Рискуя всем

— Блядь, — произнес Джаред, обдавая висок Дженсена горячим дыханием. И Дженсен понял, что у него самого нет слов, чтобы описать свое состояние. Он совершенно вымотан, и у него болят запястья. Он придавлен к кровати и ему тяжело дышать. Он чувствует, как начинает жечь в заднем отверстии. Но! Он абсолютно и совершенно счастлив. Счастлив лежать на кровати, придавленный Джаредом, который только что оттрахал его так, что он до сих пор не может привести свои мысли в порядок. Счастлив ощущать его тепло своей кожей. Но постепенно дрожь Джареда прошла, и он скатился на бок, ложась рядом с Дженсеном на спину, и молча уставился в потолок. Дженсен тут же почувствовал желание вернуть Джея на место, так как распаренная кожа покрылась мурашками, слегка соприкоснувшись с холодным воздухом вместо горячего тела его громилы. Сперма на животе и паху начала высыхать, неприятно стягивая кожу, но сил на то, чтобы пойти в душ, просто нет. И ему так хорошо, что, кажись, встань он, все разрушится. Дженсен внезапно осознал, что совершенно не знает, о чем думает Джаред. Он бросил быстрый взгляд на своего любовника, который лежал, закинув одну руку за голову, а другой бессмысленно водил по животу, все так же не отводя глаз с белого потолка. Дженсен попытался повернуться на живот и тут же зашипел от боли. А вот это совсем не круто! Джаред кинул на него быстрый взгляд, но встретившись глазами, тут, же растерянно отвел его в сторону. — Ты в порядке? — хрипло произнес Джаред, слегка нахмурившись. Дженсену все же удалось слегка развернуться в сторону Джея, и теперь он мог видеть его напряженный профиль. — А ты? — спросил Эклз. Джаред слегка нахмурился, и Дженсену показалось, что сейчас тот разразится новой тирадой на тему «я не пидор и т.д.», но нет. Падалеки повернул голову в его сторону и ответил с самой лучшей смущенной улыбкой: — Кажется, да. — Облегчение накрыло Дженсена с головой, и только сейчас он понял, как сильно был напряжен. — В смысле, я только что трахнул парня, но это было охуенно. И мне должно быть стыдно, но нет. Я не чувствую этого. — Тебе не должно быть стыдно, — твердо произнес Дженсен, протягивая ладонь и проводя ей по широкой груди Джареда. Он просто не в силах лежать рядом с воплощением своей мечты и не касаться её. — Здесь нечего стыдиться. — Я... Ты не понимаешь, — ответил Джаред, накрывая ладонь Дженсена своей рукой. — Я живу в другом мире, Дженс. Тут не терпят таких... Ну, ты понял. И я не могу... — Надеюсь, ты не собираешься произнести что-то типа «прости, но мы не можем быть вместе. Нас не поймут. Общество против нас.» И так далее. Потому что это все чушь. — Нет, я.. — Джаред казался совершенно растерянным. Вздохнув, он снова перевел взгляд на потолок и произнес: — Тебе не понять. — Я отказался от семьи, Джаред. Точнее они от меня, — тихо произнес Дженсен.— Я знаю, кто я. Как на счет тебя? Джаред молчал, и Дженсен чувствовал необходимость сделать что-нибудь. Чтобы занять руки, он принялся вытирать, скорее, соскребать сперму с живота простыней, стараясь не обращать внимание на наступившую в комнате тишину. — Расскажи мне о ней. Ты скучаешь? — вдруг спросил Джаред. — Я думал, ты знаешь обо мне все, — ответил Дженсен. — Знаю. Но это лишь сухие факты. Я хочу услышать это от тебя. — Я скучал, — начал Дженсен, прекратив свои попытки очиститься. — Каждый день после того, как притихла ярость. Я ненавидел их за то, что они не могли полюбить меня за то, какой я есть. Больной, как выразился мой отец. Затем на место ярости пришли боль и апатия. А сейчас я не думаю о них. Это моя жизнь, и я поступил правильно, решив больше не скрываться и не врать. — И ты не хотел бы вернуться? — тихо спросил Джаред, повернувшись на бок и подперев голову рукой. — Не знаю. Мы стали совсем чужими. Но я был бы рад, если бы они смогли меня принять. Но зная свою семью, я не верю, что они когда-нибудь изменятся, — закончил Дженсена, ощущая, как внутри начинает ныть старая рана. Он запретил себе думать о семье. И он будет придерживаться этого правила и дальше. — Что насчет тебя? Расскажешь о себе? — спросил Дженсен, ложась напротив Джареда, полностью отражая его позу. — Как ты попал к Моргану? Джаред тут же помрачнел, и Дженсен задумался, стоило ли задавать этот вопрос. Но с другой стороны когда, если не сейчас. — Он вытащил меня из тюрьмы и предложил работенку. Мне нужно было на что-то жить, и я согласился. Вот и вся история, — быстро проговорил Джаред, стараясь как можно скорее покончить с этой темой. — Я не хочу сейчас об этом говорить. — Хорошо, — легко согласился Дженсен. Он и сам не горел желанием обсуждать Джеффри. — Мы погорим об этом завтра. Ок? Джаред кивнул и хотел было снова лечь на спину, но Дженсен не в силах больше сдерживать желание потрогать, приласкать и почувствовать этого парня, резко придвинулся вперед и прижался губами к губам Джареда, положив руку тому на затылок. Прижимая и не отпуская от себя. Джаред тут же приоткрыл рот и принялся отвечать на поцелуй, сминая и отбирая у Дженсена лидирующую позицию. Но Дженсен не собирался уступать. Он и так сегодня позволил ему все. Теперь он хочет насладиться его ртом в полной мере. И словно почувствовав это, Джаред слегка притих и позволил Дженсену вести, поглаживая того за поясницу, изредка переходя на ягодицы и сжимая их в своих ладонях. Дженсен упивался вкусом и мягкостью губ, ставших вдруг такими податливыми. Он ощущал тепло ладоней Джареда и чувствовал, как в нем начинает нарастать желание, отправляя разум на задний план. — Дженсен, — произнес Джаред, слегка отодвинувшись назад и смотря на него немного скосившимся взглядом. Его щеки снова раскраснелись от поцелуя, а волосы, казалось, запутались раза в два сильней. И он был прекрасен. — Не стоит. — Что? — спросил Дженсен, чувствуя, как сердце пропускает удар. Неужели Джаред ему откажет. — Но почему? — Я хочу тебя. Я думаю, ты и сам это видишь, — ответил Джаред, и Дженсен убедился в этом, переведя взгляд на член Падалеки, который набирался сил для нового раунда и почти полностью окреп. Зря он это сделал. Теперь способность мыслить спокойно стало еще сложнее. — Но ты сегодня серьезно ударился головой. Ты должен понимать, что тебе сейчас нужно спать. Дженсен был абсолютно с этим не согласен. Все, что ему сейчас нужно — это приласкать это гиганта. — Со мной все в порядке. — Нет, Дженсен, — твердо произнес Джаред, — Одна ночь. Потерпи. Я боюсь за тебя. Дженсен поразился тому, как приятно было это слышать. В последнее время всем, кроме Тома было плевать в каком он состоянии, и обычно это он обо всех беспокоился. Но Джаред другой. Всегда другой. — Хорошо, — простонал Дженсен. — Но завтра ты от меня не отделаешься. — Я и не собираюсь, — ответил Джаред и окинул тело Дженсена таким голодным взглядом, что тот чуть не застонал от желания. — Мне определенно понравилось то, что было. Но сейчас нам лучше уснуть. Дженсен глубоко вздохнул, пытаясь привести себя и свое тело, точнее, его конкретную часть в спокойное состояние. Получалось не очень хорошо. Джаред же тем временем окончательно скинул испорченную простыню на пол и, выключив свет, принялся устраиваться в постели, как ни в чем не бывало, готовясь ко сну. Дженсен подождал пока тот устроится, думая о чем угодно, только не о крепких руках и длинных пальцах Падалеки, и принялся сам устраиваться, оставив между ними небольшое расстояние. И хоть он был бы совсем не против прижаться к этой огромной печке, все же он был не совсем уверен, как на это отреагирует Джей. Тот вряд ли привык спать под боком у парня. Хотя и он сам не спал с кем-то очень долгое время. Дженсен лежал в темноте, пытался отогнать картинки кончающего Джареда. Или того, что ему сегодня впервые так понравилось делать минет. И что самое странное, он был не против сделать это вновь, хотя не очень любил раньше. Но при виде истекающей смазкой крупной головки у него осталось лишь одно желание — попробовать на вкус. Неужели все это происходило на самом деле? Он представлял себе секс с Джаредом много раз, хоть и в других позициях, но все же. Ему абсолютно все понравилось. То, каким Джаред оказался напористым и безудержным в сексе. То, как он брал его, отдаваясь сам. И то, как сжимал его руки. Так! Эти мысли не к чему хорошему не приведут. Сейчас нужно поспать. Дженсен начал различать еле ощутимые признаки боли в височной части и, перевернувшись спиной к Джареду, наконец-то устроился для сна. Позади него началась возня, и вдруг Дженсен почувствовал, как его талию накрывает тяжелая рука, а шею щекочет легкое дыхание. — Я не знаю, как у вас принято. Но я люблю спать в обнимку после секса. Особенно такого крышесносного, — пробормотал Джаред, прижимаясь к спине Дженсена и обволакивая того со всех сторон. Дженсен тихо хмыкнул и, накрыв руку Джареда, проворчал: — Я тебе не девчонка. Так что не забывайся. — Рука медленно начала скатываться, и Дженсен тут же добавил: — Эй! Я не закончил. Рука замерла. Слегка повернув голову, Дженсен продолжил: — Расслабься, Джаред. Мы не делаем ничего плохого. И ты можешь обнимать меня, если хочешь. Я не против. Я только рад. Дженсен был удивлен тому, как легко и спокойно ему удается выразить свои чувства. Раньше все партнеры называли его черствым. Неправильным. Но теперь Дженсен понимал. Это не он был неправильным, а они. Ему нужен был именно Джаред. — Я чуть не потерял тебя, — раздался хриплый голос в тишине. — Я и сам поразился тому, как это меня напугало. Я и раньше замечал, что веду себя странно рядом с тобой. С той самой ночи в клубе. Дженсен слушал неожиданное откровение, затаив дыхание, и жалел, что не может видеть Падалеки. Он слегка откинулся на плечо Джареда. Их лица оказались в паре сантиметров друг от друга. В темноте Эклз мог различить лишь некоторые черты лица. И блестящие, такие красивые и хитрые глаза. Когда это он стал такой размазней! Видно эта мысль пробежала по его лицу, так как Джаред вдруг легко рассмеялся и продолжил говорить, проводя пальцем по руке Дженсена от ладони до плеча и обратно. — Я много думал, почему не прибил тебя в тот вечер. Когда мне принесли выпивку. Но когда увидел тебя, меня почему-то отпустило. Мне сложно злиться, когда ты рядом. И ты подошел ко мне такой уверенный в себе. Я решил посмотреть, что будет дальше. Но ты и правда, собирался меня клеить.… И я разозлился. Затем ты помог мне с задержанием.. И что еще странней пошел со мной, после того как я обвинил тебя в крысятничестве. Почему? Дженсен молчал, приходя в себя от такого количества информации. Он был удивлен. Меньше всего он ожидал, что Джаред был заинтересован в нем с первой встречи в том клубе. Но тот продолжал его удивлять. Услышав вопрос, Дженсен растерялся, так как сам искал на него ответ все это время, но все никак не мог найти. — Я не знаю. — Дженсен пожал плечами. — Я просто не задумывался о том, что делаю. Я не хотел тебя терять. Я знаю, что это странно звучит, но так и есть. — Но… Я ведь мог убить тебя. — Нет, — просто ответил Дженсен. — Я знал, что ты этого не сделаешь. У тебя было много возможностей. К тому же ты не убийца, Джаред. Ты бы не стал убивать человека просто так. — Ты меня не знаешь, — внезапно напрягшись, ответил Джаред. — Это не важно. Я знал, что ты бы не тронул меня. Я просто знал Джаред молчал, и Дженсен задумался над собственными словами. И, правда. Джаред мог убить его много раз. Даже просто для того, чтобы избавиться от ненужного свидетеля и обузы. Но нет. И Дженсен был уверен в нем. — Ты думал, что у тебя получится. Ну,… Секс.. — не унимался Падалеки. Дженсен улыбнулся, вспомнив свои сомнения и мысли, что ему никогда не заполучить Джареда в постель. И вот он получил то, что хотел. Но не совсем. Он хотел секса с Джаредом. Раньше — да. Но сейчас он хотел большего — самого Джареда. Так о чем был вопрос? — Нет, — ответил Дженсен, возвращаясь в реальность. — Я был не совсем уверен. Но я не привык сдаваться. А тебя я хотел очень сильно, как ты уже смог убедиться. А ты об этом думал? — Была пара моментов, — уклончиво ответил Джаред. — Но в последнее время ты засел у меня в голове. Особенно после случая в мотеле. — Но ты же уже тогда думал обо мне, — ехидно поинтересовался Дженсен. — Ведь так? Джаред в ответ лишь хмыкнул и принялся снова устраиваться у Дженсена за спиной, прижимая его к себе. — Голова не болит? — Нет, — соврал Дженсен. Джаред хмыкнул во второй раз. — Все. Давай ложиться, — пробормотал он сквозь шум и через пару мгновение засопел, как младенец. Денсену поразился такому быстрому уходу в мир снов и даже слегка позавидовал ему. Но тоже продержался недолго и через пару минут начал погружаться в сон, думая о том, что пробуждение будет интересным. И их ждет серьезный разговор, но это завтра. А сейчас — спать.