Deman_eb_ot_Sdeen

«...»

      Последние метры до большого зала, где должна была проходить церемония распределения, вся наша толпа преодолевала едва ли не бегом. У детей появилась отдышка, а некоторые и вовсе дышали так загнанно, что казалось, будто мы такой темп держим не пару минут, а всю экскурсию без перерывов, все три часа к ряду. —Быстро-быстро! — Поторапливала нас Габриэлла, а я откровенно не понимал, с чего бы вдруг такая спешка и какого лешего мы так летим. Несёмся по коридорам, словно стадо бешеных бабуинов, изнывающих от голода и жажды.       Допустим, мы опоздаем чуть-чуть, минуть на пять или даже десять. Ну и что с того? Позже, мне ещё предстоит узнать, что разница действительно есть и она существенна, что кое-кто очень не любит, просто терпеть не может, когда заставляют ждать. Да, всё это из-за одного человека, личности, к слову, совершенно незаурядной. —Успели. — Это было первое, что сказала Фриз, едва мы ввалились в главный зал. —Его ещё нет, видимо сам опаздывает.       Кого это «нет» — понять было не сложно, все места за преподавательским столом заняты. Все кроме двух, одно — для Габриэллы, а другое — в самом центре, стало быть, директорское.       Оглядываюсь по сторонам, четыре стола, четыре факультета, всё как положено. Поднимаю взгляд вверх — вот и зачарованный потолок, изображающий иллюзию звёздного ночного неба. Чародейка махнула рукой, призывая нас следовать за ней. Под взглядами собравшихся студентов и профессоров, она повела нас вперёд. Туда, где стоял табурет, а на нём старая, крайне потёртая, но от этого не менее легендарная шляпа. —Что с детьми, Габриэлла? — Школьный целитель, Льюис Харланд, нахмурился, наблюдая как первокурсники хватают ртом воздух, пытаясь отдышаться. —А что с ними? —Так выглядят те, кто проходит полосу препятствий, а не ознакомительную экскурсию. — На это заявление ведьма лишь хмыкнула, и закатила глаза. —Зато мы везде успели, всё посмотрели и уложились вовремя. А где Блэк? —Забыл мне отчитаться, когда уходил. —Буркнул чародей в ответ. —Хватит, вы оба. — Сказал полноватый мужчина, очевидно, один из профессоров. — Великий Мерлин, не начинайте хотя бы тут, у меня уже голова болит слушать одно и тоже по десятому кругу! Давайте лучше разберёмся что нам делать. Первокурсники уже здесь, директора нету, что дальше? Ждём? В этот миг, взгляды всего профессорского состава, сосредоточились на Брэдшоу. —Нет. — Вальдемар встал изо стола и направился прямо к нам, светя своей лёгкой, добродушной улыбкой. —Начинаем сами, уверен он скоро подойдёт, а если нет… что ж, тогда смысла ждать ещё меньше. Он, остановился напротив Габриэллы. —Хорошо вы там погуляли, часа три не меньше. Ты как? Не устала? Если хочешь пойди присядь, я понадеваю шляпу. —Сама справлюсь. —Как хочешь. Вот список. — Протягивает ей пергамент, возвращается на своё место. —Слушайте сюда первокурсники! Называю ваше имя, вы подходите, садитесь на стул. Я напяливаю на вас шляпу, и она решает, где вам предстоит учиться. Всем всё ясно? —Приступим. Метью Робинсон… Ну, понеслась.       Один за другим, первокурсники выходили, Габриэлла вопреки своим же словам, вовсе не «напяливала», а медленно и торжественно, двумя руками будто корону, надевала на их головы шляпу. Какое-то время артефакт находился у ребенка на голове, бормотал что-то совершенно несвязное, вроде: «Ага!», «Как интересно», «Хм-м, сложный случай», и тому подобное. Иногда это продолжалось пару мгновений, иногда больше пяти минут, а затем громко на весь зал, шляпа выкрикивала название факультета. Звучали аплодисменты. Человек шел к своему столу. Процедура повторялась. Сначала соблюдалась какая-никакая тишина, но вскоре поднялся лёгкий шум, который профессора не поспешили унять, а напротив, предпочли проигнорировать, сами при этом тихо переговариваясь друг с другом.       Походу дела услышал много знакомых фамилий: Нотты, Фоули, Флинты, Селвины, Гринграссы, но пока что ни одного знакомого имени. — Гринграссы — древний, чистокровный род. Они очень влиятельны. —Слагги неизменно обращал моё внимание на представителей самых знатных чистокровных семейств. Он сам это начал, я не просил меня «просвещать», но разговор, тем неимение, поддерживал. —И чем же они так влиятельны? —Парень замялся, кажется этим вопросом поставил его в тупик. —Точно не знаю, Джеймс. — Он смущённо улыбнулся. — Так дедушка говорит, а он в этом разбирается.       Всё ясно. Действительно, глупость спросил. Непонятно что в итоге мне хотелось услышать? Полный расклад сил, на политической арене? А может быть детальный анализ ресурсов и возможностей того или иного рода? Конечно же, было бы круто, знай он об этом. Признаюсь, я бы сильно не удивился, если бы он сейчас со спокойным лицом, выдал мне несколько фактов или даже что-то более обдуманное. Всё-таки этот человек не абы кто, а сам Гораций Слизнорт.       Припоминаю, как в свои одиннадцать искренне считал, что окунуться во всю эту «политоту», всё равно что с головой нырнуть в бассейн с нечистотами. Глупый, наивный и детский взгляд на серьёзные вещи, но другого у меня тогда не было, а значит и от Слагги ожидать большего попросту бессмысленно. —Они влиятельны тем, что имеют прочную позицию в Визенгамоте. Их главы рода, уже на протяжении веков, традиционно возглавляют партию нейтралов. — Осознав и заодно охренев от того, что услышал, поворачиваю голову к говорящему. Опять он, мальчишка с каштановыми волосами, насмешливо улыбается мне в ответ. Те ребята, с которыми первокурсник общался ранее, уже распределились по факультетам, вот он и нашел себе новых собеседников, в нашем лице. —СЛИЗЕРИ-ИН!!— Надрывается шляпа, мы хлопаем даже не оборачиваясь, продолжаем разглядывать друг друга. Эмпатией улавливаю его интерес непосредственно ко мне, непонятно чем вызванный. При этом выражение лица, уж больно хитрое, складывается впечатление будто пацан задумал какую-то шалость. —Альбус Дамблдор. — Протягивает мне руку, заторможено пожимаю её. —Что прости, я не расслышал? —Альбус. Дамблдор. — Он повторил это ещё раз, медленно, делая паузы между словами. — Я представился, твой черёд.       Магией разума давлю очередную вспышку эмоций, силой заставляю себя «сняться с ручника» и принять этот факт. Нужно отвечать соответствующе, для начала, как минимум представиться самому. —Джеймс Гудман, а это Гораций Слизнорт. Приятно познакомиться, Альбус. —Взаимно. Кстати, а где твой медальон защиты сознания, Джеймс? — С-сука, теперь я понял, откуда этот внезапный интерес к моей персоне, и почему у него сейчас такая хитрая рожа.       Он ведь не может этого не чувствовать. Само наличие или отсутствие ментальной зашиты, определяется легилиментом сразу, на интуитивном уровне. Более того, по этим ощущениям я могу судить, пусть и не со стопроцентной уверенностью, артефакт это или собственная защита. Раз уж мне такое под силу, то и Альбусу Дамблдору наверняка тоже. —А где твой? —Мне он не нужен. —Мальчишка уже откровенно улыбался, смотря на меня с предвкушением. —Тебе, я так понимаю, тоже? —Ты сам знаешь. —Знаю, но хотелось бы убедиться. — В этот миг, чужое сознание начало попытки установить контакт с моим, и это было вовсе не так деликатно, как с Брэдшоу. Совершенно непохоже на то лёгкое, настойчивое постукивание, нет, Альбус Дамблдор вообще не пробовал стучатся, он попытался выбить дверь с ноги. И этот факт, взбесил меня просто неимоверно. —Ого, а ты хорош. Тебя кто-то учил? —Неподдельное восхищение прорывается в его голосе и эмоциях. — Чертовски хорош, поверить не могу... возможно, даже лучше меня. Признайся. Тебя тоже кто-то обучал? Можно ли назвать черноту, желающую тебя поглотить, переварить, растворить в себе — учителем? — Не знаю, Альбус... скорее всего нет, считай что я самоучка.       Отбиваюсь от ментальных атак, одновременно с этим пытаюсь успокоить нарастающее раздражение. Есть одно место, обстановка там не очень располагающая, слишком темно и холодно, зато условия для обучения — просто космос. Отправляешься туда обыкновенным человеком, а возвращаешься уже «талантливым мозгоклюем», в новом теле, с целым букетом психических расстройств и фобий. Окончательно справляюсь с эмоциями, как мантру повторяя про себя, что «нельзя доводить дело до рукоприкладства», «нельзя ломать нос, этому борзому, обнаглевшему кретину, прямо сейчас посреди церемонии». Габриэлла не просто так сказала, что драки тут запрещены и здесь с этим строго, проверять насколько строго, не желаю, этой суке верю на слово. Вместе с тем приходит понимание, что опасности на самом деле нет. Ему не обойти, не сломить защиту моего разума, будь он хоть в два, хоть в три раза сильнее. Возможно, что Альбус Дамблдор из далёкого будущего, «директор Хогвартса и великий волшебник» — расколол бы меня как орех. Но этому, без всяких сомнений, талантливому, одиннадцатилетнему мальчугану, ещё только предстоит им стать. —О чём это мы говорим? —Слагги, начинает терять нить нашего диалога, глупо хлопает глазами, переводит взгляд с меня на него, устало вздыхает.— Что-то совсем запутался... —Это редкий талант, Джеймс. Признаюсь, начал было переживать, что не встречу никого... Мне уже довелось со многими здесь пообщаться и думаю, что на всём курсе, этот дар есть только у нас двоих, только мы двое им наделены. А без него — больших высот в менталистике не достичь. Ты понимаешь, что это значит? —Спрашивает и тут же отвечает, не давая мне даже слова вставить. —Другим нечего и мечтать, о том, чтобы достигнуть мастерства, по крайней мере в этом направлении. Это не хвастовство. — Смотрит на меня с возмущением, хмурится. —Как ты, судя по эмоциям, скорее всего подумал, а всем известный факт. Магия разума, одна из немногих дисциплин, что очень требовательны в первую очередь к таланту. Рад, что хоть кто-то кроме меня им обладает, одному тут было бы скучно.       Сколько самомнения… «другим нечего и мечтать», о таком раздутом эго. Хотя, если не брать в расчет приступ нарциссизма то, что же получается? «Редкий талант…» «Признаюсь, начал переживать…» «Одному, тут было бы скучно…»       Разум ещё раз прокручивает услышанное, цепляется за слова и фразы, эмпатия утверждает, что сказаны они были искренне. Не исключено, что парень действительно ищет соперника, а может даже признания. Не от взрослого волшебника, этим он уже, должно быть, сыт по горло. А именно от сверстника, одногодки, который тоже будет одарён и талантлив в магии разума, желательно не меньше, чем он сам.        Если правильно сужу о его желаниях, если действительно смог их разглядеть, а не просто выдумал себе непойми-чего, то… можно и подыграть. В любом случае, хорошие отношения с Дамблдором лишними не будут.       Правда, чтобы приступить, к выстраиванию этих «хороших отношений», нужно чтобы Альбус прекратил свои попытки проломить мою ментальную защиту. Казалось бы, человеку уже должно было дойти, что таким способом через щиты не пробиться, но нет. Засранец не оставляет попыток, нагло продолжает херачить об них словно кувалдой. —Порой, действительно не хватает напарника, с которым можно тренироваться, оттачивая свои навыки в ментальных искусствах. —Знал, что поймёшь. —Вспыхнул довольством, прямо-таки просиял. —Не можешь не понять, учитывая то, как успешно сдерживаешь мой натиск. —Кстати об этом, может быть уже прекратишь? —Ты так и будешь только защищаться? —Ты что специально нарываешься?—Спрашиваю у него об этом прямо. —Желаю утолить любопытство, только и всего.— В глазах пляшут черти, понятно, он не успокоиться. —Ну же, давай. В защите ты хорош, это понятно. Теперь, хотелось бы знать, что ты можешь в атаке. —Ухмыляется. —Может быть ничего? —Ладно, сам напросился. Держи. —Концентрируюсь и выписываю ему лёгкую ментальную оплеуху.       Только что придумал этот приём, так, пожалуй, его и назову: «ментальная оплеуха», или «ментальная затрещина». Дзюцу уровня «контроль голубей», «карасей», и прочий бред. Ничего серьёзного, это даже не атака по сути своей, а всего лишь набор не самых приятных, скорее даже отвратительных, образов и ощущений. Этот пакет «полезной информации», я не так давно получил от гоблина, а сейчас заново собрал и силой вдавил в ментальный щит.       Дамблдор, едва уловимо пошатнулся, широко раскрыл веки и часто задышал. Видя, как задвигался его кадык, начал всерьёз волноваться, а не переборщил ли часом? Он слегка склонился, оперся руками о колени и сделал пару глубоких вдохов. —ПУФ-ФЕНДУЙ! — Разноситься на весь зал, отовсюду звучат аплодисменты, очередной первокурсник направляется к своему факультету, тем временем Слагги начинает паниковать. —Ох чёрт, Джеймс, что ты с ним сделал? —Быстро оглядывается по сторонам. —Тише. — Кладу руку Дамблдору на плечо, слегка встряхиваю. — Вы оба сошли сума… —Альбус ты как? Кажется, это действительно было слишком. —Внезапно вспоминаю, что, когда впервые увидел эту херню, меня самого чуть не вырвало. Если он сейчас блеванёт, прямо на пол банкетного зала, можно будет считать, что начало «хорошим отношениям» успешно положено. —Мерлин всемогущий… Что я только что увидел? —Хватается за моё предплечье, поднимает на меня взгляд растерянных глаз, в уголках которых собралась влага. Он поспешил выпрямиться и вытереть её рукавом. —Джеймс, это что за... что за...—Пытается подобрать слова. —Дерьмо? Обнаружил в голове у гоблина, когда был в Гринготтсе. —Сумасшедшие твари. —Прячет лицо в руках и растирает его, недолго, буквально пару секунд. А когда убирает руки, несколько раз, резко мотыляет головой из стороны в сторону. Не могу понять, он что таким образом пытается забыть увиденное, «вытрусить» информацию из головы? — Книги не врут… ненормальные… не даром, их все так ненавидят. —Ты в порядке? Прости, хреново получилось... —Забудь. Я в норме. Надеюсь, ты не в обиде? Мне не стоило так налетать. —Всё нормально, но давай покамест обойдёмся без ментальных поединков. Продолжим в следующий раз, если будет желание. —Ну что ж, ловлю на слове. —Погоди-погоди, поединок? Значит я правильно понял. —Горация, который всё это время сдерживал себя от вопросов, прорвало. — Ты за этим пришел? Захотел устроить разборку, прямо здесь, на церемонии? —Не совсем. Это была импровизация.—Альбус окончательно пришел в себя, по крайней мере внешне. Он обаятельно улыбнулся Слагги. — Я подошел, по совершенно другому поводу. —Это по какому же? —Услышал, как вы тут перемываете косточки чистокровным. —Посмеивается. — Вот и решил тоже поучаствовать. Вы же не против? —Нет, не против. — Отвечаю, не давая начаться перепалке. —Замечательно. Кто у нас там следующий? —Надеюсь не я. —Поёжился Слизнорт. —Базилик Малфой! —Доноситься голос профессора Фриз. Собственно, как и предполагал, Малфоем оказался тот платиновый блондин. —Дайте угадаю, их род сказочно богат и дохрена влиятелен. —Ну, да. —Хмыкает Гораций. — В принципе, так оно и есть. —Самый богатый, если быть до конца точным, верить слухам и тому, что пишут газеты. —До меня уже успело дойти, что Альбус Дамблдор не по годам умён и начитан, что темы, которыми он интересуется, могут выходить далеко за пределы таковых, у ребёнка одиннадцати лет. Но понять и принять — разные вещи. Если так пойдёт и дальше, впору начать подозревать в нём попаданца. — Газетные издания, время от времени, публикуют рейтинг самых богатых волшебников. Верхнюю строчку всегда занимает Септимус Малфой, пишут, что он официально контролирует треть экономики магической Великобритании. —Боюсь представить сколько неофициально… —Без понятия. Как по мне, так трети более чем достаточно. — Натянуто улыбается. —Что этот человек собирается делать с такими деньгами? Джеймс, я не представляю куда можно потратить такую сумму. Разве только на подкуп министров… Вы знаете, что не так давно, «Пророк» выпустил по этому поводу собственное расследование? О том, что со времён «министра-марионетки» Анктуоуса Осберта, ничего на самом деле не изменилось. Септимус, продолжает дёргать их за ниточки, словно тряпичных кукол. Слизнорт, утвердительно кивает. —Да, это может быть правдой. Лорд Малфой, один из самых влиятельных волшебников. —«Один из самых», но не самый? Кто же тогда «самый»? —Финеас Блэк. —Сказал как отрезал Слагги. Голос его звучал так уверено, будто бы это какая-то аксиома, неподлежащая сомнению. —Это все знают. —СЛИ-ИЗЕРИ-ИН!!!! —Шляпа отправила Малфоя на Слизерин, «какая неожиданность». Долго же она думала… —Неужели должность директора настолько значима? — Я в курсе, что её значимость сложно переоценить. Но всё равно не смог удержатся, от того, чтобы лично уточнить этот момент, непосредственно у «великого светлого». —Хм-м…—Альбус смотрит на меня с непониманием, по птичьи слегка склоняет голову набок. — Судя по эмоциям, в этом вопросе есть какая-то ирония, которую я пока не могу понять. —О-да, она там есть. —И в чём же она заключается? —Однажды узнаешь. —Эй, так не честно! Разжёг любопытство, а теперь молчишь? Ты хоть знаешь как сильно меня такое бесит? Ох, думаю, ты должен был почувствовать…       Да уж, почувствовал, знатно подгорело. Парень смотрит на меня прищурив глаза, некоторое время продолжаем играть в гляделки, до тех пор, пока он первым не отводит взгляд, роняя печальный вздох. —Ладно, забудем на первый раз, прощаю тебя, но больше так не делай. Давай отвечу на твой вопрос. Должность директора Хогвартса, «лучшей в мире школы магии и волшебства» — действительно значима. Вот только, власть Финеаса Блэка держится не на ней, вернее, не только на ней. —И на чём же тогда? —Тебе интересно? Даже не знаю, стоит ли говорить… —Вот сучёныш, он вернул мне шпильку! Вместе смеёмся над ситуацией. Осмеявшись, Дамблдор продолжил как ни в чём не бывало. —Финеас Блэк — верховный чародей и у него есть право вето, на решения Визенгамота. Он председательствует, в Международной конфедерации магов, а значит имеет множество связей, не только в пределах страны, но и заграницей. Вдобавок ко всему, он могущественный волшебник, которому присвоена степень Гранд-мастера Тёмных Искусств и сейчас именно он стоит во главе гильдии, по сути, выступает неформальным лидером всех чернокнижников.       Сказать, что я был ошеломлён, огорошен, услышав это — значит не сказать ничего. И пока мой мозг силился осознать открывшуюся информацию, Слагги решил меня добить. —Ты забыл, что он выполняет обязанности главы своего рода, носит титул «Лорда» и является тем, кто поднял профессоров на битву за Хогвартс.       В этот момент, двери ведущие в главный зал открылись и все разговоры стихли сами собой, наступила полная, оглушающая слух тишина. Внутрь зашёл волшебник, с нездорово бледной кожей, сединой в волосах, и даже тёмная мантия не могла скрыть его худобу. Имея идеально ровную осанку, будучи одетым с иголочки, он всё равно умудрялся создавать образ больного, глубоко уставшего человека. В ментальном плане его не существовало, он был пустотой, чистейшим, абсолютным вакуумом. Ни чувств, ни эмоций, не за что даже зацепиться. Всегда придерживался мнения, что абсолютной защиты не существует, что всё можно взломать если сильно захотеть. Но как это провернуть, с тем, чего ты даже ощутить не в состоянии? Интересная задачка…       Быстрым шагом дойдя до профессорского стола, мужчина занял директорское кресло. Всё вокруг него будто бы застыло, замерло в нерешительности, ну... почти всё. —ГР-РИФИНДОР!!!—Разрезал тишину ор распределяющей шляпы. Девочка, на чью голову был надет артефакт, дёрнулась от неожиданности, испугано подскочила на стуле. Фенеас Блэк устало улыбнулся, приподнял руки над столом и медленно, неспеша, захлопал в ладоши. Несколько мгновений, эти хлопки, гулко разносились по всему залу, вскоре его примеру последовали профессора, а следом за ними и все студенты.       Церемония продолжилась, но уже куда более торжественно и никаких лишних разговоров больше не велось. Габриэлла называла имена первокурсников, шляпа выкрикивала названия факультетов. Вскоре, очередь дошла до Горация Слизнорта. Он бросил на нас один взгляд, слегка кивнул мне, а затем решительно направился к Фриз. —СЛИЗЕРИН! — Шляпа не подвела, мигом определила Слагги к змеям. Следующим из нашей компании, вызвали Альбуса Дамблдора. Артефакт долго сидел у него на голове, по ощущениям минут двенадцать. Но в конце концов итог был ожидаем. —ГРИФФИНДОР! — Альбус направился к львам, сел за стол и выжидательно уставился на меня. Моя очередь пришла спустя десять человек. —Джеймс Гудман!       Давно ждал этого момента, готовился к нему. Ещё раз проверяю щиты, концентрируюсь, привожу своё сознание в режим, при котором в любую последующую секунду, оно будет готово к тому, чтобы нападать или защищаться. Нельзя позволить шляпе узнать, что я пришёл из другого мира. Понятия не имею, как артефакт определяет кого и куда отправить, но в одном уверен точно — если это делается по средствам магии разума, значит будет бой.       Ментальный поединок, между мной и тысячелетним головным убором... битва в которой нужно одержать верх, если не силой то хитростью, а там посмотрим, что будет и как оно на самом деле получиться.       Подхожу, сажусь на табурет. Габриэлла медленно опускает мне на голову шляпу, момент истины… Да, вот оно!       Чужое сознание, нет, что-то очень близкое к нему, что-то на него смахивающее. Ощущается оно, как нечто неполноценное, совершенно не похожее на людское, на инстинкты животного или на то, что у гоблинов. Слишком чуждо, здесь явно чего-то не хватает, чего-то важного... Ближайшим аналогом, наверное будет машина, вернее компьютер, оперирующий не эмоциями, но единицами и нолями.       Когда там Годрик создал это чудо? Тысячу лет назад? Ещё раньше? Как он смог дойти до этого? Как додумался до того, чтобы по средствам магии сотворить артефакт, который сможет сам себя осознать? Заполучить самосознание, пусть и не полноценное, но на таком уровне, где его уже можно будет чувствовать легилименцией. И разве храбреца не пугали перспективы? Что если эта шляпа захочет захватить мир? Или он только поржёт с этого?       Если правильно понимаю, творение Гриффиндора — это не основа, взятая с уже существующей личности, почищенная от всего «лишнего» и слегка переделанная под определённые задачи. А разум, что был полностью создан с нуля, собран от начала и до конца, по каким-то принципиально новым методам, вот почему, он ощущается так коряво, как нечто незавершённое. Видимо, даже по-настоящему Великому Волшебнику, одному из основателей, попросту не хватало навыков, когда он пилил свой, без всяких шуток, амбициозный проект — искусственный интеллект от мира магии.       Происходит попытка ментального контакта, не вторжение в мой разум и не угроза начать его, а обычный запрос, «предложение пообщаться». Отбиваю. Ещё один. Нет уж, извини Уважаемая Шляпа, но пускать тебя в свой разум я не намерен.       Даже на его условный порог, не смотря на всю свою «готовность». Захочет ворваться силой — так уж и быть отвечу, но если есть шанс, что она дальше не полезет, то этим стоит воспользоваться. Не хочу и не собираюсь, рисковать тайной моего происхождения, в ментальном поединке с непонятно чем, пытаясь обмануть творение самого Гриффиндора, а может не только Годрика, но и его лучшего друга. Кто знает, вдруг Салазар Слизерин тоже приложил руку к созданию этой шляпы? Или они всей четвёркой основателей поработали над ней? Определённо, нельзя пускать эту «вещь» в свой разум, даже представить не могу её реакцию на то, что она там может, теоретически, увидеть.       Скорее всего, артефакт не узнает моих тайн. Я ведь не буду сидеть сложа руки, дожидаясь пока это произойдёт, а постараюсь вытолкнуть её наружу и оборвать контакт, при первых попытках заглянуть чуть глубже. Или же шляпе вообще будет похрен, на меня и на мои тайны. А может быть нет, может она закричит: «Караул! Попаданец! Люди я нашла его!», «Готовьте лаборатории! Исследуем этот феномен!» или «Несите дрова! Сожжем ублюдка во славу магии! Так Годрик завещал! Мамой клянусь, это была его последняя воля!».       Тем временем, Уважаемая, предпринимает ещё одну, последнюю попытку, установить со мной ментальный контакт. Когда отвечаю очередным отказом, посылает волну энергии, что проноситься по моему телу и возвращается обратно, видимо, это были какие-то сканирующие чары. —РЕЙВЕНКЛО! —На все эти размышления, в реальности ушло очень мало времени, даже меньше десяти секунд, а Габриэлла уже снимает с меня шляпу, отовсюду звучат аплодисменты. Встаю, быстро осматриваю зал, вижу расстроенное лицо Слагги, ловлю на себе печальный взгляд Дамблдора. Да уж… наше «золотое трио», закончилось даже не успев начаться. Вряд ли это станет проблемой, уж точно не для меня, уверен — можно будет продолжить общение, было бы желание. Направляюсь к столу воронов, а профессор Фриз вызывает следующего.