Поверю тебе

На улице моросил уже мелкий дождь, оставляя после себя большие лужи на улицах Парижа. Не могу сказать, что я влюблён в этот город, но было в нём что-то такое притягательное, но что именно я не знал. После того, как я нашёл Шастуна, мы дошли до моей машины молча, я не хотел разговаривать с ним после случившегося, отложу это уже после прилёта в Питер. Антон вышел из машины, оставляя меня одного в салоне. Илью я успел до этого несколько раз отчитать за такую халатность к работе. Они не заставили себя долго ждать, в руках у них были две спортивные сумки и рюкзак, по всей видимости, мальчишки. Макаров сел на переднее сиденье, а Шастун улёгся на заднем, рассматривая вид за окном, но уже спустя десять минут езды он задремал. До аэропорта мы ехали под тихие звуки радио, девушка с ангельским голосом напевала какую-то непринужденную песню. Илья вышел из авто с чемоданами, предупредив, что будет ждать нас в зоне ожидания. Я повернулся назад и увидел такую картину: в полусогнутом положении, укрываясь курткой по самый нос, лежал Шастун. На парковке аэропорта было темно, лишь несколько больших фонарей освещали территорию, и этот момент казался до боли интимным, создавалась приятная атмосфера в полутемном салоне. Но как бы мне ни хотелось любоваться спящим парнем, пришлось его разбудить. Он нехотя разлепил уставшие глаза и, увидя, что я смотрю за ним, вышел, ожидая меня. Билеты я купил на всех заранее, поэтому нам оставалось ждать свой рейс, надеясь, что его не задержат. К часу ночи в аэропорту было мало народу, поэтому без труда заняли места в зоне ожидания. По идее к 5 утра мы должны были быть уже в Санкт-Петербурге. Приятный голос оповестил о посадке на самолёт. До сегодняшнего инцидента с Антоном, я думал, что он может пожить в съемной квартире, но он сам разрушил себе планы, поэтому будет жить со мной. Самолёт не задержался, и мы уже шли по трапу в бизнес-класс. Я, конечно, не принижаю эконом: сам летал на нём несколько раз, но куда комфортнее летать в бизнесе, зная, что никакой непоседливый ребёнок не будет пинать моё кресло. Если могу себе позволить комфортный полёт, то я его обеспечу. В зоне бизнес-класса были только мы втроём, Антон сидел с Ильёй, а я отдельно у окна. Решив не упускать шанс поспать хотя бы 4 часа, мои глаза медленно закрылись, тело расслабилось, унося в царство Морфея. Проснулся же от давления на моё плечо, повернув голову, я увидел копну взъерошенных волос парня, что сладко спал. Пусть поспит. И заснул вместе с ним.

***

Уже в аэропорту нас встретил Матвиенко, он явно планировал поспать в свой выходной подольше. Макар отказался ехать с нами ссылаясь на то, что его ждут дома. Раз Антон всегда будет рядом со мной, то охранник ему и не понадобится. Поэтому его работа была на этом закончена. В автомобиле юноша включил наушники с плеером, одолженные у Сергея, и наслаждался русскоязычными песнями. Я решил вкратце рассказать другу об инциденте с Шастуном и о делах на работе. Друг осужденно мотал головой, когда узнал о случившемся, и ещё рассказал, что дела идут хорошо и без меня. Он довёз нас до моей квартиры и пожелал сладких снов.

***

Встретил нас Матвиенко, но меня это не особо волновало, главное, что я мог наслаждаться русскими песнями, как же давно я не слышал родную попсу. Вкус на музыку у него был неплохой, должен признать. Мы ехали около получаса, мужчины о чем-то говорили, но я их не слышал. Остановилась машина у красивого здания, похоже, что я буду здесь жить с Поповым, потому что он вместе со мной зашёл на первый этаж. И я не ошибся, тут была его квартира, вряд ли съемная. — Ложись в гостевой, завтра со всем разберёмся, — холодно приказал Арсений и удалился к себе в спальню. В комнате было пусто, в том смысле, что здесь никого прежде не было. Обычная двуспальная кровать с белым бельём, платяной шкаф, черный стол с креслом и среднего размера окно с бежевыми шторами. На полках стояли книги классической литературы, а на серых стенах висели картины в стиле минимализма. Да уж, весьма "уютненько", но чего я ожидал от комнаты для гостей. Рухнув на постель в верхней одежде, я долго не мог заснуть ворочаясь туда-сюда. В квартире стояла гробовая тишина, даже звуков с улицы не было слышно, прекрасная изоляция для какого-нибудь маньяка, что держит жертву в заперти. Встать с кровати меня заставила жажда, я пошёл на кухню за водой, но остановился у двери в комнату, в которой спал Арсений. Немного помявшись на месте, дёрнул ее за ручку и осмотрел помещение. Мужчина лежал в пижамной одежде в позе эмбриона, откинув одеяло куда-то под ноги. Выглядел он весьма умиротворяюще и спокойно. Нет, хватит его на сегодня. Юноша бесшумно закрыл дверь и направился в кухню за водой, а после возвращаясь к себе.

***

Что-то тяжелое упало на кровать рядом со мной. Разлепив наконец-то глаза, я увидел Арсения, лежащего на боку, подпирая голову одной рукой, а второй поглаживая мою грудь. От такого действия сон как рукой сняло. Даже в кромешной тьме я мог увидеть красивый профиль мужчины: пушистые ресницы, густые брови, аккуратный графский нос и такие притягательные губы. Словно прочитав мысли, чужие губы накрыли мои, целуя сначало нежно, а после углубляя поцелуй. Сердце сново бешено стучало, я боялся, что этот момент может прекратиться. Спустя секунды я уже лежал под Поповым без футболки и томно дышал от его божественно нежных ласк. Он покрывал мою шею мимолетным поцелуями так, будто я фарфоровая кукла. Его влажные губы и горячий язык плавили мою кожу похлеще кипятка, я полностью расслабился, отдаваясь этому моменту с полна. Внизу начал образовываться тугой узел оргазма, а член твердеть с каждой лаской. Спускаясь ниже к моей груди, его рука ласкала один мой сосок, а ртом всасывал и обводил языком ореолу другого соска. От таких действий я выгнулся в спине, прижимаясь к мужчине ещё ближе. С его стороны послышался тихий смешок. Видимо не выдержав, Арсений спустился к моим боксеркам и зубами начал стягивать их с меня, а когда полностью их снял, посмотрел на меня самым сексуальным взглядом, что я видел. Он покрывал поцелуями внутреннюю часть одного, а затем второго бедра, иногда задерживаясь и оставляя там красные отметины. По ногам будто разлили свинец, они настолько обмякли от таких нежностей, что я их еле чувствовал. Боже, как он прекрасен. Сглотнув вязкую слюну в горле, я посмотрел на такого желанного и красивого мужчину. Он провёл языком по стволу члена от основания до головки, после обвёл кончиком языка уздечку. Я уже открыто стонал, не сдерживая себя. Немного потомив момент, Попов все таки обхватил головку губами и резко вбрал в себя чуть больше половины члена. Он даже не поперхнулся, наращивая темп и по-блядски смотря прямо на меня. И тут моё дыхание сперло, невольно сжимая простыню под собой, я взял его за волосы и толкнулся чуть глубже. Попов наращивал темп, смотря прямо на меня, мне стало немного неловко от такого пристального взгляда. Хватило ещё нескольких движений чужим горлом, как я излился прямо в рот, выгибаясь в пояснице. Арсений выпустил мой член с прошлым звуком и облизал красные пухлые губы. Я было потянулся за поцелуем, но мужчина меня ударил в скулу. Я проснулся. — Сука, Попов!

***

За окном уже во всю сияло солнце, а на небе не было ни облачка. Должно быть, погода будет прекрасной, но мне придётся сидеть в душном офисе и разгребать документы, который Серёжа оставил на меня. Потянувшись в тёплой постели, я лениво подошёл к шкафу, переодеваясь в другую одежду. Быстро умылся, почистил зубы и направился готовить незамысловатый завтрак из яиц и творога, которые на днях купила Оксана, когда узнала, что я скоро вернусь домой. Вспомнив, что у меня живёт и Шастун, приготовил порцию сырников для него. Я не особо владел кулинарными знаниями, но их вполне хватало для меня. Когда до выхода оставалось двадцать минут, я решил разбудить Антона. В его комнате было тихо и темно, я, не беспокоясь ни о чем, зашёл к нему и начал быстро трясти, но случайно мой взгляд упал на приличный такой стояк. — Сука, Попов! Парень резко принял сидячее положение, настраивая рваное дыхание, его волосы были взлохмочены ещё сильнее. — Думал, ты уже прошёл подростковый период, — невзначай посмотрел на чужой член и ухмыльнулся, — одевайся и выходи завтракать, через двадцать минут выходим. Я покинул комнату и пошёл собирать другие документы.

***

В машине приятно пахло каким-то кофе, и играло радио. Утро было действительно светлым, солнце так и наровило ослепить меня, чтобы я остался колекой до конца жизни. Мы ехали молча, но я прервал тишину. — Прости за сегодняшнее, мне просто снился очень странный сон, — промямлил я, надеясь, что он промолчит, но нет. — Меня совсем не интересует, что тебе там снилось, — даже не посмотрел на меня, — Сегодня еду в офис разбираться с документами, а ты будешь помогать Матвиенко. — Хорошо, — на этом наша беседа закончилась.

***

Я сидел на большом кожаном диване в ожидании Сергея, Попов что-то кинул на стол и смотался, не объяснив куда. Кабинет был просто огромен, его офис находился в какой-то новой высотке, поэтому окна были панорамные. Вдоль стен были чёрные стелажи с книгами, статуэтками и какими-то папками. Его рабочее место находилось так, что он сидел спиной к панораме. Возле дивана стоял кофейный столик, а напротив на стене висела плазма с...плойкой? Да ну, Попов и игры? Воровато оглядев помещение, я подошёл к технике и включил её. Мои глаза заблестели от такого, поэтому я быстро выбрал игру, взял джойстик и начал рубиться в фифу.

***

Сидел за игрой я достаточно долго, может, около часа, но до сих пор никто не приходил. Спустя ещё одну игру, дверь открылась и на пороге оказался Матвиенко. — Так, малец, ты сегодня, — он поднял голову и увидел меня, играющим в чужую плойку. Он взглянул в экран и заулюкал, — Ты че, играть совсем не умеешь, врубай по новой, — и взял второй джойстик. — Вообще-то умею, я даже золото брал. — Щас посмотрим, щенок. И мы зарубились. Да он хорош, играл явно не первый год. Играли мы так около сорока минут, когда с отрывом в семь очков, Матвиенко прыгнул и показал мне язык. — Так все, поиграли и хватит, тебя работа ждёт вообще-то, погнали. — А что я буду делать? Он гаденько улыбнулся, — Увидишь, — и я мирно последовал за ним. Мы дошли до лифта и спустились на цокольный этаж, где находилась парковка. Уже дойдя до грузовой машины, Серёжа заговорил. — Работа элементарная, будешь таскать коробки до склада, — и указал на железную дверь в 10 метрах от нас. Чтож, потаскать какие-то коробки не так сложно, но я надеялся, что буду работать с Арсением. Задние двери машины открылись, и я увидел, что этих коробок около, да дохуища этих коробок. Весь отсек был забит коробками до потолка, а сама фура была длинной. Я попал. — Удачи, — зловеще улыбнулся аравиец, похлопал по плечу и удалился через железную дверь.

***

Я не чувствую рук, они просто отваливаются, боже. Какой же я дрыщ все-таки, нужно хоть руки подкачать. Разгрузив около шести десятков коробок, я решил передохнуть. Я поплелся обратно, откуда меня привёл Матвиенко. На этаже я не глядя зашёл в кабинет Арсения, но замер на месте, когда понял, что ошибся дверью. Развернувшись, дёрнул масивную ручку двери, но та не поддалась. Похоже, тут был механизм, который позволяет войти, а выйти через ключ. Ты осталоп, Шастун По всей видимости, это был конференц-зал: здесь был большой круглый стол и проектор на стене, а окон и вовсе не было. Пошарив по помещению, я нашёл мини-бар у стены, наполненный различным алкоголем. Что-ж, думаю никто не будет против, если я отопью немного. Как только я закрыл холодильник, в коридоре послышались шаги и голоса людей, дверь начала открываться. Я со страха спрятался под стол. В кабинет зашло около десяти человек, а с ними и Попов, он шёл ровно туда, где я прятался. С одной стороны хорошо, что это он, а с другой...Он меня прикончит. Речь шла о каких-то поставках из других городов и улучшении перевозки товара. Я вжимался в этот стол, чтобы никак не касаться мужчины, но он все наровил пнуть меня ногой. Уже все тело затекло,и я случайно тронул его ногу. Тот испуганно дрогнул и наклонился, чтобы посмотреть. Его глаза были размером с пяти рублевую монету, сказать что он был в шоке — ничего не сказать. Он тихо шикнул мне в лицо, призывая сидеть тихо. А я что? А я ничего. Я сразу вспомнил сегодняшний сон. Ну почему именно сейчас, Шастун...

***

Господи, как Антон тут оказался? Я его прибью когда-нибудь, он же должен помогать Матвиенко с разгрузкой. Я возглавлял сегодняшнее собрание, каждый выходил с презентацией и рассказывал свои способы улучшения или новые места, где можно заказать без угрозы. Все было хорошо до того момента, когда я почувствовал холодную руку у себя на голени. Нет, Антон, ты не сделаешь это. Я легонько пнул ногой, чтобы его рука отпустила её. Он зашевелился, я уронил ручку, чтобы незаметно посмотреть что он там делает. Юноша сидел на коленях между моих ног и смотрел на меня с каким-то азартом. Подняв ручку, я приблизился на кресле поближе к Шастуну. Его худые руки медленно гладили внешнюю сторону бёдра, потихоньку переходя во внутреннюю часть. Я рвано вздохнул, чувствуя как его рука гладит бугорок в штанах, который от его ласк только твердел. Эти проворные пальчики расстегнули ремень, пуговицу и молнию брюк. Тело непроизвольно сжалось от такого. Вытаскивая мой член из трусов, парень начал надрачивать мне одной рукой. Бес, не иначе. Я надеюсь, что никто не увидит моих красных ушей и сжатую позу. Сев ровно и раздвинув ноги ещё шире, я придвинулся вплотную к столу. Его влажные губы коснулись мошонки, нежно облизывая их, а после вылизали весь член. Руки потряхивает от такого, да ещё и перед чужими людьми, сердце вот-вот лопнет. Шастун перешел дальше, уже вылизывая головку и медленно вбирая в себя член, придерживая руками мои бёдра. Срань господня, как же мне хочется стонать, если бы не эти люди, я бы поимел его на этом же столе, втрахивая до дрожжи в ногах. Но мне остаётся лишь терпеть и делать вид, что презентация очень меня интересует. Никто не смотрел на меня, все были увлечены выступающей девушкой. А Антон продолжал сосать член, иногда тихо мыча в него. Он наращивал темп с каждой секундой, заставляя мои ноги неметь. Я опустил одну руку под стол, хватая того за волосы, настраивая правильный ритм. Спустя двадцать секунд я кончил в его рот, надеясь, что он не запачкается. Парень бережно надел мне трусы и брюки обратно, и затих до конца конференции. Его ждёт серьёзный разговор.