а под звездами на крыше тепло

       Голова безостановочно трещит, виски пульсируют, слипшиеся от нехватки сна глаза отказываются распахиваться, однако что-то все же вынуждает их открыться. Или кто-то? Антон пытается сфокусировать взгляд и, сначала заметив на соседней от себя кровати такую же полумертвую Еву, с недоумением смотрит на Лизу, в выражении лица которой читается лишь одно — страх.        — Вставайте! Прячьте все, ну быстрее! — вскрикивает испуганная девушка, собирая все валяющиеся на полу стеклянные улики прошедшей ночи.        — В чем дело? — потирает глаза и спрашивает Шастун, до сих пор думая, что он все еще спит.        — Машина родителей подъехала, пиздец, все убираются, давайте же! — бутылки и картонные пачки с предупреждениями о раке легких летят в черный рюкзак, и Антон с Евой, переглянувшись, вскакивают с постелей и разбегаются по этажу, хватая по пути любой валяющийся мусор.        Испуганные происшествиями подростки мечутся по каждой комнате обоих этажей, сталкиваются друг с другом сонными взглядами и продолжают убираться — нельзя подставить Лизу. Входная дверь вдруг хлопает, и все, уже собравшись в гостиной, резко замирают. Дима аккуратно ногой отодвигает одну оставшуюся пачку сигарет на полу под диван, и из коридора раздается голос.        — Лиз, это мы. Ты тут? — спрашивает женщина, и Шастун садится на диван, принимая максимально непринужденную позу, что делают и все остальные, тревожно посматривая друг на друга.        — Привет, Лиза... Ох, здравствуйте, — произносит отец девушки, заметив немаленькое количество людей, собравшихся в комнате.        — Почему вы здесь? Я же предупреждала, я с друзьями, — обиженно фыркает светловолосая, и взрослые виновато переглядываются.        — Простите, мы просто заберем кое-что и сразу же уедем, — говорят взрослые и мигом направляются на второй этаж, оставляя недовольную дочь, что раздраженно сложила руки.        — Сорян. Вы там ничего не оставили? — спрашивает у Ани Лиза, и девушка отрицательно мотает головой. — Ладно, я чай заварю, закажите еды.        Сережа послушно кивает и хватает смартфон, дабы открыть сервис доставки, и Антон широко распахивает глаза, завидев телефон: в голове тут же проносятся воспоминания о ночной переписке, и он подходит к креслу, где покоится Карина, что потирает раскалывающуюся от похмелья голову.        Найдя мобильник за подушками, он снова плюхается на диван подле Витовской, что чуть ли не засыпает, и включает нашедшую вещь. Смахнув уведомления обо всех пропущенных от своих родителей, Шастун заходит в необходимый диалог и ошарашенно хлопает глазами, пробегая взглядом сначала по своим сообщениям, а потом и по новым — непрочитанным. арсений пидор сергеевич. 4:20 Тебе вообще пить нельзя, Антон. Что за сообщения? арсений пидор сергеевич. 4:25 Ты куда запропастился? арсений пидор сергеевич. 4:28 Прекрати игнорировать меня.        От этой фразы подросток усмехается и насмешливо приподнимает брови. арсений пидор сергеевич. 4:36 Позвони мне, когда проснешься. арсений пидор сергеевич. 10:20 Ты спишь? арсений пидор сергеевич. 10:21 Набери меня обязательно. Или напиши хотя бы. арсений пидор сергеевич. 10:21 Я волнуюсь.        "Еще чего тебе, блять", — думает Антон, и выходит из мессенджера тогда же, когда и в зал возвращаются родители Елизаветы, держа в руках непонятного содержания пакеты.        — Мы поехали, позвони мне, когда разъедетесь все, — произносит женщина, и Лиза, вышедшая с кухни, кивает, бросая какое-то недовольное "Ладно".        — Аспирин есть? — держась за голову вопрошает Аня, когда автомобиль покидает территорию загородного дома.        — Держи, — протягивает ей таблетки Елизавета. — Простите за это. Хуевое утро получилось.        — Да ладно, пофиг, — бросает ей в ответ Позов, — но напугала ты нас неплохо. Я моментально взбодрился.        — А Ева, по всей видимости, нет, — негромко говорит Шастун, указывая взглядом на спящую у него на плече подругу, и все добродушно улыбаются.        Телефон Антона вдруг начинает вибрировать, и парень смотрит на экран — входящий вызов от Арсения Сергеевича. Выключив звук, он кинул мобильник обратно.        — Кто звонил? — сквозь сон спросила Витовская.        — Да так, никто, — тихо ответил зеленоглазый и убрал с чужого лица мешающие спать светлые пряди волос. А в душе отчаянно разрастается злость — ну что этому преподу снова надо? Неопределенный мудак. Нет, пидор. Точно пидор.

***

       — Ладно, ребят, мы погнали. Увидимся ещё, — кивает Антон, натягивая на себя свой черный пуховик.        — Давай, — проговаривает Ева, обнимая Лизу, — всем пока!        — До встречи, — чуть ли не хором отвечают их друзья, столпившиеся в коридоре загородного дома и провожавшие этих двоих.        Ева и Антон незамедлительно оказались на улице, одновременно поморщившись от слепящего январского солнца, так неприятно отражавшегося от белоснежной поверхности вокруг. Ребята молча вышли за пределы участка, где у ворот уже поджидала их машина класса "комфорт", которую Антон, позаботившись о Еве, дабы она не замерзла, стоя на холоде, заказал пятнадцатью минутами ранее.        Усевшись в светлый салон автомобиля, Шастун протянул девушке один беспроводной наушник и, включив одну из песен "Земфиры", закрыл глаза, ожидая, пока водитель довезет их до дома Евы. Голова все еще раскалывается от похмелья, хотя прошло уже достаточно много времени для того, чтобы его отпустило.        Машина паркуется около подъезда Витовской и Шастун, выйдя первым, поспешил перейти на другую сторону и открыть дверь подруге, за что она озарила его милой улыбкой.        — Зайдешь? Холодно же, что ты сейчас делать будешь? — предложила девушка, поправляя черную шапку на голове.        Антон, протянув руки к Еве, замотал ее шарф, спавший с одной стороны на плечо, и улыбнулся в ответ.        — Ну Антон, — жалобно протянула девушка, схватившись за предмет одежды, — я же сейчас в дом зайду, зачем?        — Холодно же. Я, наверное, домой пойду. Устал немного, да и чувствую себя хуево, сама понимаешь, тусовки энергию выкачивают, просто пиздец как, — кивает Шастун, положив руки в карманы черной куртки.        — Как хочешь, — Ева тянется к другу, чтобы обнять его, — ладно, отдыхай. Только напиши, как домой зайдешь.        Кудрявый прижимает девушку к себе и, слегка покачавшись вместе с ней из стороны в сторону, отпускает.        — Обязательно. Давай, пока.        — Пока! — Витовская разворачивается и, нащупав в сумке ключи от дома, движется в сторону двери в подъезд.        Шастун наблюдает за тем, как его подруга заходит в подъезд и тихо выдыхает, выпуская из себя множество теплого пара. В его голове крутится навязчивая мысль о том, чтобы покурить, но парню кажется, что он и минуты не выдержит, стоя на морозе без перчаток, которые он никогда не носил, поэтому поспешил развернуться в сторону ближайшей станции метро и пойти туда, дабы доехать домой. Заказывать такси не хочется, а пойдя пешком, он отморозит себе все, что только можно.

***

       Морозный вечер второго января кудрявый подросток проводит в одиночестве, в месте, с которым его связывают самые разные воспоминания: от теплых, летних посиделок с алкогольными напитками и сигаретами, разговоров с Евой в сопровождении вина, до гложущих душу самобичеваний и попытки суицида, которую Антон так старательно пытается забыть. Непонятно из-за чего — самого факта, что в то время он чувствовал себя до невозможности плохо, или из-за человека, который помешал ему попрощаться с жизнью.        А если говорить о том самом человеке, о котором светловолосый парень сейчас и думал, то, по его мнению, тот оказался редкостным мудаком. Кто, блять, вообще может спасти человека от смерти, общаться с ним несколько недель, подогревая невероятный интерес к его персоне, делать совершенно необдуманные, как казалось Антону, поступки, а потом игнорировать существование своего... Кого, сука? Знакомого, ученика, подопечного... Друга? К черту. "Какая, нахуй, дружба? Потерял ты значение этого слова, умник хуев, Антон," — думает парень.        Игнорировать Антона так, как будто ничего между ними и не случилось толком. Ну да, всего-то лишь отговорил от того, чтобы убить себя. Классно, блять, Арсений Сергеевич устроился, ничего не скажешь.        Хотя, если бы не он, то Шастун бы так и не понял, что жизнь то его, в принципе, не такая уж и плохая. Все проблемы кроются лишь в нем, а окружающие его люди — живут, радуются, заражают людей вокруг весельем и, может быть, этим самым желанием жить. Что бы случилось с Евой, будь Антон сейчас погребен под землей? Лучше бы, конечно, если бы его кремировали, но сейчас об этом задумываться смысла нет.        А Димка? Серёжа? Как бы они отреагировали на новость о том, что тело семнадцатилетнего подростка было найдено у подножья одиннадцатиэтажного многоквартирного дома, в котором этот парень и проживал на протяжении нескольких лет его жизни?        Сейчас лишь эти мысли препятствовали тому, чтобы не подойти к краю крыши. А ведь Антон даже и не думал до этого момента, как бы на его смерть отреагировала его сестра, Алиса, которую он перестал видеть так часто, как это было несколькими месяцами ранее, из-за ее вечной учебы. Да и из-за его школы тоже.        Жизнь эта, так-то, даже хороша, если бухать каждый день. Забываться, прятаться за плотной пеленой алкогольного опьянения, градуса, который так приятно бьет в голову. Хотя, так и до алкоголизма недалеко. "Поебать," — проносится в голове юноши, отчего на лице его появляется небольшая ухмылка.        Парень, почувствовав, как его ноги начинают дрожать от январского холода, выдыхает и, оттряхнув куртку от тяжелого снега, который успел припорошить его за несколько минут раздумий на крыше, разворачивается и шагает до массивной металлической двери в дом. Зайдя внутрь, Антон почувствовал, как кончики пальцев начинают неметь из-за перепада температур, что сильно мешает при поиске нужного ключа в кармане.        Шастун закрывает тяжелый замок на два оборота и спускается на лестничную площадку, где замечает знакомую фигуру.        — Здравствуйте, Анастасия Константиновна, — проговаривает Шастун, наблюдая за тем, как девушка открывает дверь в свою квартиру.        — Привет, Антон, — улыбается его классная руководительница. — Скоро увидимся в школе, наконец-то.        — Да, Вас там не хватает, — парень дружелюбно поджимает губы, — долго Вы болели.        — Да, блин, сама не знаю, как так вышло. Видимо, за здоровьем надо тщательнее следить, — Лазарева поправляет свою шапку, неловко улыбаясь. — Арсений Сергеевич, кстати, сказал, что ты очень хорошо выступил на новогоднем мероприятии. Молодец, Антон. Жаль, конечно, что мне не удалось увидеть.        Антон моргает несколько раз, услышав имя преподавателя русского языка и литературы, но вовремя приходит в себя.        — А-а-а... Да, спасибо, — он слегка приподнимает брови, будучи, кажется, немного смущенным тем фактом, что о нем говорил Попов своей коллеге, и, по всей видимости, хорошей подруге.        — Не за что. Давай, пока. Хорошего вечера! — преподавательница заходит в свою квартиру, оставляя Антона одного.        — До свидания, — тихо проговаривает Шастун, открывая свою дверь.        "Ебаный в рот..." — думает Антон и скрывается за дверью просторной шастуновской квартиры.

***

       На белоснежную подушку падает солнечный свет, блуждая среди озорных кудрей и рассекая густые коричневые ресницы парня, на чьей груди лежало смятое одеяло, которое едва прикрывало оголенный торс, обрамленный молочно-белой кожей и усыпанный крошечными родинками, расположившихся в особой концентрации на плечах.        Глаза его плотно закрыты, ресницы едва подрагивают, а брови периодически хмурятся. Шастун ворочается, пытаясь занять удобное положение, но конечности неприятно подрагивают, а беспокойный сон готовится вот-вот испариться так, как будто его и не было, а Антон так и пролежал всю ночь и утро в кровати, не смыкая глаз.        Грудь поднимается то вверх, то вниз, сердцебиение учащается, а от стен комнаты начинает отражаться тихий шепот:        — Это не так, — парень переворачивается на другой бок, — уйди, прошу. Оставь меня в покое.        Вдруг, кудрявый раскрывает глаза и вздрагивает. Он медленно приподнимается на локтях, часто-часто моргая. "Сон," — проносится в его голове, словно субтитры к кадрам его сновидения, которые еще не успели улетучиться из воспоминаний. Главным героем кошмара являлся никто иной, как сам Андрей Шастун, изрядно подвыпивший и агрессивно настроенный против своего выродка.        Антон садится на кровати, оперевшись локтями о свои колени, и хватается за лицо руками, тихо выдыхая. Парень потирает глаза ладонями и убирает их вниз, оглядываясь вокруг. Солнечные лучи заполонили светлое пространство, на рабочем столе осталась куча распечатанных заданий ЕГЭ, конспектов, тетрадей, ручек — исписанных, закончившихся и наоборот, новых, лежащих в упаковке, на спинке стула висит его излюбленная черная толстовка, а на полу расположилась его темно-серая домашняя футболка.        Шастун встает с кровати и подходит к зеркалу. Впалый живот, домашние мешковатые спортивные штаны держатся на его тонкой талии лишь на шнурках, завязанных в тугой узел, на босых ногах выступают сухожилия. Парень задумчиво оглядывает свои тонкие руки, обхватывает их пальцами, рассматривает родинки на своих предплечьях, очерчивая молочную бархатистую кожу подушечками. Антон, хмыкнув, слегка морщится от увиденной картины в отражающей поверхности и разворачивается, подхватывая с пола свою футболку. Он надевает ее и берет лежащий на полу телефон.        Разряжен.        — Сука, — шипит парень и кладет смартфон на беспроводную зарядку, которую ему несколько лет назад подарила мать на один из праздников. Антон ей особо не пользовался, так как эта безделушка заряжала устройства невероятно медленно, что уж точно проигрывало привычным проводам, но возиться в шоппере и искать адаптер с шнуром ему было ни к чему с утра.        Антон выходит из комнаты и понимает, что в доме собрались все Шастуны. "Что может быть лучше?" — саркастично думает тот и быстрым шагом направляется в ванную, которая, к счастью, оказалась свободна, а значит ближайшие полчаса парень проведет стоя под горячими струями воды, пытаясь не то проснуться, не то покалечить себя кипятком, который ошпарит незажившие раны на боках.        Шастун сидел на полу в душе, пока вода смывала с него ночные переживания и остатки тревожного сна. Он оглядывал свои ладони, рассматривал длинные тонкие пальцы и внезапно вздрогнул, услышав настойчивые удары в дверь.        — Антон, прекращай уже! Мне в ванную нужно, — послышался крик матери.        — Че ещё тебе нужно? — прошептал парень. — У нас их две, если ты забыла, иди в другую, — уже чуть громче и резче кинул он в ответ.        — Антон, мне здесь нужно взять химию, так что выходи быстрее!        Раздраженно выдохнув, парень поднялся с пола и выключил воду. "Даже в ванной достанет, блять," — думает он и спешно вытирается полотенцем, после чего надевает чистую одежду. Он протирает запотевшее зеркало ладонью и, взглянув на себя и поправив мокрую челку, выходит из ванной, где за дверью его уже поджидает мать.        — Тош, зачем ты под такой горячей водой стоишь? Все в пару из-за тебя, — уже не крича, а наоборот, спокойным и теплым голосом произносит женщина.        — Мне холодно, — бросает парень и быстрым шагом направляется в свою комнату.        — Позавтракай! — говорит ему вслед женщина и, огорченно выдохнув, глядя на то, как ее сын удаляется, заходит в ванную комнату.        Антон закрывает светлую дверь и тянется к телефону, поднимая его с тумбочки. Несколько уведомлений, но, в принципе, ничего важного. Он садится за стол, включает ноутбук, надевает наушники и погружается в мир литературы, просматривая очередной вебинар и конспектируя новую информацию.        Кажется, что вся его жизнь превратилась в сплошную подготовку к экзаменам. Конечно, ни к чему, кроме литературы, он особо не готовился, всего лишь работал на уроках русского языка и математики, решая в классе экзаменационные задания, а на уроках английского языка терпел истеричный голос Светланы Олеговны, которая, в принципе, и так давала невероятно мощный и объемный материал, достаточно подробный для того, чтобы сдать этот предмет на довольно неплохой балл. По крайней мере, так думал Шастун.        Спустя некоторое время, Антон, вымотавшись, просто падает головой на светлый стол, прямо на исписанную тетрадь формата А4. В наушниках играет какая-то ритмичная музыка, а рука тянется к телефону, открывая закрепленный диалог.

антон. 17:40 погнали погуляем

ева :)). 17:41 дай угадаю, ты учился учился и заебался да

антон. 17:41 ты меня слишком хорошо знаешь

ева :)). 17:42 хаха может ева :)). 17:42 просто у меня такая же фигня

антон. 17:43 значит мы соулы раз уж даже учимся одновременно

ева :)). 17:44 да!! ева :)). 17:45 тебе несложно будет к моему дому прийти? я немного совсем не успею собраться так чтобы мы еще и встречались где-то

антон. 17:46 окей, через полчаса буду тогда. наверное. напишу короче

ева :)). 17:46 хорошоооооооооо        Через обещанные полчаса Антон уже стоял у подъезда подруги, рассматривая бежевое многоэтажное здание. Он уже успел отписаться Еве, что ждет ее внизу, поэтому девушка не заставила себя долго ждать.        — Привет, — тепло улыбается ей парень, когда та выходит из подъезда. Он раскрывает руки для объятий и тут же прижимает светловолосую к себе.        — Привет, — говорит ему Витовская куда-то в его куртку, — я успела соскучиться, представляешь?        — Ещё как представляю. Я тоже, звёздочка, — он поправляет ее шапку, которая слегка сползла на глаза девушки.        — О-о-оу, умеешь смущать этим своим "звёздочка", — поджимает губы Ева, смотря в сторону.        — Я и покруче могу придумать что-нибудь, — смеется Антон, отстраняясь от подруги.        — Ну-ка, скажи! — с вызовом говорит она.        — Ну уж нет, это кринжово будет и слишком пафосно, блять, — усмехается Шастун и берет светловолосую под руку. — Куда пойдем?        — Анто-о-он... Я же все равно узнаю когда-нибудь, что ты там удумать можешь.        — Да-да, потом как-нибудь, — улыбается парень. — Так куда пойдем?        — Чизкейк хочешь? Я где-то читала про одну кофейню, где они очень вкусные, — предлагает Витовская.        Антон на секунду задумывается, прикидывая примерное количество калорий, но поднимает брови и говорит:        — Давай, почему бы и нет. Такси вызову.        Витовская говорит адрес, и спустя несколько минут на морозе, к друзьям приезжает светлая машина класса "комфорт", дверь которой Антон придерживает для Евы и, обойдя машину, садится рядом.        В светлом небольшом помещении пахло кофейными зернами и сливками, аромат которых навевал на мысли о том, чтобы прикупить себе такой парфюм и наконец-таки сделать заказ. Антон и Ева стояли у кассы и долго-долго выбирали сироп для кофе из огромного списка.        — Может солёную карамель? Практически классика уже, — кивает Шастун, изучая список.        — Ну вот поэтому и не надо, скукотища смертная, — бурчит Ева, в очередной раз окидывая взглядом меню. — Может быть, вообще какао взять? Блин, ну нет, я так кофе хочу.        — Имбирный пряник? Типа новый год, — предлагает Антон.        — Он был четыре дня назад, — закатывает глаза девушка. — Давай вишню, че уж.        — В смысле, вишню? Она тут есть? — недоуменно морщится кудрявый.        — Да вот же, — указывает пальцем девушка.        — Пиздец, че ты сразу не сказала?        — Я думала ты увидел, — хмурится Витовская, поднимая взгляд на друга.        Наконец-таки заказав два чизкейка и капучино с вишневым сиропом, друзья присаживаются за уютный столик у панорамного окна и принимаются к трапезе.        — Ты как? Нормально себя чувствуешь в плане питания? — интересуется Ева, слегка склонив голову набок.        — Да сойдет, — кивает Антон, отрезая кусочек чизкейка. — Не знаю, конечно, что будет дальше, но как получится. А у тебя как там?        Девушка печально улыбается.        — Всё как обычно. Но вот, чизкейки с тобой уплетаю. Хотя они тут низкокалорийные, — смеется Витовская, но Антон-то понимает, что за этим смехом скрывается невероятная тоска.        — Ева, всё в порядке будет. Я обещаю, — он переплетает свою руку с её, лежавшей на столе.        Девушка кивает и поправляет выбившуюся светлую прядь за ухо другой рукой.        Лишь бы у них действительно всё наладилось.

***

       Первый учебный день после зимних каникул отчаянно вынуждает всех школьников возвращать свой режим в прежнее тяжелое русло, и, казалось бы, у них и выбора как такового нет, кроме как плыть по течению своей ученической жизни, но только не у Антона. Он не захотел сегодня покидать свою комнату, отказался вставать с постели, когда его будильник в смартфоне яростно трезвонил в шесть утра — через час, после того, как парень, наконец, смог уснуть, поэтому, вырубив телефон к чертям, зеленоглазый посильнее укутался теплым одеялом, еле спасавшим его от январского мороза, заполоняющего комнату сквозь не до конца закрытое окно, и вновь окунулся в приятный утренний сон.        Лишь когда время переваливало за двенадцать, он распахнул глаза и, потирая их, присел на край кровати. Включить мобильник все же пришлось — негоже игнорировать своих друзей, но увиденный потоп от сообщений Евы, предположительно волнительного характера, поселил в душе легкое чувство стыда — он совсем забыл предупредить её, что не придет. ева :)). 8:34 я не поняла, ты где? ева :)). 8:34 алоо антон???? ева :)). 8:46 ты чего трубку не берешь? ева :)). 8:48 ну антооон(((        И множество подобных сообщений, не только от Витовской, но и от Димы, Сережи и Арсения Сергеевича, в течение всего последующего дня заполоняли его мессенджер. Глянув на часы, он убедился, что сейчас у его одноклассницы перемена и решив, что ее он не потревожит, ответил:

антон. 12:21 ева, прости.....

антон. 12:21 я спал.

       Ответ не заставил себя долго ждать. ева :)). 12:21 фууух ева :)). 12:21 ну слава богу господи ева :)). 12:21 я испереживалась ева :)). 12:22 ладно напишу тебе как дома буду ева :)). 12:22 не пугай так больше пожалуйста

антон. 12:22 прости, звездочка

антон. 12:23 с меня чапман

ева :)). 12:23 договорились        Дело оставалось за малым — написать в беседу друзьям, что с ним все в порядке, и он просто проводил учебный день в своем мире грез, видя замечательные сны. Получив в ответ несколько матерных сообщений от парней, он, наконец, написал и своей классной руководительнице, Анастасии Константиновной, от которой тоже среди уведомлений висело несколько пропущенных, и зашел в давеча закрепленный диалог. арсений пидор сергеевич. 8:13 Антон, ты где? арсений пидор сергеевич. 8:59 Я так понимаю, ты проспал? Напиши мне, как проснешься, уж будь любезен. арсений пидор сергеевич. 10:45 Почему трубку не берешь?        После этих сообщений следовало двенадцать пропущенных, но кудрявый, решив, что отвечать в этом диалоге ему совсем не обязательно, вышел из мессенджера и встал с постели, потягивая тонкими руками в разные стороны и жмурясь от слепящего в глаза солнца, лучи которого проникали в каждый уголок комнаты и пробегали по всем распечатанным постерам, по светлому деревянному столу, на котором красовались маленького размера комнатные растения, и любой стоящей на полке книжке из разряда классической литературы.        Привычное утро января не могло не сопровождаться табуном мурашек по продрогшему от холода телу, отчего и так истощенный организм отчаянно требовал чего-то горячего, и выбор, очевидно, пал на излюбленный Шастуном зеленый чай с лимоном, приготовление которого вынуждало посетить кухню.        — Почему не в школе? — слащаво, но не слишком заинтересованно спросила мать, что колдовала над какой-то кастрюлей, наполняя ее мелко нарезанными овощами.        — Проспал, — безэмоционально бросил в ответ Антон, хватая с подставки среднего размера нож.        — Ясно, — пробормотала женщина, будто не решаясь продолжить, — ты с нами не переедешь, да?        — Да, — сухо прилетело в ответ, но дама даже не повела глазом.        — Ну, конечно... — прошептала та, но вдруг сменила громкость голоса. — Отец разрешил, ты можешь остаться жить здесь. Я попросила за тебя.        — Серьезно? — диалог между матерью и сыном уже походил на какую-то словесную перепалку, выясняющую, кто из них больше сможет не выходить из роли безэмоционального.        — Да.        — Спасибо. На самом деле... Это очень важно для меня, мам, — и тут женщина, кажется, состязание проиграла, слегка приоткрыв зеленые глаза и взглянув на Антона.        — Да... — запнулась она. — Не за что... Мы будем отправлять тебе деньги, — сказала женщина, и почувствовала как на ее худое плечо легла такая же костлявая рука младшего сына, отчего взгляд ее все сильнее становился ошарашенным.        — Спасибо, — ответил подросток и поджал губы, слегка похлопав женщину и схватив со столешницы уже заваренный в темно-синей чашке чай.        — Соберем вещи и переедем, наверное, уже послезавтра... — необычным для себя голосом проговорила мать, и Антон кивнул, шагая прочь с комнаты в сторону спальни, чувствуя, как внутри по душе разливается легкое, но до жути приятное облегчение.

***

       — Какие люди! — воскликнула Аня, обнимая продрогшего от утреннего холода друга. — Любитель пропадать без предупреждения.        — Я просто хотел спать, — с добродушной улыбкой ответил Шастун, приобнимая по очереди всех подруг.        — А друзьям сообщить не судьба. Ладно, хоть сегодня пришел, — обиженно фыркнула Ева, стоящая подле Антона и стукнула его кулачком по плечу.        Спустя несколько минут к компании подоспели и Сережа с Димой, добежавшие к ребятам из другого корпуса. Сборище подростков мирно стояло в коридоре у кабинета, где у Евы и Антона проходят уроки русского и литературы с наилюбимейшим Арсением Сергеевичем, что пропал из помещения в ту же секунду, как прозвенел звонок, дабы успеть перекусить в столовой на большой перемене.        Самая обыденная встреча в коридоре, когда все их дружеское собрание болтало о всяком-всяком, постоянно посмеиваясь и кого-либо обсуждая. Сейчас же Карина с улыбкой на лице делилась со всеми тем, как забавно вчера на классном часу их с Аней одноклассница ссорилась сразу с двумя учителями, отчего подростки хихикали и морщили лоб, показывая, какой эта история вызывает у них испанский стыд.        — Ой, твоя партнерша идет, — вдруг прервала рассказ своей истории Дмитриева, заглядывая куда-то за спину Шастуна. Выражение лица мальчишки тут же сменилось на недоуменное, и он медленно развернулся через правое плечо.        — Привет, — совсем негромко произнесла Алина — девушка, что танцевала вальс с Антоном на недавнем новогоднем мероприятии, и смущенно опустила глаза в пол.        Ребята оглядели девчонку с головы до ног — выглядела она действительно замечательно. Белая рубашка с милыми кружевами и рюшками, короткий коричневый вязаный джемпер на больших пуговицах и такого же оттенка длинные брюки на высокой посадке. Волнистые коричневые волосы были украшены с двух сторон жемчужными заколками, на плече висел бежевый шоппер с изображением какого-то барашка, а на тонких пальцах красовалось множество колечек из бисера. Коричневые тонкие стрелочки на глазах, светлые румяна, розоватый блеск на пухлых губах — все это делало из девушки кого-то похожего на ангела.        — Привет-привет, — ответил Антон, не ожидая того, что партнерша еще хоть раз с ним заговорит, и протянул руки, ожидая ее разрешения на приветственные объятия. Зеленоглазая тут же улыбнулась и ответила на жест. Романова умилительно помахала ей рукой, и остальная компания также поздоровалась с дамой.        — Слушай, я тут... — Алина запнулась, — я принесла кое-что. Может, возьмешь?..        Девушка потянулась к своей сумке и достала из нее аккуратную коричневую коробочку с крышкой, на которой красовалась какая-то миловидная наклейка.        — Это печенье с корицей, вот...        Парень неуверенно взглянул на подарок и поджал губы. Кажется, холодный непробиваемый Антон Шастун вдруг засмущался от проявления знаков внимания и сейчас стоял, словно воды в рот набравший. Сережа и Аня взглянули друг на друга, приподнимая брови, будто мысленно соглашаясь, насколько ситуация неловка.        — Слушай, спасибо, но, — парень потормошил свои кудри и нелепо улыбнулся, — у меня на корицу аллергия, да и я сладкое не очень люблю... Сама поешь лучше.        Лицо дамы вдруг потускнело, и подросток приободрительно похлопал ее по плечу, надеясь, что та не разозлится на него за отказ.        Девушка ахнула и растянула пухлые губы в наигранной улыбке.        — Жалко, я не знала... Я запомню, — она сцепила ладошки и чуть склонила голову набок. — Ладно, мне пора. Пока всем!        Алина помахала всем на прощанье и, услышав ответные "пока-пока!" от каждого из компании, пошла прочь, так и держа в руках коробку самодельного печенья.        Шастун повернулся обратно к друзьям, и на него уставилось сразу шесть ошарашенных взглядов.        — Очень красивая пара из вас вышла бы. Ну, признавайся, — Матвиенко скорчил ехидную гримасу и прищурился, — нравится она тебе?        Антон отрицательно помотал головой, на что получил смешок в ответ.        — Чтобы Шасту и кто-то нравился? Не смеши, — высказался Позов, и кудрявый недовольно закатил глаза.

***

       Попрощавшись со своими друзьями из параллельных классов, у которых во вторник не было никаких дополнительных занятий, Антон и Ева направились в класс русского языка и литературы, где ближайший час им предстояло провести в окружении некоторых ребят и Попова Арсения.        Время — без десяти два, в классе сидят какие-то девочки, а Арсения Сергеевича и след простыл. Антон и Ева, уставшие после тяжелого учебного дня, падают за свою парту и готовятся к занятию, вытягивая из сумок нужные тетради, письменные принадлежности и сборники для подготовки экзамену.        — Ты сделал тринадцатый вариант? — шепотом спрашивает Ева у друга.        — Ага, держи, — он подает ей тетрадь, открытую на нужной странице.        — Спасибо, — улыбается Витовская, принявшись тут же изучать задания, которые ей сделать не удалось.        В свою очередь Антон, борясь с желанием закрыть глаза и разлечься на парте, припадает головой к плечу светловолосой, пока та делает какие-то пометки в своей тетради, надеясь, что этим движением он не помешает Витовской, но та, в принципе, недовольствия своего не выражала.        Спустя десять минут в класс заходит преподаватель русского языка и литературы, окидывая всех присутствующих взглядом. Задержавшись на задремавшем Шастуне, Арсений тихо выдыхает, но лишь приветствует ребят, отчего Ева вопросительно смотрит на мужчину.        — Пусть спит, — кивает Попов, добавляя про себя: "умирающий дебил".        Витовская поджимает губы и тихо говорит:        — Прямо как в тот раз, мы точно соулмейты.        Арсений, проигнорировав высказывание ученицы, слегка кашляет и приступает к теме занятия.        — Позже проведу проверочную работу, посмотрим, как вы усвоили материал за последние недели, — строго выдает мужчина, поправляя темную оправу очков на носу. Кажется, он вполне в спокойном расположении духа, потому что бы в противном случае Антон бы не смог воспользоваться такой возможностью, как поспать на дополнительных занятиях.        Спустя двадцать минут, Антон вздрагивает от того, что кто-то тычет пальцем в его локоть. Нетрудно догадаться, что это Ева, на плече которой он готов был бы проспать целую вечность. На столе лежат тестовые работы, очевидно, что составленные по образцу заданий ЕГЭ самим Арсением Поповым.        Шастун несколько раз моргает, пытаясь опомниться и понять, сколько времени прошло с начала занятия и почему его никто не разбудил, но помешать ему это сделать решить Арсений Сергеевич:        — Так, у вас есть сорок минут, если есть вопросы — обращайтесь, — мужчина окидывает взглядом присутствующих, в том числе взглянув на наконец-таки очнувшегося Антона, и садится за свой стол, отвлекаясь на какие-то документы.        Шастун выдыхает, но к заданиям все-таки решает приступить.

***

       — Я в раздевалке буду ждать тебя, — прошептала Витовская, когда Антон сидел, ломая голову над последним заданием в проверочной работе, что Арсений Сергеевич решил выдать за двадцать минут до конца дополнительных.        Кабинет уже опустел — большинство решили благополучно сдаться и выйти из боя с отвратительным номером, взятым преподавателем из пробников егэ, но Шастун был бы не Шастуном, если бы не измывался над распечатанными буковками до последнего.        В кудрявой голове, кажется, сейчас стояла такая работа, что она вот-вот бы и закипела, одна ладошка выводила аккуратным почерком ответ, а вторая же отбивала тонкими пальцами по парте. В кабинете почему-то стоял безумный холод, отчего по бледной коже табуном бежали мурашки, а тело подростка потрясывалось, не достаточно согреваясь от огромной черной толстовки.        Прошло, наверное, уже десять минут с конца занятий, и Попов все это время краем взгляда наблюдал за продрогшим от мороза учеником, что никак не был готов сдаться. До Антона уже давно дошло, что задание у остальных было в разы легче, чем у него. Видно, у преподавателя к нему все также особое внимание. Что ж, тогда налажать здесь точно нельзя — он эту перепалку не проиграет.        — Шастун, иди уже. Я дам тебе завтра дописать, — вдруг сжалился мужчина, больше неспособный глядеть как тоненькое спичечное тело безостановочно содрогалось.        Но подросток молчал. Не звука не издавал и словно не слышал — лишь утыкался в листочек.        — Закончил? — задал вопрос учитель, когда спустя еще несколько минут Антон донес до учительского стола свой бланк заданий. Кудрявый кивнул, однако аккуратно избегал контакта с голубыми глазами напротив, что готовы были в нем дыру прожечь.        — Антон, задержись, — услышал парень, когда он только-только собрал все свои вещи с парты.        — Нет, — дерзко бросил он и направился прямиком по направлению к выходу.        — Пожалуйста, Антон. Ты пугаешь меня, давай просто поговорим, — умоляюще выдал учитель, и Шастун, истерично усмехаясь, повернулся к нему.        — Не понимаю, чего Вы хотите. У меня было достаточно времени, чтобы понять, что Ваше общение со мной было спровоцировано лишь той ситуацией на крыше, — парень замолчал, но только было Попов хотел что-то произнести, зеленоглазый продолжил, опершись ладонями на поверхность деревянной парты. — Дело не в том, что вы там какой-то превосходный, и я жить без общения с Вами не смогу, но я, блять, ненавижу, когда так делают.        Антон даже не заметил, что нецензурно выразился, потому что Арсений Сергеевич вновь вызвал в нем бурю эмоций, что всегда он спокойно сдерживал, но не сейчас. Агрессия и обида заполоняли весь его разум, и мужчина это точно чувствовал, впервые наблюдая не холодного отстраненного призрака, а обычного человека.        — Я ненавижу, когда сначала заставляют довериться, а потом лицом в грязь опускают, сечете? Да боже, — выдохнул Шастун и прикрыл глаза.        — Антон, давай просто поговорим, как взрослые люди.        — Ну, вперед. Говорите, — услышал Попов и осознал, что и говорить-то ему особо нечего.