émotion "autre" musicale

Утром Чую разбудил запах чего-то горелого, сначала он подумал что Гоголь уже спалил квартиру, но потом услышал мат на всю кухню, что скорее всего означало, что он старается готовить. Накахара встал, следуя на кухню, пытаясь тихонько идти, чтобы напугать друга. – А кто это у нас тут готовит? – громко, прямо над ухом, спросил Чуя. – Ты меня так до инфаркта доведёшь! – от испуга готовщик чуть не уронил яйца, но благо обошлось без жертв. – Оставь кухню, я сам приготовлю, я не хотел бы угли есть. – Я хотел как лучше сделать, вот представь как круто когда тебе несут завтрак в постель! – Круто будет когда ты научишься убирать за собой и не делать всё на тяп-ляп. Гоголь высунул язык, под глазом показывая средний палец, из-за чего получил по ногам от Чуи. В отличии от него его приятель был мастером на все руки, точно как тот самый сын маминой подруги. После поедания еды Накахара начал собираться, попутно хватая гитару. – Ты, кстати, не хотел бы научиться играть на каком-то инструменте? Гоголь помнил, что он иногда заходит в гости к Дазаю, чтобы поиграть с ним за компанию, поэтому он не видел смысла в том, чтобы торчать там, ведь он не разбирается в этом вообще, от слова совсем. – А зачем мне это? – Николай поднял бровь, параллельно выглядывая из холодильника, которого только-только открыл. – Не знаю, мне кажется тебе бы не помешало, – накинув на себя куртку и наконец гитару, Чуя иронично улыбнулся, – не забывай что я буду ждать, а ещё, не заблудись. Николай недовольно цокнул, не радуясь тому факту, что ему придётся увидеть Осаму, которого он недолюбливает.