Большое путешествие Иккинга и Беззубика.

Солнце еще даже не показалось на востоке, когда Камикадза выбралась из своего дома через окно и побрела по улице. Абсолютно без цели. Девочка шла, пиная перед собой комок грязи. Мысли самого разного толка вились в ее голове, и никто и ничто в мире не могло заставить их остановиться и упорядочиться. Этим осенним утром она еще никогда не чувствовала себя такой одинокой, по настоящему «одинокой»: Со Сванной она в ссоре, а с Нонной не о чем поговорить. Вульфрик и Хлюпа - вне ее влияния. Больше. Компания из Триггера и Торры вызывала у нее приступ тошноты. Непонятой: она просто хотела, чтобы на нее обратили внимание. Пускай она проснулась под одеялом и с головой на подушке, а рядом с ее кроватью стоял стул, которого раньше не было: знак, что ее мать приходила к ней ночью, чтобы положить ее на кровать, укрыть одеялом, как положено, посидеть рядом с ней и погладить ее по голове – этого ей было мало. Лежа в кровати Камикадза до слез пыталась вернуть себе ощущения материнской руки на ее волосах, но чего она не могла, того не могла. Потерянной: идти ей некуда. Однако ноги сами принесли ее к трактиру Кабанья Кость: как бы она себя не вела, Варга всегда относилась к ней одинаково. И там находился Иккинг, за которым можно было… наблюдать. - Тяжело жить в деревне, где не с кем поговорить кроме, как с хозяйкой таверны. - В трактире было мало людей, и хозяйка решила уделить ей внимание. Камикадза не смогла сдержать радостной улыбки: Женщина поставила перед ней глубокую тарелку с вареными куриными яйцами и кружку с яблочным соком - это было ее любимый завтрак. - Ага. Спасибо. В смысле я не хотела… - Камикадза замялась: еще одной способностью Варги было умение разговорить кого угодно и не раскрывать чужих тайн. Взяв кружку в руку, чтобы заполнить молчание, девочка ощутила, что утварь покрыта резьбой, которой раньше не было. Мозг сам подкинул ей ответ: Иккинг. - Доброе… утро. – Кровожадный Карасик спускался со второго этажа но, увидев Камикадзу, замер на последней ступеньке и поджал губы. Камикадза сделав вид, что никто ниоткуда не спускался, принялась быстрее счищать скорлупу с яиц. - Как твоя рука? – Варга пригласила Иккингу к столу, за которым сидела Камикадза. - Больно? Прости, что не пришла к тебе вечером. - Больно, конечно. – Сев на стул, мальчик махнул раненой ладонью и горько улыбнулся. - За то какая останется памятка… - Он почесал шрам на подбородке больной рукой. Камикадза едва не подавилась: для человека, в которого метнули нож, Иккинг держался просто отлично. Не говоря уже о том, что он не жаловался, в его голосе была лишь ирония. Она сдержала кашель, но не смогла сдержать удивленный взгляд. К счастью до нее никому не было дела. - Ты собираешься идти в лес? – Спросила женщина. - Тебе ведь запретили. - Я ведь не просто так хожу в лес. – Ответил Иккинг. - Я хожу туда, чтобы «вспомнить»… И кроме того у меня там инструменты и все остальное. - Ладно. Так и быть. Я прикрою тебя. – Сказала хозяйка после длинной паузы и ушла, оставив Иккинга и Камикадзу наедине. Оставаться наедине им совершенно не хотелось. Мальчик и девочка встретились взглядами и поняли, что подумали об одном и том же. - "Предательница." – Пронеслось у них обоих в голове. Иккинг сидел напротив Бой-бабы и выстукивал пальцем по столу: меньше всего он хотел сейчас видеть Камикадзу. Меньше всего он хотел врать Варге. Берта сковала ему руки и ноги. Его будущее и будущее Беззубика для него неясно. И хотя Сванна и Вульфрик с ним считаются, что толку, если он вынужден вести двойную жизнь? Камикадза посмотрела на Кровожадного Карасика в злобном бессилии: откуда за две недели у мальчишки появилась такая «власть»? - Никто из взрослых еще никогда не «прикрывал» ее. - Послушай. – Иккинг решил выложить все свои мысли в надежде на облегчение. - Я здесь, с тобой, в одной деревне. Неужели мы должны враждовать друг с другом? – И стал ждать, без страха смотря в голубые озера… или синие льдинки. – Пожалуйста. Камикадза, молча смотрела в глаза цвета хвои. Никто и никогда еще не смотрел ей в глаза так, как это делал Иккинг: с укором и «по-взрослому». Она молчала, пока в ее голове не появилась идея: - Моя мама наверняка предупредила стражников, что тебе в лес ход закрыт. – Сказала она, стараясь не пустить на свое лицо настоящие эмоции. - Как ты собираешься покинуть деревню? Иккинг тяжело и устало вздохнул, понимая, куда идет разговор. Ему едва удалось скрыть в нем нервозность: его уход не предполагал завтрака в обществе Камикадзы. - Я иду с тобой. – Дочь вождя намотала локон себе на нос и сдула его. - Мне тоже надо прогуляться. - Это совсем не обязательно. – Сказал Кровожадный Карасик. - Необязательно? Или ты что-то прячешь в лесу? Как дочь вождя я требую. – Камикадза показала Иккингу кулак. - Либо мы идем вместе. – Девочка разогнула один палец. - Либо ты сам никуда не пойдешь, хотя тебе очень надо. – Бой баба разогнула второй палец. - Либо ты идешь один и когда ты вернешься, произойдет следующее… – Камикадза разогнула третий палец, после чего картинно выпрямилась на стуле и расправила плечи, изображая свою мать, но ее прервало появление Варги, которая принесла завтрак для мальчишки. - Дай поесть хотя бы. – Ответил Иккинг пытаясь понять, что он сказал не так и был ли у него вообще шанс. - А я пока сбегаю за снаряжением. – Заявила Камикадза и ушла, буквально просочилась сквозь толпу викингов идущих завтракать.

* * *

Кровожадный Карасик долго стоял у двери, прежде чем выйти на улицу. Покинув трактир, он постоял на крыльце, чтобы осмотреться, а потом начал спускаться. - Слишком медленно и очевидно. – Послышался голос справа. Иккинг почувствовал, как его сердце екнуло снова: скоро он привыкнет к этому чувству, либо у него случится удар. Выбраться из деревни до того, как Камикадза соберется - был его первый план. - Мы собираемся в поход? – Спросил Иккинг: Камикадза была одета так, словно собиралась на войну: на левом бедре у нее висел настоящий боевой меч, из сапога торчала рукоятка кинжала, а через плечо был перекинут моток веревки. - Ну да. Чтобы у меня хватило сил скрутить тебя, если что-то пойдет не так. – Бой-баба тряхнула копной на голове. - Если я такой «очевидный» может проще довериться мне и отпустить меня на все четыре стороны? - А вдруг ты только притворяешься? И моя мать тебе не доверяет. –Камикадза осмотрела Иккинга с ног до головы. – "Пустая трата нервов." – Подумала девочка, однако она прилагала массу сил, чтобы не судить мальчика по внешности. - Следуй за мной. Очень скоро пара подошла к дому, который стоял слишком близко к частоколу. И как выяснилось, прикрывал брешь, в которую мог пролезть разве, что ребенок. То есть они. - Если тебе интересно я тебе тоже не доверяю. - Буркнул Иккинг после того, как Камикадза пролезла сквозь щель. – После того что ты сделала с сараем… - Эй, я спасла тебя от Хлюпы. – Камикадза скрестила руки на груди. - Давай предположим, что всего этого не было. Иккинг был несколько удивлен таким раскладом, поэтому он без вопросов пролез следом за девочкой: Спасибо. – Сказал он, когда оказался «снаружи». - Всегда «пожалуйста». - Камикадза усмехнулась. За то «спасибо», которое говорил Иккинг, она могла проявлять свое снисхождение сколько угодно. Солнце уже вовсю светило, когда они благополучно преодолели убранные поля, вырубку и теперь продиралась сквозь кустарник. И мелкие сосны предшествующие настоящему лесу. Иккинг шел, молча отгибая древесные ветки, которые грозили ударить его по лицу и, стараясь не слишком сильно оплакивать загубленный день, который он хотел провести с Беззубиком. Для себя он решил, что не скажет Камикадзе больше ни слова. К сожалению, у Бой-бабы были иные планы. - Почему ты все время молчишь? – Камикадза продолжала бодро шагать по лесной подстилке изредка проверяя, следует ли за ней Иккинг. Общество мальчишки улучшало ей настроение, но тишина все портила. - Да так, боюсь лишнего спросить. – Ответил Кровожадный Карасик, почему-то вспоминая о том, как раньше не мог и двух слов связать при разговоре с девочкой. Например, с Астрид. Он наконец-то не выдержал. Воспоминание заставило его взорваться потоком вопросов. – Зачем тебе идти со мной? Зачем ты мне помогаешь? Неужели тебе больше некого доставать? Вождя? Хряпу? Друзей, которые были здесь до меня? Драконов? - Мне просто скучно. – Ответила Камикадза. В ее голосе проскользнула грусть, но мальчишка оказался глух к ее эмоциям. - Просто скучно… - Сказал Кровожадный Карасик, ощущая, как в нем снова поднимается «кислота». Как бочка, заполняющаяся во время ливня. Она шла из сердца и грозила скоро вытечь через рот. –Да, скучно. – Девочка пожала плечами. Она ведь пыталась просто наладить разговор. - Тебе бывает скучно? Не в силах больше сдерживать себя Иккинг вытащил из сумки карту острова Рыжей Жути и сунул ее под нос девочке. - Что это? – Камикадза развернула карту. - Вот чем я занимаюсь в лесу. – Процедил Иккинг сквозь зубы. - И что ты этим хочешь сказать? – Спросила Камикадза, сворачивая предмет, чтобы мальчишка не решил, что карта ей понравилась. Карта была отличной, хоть на ней и не было названий. - Ты не единственная в деревне кому бывает… - Кровожадный Карасик покрутил пальцем в воздухе, подбирая слово. - …Скучно. Камикадза поджала губы: это был камень в ее огород. Она никогда не искала работы, но и не отлынивала от нее. Иккинг же сам искал ее. - Где тебя выбросило на берег? – Камикадза решила сменить тему, в которой ей не победить. Кровожадный Карасик посмотрел на карту. Палец Камикадзы указывал на бухту, название которой он не знал, но успел нарисовать благодаря полетам: - Туда идти целый день и еще столько же обратно. - Волчья бухта. Идем туда. - Отлично. - Иккинг, зло отвернувшись, неожиданно увидел, как среди деревьев проскочил черный силуэт. – Я отлучусь ненадолго. Камикадза только фыркнула, подняв воздух свою челку. Иккинг скрылся за деревьями, тяжело вздыхая: это был вопрос времени, когда Беззубик обнаружил бы себя: - Я тоже очень рад тебя видеть, братец. – Поприветствовал он дракона, который пританцовывая от счастья, вышел из-за кустов. – Это долгая история… Ночная Фурия осторожно обнюхала его раненую руку и отпрянула, глухо зарычав: ее человек был ранен. Наверняка этой девочкой. Дракон обошел Иккинга и двинулся в ту сторону, откуда он пришел. Иккингу понадобилось время чтобы понять что на уме у Беззубика и поэтому он едва успел: пригибаясь к земле словно кошка, дракон был на расстоянии атакующего броска, когда Иккинг встал между ним и тем местом где предположительно находилась Камикадза. Ночная Фурия встала на дыбы и заревела, не понимая, почему ей не дают отомстить. - Беззубик, успокойся, это не она. – Иккинг подумал о том, что еще утром он и не мог представить, что будет защищать Камикадзу от Беззубика. Чтобы успокоить дракона ему пришлось подпрыгнуть и повиснуть на голове у рептилии. – Прости, братец. Сегодняшний день не сложился. Тебе лучше спрятаться в пещере. Дракон заглянул человеку в глаза и, приняв решение, отправился восвояси. Иккинг снова тяжело вздохнул и пошел туда, где оставил Бой-Бабу. Камикадза стояла там, где он ее оставил. Девочка держала свою правую руку на рукоятке меча, и вид у нее был встревоженный. - Просто дракон. – Кровожадный Карасик пожал плечами. Это было трудно, учитывая то, как колотилось его сердце. – Он далеко. Если ОН не ищет НАС, и если МЫ не станем искать ЕГО - бояться нечего. - Откуда ты знаешь? – Камикадзе стало неловко за свое волнение. Она уже думала, что Иккинг попал в драконьи лапы. - Так поступают ВСЕ. – В голосе Иккинга был неприкрытый намек. - Ты не боишься драконов? – Спросила девочка. Мальчишку, похоже, совсем не беспокоило, будет он жить или нет. - Они красивые животные. Когда не пытаются откусить тебе голову. – Кровожадный Карасик подумал, не предпринять ли ему попытку свернуть этот поход, но что-то ему не дало это сделать. – Верни карту, а то заблудимся. Слова Иккинга успокоили Камикадзу, но девочка опустила напряженные плечи лишь после того, как мальчик отвернулся. Спокойствие, с которым Иккинг произнес это, внушало ей едва ли не уважение. Она также заметила, что мальчишка не спросил, боится ли драконов она – ему не было дела до ее чувств. - Где твоя мастерская? – Спросила Камикадза, решив начать издалека и пропустив мальчишку с картой вперед себя. - И как ты находишь материал? - Мастерской у меня нет. Я спрятал инструменты в лесу. Где нахожу материал, там я и начинаю работать. – Ответил Иккинг, испуская долгий вздох облегчения: теперь у него было место для маневра. - А железо можно найти по определенным признакам.

* * *

Они продолжили свой путь, но уже втроем: дракон был все время рядом, словно верная собака - Иккинг чувствовал это и держался на расстоянии. Камикадза продолжала задавать вопросы о его умениях, и он отвечал также как и Вульфрику и Сванне. За разговорами они не заметили, как в полдень подошли к реке берущей исток с правой горной гряды и впадающей в Волчью бухту. - Устроим небольшое соревнование. – Предложила Камикадза. - Кто наловит больше рыбы, тот… не будет ее готовить. - Я не люблю соревнования. – Вдавив из себя улыбку, Иккинг продолжал озираться в поисках Беззубика. - Если мы сейчас повернем обратно, то успеем к ужину. - Соревнование - это смысл жизни, Иккинг. - Недолго думая, девочка срубила кинжалом две длинные ветки и заточила их с одного конца. – Привыкай. – Вторую часть она пропустила мимо ушей. Кровожадный Карасик предпочел промолчать: не говорить же Камикадзе, чем обернулось в его жизни его самое главное, большое и важное соревнование. Река была неглубокая, но широкая и опасно быстрая. То там, то тут из воды торчали валуны, сокращавшие и без того маленькие шансы на выживание при попадании в воду кого-либо. Взяв импровизированные копья в руки, Камикадза и Иккинг встали на камни так, чтобы не мешать друг другу. Вниз по течению, мимо них проплыло несколько рыбьих голов, а потом раздался звук, как будто в реке купалась утка. Очень большая, черная, чешуйчатая, дышащая огнем она решила понервировать своего всадника. Вода была кристально чистой и рыбьи спины, словно отлитые из бронзы блестели на солнце. Этот факт нисколько не способствовал их поимке. Как только копье ударяло в воду, рыба, выпрыгнув из воды, сделав сальто и взмахнув на прощание хвостом, уплывала прочь. Бой-баба двигалась быстро, но нетерпеливо. Иккинг же был терпелив, но недостаточно быстр. В конце концов, Кровожадный Карасик сел на свой камень и стал просто смотреть в воду. Между подводных камней кормился большой лосось. Он решил попробовать свою реакцию, которая до этого срабатывала сама по себе. Его правая рука пронзила водную гладь, и скользкое рыбье тело затрепыхалось между его насмерть сжатыми пальцами. Камикадза, увидев это, поскользнулась на камне и рухнула в воду, к счастью ей удалось ухватиться за валун, но она окунулась в реку с головой. Ее одежда облепила ее тело. - ОТВЕРНИСЬ!!! – Закричала девочка, хотя Иккинг отвернулся чисто инстинктивно. Вид у него был очень напуганный и не из-за ее крика. В это же время где-то выше по течению заревел дракон, и ей прошлось замолчать. - Я… разведу костер. – Иккинг бросил рыбу на берег и скрылся за камнями. Мысль о том, что он в лесу с девочкой впервые посетила его, но он отшвырнул ее в сторону. Камикадза фыркнула и ушла за камни. Ей хотелось, чтобы Иккинг смеялся, пускай над ней, как поступили бы другие, тогда у нее хотя бы будет повод его ударить. Но мальчишка не смеялся. И еще этот дракон… - Держи. – Кровожадный Карасик, увлеченный готовкой рыбы, снял с себя безрукавку и бросил ее девочке. – Прости, я просто решил попробовать. Камикадза, не ожидавшая такой любезности едва не выронила одежду. Вытираясь так, чтобы не промочить шкуру насквозь она отметила, что без медвежьей шкуры Иккинг выглядит гораздо лучше. Девочка посмотрела на свою одежду и оружие, лежащее на берегу. Она одела все это под влиянием странного порыва. Ей хотелось произвести впечатление. Всего на одного человека. Однако урчание в ее животе сбило ее с мысли, и она поспешила на берег, чтобы выжать одежду за валуном, одеться и приступить к трапезе. Лосось приготовился очень быстро. Иккинг завернул его в лист лопуха и обмазал глиной, после чего засунул в костер и присыпал углями. И хотя у него не было соли и других приправ, рыба оказалась прожаренной и вполне съедобной. - Где ты этому научился? – Спросила Камикадза, уплетая половину рыбы, которую они разделили по хребту и греясь у костра. - Руки помнят. – Соврал Кровожадный Карасик, поедая свой кусок и мысленно готовясь к следующему вопросу. Бой-баба долго думала: - Хочешь, я научу тебя фехтовать? - Я не воин. – Кровожадному Карасику стоило больших усилий произнести это быстро, однако он не мог не признать, что слова были искренними. Если Камикадза во время занятий вспомнит кто он… - Тебя выбросило не на тот остров. – Хотела сказать Камикадза, но промолчала, зная, как Иккинг парирует это. В мальчишке было много противоречии - ей пришлось смириться с этим. Пока.

* * *

- Вот здесь я очнулся. – Иккинг отогнул последнюю ветку, и они вышли на пляж, освещенный закатом и усыпанный мусором принесенным приливом. - Пошли обратно. Камикадза удивленно посмотрела на мальчишку и поняла, что он просто шутит - в ночном лесу передвигаться опасно: - Подожди, я еще не все проверила. Разведи костер. А я построю шалаши. Иккинг развел костер как раз между деревьями так, что и он, и Бой-баба могли сесть, прислонившись к вековым соснам, и видеть друг друга. Дочка вождя натаскала сосновых лап и сложила из них два вполне сносных шалаша. - Ты, правда, ничего не помнишь? – Садясь около костра, спросила Камикадза. Она перевернула все доски и камни, которые нашла на берегу и была одновременно рада и разочарованна. - Не-а. – Иккинг помотал головой. Ему было грустно и ему даже не надо было притворяться: он сильно скучал по Олуху. Он сильно устал, но ни разу не пожаловался. – Одни лишь образы и навыки. Прости, Камикадза, у меня нет ни доказательств моей невиновности, ни доказательств моей вины. – Вытащив из сумки карту, он принялся за ее оформление. Камикадза закатила глаза: Иккинг был серьезен, как все знакомое ей взрослое население острова вместе взятое. Она решила сменить тему. - Что ты будешь с ней делать? - Подарю твоей матери. – Иккинг решил быть искренним. - Что? Я не подлизываюсь. - Я тебя ни в чем не упрекаю. – Заявила девочка. Ее слегка задело то, что ее вопрос сразу воспринялся, как нападка. - Что ты хочешь? - Я хотел попросить перерисовать какую-нибудь карту, которой нет у Йохана и выменять ее на кусок кожи. Сделать из нее ножны или что-нибудь еще. - Странный ты. – Сказала Камикадза, но тут же поправила себя. Она сильно устала и, с пошатнувшимся мировоззрением ей трудно было следить за собственным потоком мыслей. - В смысле, как ты вчера поймал этот нож. - Я просто очень сильно разозлился. – Ответил Кровожадный Карасик. - Может ты из племени Истериков? - Вряд ли… Почему Триггер метнул в меня нож? - Иккинг оторвался от рисунка и пояснил свой вопрос. - Ты провела с ним целый день. Камикадза поджала губы и посмотрела на мальчишку - у нее была версия, это была ее вина, отрицать ее она не могла: Триггер метнул в Иккинга нож, потому что она назвала его занозой, и Остолоп очевидно решил ее «вытащить». Она также не могла не признать, что как бы сильно Иккинг не раздражал ее, она не желала ему смерти. Девочка встряхнула волосами, прогоняя мысли. - Я не знаю. – Ответила девочка, чувствуя что-то вроде единения с мальчишкой. - А зачем тебе это знать? - Просто. – Ответил Кровожадный Карасик. – Я любопытен и… - Иккинг будь проще. - Камикадза поудобнее прислонилась спиной к стволу дерева и, положив руки за голову, закрыла глаза. - Как я. Я люблю приключения и... – Камикадза хотела произнести «Тоже любопытна», но к счастью Иккинг ее перебил. - Это конечно не мое дело… Я плохой советчик и… учитель, но за все наши поступки нам придется отвечать. – Произнес Иккинг и, немного подумав, всё-таки признался в том, о чем думал вторую половину пути. - Я предал доверие Варги, отправившись с тобой сюда. Камикадза открыла левый глаз, но промолчала, не найдя что ответить. Это действительно было так. - Я же сказал: плохой советчик. – Иккинг понял молчание девочки, как положительный ответ. - А зачем тогда советуешь? - Будь я хорошим – ты бы ко мне прислушалась. – Иккинг улыбнулся той речи, которую только что произнес. - У тебя на все есть ответы. – Камикадза почувствовала, как уголки ее губ тоже тянутся вверх, но после слов, которые она произнесла, они упали также быстро, как и Иккинга. - К сожалению,... это не так. – Кровожадный Карасик сел поудобнее и снова ушел в себя, работая с картой. Камикадза тяжело вздохнула - она еще никогда не видела, чтобы человек добровольно уничтожал свою победу в споре: Ладно, спрашивай все, что душе угодно. – Девочка попыталась удержать внимание Иккинга на себе. Ей тоже захотелось отвечать на вопросы. И хотелось признаться, что пришла сюда из-за своей матери. Мальчишка был ей интересен: его можно было разгадывать, как загадку. - Спасибо, но лучше завтра. Спокойной ночи. – Иккинг спрятал карту и залез в свой шалаш. - Тебе не страшно? – Спросила Камикадза, не торопясь залезая в свой домик. - Ну, мы же вместе. - Мы уже на «мы»? – Последовал вопрос. - Под «мы» я имел в виду себя и дракона. – Парировал Иккинг: Беззубик улегся где-то невдалеке от их лагеря, и он знал об этом. До него донеслось необычное фырканье похожее на сдерживаемый смех. – Может Камикадза не так уж и плоха? - Подумал он прежде, чем уснуть.

* * *

- Отпустите меня!!! Убогие Изгои. Это было первое, что услышал Иккинг сквозь сон, его глаза широко распахнулись, мозг начал искать решение… но все было тщетно: его вытащили из шалаша за ноги и, перехватив за воротник, заставили раскачиваться в воздухе. - Дети!? – Удивился тот, что держал его за шиворот. - Кого ты назвал ребенком. – Камикадза поняв, что ее держат за шиворот начала раскачиваться все сильнее, желая пнуть Изгоя, что держал ее и Иккинга в живот. - Убить? – Спросил викинг, что держал на своем плече шипастую булаву, и он уже шагнул вперед, когда ему на встречу шагнул другой Изгой и в итоге все остались на своих местах. Иккингу даже не надо было думать, чтобы оценить ситуацию, как стремящуюся к катастрофе. Но спасение маячило между деревьев… Ночная Фурия, похожая на кошку готовую к прыжку, но не способная летать по его, Иккинга, вине… Все, что смог сделать Кровожадный Карасик это помотать головой и увидеть внутреннюю борьбу на морде дракона. Беззубик отступил в темноту, что бы стать с ней единым целым. Иккинг с облегчением выдохнул: - Отлично, я вас уже заждался. – Выпалил он, когда его ноги перестали раскачиваться в воздухе. Его глаза были прикованы к Камикадзе, чьи колебания тоже становились все меньше, а выражения теряли скромность. - Что-что? – Переспросил тот викинг, который похоже считался главным. Всего нападавших было пятеро. - Что значит «что»? Я жду вас здесь уже почти месяц. – Иккинг начал отчаянно жестикулировать, пытаясь запутать пленивших их Изгоев и подать сигнал девочке. - Привел дочку вождя, начертил карту. А ты… Как тебя там? - Э-э… Дикарь. – Назвался высокий викинг с козлиной бородкой и сильными руками. В правой руке он держал длинную кость, и не надо было подсказки, что эта кость была его оружием. - Так вот Дикарь. Я прибыл сюда по приказу вашего вождя. Хочешь обсудить с ним его же приказ? - Ах, ты… - Камикадза задохнулась от переполнивших ее эмоции. За минуту Иккинг узнал о себе много нового и можно было не гадать, что он зря поставил на сообразительность склочной девочки. Впрочем, ему следовало начать с себя: остаться этим утром в деревне, например. - Ведите их в лагерь. Утром Элвин разберется с ними. – Сказал Дикарь и махнул костью на север.