Красавица и мышь

Утром четырнадцатого февраля Гарри выскочил в гостиную Гриффиндора в отличном настроении. Он предвкушал завтрак и, конечно же, целый день, свободный от занятий. В гостиной была только Гермиона: она с книгой в руках примостилась на диванчике у камина. — Гермиона, ты уже успела позавтракать? — весело спросил Гарри. — Нет, я, пожалуй, попью кофе прямо здесь, — неуверенно ответила его подруга. — Да ладно, пойдем вместе, сегодня воскресенье, никуда не нужно спешить, — стал уговаривать ее Поттер. — Гарри, но сегодня там все будут сходить с ума, — все еще пыталась отказаться Гермиона. — Ну и что, ты боишься, что тебя забросают валентинками? Пойдем, я торжественно обещаю, что буду защищать тебя от поклонников, — Гари схватил подругу за руку и, смеясь, потянул за собой. Домовики и профессора постарались на славу: во всем замке в глазах рябило от гирлянд из красно-розовых бумажных сердец и цветов, светильники на стенах были украшены ветками с сердечками и бантами вместо листьев. С потолка спускались подвесы с мишурой, а в воздухе летали свечи с огоньками, опять же в виде сердец. Повсюду носились яркие письмеца-валентинки, оставляющие после себя искрящийся шлейф. Взволнованные девушки ходили стайками, перешептываясь и хихикая. Молодые люди старались сохранять невозмутимый вид, но, получив воздушную валентинку, отчаянно краснели. Младшие ученики, в основном гриффиндорцы во главе с мистером Додсоном, развлекались тем, что незаметно приклеивали на мантии старших яркие сердечки, а девушек обсыпали розовой пудрой. У Гарри заблестели глаза, он, как ледокол, преодолевал мельтешащую толпу, ведя за собой Гермиону. За ними следом, как вымпел за мачтой, уже тянулась дюжина валентинок, что вызывало смешки у окружающих. Не успели друзья разместиться за накрытыми столами, как под потолком Большого зала замелькали совы. Оживление за столами еще больше усилилось, и ученики, кто более, а кто менее ловко стали ловить почту. Гермиона первая почуяла неладное, когда заметила отряд сов, пикирующих прямиком к их местам, поэтому она еще успела отскочить, а вот Гарри и Рона почти завалило разными конвертами, валентинками и свертками. Часть почты упала просто на стол, забрызгав едой и напитками не успевших увернуться соседей. Ученики с других факультетов выглядывали из-за спин сидящих рядом сокурсников, чтобы насладиться таким редким зрелищем. Гермиона смотрела на все это безобразие и шептала: «Я так и знала, что так получится. Лучше бы я осталась в гостиной. Какой ужас! Что я со всем этим буду делать?» Поттер и Уизли и ругались, и хохотали, барахтаясь в ворохе писем. Наконец они выбрались и стали сгребать свою почту в одну кучу. Гарри услышал последние слова Гермионы и легкомысленно сказал: — Да сожги все, делов-то! — Что, прямо здесь? — вспылила Гермиона. — А вдруг там письма от родителей или важные уведомления? — Скорее, важные предложения руки и сердца, — пошутил Гарри, кивком указав на дорогие конверты, перевязанные яркими лентами и запечатанные сургучом. — Лучше перебрать все это в гостиной, — решительно сказала Гермиона и принялась собирать почту в трансфигурированный мешок. — Смотри не пропусти брачные предложения, вдруг Малфой что-то прислал. С такой женой его семье нечего будет бояться, сразу смогут вернуться в Британию к своим павлинам, — зло пошутил Рон. Гарри с досады пихнул его в бок локтем, а Гермиона молча подобрала последние письма и направилась к выходу. Пакет получился большим и неповоротливым, и она все внимание уделяла тому, чтобы, поддерживая его чарами, ничего не зацепить. Повернув за угол, Гермиона неожиданно столкнулась с кем-то. Куль с почтой, оставшись без присмотра, рухнул на пол и рассыпался. Сама Гермиона начала было заваливаться назад, но сильная рука обхватила ее и удержала от падения. Девушка подняла глаза: над ней сумрачной глыбой нависал декан Слизерина. Убедившись, что Гермиона крепко держится на ногах, он отпустил ее. — Ой, простите, сэр… — смущенно пролепетала Гермиона. Снейп недовольно оглядел ее сверху вниз и, заметив рассыпанные конверты, поднял бровь и насмешливо заметил: — О, наша новая знаменитость, мисс Грейнджер! Как я вижу, ваша популярность только растет. Хотите в одиночестве насладиться восторженными посланиями поклонников или надеетесь получить выгодные предложения? Снейп носком туфли пошевелил несколько писем: — Ну, конечно же, Фоули, Гамп… Не стоит отказываться, пока предлагают. Знаете, слава — это еще не все, верно, мисс Грейнджер? — O quam cito transit gloria mundi*, — прищурившись, дерзко ответила Гермиона, глядя прямо в глаза Снейпу. — Именно так, мисс, именно так… — задумчиво произнес Снейп и проследовал дальше. Гермиона зашла в пустую спальню и бросила надоевший пакет с письмами в угол. Ее оскорбили слова профессора. «Как он мог! Неужели и он видит во мне лишь холодную расчетливую особу, мечтающую поудачнее выскочить замуж? — негодовала она. — Вот, оказывается, какое у него мнение обо мне! А я еще… Ну уж нет! Это он — надменный, холодный, бездушный, бессердечный, черствый… змей! Да! — возмутилась девушка. — И вообще, мне должно быть все равно, что он обо мне думает. Так, всё! Нужно успокоиться. Сегодня выходной, вдруг Снупи прилетит пораньше?» И раздражение Гермионы тут же сменилось чувством радостного ожидания встречи со своим маленьким подопечным.