапно умершие важные личности. Нет, Андрей сравнил жену Хозяина с Юлей, но еще он упоминал, что та была беременна в момент падения с лестницы, и детская красота ее успела подпортиться. Это не она… наверное. — Думаю, достаточно, — Хозяин оборвал всю интригу и хмуро шагнул к незнакомке в сумраке. Он и не думал развеивать тайну и, встав напротив прохода в секретную комнату, резко дернул дверь, чтобы закрыть. Но Андрей крепко держался за ручку и лишь поначалу не смог противостоять. — Как бы не так! — рявкнул он и потянул дверь на себя. Сил у него тоже хватало. — Хоть она и тупая, но элементарные приказы должна понимать. Ну, чего стоишь? Иди сюда! СЮДА, я говорю! Хозяин ничего не предпринял: стоял и уныло наблюдал, пока брат все орал и брызгал слюной. Он не поддался его сопротивлению и не дернул дверь на себя, а легко выпустил из рук другую сторону ручки, позволив Андрею распоряжаться всем, как тот хотел. Но было ли это настоящей вседозволенностью? — Она не пойдет к тебе, — мягко произнес Хозяин, когда Андрей думал было вновь разразиться криками. И действительно, никто к ним не выходил, так и стоя в глубинах секретной комнаты. Она лишь изредка двигала руками, вздрагивала или вертела головой, показывая пряди длинных блондинистых волос. Точно цветок, качавшийся под тяжестью ветра. Живой, но бездушный. — Это почему же? — зло спросил Андрей. На что Хозяин без задержек ответил: — Она не помнит тебя. Раздался искусственный смех, скрывавший незнание, как действовать дальше. Хотя потом Андрей уже не притворялся, истерично посмеиваясь и язвительно приговаривая: — О, а тебя она будто помнит в таком-то состоянии! Ты же ее и погубил! Даже… — он выдохнул, пытаясь унять в себе странное наваждение: — …даже если она помнит, то наверняка боится тебя! — Она реагирует только на меня, — Хозяин ничуть не смутился. — Ее мозг мало функционирует, но кое-какие привычки сохранились в памяти. И эта привычка — слушаться и угождать мне. Повернувшись к проходу в тайную комнату, он сделал короткий жест рукой, и силуэт неизвестной тут же встрепенулся и издал… мычание. Именно мычание. Тихое, сдавленное, без намеков на ясную речь. И не было в этом звуке ничего радостного, пронизанного привязанностью. Только животная паника. Но да — она точно узнала Хозяина. Ее длинные белесые волосы показались сильнее, спав с плеч. Отчего-то Юля почувствовала себя нехорошо, наблюдая за этой картиной. Всем сердцем ей захотелось, чтобы кто-нибудь запер дверь, оставив тайну там, где ей место — в тайной комнате. — Раз она угождаете лишь тебе, — продолжал Андрей, совершенно не удивившись мычанию незнакомки: — прикажи ей выйти сюда, пока я не вытащил ее силком. Хозяин опустил руку и лениво взглянул на брата. По его лицу было очевидно, что делать он этого не будет. Юля тяжело дышала. Она хотела уйти сейчас же, но боялась, что любопытство не оставит ее в покое. Дождаться? Так ведь ничего и не произойдет. Хозяин уже снова тянулся к двери, и под его взглядом Андрей как-то притих и не возмущался — истощилась былая храбрость. — Это твоя жена? — хрипло вырвалось у Юли. — Что? — почему-то оба брата обернулись к ней, озадаченные и смотревшие на нее так, будто она говорила самую безумную вещь. — Я… я подумала… — Юля растерялась их реакции и окончательно замолкла. — Нет, — резко отрезал Хозяин. — Ты неверно подумала. Последовала пауза. Лишь новые шорохи слышались из тайной комнаты — она тоже занервничала и отступила глубже в тень, точно там было самое безопасное место. — Жена, значит? — Андрей что-то представил себе и ухмыльнулся. — А это было бы еще интереснее… Как жаль, что Настенька давно сгнила в могиле. — Настенька? — слабо переспросила Юля, смутившись не сколько от имени, сколько от ласкового обращения. — Имя моей жены, — раздраженно пояснил Хозяин. Моей. Юля ощутила вспышку странной злости. Почему он использовал это слово? Почему не сказал просто «имя жены»? — Но… — она запнулась, злость проявилась и в ее голосе. Уставившись на черный галстук Хозяина, Юля мысленно успокаивала себя. Моей… Он же убил жену и точно не любил ее. Так почему «моей»? А Юля? Его ли она?.. Не удавалось так быстро все забыть. Особенно, когда в темноте раздраженно шуршали и словно не понимали, что действуют этим на нервы. — Кто тогда она, если не… — Юля опять не смогла скрыть ревностную злость: — …если не твоя жена? Она почувствовала на себе взгляд Андрея. По его самодовольному лицу было очевидно, что он знал. Но предвкушение сдерживало его от ответа. — Ладно. Я покажу, — глухо проговорил Хозяин и одарил Андрея угрожающим взглядом: — Надеюсь, после ты сразу уберешься отсюда. Если ты не забыл, ты все еще губернатор, и у тебя есть обязанности. — Да-да, я помню, — скучающе отмахнулся тот. — Ты бы лучше сам поторопился. Ничего не сказав, Хозяин хмуро повернулся к безучастному силуэту в потайной комнате среди зеркал. И снова он действовал странно, точно общался не с человеком, а… с животным. Поманив рукой, мягко, снисходительно проворковал: — Не бойся, иди ко мне. Две секунды, пять… Не провал ли это? Юля смущенно смотрела в спину Хозяина — расправленные плечи, облаченные в черный пиджак, и уверенная рука, подставленная в темноту. Его пальцы были чуть поджаты в подобие кулака, кроме указательного, ласково манившего к себе. Юля успела проследить и за Андреем, лицо которого было лучше видно. Он давно не насмехался и с вожделеющим видом ожидал. И не напрасно. Знакомый звук отчаянного мычания раздался прежде, чем его обладатель наконец вышел полностью на яркий свет с радужными бликами от зеркал. Лицо бросилось в глаза в последнюю очередь: странные движения отвлекли. Незнакомка не ходила, а буквально пыталась двигаться. Ноги ее неловко шуршали, едва отрываясь от пола, словно она нечасто делала это. Или забыла, как. Все ее тонкое маленькое тело опасно покачивалось в процессе, вплоть до риска упасть. Не зная, как управляться с координацией, она распахнула рот и выдавила неприятный слуху стон. Хозяин резко ступил к ней навстречу и подхватил за руку, как больного. Теперь Юля смотрела на них обоих и не верила своим глазам. Картинка была как из ее прошлого. Хозяин и она. Она и Хозяин. Только… — Что ты с ней сделал? — прошептала Юля, не замечая восторженного вздоха Андрея. — Ничего, — спокойно ответил Хозяин, крепче держа Агату за предплечье. Тоном доктора, видавшего подобное каждый день, он объяснил: — Она умудрилась выжить в моих ловушках. Но головой ударилась так, что мозг ее уже не соображает. Так что я подумал, почему бы не использовать ее для нашего проекта по найденным детям. Юля силилась поймать хоть что-то в глазах сестры, но не видела ничего. Это было полное опустошение, тупое и не свойственное Агате. Рот ее был почти все время раскрыт, и капля слюны стекала по подбородку на новое розовое платье. — Но она же умерла… — инстинктивно проговорила Юля. — Можно сказать и так. Агата слегка вздрагивала в хватке Хозяина. Подобно питомцу, несчастная не была способна стоять спокойно и осозновать, зачем она здесь. Ее куда больше увлекли зеркальные отражения: вертя головой, она то и дело хотела пойти куда-нибудь, но Хозяин для того и удерживал ее — больших усилий не требовалось. Агата была ниже и младше Юли, но даже с изъянами в виде потери разума она была прелестна. Когда молчала… И почему-то ей эта детская болезненная худоба подходила куда больше, чем Юле. Словно так всегда было, словно это не Хозяин приучал их к особой диете… — Она все это время была с тобой… — прошептала Юля и получила в ответ утвердительное молчание. Ангельские светлые волосы Агаты отрасли ниже бедер, густые и блестящие. Стоявший слева от Хозяина с Агатой Андрей давно стал незначимым и незримым. Словно почувствовав это, он поспешил напомнить о себе, громко кашлянув и дождавшись, пока каждый посмотрит на него: — Ну, что же… А вот теперь я пойду, — важно сказал он, растягивая слова. — Самое интересное я увидел. Расскажете мне потом остаток спектакля. Самодовольно ухмыляясь, Андрей одарил Агату прощальным взглядом и неохотно направился к выходу. Хозяина не впечатлила напыщенная речь брата — он равнодушно молчал, почти не смотря ему вслед. Но Юля не смогла перенять его равнодушие. Ее насторожило, как Андрей посмотрел на Агату. Там был голод. Звериный, низменный голод по отношению к не осознающей происходящее больной девочке. Только дверь за Андреем закрылась, как Юля тревожно спросила: — Где она жила? С девочками? Хозяин не поддержал ее тревожно-быстрый темп и ответил спустя долгие секунды: — Отдельно. Догадки пугали своей убедительностью. Неужели она не ошиблась?.. Все это время… — Когда Андрей узнал о ней? — своей требовательностью Юля походила на нетерпеливого следователя, ради ответов готового забыть о том, с кем она разговаривала. — Очевидно, первее тебя. Ей не нравилась его манера общения — унизительно краткая, обрывистая, будто она не имела права на детали и была посторонним человеком, лезшим не в свои дела. Хозяин ставил барьеры в самый неожиданный момент… Казалось бы, после всех темных секретов об этом не могло идти и речи. — Андрей разозлился, когда Агата не пошла на его зов, — менее уверенно произнесла Юля. — Словно он уже не раз ее видел… Он знал с самого начала? Хозяин на секунду застыл, отвлекшись на попытку Агаты самовольно пойти в неизвестном направлении. Резко дернув девчонку к себе, точно собаку на поводке, он удостоверился, что она притихла, и только потом небрежно сказал: — Да. Он иногда помогает. Юля поймала себя на неприятной мысли. Ей очень не нравилась близость Агаты с Хозяином. То, как он ее контролировал и прижимал, пусть и для общей безопасности. И как контрастно, дико они смотрелись: если Юля рядом с Хозяином была крошечной, то Агата вообще беззащитный ребенок под его могущественным покровительством. Почему ее так задевало это? — В чем помогает? В ее изнасиловании? — презрительно выпалила она. Со стороны можно было подумать, что Юля хотела защитить Агату. Однако причина крылась не том, насиловал ли Андрей Агату. Нет, Юле было плевать. Новое чувство скапливалось в ней и ослепляло. Неопознанное, оно не проходило так просто и не рушилось при попытках его выплеснуть через агрессию. Юля почему-то вечно себя осматривала, проверяла, чтобы удостовериться в чем-то. — Я не интересовался, чем именно он занимается с ней в мое отсутствие, — ровно сказал Хозяин, и звук его голоса не успокоил и не заставил трепетать, как раньше. Мускулы на ее щеке непроизвольно вздрогнули. — Но ты догадываешься, — прошептала она, дабы хоть так сдержать желание закричать. Или расплакаться. Что конкретно — Юля не знала. — Это уже не имеет значения. Что бы он ни делал, Агата вряд ли станет возражать. Хозяин провел свободной рукой по волосам Агаты, рассеянно цепляя отдельные пряди. Вновь возникла ассоциация с питомцем, пригодным для одного только любования. Это была противоположность тем многозначительным касаниям с Юлей. На миг ей стало заметно легче. Гадкое чувство будто исчезло. — Ты отдал ее ему? — пробудившись от зависти, Юля удивленно уставилась на Хозяина. — Нет, я не отдаю свое, — невозмутимо ответил он. — Даже негодное. — Но при этом убиваешь… Или ты сейчас мне скажешь, что это неправда, и другие девочки тоже живы? — она сказала это с вызовом, насмешкой, но внутри нее сердце бешено застучало от страха услышать именно это. Почему Юля так испугалась? Неужели она не хотела увидеть никого из девочек живыми? Но ведь он бы не оставил их в ясном уме… Было бы так же, как с Агатой. Да… Это все объясняет. Лучше смерть, чем существование в виде овоща. — Не бойся, — Хозяин как назло заметил бледность лица Юли и ее распахнутые глаза. — Жива только она. — Я не боюсь! — ожесточенно воскликнула она, и зависть напомнила о себе болезненной тяжестью в груди. Агата тревожно промычала и прижалась ближе к Хозяину своей крошечной светлой головкой. Пустой и тупой… — Как скажешь. Однако легче ей не стало. Юля стыдливо подавила в себе облегчение. Что с ней происходит? Она не должна радоваться подтверждению факта смерти девочек… Но чем меньше девочек, тем надежнее ее связь с Хозяином. А Агата… она негодна, он так и сказал. — Нам пора вниз, — мягко произнес он и подтолкнул Агату вперед. — Время говорить речь. Юля испуганно отступила, боясь сближения со своей некогда сестрой. Агата смотрела прямо на нее — всего несколько секунд, прежде чем вновь промычать и заозираться по сторонам. Но в этот промежуток Юля успела разглядеть в ней остатки сознания. Возможно, Агата узнала ее… И тут же забыла. Заметив изучающий взгляд Хозяина, Юля не выдержала и решила первой покинуть зеркальную комнату. Однако за спиной послышались шаги двоих: тяжелые, уверенные первые, другие — неумелые и сильно задевавшие подошвой пол. Юля задавалась вопросом, куда Хозяин собирался спрятать Агату, если не здесь. В коридоре она ускорилась. Минуя пару дверей и картин, не сдержала любопытства и обернулась к ним. — Что… — Юля нахмурилась. Хозяин с Агатой все следовали за ней по пятам, и не думая никуда заворачивать. — Она тоже?.. — Конечно. — Постой! Ты покажешь ее всем? Ты сошел с ума? — Напротив. Ее положение очень удобно для нас. Сама увидишь. Хозяин окликнул Юлю на середине лестницы. Придерживая Агату за руку, он высматривал кого-то в толпе внизу. Так продолжалось некоторое время, пока он вдруг не сказал: — Постой пока. Не хочу портить интригу. Андрей еще говорит речь И действительно, тот стоял и горделиво вещал: — И спасибо вам всем за то, что собрались здесь. Наш проект теперь не просто проект, а серьезная организация, узаконенная на всех уровнях… Но это не главная причина нашего сбора сегодня, — Андрей поднял голову и встретился взглядом сначала с Юлей, затем с Хозяином. — Мы нашли новую жертву. Волна тревожного шепота пробежала по залу, где уже столпилось большинство гостей. Если ранее кто-то не слушал губернатора и тихо переговаривался, то сейчас и их лица удивленно повернулись к Андрею. Словно попугаи, некоторые повторяли: — Жертву?.. — Новую? Польщенный своей властью над толпой, Андрей не торопился с ответом. Он дал им время осмыслить, принять новость. Некоторые тыкали пальцем на лестницу, заметив там Юлю. — Это она! — громко воскликнул мужчина с погонами. — Говорили про новую жертву! А она первая! — раздраженно шикнул другой полицейский. Его Юля знала — Карзин, к которому она приходила в попытке рассказать про Хозяина и девочек. Как назло, Хозяин предусмотрительно скрыл Агату позади себя, где лестница примыкала к стене. А чтобы та ненароком не вышла раньше времени, он удерживал ее за тончайшее запястье и бездушно сжимал его до синяков, стоило ей чуть двинуться. Хозяин не реагировал на тихие попискивания и мычания Агаты от причиненной боли — перешептывания толпы все заглушали. — Случай очень схож, — наконец снова заговорил Андрей и едва заметно кивнул. — Когда мы нашли ее, бедняжку, в лесу, сразу подумали о Юле… Братья Подлесные действовали синхронно. Получив нужный знак, Хозяин с готовностью потянул Агату вниз, минуя Юлю и даже не требуя ее пойти за ними — сейчас главная роль принадлежала другой.