И боги открыли глаза

Над головой тихо шелестела листва старого огромного дерева, дул приятный теплый ветерок. Двигаться совсем не хотелось. Мягкая трава нежно ласкала кожу, убаюкивая. Над левым ухом пролетел, жужжа, большой жук. Мика все-таки заставила себя сесть. Привалившись спиной к шершавому широкому стволу, она задрала голову, пытаясь разглядеть небо сквозь густую крону. — Опять, — с тоской протянула Мика. Опять она здесь. На этом самом холме, под этим деревом. Одна. Все то же безоблачное ясное небо, все тот же теплый летний день. Все та же чужая память. Когда приступы внезапно сошли на нет, Мика порадовалась, что, наконец-то, может нормально пожить. Хотя бы чуть-чуть. Ее даже на какое-то время прекратили мучить кошмары, что было вообще замечательно, но, как оказалось, это стало затишьем перед бурей. С появлением Аллена Уолкера все пошло по пизде. И чем дольше седой мальчишка был с ними, тем становилось все хуже. Мика даже сбежала из штаба в ту свою комнату, чтобы немного перевести дух, но и там ей не дали отдохнуть. Появление Тики оказалось слишком внезапным, еще и с помощью врат Ковчега, а выглядел он совершенно обезумевшим, чтобы вести хоть какой-то диалог. Память Ноя его точно так же медленно сжирала, как и Чистая Сила любого экзорциста. Признаться честно, Мика в тот раз подумала, что дело снова дойдет до драки. Но нет. Они просто потрахались. Она не испытывала ни грамма раскаяния или стыда за случившееся. По крайне мере, Тики пришел в себя в тот раз. Что будет в следующий — Микаэла старалась не думать. Вполне вероятно, что им все-таки придется сражаться. — Вот ты где! Мика аж подскочила на месте, когда ее вдруг сгребли в крепкие объятия. Теплые. Руки этого мужчины были такими же теплыми, как и у Тики. Кто это был? Кого она забыла?

***

Сердце словно сжали в тиски. Мика задыхалась, лежа на кровати. В ушах шумело, голова раскалывалась. Тук. Тук. Тук. Ее сердце всегда так громко билось? Ей всегда было так тяжело дышать? «Почему ты не хочешь помнить?» Потому что это страшно, черт подери. Мика не хотела потерять себя, не желала стать безвольной марионеткой в руках не пойми кого. Она понятия не имела, чьи это воспоминания и, откровенно говоря, даже знать не хотела, хотя и чувствовала, что из-за своего упрямства теряет что-то очень важное. Что могло быть важнее себя? «Меня зовут…» — Заткнись! — рявкнула Мика и все-таки упала с кровати на пол, больно приложившись локтем о тумбочку. — Блядство! Пол был холодным и не шел ни в какое сравнение с травой на том холме. Как бы ей хотелось вернуться туда… — Нет-нет-нет! Стук в дверь заставил Мику резко затихнуть и рывком сесть. Перед глазами все еще плыло, а ушибленный локоть неприятно болел. Кого там принесло опять? — Мика, все в порядке? — послышался обеспокоенный голос Ривера. — Да! Чего хотел? — Комуи хочет тебя видеть. Похоже, новое задание. Мика тихо выругалась. Меньше всего ей сейчас хотелось куда-то идти и кого-то видеть. После того, как в Ордене появился Аллен Уолкер, жизнь буквально заиграла новыми красками. Стала более насыщенной, яркой, богатой на события… Чертовы приступы возобновились. И Мика отдала бы все, чтобы вернуться к своей рутинной повседневности, а не корчиться почти каждое утро в холодном поту от ощущения, будто ей все кости в труху перемалывали. Но пожаловаться она никому не могла, даже доказать то, что приступы были вызваны именно появлением Аллена, а не просто так совпало. Поэтому приходилось терпеть. Впрочем, как всегда. — Сейчас приду, — нехотя ответила Мика, вставая с пола.

***

Возможно, помимо появившегося Аллена свою роль сыграли и Акума, что в последнее время просто одолели ее, но настроение все равно было паршивым, и Мике хотелось нажраться в хлам и уснуть мордой в салате. Серьезно, почему она до сих пор этого не сделала? — Значит, в шахтах пару дней назад обнаружили осколок, — Мика раздражённо выдохнула и тряхнула головой. — А узнаем мы об этом только сейчас. — Да, — Комуи поправил очки. — К сожалению. Искатели так и не смогли подобраться к тому месту ближе — оно уже было окружено Акума. Поэтому предположили, что дело может быть именно в осколке. Надо проверить, вероятность почти сто процентов, а из свободных экзорцистов сейчас осталась только ты, поэтому… Мика прервала его, отмахнувшись. Она все прекрасно понимала и в оправданиях уж точно не нуждалась. Хотя свернуть кому-нибудь шею все-таки хотелось, так что, пожалуй, стоило поторопиться с выездом. — Ладно, я тебя поняла. Тогда отправляюсь сейчас же. Все равно уже разбудили.

***

Как бы она ни торопилась, но все равно слишком много времени потратила на дорогу до шахтерского городка где-то на окраине Румынии. Сначала пришлось плыть на пароме, который качало на высоких волнах, потом — ехать на поезде. И, несмотря на то, что купе было до неприличия роскошным, настроение от этого лучше не стало. Каждый день в пути приближал не столько к цели, сколько к вероятности того, что на месте городка Микаэла рисковала обнаружить сплошные руины, раз уж в окрестностях целых два дня крутились Акума. Наверняка, там был не только первый уровень. Одним словом, по её прикидкам, дела обстояли просто отвратительно, и казалось, что проще было отдать этот треклятый осколок, чем гнаться за ним и надеяться на чудо. За семь лет службы в Черном Ордене Мике доводилось не раз бывать в местах и более захолустных и сомнительных. Этот же шахтерский городок хоть и встречал её полупустыми улицами, но, судя по добротным зданиям и десятку магазинов, упадка явно не испытывал. Бараки стояли на самой окраине — ближе непосредственно к самим шахтам, чтобы рабочие не тратили много времени на дорогу. Хотя местные жители наверняка каждый вечер возвращались домой, к семьям. К удивлению Мики, жизнь здесь не замерла, люди не выглядели испуганными, скорее, просто уставшими. Народа было не так много, но и Микаэла прибыла в середине дня, так что и это было вполне объяснимо. Первым делом она направилась прямиком к шахтам, не желая тратить время на расспросы и разговоры. Поиск и уничтожение Акума сейчас являлись второстепенной целью, ведь куда важнее было заполучить осколок, если ещё не поздно. — Эй! Эй, госпожа экзорцист! Мика остановилась и обернулась. К ней из переулка спешил мужчина в форме искателя. Почему её не встретили сразу на перроне — оставалось загадкой. Она вообще не рассчитывала, что кто-то останется её тут ждать. Искатели или сопровождали экзорцистов с самого начала, или встречали на месте, если требовалась их помощь. Мика предпочитала работать без сопровождающих, хотя иногда и подсовывали компанию в особо тяжёлых случаях. Поэтому, увидев искателя, она удивлённо изогнула бровь. — Не думала, что меня будут ждать, — призналась Микаэла. — Мы хотели вам сообщить, но не смогли связаться с вашим големом, госпожа экзорцист. Мика сунула руку запазуху и достала оттуда выключенного голема. Сильно встряхнула. Тот почти сразу же открыл камеру-глаз, затрепетал узкими острыми крыльями и вспорхнул с её ладони. — Коротко и по существу, — потребовала Мика, возобновляя свой путь, так что искателю пришлось поспешить за ней. — Два дня назад на шахтах произошёл обвал. Внутри остались несколько приезжих рабочих. Разбор завала проводят в светлое время суток, но, боюсь, они все равно не успеют спасти бедолаг. Слишком медленно работают, а ведь прошло уже столько времени. Два дня — это действительно много. Пока ещё не критично, но уже около того. Голодание, обезвоживание, та же нехватка воздуха. А если рабочие получили травмы? Мика покачала головой. Новости совершенно не радовали. Как ей пробиваться через обвал-то? — Он прямо на входе? — спросила она. — Кто? — не понял искатель. — Обвал, — раздражённо произнесла Микаэла. — И что там с Акума? — Обвал нет, он в глубине шахты. Акума появляются ночью, но кружат возле входа, а дальше не суются. Может, из-за влияния Чистой Силы? — Может и так. Тогда у рабочих ещё есть шансы выжить. Наверное. Если их защитит осколок, конечно. В чем Мика очень сильно сомневалась. Но выбора у неё все равно не было, и лезть в шахту так или иначе придется. Не хотелось, но да ладно. Выместить всю злость и разочарование можно было и ночью на тех же Акума. У входа в шахту собралась приличных размеров толпа рабочих. Большинство из них отдыхали, кто-то спорил с, наверное, бригадиром о чем-то. Мика, не сбавляя шаг и игнорируя неприятное тянущее чувство в груди, обычно предшествующее очередному приступу, прошла мимо всех, будто и не замечала никого вокруг. Она знала: остановись хоть на миг, заговори хоть с кем-то, и ей точно захотят помешать. А лишних разговоров сейчас уж точно не хотелось. Микаэла просто надеялась, что искатель уладит все вопросы вместо нее. Зачем-то же он за ней увязался, так ведь? — Эй, дамочка! — Ты кто такая? А ну стой! У входа на гвозде, вбитом в деревянную балку, висела самая обычная птичья клетка с канарейкой. Мика помнила, Тики ей когда-то рассказывал, что этих птичек рабочие использовали, чтобы вовремя заметить утечку газа. Мол, когда птица начинала вести себя тревожно или становилась вялой, по ней можно было определить, когда следовало делать ноги. Потом канареек поднимали обратно на поверхность, те приходили в себя и снова заступали на смену. — Стой, тебе говорят! Глухая что ли?! Мика взяла клетку с птицей и фонарь и пошла вглубь пещеры. До неё ещё какое-то время доносились возмущенные крики рабочих, но потом и они стихли. То ли искатель все уладил, то ли она отошла слишком далеко — в извилистом коридоре особо понятно не было. Он оканчивался лифтом, не внушавшим особого доверия, но Мика все равно спустилась на нем, явственно ощущая, как потяжелел воздух. Пожалуй, она начинала уважать Тики и эту его работу чуть больше. Хотя вряд ли Ной так сильно страдал по сравнению с другими людьми. Завал оказался на этаж ниже. Часть камней уже оттащили и аккуратно расставили вдоль стен, видимо, чтобы не мешались, и чтобы заодно укрепить их и избавить себя от возможности нового обвала. Мика не была сильна во всех этих нюансах. Почему-то здесь никого не было. Неужели все рабочие разом решили сделать перерыв? Повесив клетку с канарейкой на гвоздь и поставив фонарь на один из валунов, Мика на несколько секунд замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. В груди все ещё неприятно тянуло, и это ей совершенно не нравилось. Пожалуй, все-таки стоило немного поработать руками, чтобы отвлечься.

***

К тяжёлому неоплачиваему труду Микаэле было не привыкать. В конце концов, она работала семь лет на Чёрный Орден, а до этого перебивалась однодневными заработками, и не все они были одинаково лёгкими и приятными. Точнее, ни одна из работ приятной не была. Лёгкой — тем более. Бродяжек вроде Мики не очень-то жаловали. А ритмичное махание киркой даже вводило в какой-то своеобразный транс, очищало мысли и все такое. В общем, помогало не думать и не обращать внимание на боль в груди. И за этим простым, казалось бы, занятием Мика провела несколько добрых часов, пока в какой-то момент кирка не наткнулась на что-то очень твердое, отдавшись болезненным имульсом в руках. — Какого хера? Только сейчас она ощутила, что что-то тут не так. Если бы кирка натолкнулась на особо крепкий камень, Мике достаточно было бы приложить чуть больше усилий, чтобы сломать его. Но здесь словно был какой-то невидимый барьер. — Эй! Кто-нибудь слышит меня? Отбросив кирку в сторону, Мика уже руками принялась разгребать куски горной породы. В отличие от других экзорцистов она не носила перчатки, оттого и острые края неприятно царапали пальцы, оставляя кровоточащие мелкие ранки, которые, правда, тут же заживали. Отбросив особо крупный валун, Мика чудом успела поймать камень чуть поменьше, который будто перестало удерживать что-то невидимое. — Блять, серьезно? — выдохнула Микаэла и отбросила ещё несколько булыжников в сторону. — Ох, госпожа экзорцист, вы прямо-таки наша спасительница! В каменном мешке, который ей удалось расковырять за эти несколько гребаных часов, оказался чёртов Тики Микк со своими товарищами! Все трое мужчин выглядели порядком помятыми и жутко грязными, но хотя бы были живы. Впрочем, вряд ли что-то могло случиться с Тики, имевшим возможность проходить сквозь предметы, а вот двум другим очень даже крупно повезло. Мика нахмурилась. Кажется, она начала понимать, чем было вызвано странное покалывание в пальцах. И нет, в этом было виновато вовсе не исцеление. Тики использовал свою способность, чтобы их защитить? — Вылезти сможете? — спросила Микаэла, поднося фонарь поближе к проделанной дыре. — Тики, паршивец, помоги им. — Да-да, — отозвался тот и, кряхтя, кое-как первым выбрался к Мике, а затем они уже вместе вытащили оставшихся двоих. — Момо, Крэк, давайте, парни, не будем доставлять госпоже экзорцисту ещё больше неприятностей. — Там ещё кто-то есть? — спросила Мика. — Нет, — Тики мотнул головой. — Но, может, кого-то и завалило насмерть. Мы не в курсе. Не в курсе. Мика вытерла пот со лба и тихо выдохнула. Она полезла сюда не из чувства альтруизма, а потому что надеялась найти осколок Чистой Силы. В конечном итоге его тут не оказалось, зато обнаружился Ной, который почему-то торчал эти два дня под завалом. Неужели не хотел оставлять своих друзей? Но разве Ноям не было плевать на простых людей? Или просто именно Тики Микк был все ещё слишком человечным? — Идите на выход, — распорядилась Мика. Мужчина пониже, носиший шерстяную шапку выглядел чуть лучше другого, высокого. Он придержал пошатнувшегося товарища, хотя и сам не так уж и твёрдо стоял на ногах. Кто из них был Крэком, а кто Момо — Мика понятия не имела, да и особо вникать не хотела. Какой в этом был смысл, если через неделю она все равно их забудет? — А вы, госпожа экзорцист? — спросил Тики. — Так и останетесь здесь? — Да, — Мика вновь взяла кирку. — Ещё поработаю. Может, найду кого-нибудь. — Тогда я помогу вам. Парни, вы дойдете сами? — Да-да, — отозвался тот, что с шапкой. — Госпожа экзорцист, спасибо вам. Ещё бы чуть-чуть и… — Идите уже, — отмахнулась Мика. — И сразу к врачу. Давайте, не мешайтесь. Тики, шёл бы ты с ними, помог бы. Тики тяжело вздохнул, потоптался на месте, буркнул что-то вроде «я быстро» и, поддерживая высокого под вторую руку, медленно повёл своих товарищей в сторону лифта. Мика проводила их задумчивым взглядом, прежде чем вернуться к работе, хотя и была уверена, что больше ничего здесь не найдет. Пару дней назад случился обвал. Ровно столько же по времени здесь наблюдали активность Акума. Эти твари что, пытались помочь Тики выбраться? Они могли просто сравнять шахту с землей, и он бы все равно остался жив. Правда, в таком случае Момо и Крэк погибли бы, а не сидели двое суток в каменном мешке вместе с ним. Но что получалось? Тики запрещал Акума предпринимать какие-то действия? Мика оперлась о кирку и шумно выдохнула. Голова начинала болеть. — Да нет здесь никого больше, перчинка, — Тики все-таки вернулся к ней и даже слишком быстро. Наверное, довёл друзей до лифта и поспешил обратно. — Мы были последними. — Ты использовал способность, — Мика не спросила, а констатировала факт. — М? Ну да, — Тики пожал плечами. — Парни все равно ничего не поняли, решили, что нам крупно повезло, и каменный мешок образовался каким-то чудом сам. Вообще это довольно напряжно: сначала выбрать определённую область, потом постоянно её поддерживать. Ещё и в человеческой форме. Мика слушала его, не особо вникая в детали. Способность Тики позволяла ему как проходить сквозь предметы, так и наоборот — не позволять им проходить сквозь него. Например, таким образом он мог ходить по воздуху и воде, или запросто пропустить удар ножом сквозь себя без каких-либо последствий. Исключением, наверное, была только Чистая Сила, да? — Я так и подумала, когда увидела тебя. Что каменный мешок — твоих рук дело. Тики щелкнул пальцами и довольно усмехнулся. — Верно, перчинка. Точно так же, как я могу протаскивать тебя за собой сквозь стены, так и здесь — я просто не позволил камням упасть на нас. — И просидел с ними двое суток. — Ну, не сделай я этого, парней бы раздавило. Не самая приятная смерть, согласись? Мика пожала плечами и вздохнула. Ситуация становилась до неприличия абсурдной. Ной, спасающий людей, экзорцист, спасающий Ноя… Что за чертовщина вообще творилась? — То есть никакой Чистой Силы здесь не было? — уточнила Мика. — И Акума собрались здесь только из-за тебя? Тики от этих слов скривился так, будто у него разом заныли все зубы. Мика вопросительно изогнула бровь, удивленная такой реакцией. Обычно такие рожи Тики корчил, только когда вспоминал своего старшего брата и очередной поход на званый ужин. — Я сказал этим придуркам, чтобы свалили восвояси, приказ Ноя, все дела. Но блять… — Тики раздражённо выдохнул и снял свои нелепые очки с толстыми линзами. — Одним приказал, другие приперлись. И так по кругу. — О как. — Не злорадствуй, Мика. Это реально меня заебало. Мало того, что поддерживать человеческий облик приходилось, так еще и с Акума трепаться. Дерьмо то еще. — Кстати об Акума. Мика подошла к Тики поближе и, не особо сдерживаясь, заехала ему кулаком в челюсть. На душе враз стало легче, будто камень упал. Пожалуй, это было справедливой коменсацией за все те разы, что ей приходилось отбиваться от Акума в последнее время. — Это тебе за твои блядские подкаты, — мрачно произнесла Мика, тряся рукой. — Справедливо, — не стал спорить Тики, вытирая кровь с разбитой губы. — Но ты сама виновата. Почему бы просто не согласиться? — Ещё одно слово — и эта кирка познакомится с твоей башкой. Тики примирительно поднял руки вверх, но Мика очень сильно сомневалась в том, что эта угроза хоть мало-мальски того напугала. Скорее, аргументы просто исчерпали себя на сегодня. У неё они тоже закончились, так что пора было менять тему, да и вообще выбираться отсюда. Поэтому, вручив Тики клетку с канарейкой, Мика направилась в сторону лифта. — Так почему произошёл обвал? — спросила она. — Для шахт это обычное дело, перчинка. Либо кто-то отравляется газом в процессе работы, либо попадает под завал. Бригадиры чаще всего орут и недоплачивают, в бараках ужасные условия проживания… Романтика, одним словом. — Херня какая-то. И ты все это терпишь? Тики пожал плечами и развёл руками, мол, будто у него был выбор. Другие, может, ему бы и поверили, потому что бродягам любая работа, где готовы были хотя бы кормить, уже была за радость, но Мика знала, что на самом деле этот паршивец мог позволить себе наедаться в дорогих ресторанах и спать на шёлковых простынях. При мысли об этом Тики вновь захотелось врезать. — Ты здесь почему, перчинка? — спросил он. — Думала, что осколок будет? — Искатели заметили здесь Акума, сложили два и два и решили, что здесь должен быть осколок. Ну, все признаки сходились на самом-то деле. Кто же знал, что один тупица Ной застрял под обвалом? — Эй, ты так говоришь, будто я этот самый обвал и спровоцировал! — оскорбился Тики. — Нет, я просто говорю, что ты дурак, так что не дуйся, детка. Из шахты они вышли, когда уже начало смеркаться. Людей явно стало меньше, и Мика вдохнула свежий воздух полной грудью, отчего даже голова немного закружилась. К ним тут же подбежал высокий, крепко сложенный мужчина с недельной щетиной на раскрасневшемся лице. Мика доставала ему до плеча и была раза в два тоньше, но какого-то страха перед этим человеком не испытывала. Несмотря на грозный вид, мужчина вызывал больше раздражения, а ещё от него пахло мертвечиной. — Вот значит как. Все произошло в одно мгновение: мужчина не успел ничего сказать, а Мика уже нанесла стремительный удар киркой, загоняя ту аккурат в чужой бок. Громко чавкнув, плоть под острым лезвием поддалась даже легче, чем должна была, будто в теле напрочь отсутствовали мышцы и какие-либо внутренние органы. Второй рукой Микаэла схватилась за свободный конец кирки, разрезая собственную ладонь. Наспех созданный из крови короткий кинжал с тонким лезвием, больше похожий на шило, она возила в шею мужчины, заставляя захлебнуться криком. Вместо того, чтобы упасть на землю, тело просто рассыпалось в прах. Мика подхватила кирку и стряхнула кровь с ладони. — Давайте все разом! — рявкнула она. Даже ночи ждать не пришлось. Прекрасно, просто прекрасно. У Мики как раз кулаки чесались, а теперь она могла вволю оторваться и выпустить пар, чтобы снова почувствовать себя живым человеком. Стоявший рядом Тики тяжело вздохнул, поморщился и, встретившись взглядом с Микаэлой, отступил на пару шагов в сторону. — Леди вперед, — галантно поклонился он. И Акума атаковали.