Shadow World

      Амели знала, что делать этого не стоит. Каждая клеточка её тела кричала об опасности, но она не могла просто стоять и смотреть. Майкл Корнер лежал на полу, его тело сотрясалось от боли, а Кэрроу с улыбкой направляла на него палочку.       — Круцио! — снова прозвучало в коридоре. — Ещё раз: кто нарисовал эти лозунги на стенах?       Майкл сжимал челюсти, отказываясь говорить, хотя волшебница знала: это он руководил группой, которая ночью написала «Армия Дамблдора: набор продолжается» на стенах Большого зала.       Она была всего в нескольких шагах от них, спрятавшись за доспехами. Ей просто нужно было доставить сообщение от Невилла в больничное крыло, когда она услышала крики. Она могла пройти мимо. Должна была.       — Экспеллиармус! — заклинание сорвалось с её губ прежде, чем девушка успела подумать.       Палочка Алекто описала дугу и приземлилась со стуком где-то в темноте. Пожирательница резко обернулась, её глаза расширились от удивления, а потом сузились, когда она узнала нападавшую.       — Эссоу, — она практически выплюнула имя. — Я-то думала, ты сбежала из школы.       Амели вышла из тени, всё ещё держа палочку наготове.       — Отойдите от него.       Когтевранка не видела, как Амикус появился из бокового коридора, не слышала его шагов. Она заметила его, только когда было уже слишком поздно.       — Круцио!       Боль обрушилась внезапно — тысячи раскалённых иголок вонзились в каждый нерв. Амели упала на колени, едва сдерживая крик. Сквозь пелену агонии она увидела, как Майкл с усилием поднялся на ноги и, шатаясь, побежал прочь.       «По крайней мере, ему удалось уйти», — мелькнула мысль, прежде чем новая волна боли захлестнула её сознание.       — Думала, мы не узнаем тебя, полукровное отродье? — прошипела Алекто, подбирая свою палочку. — Думала, сможешь бегать по школе и подрывать наш авторитет? Посмотрим, что скажет Тёмный Лорд, когда мы приведём невесту одного из Уизли…       — Круцио! — с наслаждением повторил Амикус.       На этот раз Эссоу не смогла сдержать крик. Казалось, её кости плавятся, а кожа горит. В отчаянии она подумала о Фреде, о том, что, возможно, больше никогда его не увидит.       — Достаточно.       Холодный, резкий голос разрезал пелену боли. Заклятие прекратилось так же внезапно, как и началось. Девушка, тяжело дыша, подняла голову и увидела высокую тёмную фигуру, стоявшую над ними.       Снейп.       — Директор, — Алекто улыбнулась своей жестокой улыбкой. — Мы как раз собирались доставить эту мятежницу в ваш кабинет. Думаю, Тёмный Лорд будет заинтересован…       — Я сказал: достаточно, — в тихом голосе звучала такая угроза, что даже Кэрроу замолчали. — Я сам разберусь с этой… ситуацией.       — Но, директор…       — Вы ставите под сомнение мои методы, Амикус? — Снейп приподнял бровь, и было что-то настолько зловещее в этом простом жесте, что Пожиратель сделал шаг назад.       — Нет, директор, конечно, нет.       — Прекрасно. Тогда можете идти. Обоих вас ждут в подземелье — кажется, там произошла какая-то неприятность с домашними заданиями по вашему предмету, Алекто.       Кэрроу неохотно отступили, бросая на Амели взгляды, полные ненависти и обещания будущей расплаты. Когда их шаги стихли, Снейп повернулся к Эссоу, которая всё ещё лежала на полу, не в силах подняться.       — Глупая девчонка, — прошипел он. — Вы что, жить устали?       Когтевранка не ответила. Её тело всё ещё содрогалось от последствий Непростительного заклятия. Она ждала, что Снейп продолжит пытку или отведёт её к Волан-де-Морту, как угрожали Кэрроу.       Вместо этого он резко взмахнул палочкой, и Амели почувствовала, как невидимая сила поднимает её на ноги. Она пошатнулась, но смогла устоять.       — За мной, — коротко бросил мужчина и, не оглядываясь, зашагал по коридору.       Ей не оставалось ничего другого, как последовать за ним, хотя каждый шаг отдавался болью во всём теле. Они поднялись по лестнице, но вместо того, чтобы направиться к кабинету директора, Снейп повёл её в больничное крыло.       Мадам Помфри встретила их с неодобрительным цоканьем языка.       — Ещё одна жертва, Северус? — спросила она тихо.       — Позаботьтесь о ней, — только и сказал Снейп. Затем повернулся к Амели, его чёрные глаза были непроницаемы. — Мисс Эссоу, если вы ещё раз покинете своё… убежище, я лично прослежу, чтобы вас исключили из школы и передали в руки Министерства. Полагаю, вы понимаете, что это означает.       Волшебница смотрела на него, как раз таки не понимая. Почему он не выдал её Кэрроу? Как он узнал о «убежище»?       Снейп, казалось, прочитал её мысли.       — Я директор этой школы, мисс Эссоу. Ничто не происходит в этих стенах без моего ведома. Ничто.       Он развернулся, его чёрная мантия взметнулась, и через мгновение его уже не было.       — Пойдём, дорогая, — мягко сказала мадам Помфри, помогая Амели добраться до кровати. — Выпей это. Поможет с последствиями… того, что они с тобой сделали.       Девушка послушно проглотила горькое зелье. Постепенно боль начала отступать.       — Почему он помог мне? — прошептала она.       Женщина только покачала головой, её глаза были полны печали.       — Северус Снейп — сложный человек, дорогая. Очень сложный человек.

***

      Дэни проснулась от резкого холода — защитные заклинания вокруг палатки истончились за ночь. Гермиона спала беспокойно, бормоча что-то во сне. С тех пор как Рон ушёл, она почти не отдыхала, погружённая в книги и карты, словно пытаясь заполнить пустоту в их маленьком отряде.       Гарри не было в палатке.       Клейтон накинула тёплую мантию и вышла наружу. Снег хрустел под ногами, воздух обжигал лёгкие. Она огляделась по сторонам — ни следов, ни признаков присутствия Поттера.       — Гарри? — позвала она тихо, стараясь не нарушать утреннюю тишину леса.       Никто не отозвался. Тревога холодной волной пробежала по спине. Куда он мог уйти? Они же договорились не покидать периметр защитных заклинаний в одиночку.       — Гермиона! — Дэни бросилась обратно в палатку. — Гермиона, просыпайся!       Грейнджер вскочила, мгновенно выхватив палочку из-под подушки.       — Что случилось?       — Гарри пропал.       Они нашли следы — цепочку отпечатков, уходящую в глубину леса. Следовали по ним, продираясь сквозь кусты и перепрыгивая через корни деревьев. Слизеринка чувствовала, как сердце колотится в груди от страха и непрекращающейся тревоги.       — Смотри! — Гермиона указала вперёд, где между деревьями виднелась маленькая замёрзшая заводь.       Они увидели одновременно: лёд в центре был проломлен, а на берегу виднелись две фигуры. Одна из них лежала, судорожно кашляя, а вторая склонилась над чем-то, что поблёскивало в свете восходящего солнца.       — Рон? — ахнула гриффиндорка, ускоряя шаг.       Дэни едва поспевала за ней. Когда они подбежали ближе, её сердце пропустило удар: Гарри, мокрый и дрожащий, лежал на снегу, а рядом с ним стоял Уизли, держащий в руках меч Гриффиндора.       — Что произошло? — Клейтон упала на колени рядом с Поттером, набрасывая на него свою мантию.       — Он пытался достать меч, — хрипло ответил Рон. — Он был на дне. Кто-то положил его туда, оставил указание…       Парень замолчал, глядя на Гермиону, которая застыла в нескольких шагах от них, её глаза наполнились слезами.       — Ты вернулся, — прошептала она.       — Я… — начал Рон, но Грейнджер уже бросилась к нему, сначала ударив кулаками в грудь, а затем крепко обняв, уткнувшись лицом в его плечо.       Дэни помогла Гарри подняться.       — Ты с ума сошёл? Нырять в ледяную воду…       — Я видел патронуса, — ответил он, всё ещё дрожа. — Лань. Она привела меня сюда, показала меч. Я должен был…       — И чуть не утонул, — мрачно закончила девушка. — Если бы не Рон…       Она посмотрела на Уизли, который неловко обнимал Гермиону. На земле рядом с ними лежал медальон Слизерина — раскрытый, искорёженный, с разбитым вдребезги стеклом внутри.       — Ты уничтожил его? — спросила она, кивая на крестраж.       Рон кивнул, его лицо стало серьёзным.       — Он… сопротивлялся. Но я справился.

***

      Коттедж Ксенофилиуса Лавгуда напоминал гигантскую шахматную ладью, возвышающуюся над холмом. Когда они подошли к двери, Дэни не могла избавиться от ощущения неправильности — дом казался заброшенным, несмотря на дым из трубы.       — Уверены, что это хорошая идея? — спросила она, когда Гарри постучал в дверь.       Никто не ответил. Их привёл сюда символ — странный треугольник с кругом и линией, который Ксенофилиус Лавгуд носил на шее на свадьбе Билла и Флёр. Тот же символ был нарисован поверх страницы в книге сказок, оставленной Дамблдором для Гермионы.       Дверь открылась резко, и на пороге появился сам хозяин — растрёпанный, с безумным блеском в глазах.       — Кто вы? Что вам нужно?       — Мистер Лавгуд, мы друзья Луны, — начал Поттер. — Мы хотели бы поговорить с вами.       При упоминании дочери лицо Ксенофилиуса изменилось — страх смешался с отчаянием.       — Луны… Луны нет дома, — пробормотал он.       — Мы подождём, — настойчиво сказал Гарри. — Нам очень нужна ваша помощь.       Мужчина колебался, но затем отступил, пропуская их внутрь. Дом был в беспорядке — перевёрнутая мебель, разбросанные бумаги, разбитая посуда.       — Что здесь произошло? — тихо спросила Гермиона, оглядываясь.       — Ничего! — слишком быстро ответил Ксенофилиус. — Небольшой… взрыв при эксперименте. Ничего серьёзного.       Когда они поднялись наверх, в комнату, служившую и гостиной, и кухней, и рабочим кабинетом, Дэни пару раз ловила странные взгляды, которые старший волшебник бросал в сторону окна.       — Мистер Лавгуд, — начал Гарри, доставая из кармана бумагу с нарисованным символом. — Мы хотели спросить об этом. Что это значит?       Ксенофилиус вздрогнул, глядя на рисунок.       — Знак Даров Смерти, — ответил он тихо.       — Дары Смерти? — переспросила Гермиона. — Из сказки?       — Не сказки! — вдруг воскликнул Лавгуд. — Истории, правдивой! Три брата действительно встретили Смерть, и она действительно дала им дары — Бузинную палочку, Воскрешающий камень и Мантию-невидимку!       Пока Ксенофилиус рассказывал о легенде, Клейтон заметила, что он становится всё более нервным. Его взгляд постоянно метался к окну, а пальцы теребили край мантии.       — Где Луна, мистер Лавгуд? — неожиданно спросила она, прерывая его рассказ.       Мужчина замер, его лицо исказилось от боли.       — Они забрали её, — прошептал он. — Забрали из Хогвартс-экспресса. Из-за того, что я писал в своём журнале. Поддерживал Поттера. Они сказали, что вернут её, только если я…       Он не закончил, но бросил отчаянный взгляд в окно. В следующее мгновение Дэни увидела их — чёрные фигуры на мётлах, приближающиеся к дому.       — Ловушка! — крикнула она. — Он вызвал Пожирателей!

***

      Похитители тащили их по грязной дороге, ведущей к воротам Малфой-мэнора. Лица Гарри было не узнать — распухшее от проклятия, которое Гермиона бросила в последний момент перед тем, как их схватили. Но слизеринка понимала, что этого будет недостаточно. Слишком многие в мэноре знали друзей Золотого мальчика в лицо.       — Дополнительные гости к ужину, Нарцисса! — крикнул один из Пожирателей, когда железные ворота открылись перед ними.       Дэни почувствовала, как страх сковывает её внутренности ледяным обручем. Малфой-мэнор. Место, ставшее штаб-квартирой Волан-де-Морта. Место, где сейчас мог находиться он сам.       Их привели в большую гостиную. Хозяйка поместья стояла у камина, её бледное лицо не выражало никаких эмоций. Рядом с ней замер Драко, и когда их взгляды встретились, Клейтон заметила в его глазах мимолётную панику.       — Драко, — произнесла миссис Малфой. — Это они? Узнаёшь?       Парень медленно подошёл к пленникам. Он смотрел на Гарри, потом на Рона, Гермиону. Его глаза на мгновение задержались на Дэни, и она увидела в них что-то, чего не ожидала — не только страх, но и отчаяние.       — Я… не уверен, — пробормотал он.       В этот момент дверь гостиной распахнулась, и в комнату вошла Макинтайр в сопровождении Лестрейндж. Дэни почувствовала, как Гарри напрягся рядом с ней.       Джо застыла на месте, её глаза расширились, когда она увидела Гарри. На мгновение Клейтон показалось, что Макинтайр бросится к нему, но Драко резко шагнул вперёд, схватив её за запястье. Это движение было таким быстрым и неожиданным, что никто, кроме Дэни, казалось, не заметил его.       Беллатриса прошла мимо них, её безумный взгляд скользил по пленникам.       — Что у нас здесь? — проворковала она. — Поттер и его дружки? Наконец-то…       Её взгляд упал на меч Гриффиндора, который один из ищеек держал в руках.       — Откуда у вас это? — прошипела она, и в её голосе зазвучал неприкрытый ужас. — Откуда?       — Нашли у них, — ответил егерь. — Думаю, это стоит дополнительного вознаграждения…       — Тихо! — рявкнула женщина. — Всех в подвал! Кроме… — её взгляд остановился на Гермионе, а затем перескочил на Дэни. — Кроме грязнокровок. Мне нужно поговорить с ними… наедине.       Девичий крик эхом отразился от стен. Слизеринка сидела на полу, прижимаясь спиной к стене, ожидая своей очереди. Беллатриса пытала Грейнджер, требуя рассказать, откуда у них меч, который, по её мнению, должен был находиться в её сейфе в Гринготтсе.       Драко стоял в углу комнаты, его лицо было белым как мел. Джо исчезла — Дэни не знала, куда она ушла после того, как пленников разделили.       — Драко, — прошептала Клейтон, когда Пожирательница на мгновение отвлеклась. — Помоги нам… пожалуйста.       Малфой посмотрел на неё, и в его глазах она увидела столько боли и страха, что на мгновение пожалела его.       — Я не могу, — едва слышно ответил он. — Если я попытаюсь… они убьют мою семью. Убьют меня. Убьют тебя.       — Ложь! — визжала Беллатриса, наклоняясь над Гермионой. — Вы были в моём сейфе! Что ещё вы взяли? Что ещё?!       — Ничего! — рыдала девушка. — Мы никогда не были в вашем сейфе! Это копия! Копия!       Лестрейндж оттолкнула её и резко повернулась к Дэни.       — Твоя очередь, дорогуша, — её голос был сладким, как патока, а глаза полыхали безумием. — Но сначала… Драко! Иди сюда.       Малфой медленно подошёл, его лицо было похоже на восковую маску.       — Поскольку эта маленькая грязнокровка так тебе дорога, — продолжила Беллатриса, ухмыляясь, — ты сам отметишь её. Вот, — она протянула ему небольшой серебряный нож. — Вырежи на её руке то, кем она является.       Драко не двигался, глядя на лезвие в руке тёти.       — Я сказала, делай! — взвизгнула Беллатриса.       — Нет, — тихо, но твёрдо ответил он.       Пощёчина была настолько сильной, что парень пошатнулся. Красный след от чужих пальцев расцвёл на его бледной щеке.       — Бесполезный мальчишка, — прошипела Лестрейндж. — Как и твой отец. Тогда я сделаю это сама!       Она схватила Дэни за волосы, притягивая к себе. Холодная сталь коснулось кожи, и девушка закусила губу, готовясь к боли. Беллатриса прижала нож к её руке, и лезвие впилось в плоть. Клейтон сдержала крик, но её тело напряглось, а глаза наполнились слезами. Кровь выступила на коже, пока Пожирательница медленно, с почти садистским удовольствием выводила каждую букву. Рука Дэни дрожала, но она не сопротивлялась, зная, что это только усилит мучения.       Драко стоял неподвижно, его лицо было бледным, а в глазах читался страх — не только за неё, но и за себя. Он знал, что любое слово или движение против Беллатрисы может обернуться для него ещё большей жестокостью. А недавнее неповиновение не останется без кары. Его руки сжались в кулаки, но он не посмел вмешаться.       Когда женщина закончила, она откинула Дэни назад, с удовлетворением разглядывая свою работу. Кровоточащее слово «грязнокровка» теперь навсегда останется на её коже.       — Вот так, — прошипела она, облизывая губы. — Теперь все будут знать, кто ты на самом деле.       Слизеринка сжала зубы, стараясь не показать, как ей больно, но её глаза выдавали ужас и унижение. Драко, всё ещё стоявший в стороне, не мог смотреть на неё, его взгляд был устремлён в пол. Он чувствовал себя беспомощным, бесполезным трусом, и это чувство разъедало изнутри.       Внезапно раздался громкий хлопок, и на люстру, висевшую над ними, приземлилось маленькое существо с большими ушами и выпученными глазами.       — Добби! — воскликнула Дэни.       Люстра покачнулась и с оглушительным звоном рухнула вниз. Беллатриса отскочила, выпуская добычу из рук. Хаос наполнил комнату — крики, заклинания, звон разбитого стекла.       — Гарри Поттер! — пропищал Добби, появляясь рядом с дверью, где стояли Гарри, Рон и освобождённые из подвала пленники. — Добби пришёл спасти Гарри Поттера!       Клейтон бросилась к ним, ловко уворачиваясь от заклинаний. Драко оказался на её пути, их глаза встретились на мгновение.       — Беги, — прошептал он, и Дэни могла поклясться, что увидела в его глазах слёзы.       Она схватила протянутую ладонь Гарри. Добби стоял между ними, его маленькая рука была готова к трансгрессии.       — Нет! — закричала Беллатриса, и серебряный нож полетел в их сторону.       Мир завертелся вокруг них, сжимаясь в тугую спираль. Последнее, что увидела девушка, был силуэт Джо, появившийся в дверном проёме, и её расширенные от ужаса глаза.       Они рухнули на прохладный песок пляжа. Свежий морской воздух наполнил лёгкие Дэни, заставив её закашляться после затхлости Малфой-мэнора.       — Мы сделали это! — воскликнул Уизли, поднимаясь на ноги. — Мы выбрались!       Но Гарри не отвечал. Он смотрел на Добби, который стоял, покачиваясь, его большие глаза были широко раскрыты от удивления. На груди домового эльфа расплывалось тёмное пятно.       — Добби? — тихо позвал гриффиндорец.       Маленький эльф посмотрел на Гарри с такой любовью и преданностью, что у Дэни сжалось сердце.       — Гарри… Поттер… — прошептал он, прежде чем упасть на песок.       Нож Беллатрисы, брошенный в последний момент, нашёл свою цель.

***

      Гроза неистовствовала над поместьем Макинтайр, словно небеса разделяли ярость его обитателей. Молнии вспарывали ночное небо, высвечивая силуэт Вильяма, застывшего у окна. В их мертвенном свете его профиль казался высеченным из гранита — такой же холодный и непреклонный.       Джо сжимала в побелевших пальцах древний пергамент, чувствуя, как злость поднимается изнутри подобно приливной волне.       — Всё это время ты знал! — её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Знал о проклятии и молчал!       Мужчина медленно обернулся. В глубине его глаз таилась усталость, накопленная годами молчаливой борьбы.       — Я пытался защитить тебя, Джоди.       — Защитить? — девушка горько рассмеялась. — Этим знанием ты мог уберечь меня от всего, что случилось!       — И что бы это изменило? — Вильям шагнул к дочери. — Ты думаешь, знание о проклятии остановило бы твои чувства?       — Но это... — запнулась девушка, словно не веря. — Если ты прав, и всё дело в проклятии, то это вообще не...       — Прекрати отрицать очевидное! — В голосе волшебника прорезалась сталь. — Посмотри правде в глаза — ты помогла Поттеру и его друзьям сбежать из-за проклятия.       Молния ударила совсем близко, на мгновение заполнив комнату ослепительным светом. В этой вспышке она увидела то, чего раньше не замечала — страх в глазах отца.       — Здесь написано, как всё исправить, — Джо подняла пергамент. — Реликвию можно восстановить. Проклятие — снять. Нужно только отправиться в Китай и...       — Нет! — Вильям ударил кулаком по столу с такой силой, что чернильница опрокинулась, расплескав своё содержимое по столешнице. — Я запрещаю тебе даже думать об этом!       — Ты не можешь мне запретить! — слизеринка сделала шаг к отцу. — Я не ребёнок!       — Ты не понимаешь, во что ввязываешься! — он схватил её за плечи, его пальцы впились в кожу. — Думаешь, я не искал решения? Не пытался избавиться от проклятия?       Джо вырвалась из его хватки.       — Тогда объясни мне! Вместо того, чтобы отмахиваться от меня, как от несмышлёного дитя!       Гром прокатился над поместьем, и пламя в камине на мгновение погасло, погрузив кабинет в кромешную тьму. Когда огонь вновь вспыхнул, лицо Вильяма выглядело постаревшим на десятилетие.       — Это не простое проклятие, Джоди, — тихо произнёс он. — Твоя бабушка активировала реликвию, пожертвовав собственной жизнью.       Макинтайр застыла, чувствуя, как по спине пробегает холодок.       — Почему ты никогда не рассказывал мне об этом?       — Потому что надеялся найти другой путь, — мужчина отвернулся к окну. — Я хотел решить эту проблему, не оставляя тебя сиротой. Времени было мало. А теперь его не осталось совсем.       — Что ты имеешь в виду?       Вильям долго молчал, глядя на грозовые тучи.       — Изабелла мертва, — наконец произнёс он.       Эти слова ударили Джо сильнее, чем любое заклинание. Мир вокруг словно замер, вместе с её сердцем.       — Что? — прошептала она. — Как... когда?       — Несколько недель назад. В Министерстве, — его голос звучал отстранённо, будто он зачитывал официальный отчёт. — Поттер и его друзья проникли туда. Случилась стычка с Пожирателями. Амбридж лишилась медальона, за которым пришёл Тёмный Лорд. А твоя мать... столкнулась с дементорами.       Джоди медленно опустилась в кресло. Все эти годы она ненавидела мать — холодную, властную женщину, никогда не проявлявшую к дочери ни капли материнского тепла. Но смерть... Она никогда не желала ей такой участи.       — Почему ты сразу не сказал мне? — голос девушки звучал глухо.       — Потому что ты бы бросилась совершать глупости, — взгляд Вильяма был непроницаем. — А сейчас это опаснее, чем когда-либо.       — Для кого опаснее? Для тебя или для меня?       — Для всех нас.       — Тогда почему не позволяешь мне помочь? — воскликнула Джо, вскакивая. — Если существует способ починить реликвию, я готова отправиться в Китай и...       — И погибнуть, едва пересечёшь границу! — в голосе волшебника зазвучала сталь. — Пожиратели следят за каждым нашим шагом. А если проклятие усилится...       Он не закончил фразу, но Джо понимала, о чём он думал. Если его привязанность к Тёмному Лорду усилится, он может полностью потерять контроль над собой.       — Что бы ты ни чувствовала к Поттеру, — продолжил Вильям, понизив голос, — это не настоящее. Это проклятие, извращающее твои эмоции.       — Нет, — покачала головой она. — Ты ошибаешься. То, что я чувствую... это реально. Это моё.       — Джоди, — Макинтайр подошёл ближе, — ты ходишь по тонкому льду. Один неверный шаг — и ты утонешь в пучине, из которой нет возврата.       Очередная молния осветила комнату, и на мгновение Джо показалось, что в глазах отца мелькнул красный отблеск.