Вегас и его нетрадиционные методы пыток

      — Я думаю, что не помешало бы добавить еще немного перца чили, — бормочет Пит со своей стратегической точки обзора за кухонной стойкой.       Бабушка делает глубокий вздох и прописывает ему легкую затрещину.       — Правило номер… Вегас? — Спрашивает она.       — Правило номер семнадцать, бабуля, — послушно отвечает он.       — Номер семнадцать, верно, — кивает старушка. — Когда Пит предлагает тебе добавить еще немного перца чили - не верь ему. Если пойдешь на поводу, то никто, кроме него, это есть не будет.       — Но в этом и смысл, бабуль! — Ухмыляется Пит. — Ауч!       — Не жадничай. У тебя есть парень, который будет готовить для тебя в любое время, когда захочешь. Тебе стоит научиться делиться своей едой с другими.       — Кроме того, ни твой парень, ни его брат точно не станут это есть, — усмехается Вегас, помешивая содержимое.       — А как же Саншайн, м? Он тоже с юга! Вы вообще видели, сколько он ест?!       — Уверена, Вегас сможет наготовить столько, что хватит вам двоим. Я права, Вегас?       — Однозначно, — кивает он. — Кроме того, если мы не найдем способ помешать Танкхуну забрать Саншайн, то скоро его неуемный аппетит станет проблемой основной семьи.       — Вегас! — Пит тут же протестует. — Не говори так! Ты будто не хочешь, чтобы он остался с нами!       — Хочу. Мне нравится этот пацан. Но я очень хорошо знаю Танкхуна. Кроме того, было бы здорово проводить ночи с тобой, а не рядом с моим братом, просто потому, что Саншайн не может пережить парочки несчастных пинков!       — Он обещал, что сегодняшняя ночь была последней, — смеется Пит, почесывая Пауи, сидящую у него на коленях, за ушами.       — Ты сделал ему что-то похуже, чем удар ногой среди ночи, любимый?       — Мммм, нет. Всего-то небольшие… обнимашки.       — Обнимашки, — повторяет Вегас.       — Мальчик упоминал, что проснулся от ужасного сна о том, что его насмерть раздавил осьминог, только чтобы узнать, что это было практически отражением реальности.       — Мне это знакомо, — кивает Вегас.       — Засранец, — бормочет Пит. — Ауч!       — Без оскорблений! — Прописывает ему бабушка очередную затрещину. — Что подумает бедняжка Вегас о том, как я тебя воспитала?       — Бедняжка Вегас? Бабуля, ты даже не представляешь, насколько злобный разум у этого парня. То, что я называю его засранцем, для него ничто. Верно, Вегас?       — Не знаю, как я переживу это. Теперь у меня травма, — наигранно вздыхает Вегас, качая головой.       — Я буквально видел, как ты вырвал мужику…       — Почему ты так жесток?       — Я заставлю тебя пожалеть об этом, Вегас.       Вегас начинает смеяться, но тоже получает затрещину.       — Сосредоточься на приготовлении пищи. Не отвлекайся. Вот он корень всех бед.       — Подтверждаю, — доносится голос Саншайн из-за двери. — Бабушка, а скоро будет ужин? Я такой голодный!       — Вот видишь? Видишь?! — Пит стонет. — Вот почему нужно добавить побольше чили!       — Серьезно? — Саншайн явно воодушевлен. — Я обожаю поострее!       Бабушка вздыхает.       — Вегас?       — Правило номер восемнадцать, бабуля.       — Верно. Правило номер восемнадцать…

***

      — Не дуйся, любимый, — усмехается Вегас, бродя по пляжу с Питом рука об руку.       — Он съел большую часть моего ужина, — никак не унимается тот.       — Это был общий ужин.       — Он был моим. Ну, может, еще немного бабушкиным.       — И Саншайн, — напоминает ему Вегас. — Да ладно тебе. Он же еще ребенок. И кушать ему нужно куда больше, чем тебе.       — У меня нет проблем с тем, что он много ест. Но ты приготовил это для меня! С бабулиной помощью! А он мог съесть буквально что угодно.       — Например, наш с Макао ужин?       Пит открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывает его. Открывает. Закрывает. Открывает.       — Ненавижу тебя, — наконец выдает он.       — Тоже тебя люблю, детка, — усмехается Вегас. — И если тебе все же надоело гулять, как насчет… вернуться в дом? Для быстрого траха перед тем, как Саншайн неизбежно приползет умолять меня переночевать на диване с Макао «еще хотя бы одну ночь, я обещаю…»       — Может быть, мне сегодня поспать на диване с Макао?       — Не стоит. Не хочу, чтобы мой брат был раздавлен насмерть чрезмерно ласковым осьминогом.       — Засранец.       — Без оскорблений, Пит, — хихикает Вегас. — Что подумает твой бедняжка парень о том, как тебя воспитала бабуля?

***

      Позже Вегас будет изо всех сил пытаться найти способ объяснить хотя бы самому себе их отсутствие бдительности, но на самом деле этому нет никакого оправдания. Ему стоило быть внимательнее. Он должен был заметить, что что-то не так.       Причем гораздо раньше, чем стоя посреди гостиной, когда на них с Питом направлены дула пистолетов.       Да и Питу тоже стоило раньше обратить внимание.       Но любовь им настолько вскружила головы, что фактически сделала слепыми и не думающими ни о чем вокруг.       И вот они тут. А с ними и Макао с Саншайн и бабушкой, сидящими на диване со связанными за спиной руками. И не обошлось без целой кучи людей бандитской наружности с уже ранее упомянутым оружием.       — Пиздец, — говорит Пит.       — Следи за языком, — отвечает мужчина, вставая перед ними, и Вегасу очень хочется ударить себя, да посильнее.       — Папа, — бормочет он.       — Ты действительно думал, что я не найду тебя здесь? Да ладно, Вегас, ты же не всерьез, — тяжело вздыхает Ган, оглядывая его с ног до головы. — Ох, только посмотри на себя. Отвратительно. Куда только подевался весь твой стиль?       Вегас хмурится, окидывая взглядом свою черную футболку и серые шорты. В них буквально нет ничего плохого, но он точно знает, что не стоит говорить об этом вслух.       — Ну и что теперь, а? — Спрашивает Пит, потому что у него явно отсутствует какой-либо инстинкт самосохранения. — Собираешься всех нас прикончить?       — Нет, — пожимает плечами Ган. — К сожалению, мне все еще нужен мой бесполезный, непослушный сын, чтобы выполнить свою миссию.       — Ой ли? — Ухмыляется Пит. — Зачем же он тебе нужен, если он такой бесполезный?       — Потому что я так сказал, вот почему!       Пит скрещивает руки на груди, не обращая никакого внимания на довольно нервные движения охраны.       — Так каков план? — Продолжает допытываться он. — Ты держишь всех нас в заложниках, чтобы заставить его принять участие в твоей маленькой войне против основной семьи?       — Не всех.       Макао всхлипывает. Вегас набирает полную грудь воздуха, пытаясь хоть как-то удержаться от того, чтобы не сказать «да пошло оно все» и отправиться успокаивать своего перепуганного младшего брата.       — Тебе не обязательно это делать, папа, — хнычет Макао. — Пожалуйста, просто…       — Заткнись. Будь уже мужчиной, — рычит Ган.       Макао снова всхлипывает и низко опускает голову.       — Да, папа.       Вегас корит себя за то, что втянул брата в эту передрягу. Его и Саншайн, который выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание от страха.       Единственные два идеально собранные человека в комнате - это Пит… и его бабушка. Она сидит между двумя мальчишками на диване с совершенно прямой спиной и легкой улыбкой на губах. Что выглядит на самом деле устрашающе.       — Вот как будет дальше, — делится Ган. — Макао с моими людьми останется здесь, чтобы обеспечить сотрудничество Вегаса. Бабушка, а Вы обеспечите нам сотрудничество Пита.       — Мое сотрудничество, — говорит Пит. — Я никогда не буду сотрудничать с тобой.       — А придется. Если хочешь, чтобы она осталась в живых.       — Пит. Будь хорошим мальчиком, — произносит старушка.       — Именно. Будь хорошим мальчиком, Пит, — повторяет Ган, посмеиваясь. — От тебя много и не требуется. Видишь ли, я вроде как потерял своего крота благодаря твоему разнюхиванию, так что мне нужен новый. Кто-то внутри, кто облегчит нападение на основную семью. А потом, когда все закончится, съебешься с Вегасом в закат. Макао тоже можете прихватить. Больше они мне не понадобятся. У меня будет новый наследник.       — Что?! — Спрашивают Вегас и Макао в унисон.       — Ах, да. Забыл упомянуть. Моя женщина беременна. Мальчиком. И я позабочусь о том, чтобы он не вырос таким же бесполезным куском дерьма, как вы двое. В любом случае, вернемся к делу.       — Не вернемся к делу, — хлопает глазами Вегас. — У нас будет брат?!       — Нет, у меня будет новый сын. Без неудачных генов вашей матери.       Вегас изо всех сил старается сохранять спокойствие, вместо того, чтобы, ну, хм, например, выбить отцу зубы.       — Думаешь, поможет? — Пит усмехается. — Ты вообще когда-нибудь задумывался над тем, что, возможно, во всем виноваты не плохие гены, а дерьмовый родитель?       Вегас видит, как глаза его отца расширяются до невозможности.       — Ну, смотри, — продолжает Пит. — Вот конкретно сейчас ты используешь одного своего сына в качестве рычага давления на другого. Мда, а я думал, что у меня был хреновый отец, но вау, Кхун Ган, ты у нас о-го-го как задрал планку.       И в этот момент Вегас понимает, что инстинктивная защитная реакция Пита на опасность состоит в том, чтобы просто... съехать с катушек. Понятно, что он лично сталкивался с подобным от него и раньше, но осознает это только сейчас, наблюдая со стороны.       И он во второй раз влюбляется, даже сильнее, чем прежде.       — Кхун Пит! — Хнычет Саншайн. — Ты хочешь, чтобы нас всех поубивали?       Вегас видит, как его отец поднимает пистолет… и целится прямо в юного телохранителя.       — Рад, что ты напомнил мне о своем присутствии, — говорит он, казалось бы, совершенно спокойно, словно не было никаких выпадов со стороны Пита. — Двух заложников более чем достаточно. Избавимся от ненужных рисков, а?       — Босс! — Кричит Саншайн.       Вегас вздыхает. Похоже, что Пит не единственный сумасшедший в комнате.       — Нет, — говорит он, игнорируя направленное на него оружие (если честно, ему даже немного жаль телохранителей, вынужденных столько времени удерживать пушки поднятыми, наверняка руки болят нещадно) и встает между пистолетом отца и своим телохранителем. — Навредишь Саншайн, и я не выполню ни единого твоего приказа. Можешь сразу убить меня, потому что в таком случае я не стану участвовать в твоем сраном перевороте.       Пит ухмыляется, а затем отталкивает один из стволов, чтобы присоединиться к Вегасу.       — Аналогично, — ухмыляется он. — Хочешь, чтобы твой план сработал? Тогда не смей, блять, угрожать нашему пацану.       — Пит, — смеется Вегас.       — Что? Посмотри правде в глаза, мы практически усыновили его.       — Отвратительно, — рычит Ган. — Что ты позволяешь ему, Вегас!       — Папа, ты даже не представляешь, что я ему позволяю, — с улыбкой в ответ. — Значит, договорились? Макао, Саншайн и бабушка остаются целыми и невредимыми, а мы с Питом едем с тобой.       — Я мог бы просто приказать своим людям расстрелять вас всех и покончить с этим цирком.       — Мог бы, — соглашается Пит. — Но не станешь. Ты это знаешь, мы это знаем, так что заканчивай уже с понтами.       Вегас видит, как челюсти Гана сжимаются. Его отец явно размышляет, не проще ли и впрямь было бы их убить и придумать новый план.       — У нас сотрудничество? — Требует подтверждения Ган, смотря на Пита. — Ты будешь моим кротом? Предашь основную семью?       — Бабуля? — Спрашивает Пит.       — Поезжай, сынок. Мы будем в порядке. Не волнуйся. Помнишь, что я сказала тебе, когда умер твой отец. Тебе никогда больше не придется ни о чем беспокоиться.       — Трогательно, — ухмыляется Ган. — Однако я задал тебе вопрос.       — По рукам, — кивает Пит. — Будет тебе крот. Я предам основную семью.