Букет белых гортензий

      Полторы недели Аня пыталась придумать, что сделать с найденной сережкой, но так и не нашла толковой идеи. Звонить Роме и говорить, что она видела Олю в кровати брата — глупо. Показать сережку, да мало ли где Оля могла ее забыть у них дома, бывает же иногда с ним вместе у них в гостях. Тема мог найти и оставить у себя, чтобы потом отдать.       Она вся извелась. Уже даже порывалась позвонить Оле и начать ее шантажировать, но тоже передумала. Это выглядело бы по-детски, к тому же, чем она бы ее шантажировала? Сережкой? Иных доказательств ее измены у нее не было. Оставалось только ждать, пока голубки снова встретятся и ловить их с поличным, а то есть — сразу же звонить Роме и просить его приехать.       А пока она пыталась совладать с матрицами и симплекс-методом. И вот кто на бизнес-информатике придумал эту хрень? Аня не понимала ни ее, ни высшей математики, которую пытались в нее запихнуть. В дверь позвонили. Она, обрадовавшись, что придется оставить математику на потом, убежала открывать.       — Ой, привет, я не ожидала тебя тут увидеть, — удивилась и расплылась в глупой улыбке Орлова.       — И тебе привет, лисичка, — Рома протянул ей букет. — Пропустишь?       — Да, проходи, я пока цветы в вазу поставлю.       «Опять эти идиотские гортензии. Да что такое? Ему реально на меня плевать? Почему эти долбанные цветы? Они красивые, но значат-то они «безразличие»! Неужели он не узнал об их значении, когда выбирал для меня?», — размышляла она, пока набирала в вазу воду.       — Что ты хотел?       Расположились в ее спальне. Рома стал вертеть головой, рассматривая стены, на которых висели постеры и фотографии. Улыбнулся, отметив, что фотографий с ним было больше остальных.       — Разве я не могу прийти к тебе просто так? — прилег на кровать рядом с девушкой.       — После того, как ты стал встречаться с Олей, просто так ты не приходишь. Что тебе нужно, Кравцов? — холодно спросила она. Рома даже поежился. — У меня тут математический анализ и линейная алгебра в самой критической стадии моего непонимания, а контрольная завтра. Если тебе не срочно, то мы отложим нашу встречу, иначе я схлопочу пару по обоим предметам.       Для достоверности девушка указала на раскрытые методические пособия и тетради. Рома взял одну из них, что-то долго читал и изучал. Потом — вторую, задумался.       — Садись, я тебе объясню, это не сложно, — ему не хотелось, чтобы она думала о нем так плохо. Да, он пришел по делу, но он все еще ее друг и готов ей всегда помочь. Как сейчас.       — Неужели ты так быстро понял мои каракули?       — Ага, садись, — нашел на столе чистый лист и ручку. — Симплекс-метод — легкотня, как любит выразиться молодежь. Строго подчиняемся правилам алгоритма, он тут расписан и есть даже пример. Сейчас все распишу тебе. А с матрицами еще проще. Овладеешь симплексом, и матрицы станут понятнее. Все взаимосвязано, Аньк.       — А я думала, ты только в волейбол в универе играл, — удивилась тому, насколько хорошо Рома разбирался в высшей математике.       — Вообще-то, я учился заочно на финансиста, и у нас там было выше крыши этой математики, я все еще это помню. Тебе повезло.       — А как же твое дело?       — Подождет, — легонько ткнул ее локтем в бок. — Давай, бери ручку, будем решать.       Через четыре часа усердного решения примеров и высказанных Аней недовольств оба предмета были осилены девушкой. Она радостно обняла своего учителя, после таких занятий ей светят две пятерки.       — Пойдем, я тебя хоть накормлю, а то уже восемь вечера, а ты даже чай не выпил, — потащила мужчину за локоть на кухню. — Рассказывай, зачем пришел-то.       — Поговорить хотел, — наконец-то признался он. — Ты же моя подруга, думаю, не будешь против, если я тебя посвящу в некоторые подробности моей личной жизни. Мне нужно кому-то рассказать. Темке бессмысленно, его кроме секса не интересует ничего, а ты все-таки понимаешь что-то. Да и доверяю я в таких вещах тебе больше.       — Рассказывай уже, — заинтересовалась Аня.       Что же такое могло случиться в жизни Ромы, что он пришел с ней говорить? Неужели у них с Олей разлад? Если да, то она знает, чем он вызван. Кажется, у нее появилась возможность указать ему истинный путь.       Он рассказал. О том, что Оля после сделанного им предложения стала холоднее, что ее визиты к клиенткам на дом участились, хотя до этого происходили куда реже. И что она стала смотреть на него иначе. Так, словно уже не любит его. Кравцова настораживала вся ситуация, он беспокоился, вот и рассказывал все. Вплоть до того, каким коротким и скучным стал их секс. Прелюдия в пару минут, исходящая только с его стороны, и сам процесс, сопровождаемый какими-то слишком наигранными стонами Колошиной.       Его все раздражало, и самое ведь смешное для Ани было то, что она знала, в чем причина такого поведения невесты Ромы. Она обняла мужчину, взяла его за руку. Он улыбнулся ей. Сейчас Аня казалась ему спасательным кругом — тем самым местом, в котором его понимали, в котором ему было хорошо.       — Может, это знак, что вам не стоит быть вместе? — начала издалека.       — Я люблю ее, Нюта, — поиграл желваками. — Просто… Не знаю, что не так. Мне нужно было поделиться, спасибо, что выслушала.       — Ром… Я не собиралась тебе говорить, ну, то есть собиралась, но не так скоро и не сейчас, в общем, — запутано говорила Орлова. Кравцов ничего не понимал. — Я знаю, почему Оля так себя ведет.       — И почему же?       Всякое Рома думал услышать из уст Ани, но точно не то, что услышал.       — Она тебя изменяет, я видела, то есть слышала, что у Темы кто-то был, а после нашла сережку Оли в его комнате. Я уверена, она с ним спит, — выдала на одном дыхании Аня.       — Чего?! — переспросил для достоверности, что ему не послышалось.       — Оля спит с моим братом за твоей спиной, что непонятного? — злилась девушка.       Рома поднялся из-за стола. Сделал несколько шагов из стороны в сторону, потом повернулся к Ане. Злой. Лицо покраснело, вены на руках взбухли. Она видела его таким только раз: в день, когда ему сказали, что он больше не сможет продолжить карьеру профессионального волейболиста.       — Ты совсем уже?       Она выпучила глаза от удивления.       — Нет, я все понимаю, тебе не нравится Оля. Окей, но это моя девушка. Зачем ты придумываешь всякую херню про нее? Ань, ты больная? Тебе делать больше нечего? — жестикулировал активно руками. — Я был готов услышать всякую хрень на подобии, что она просто не пара мне. Но это…       — Что это? Правда глаза колет? — не показывала того, что его слова ее задели. Плакать будет потом.       — Это звучит как глупая попытка малолетней влюбленной дурочки разрушить счастье. Лучше скажи, что пошутила, — попросил Кравцов. — Иначе я буду думать, что ты полная идиотка, готовая придумать все, что только можно, лишь бы выставить Олю в дурном свете.       — Я не пошутила, а, впрочем, — схватила Рому за локоть и потащила к входной двери. — Уходи, не хочу тебя видеть. Если ты думаешь, что я… Я! — она выделила местоимение голосом. — Человек, который искренне любит тебя как своего друга… Что я способна на ложь такого рода, чтобы просто-напросто разрушить твою с Олей пару, то нам больше не о чем говорить.       Он обулся, накинул куртку. Перед выходом произнес:       — Да, ты права, — сделал паузу, выискивая в ее глазах хотя бы каплю эмоций. Она была спокойна. Но только снаружи, внутри у нее все разрывалось на миллионы осколков. — Нам больше не о чем с тобой говорить. Лучше не приходи ко мне больше. Не стоит. Я не впущу.       — Да пошел ты на хуй, — захлопнула перед его лицом дверь и скатилась по ней, тихо заплакав.       Она ему правду, чтобы обезопасить, чтобы он был готов. Надеялась, что он ей поверит, потому что они ведь друзья. А он? Счел ее слова за глупость маленькой влюбленной девочки. Да, влюбленная, да, маленькая еще, но не глупая. И хотела как лучше. Не хотела, чтобы он потом жалел о том, что женился не на той.       Вернувшись домой, Тема сразу услышал громкую музыку из комнаты сестры. Он знал, это не к добру. Когда она так громко слушала музыку, была сильно расстроена. Благо, дверь была не заперта. Тихо прошел. Аня, уткнувшись носом в подушку, плакала. Выключил музыку, привлекая к себе внимание.       — Уходи, — слезливым голосом попросила она.       — Нет, пока не расскажешь, что случилось, — погладил ее по спине.       — Правда не всегда несет хорошие последствия, — скинула с себя его руку. — Хотя, ты, наверное, не знаешь, что такое последствия, раз спишь с Олей за спиной Ромы.       — С чего такие выводы?       Она поднялась с кровати, вытащила из ящика сережку женщины и швырнула ее в грудь брату.       — Сам все поймешь или будешь требовать объяснений?       Ненависть проснулась в Орловой. Ей хотелось причинить кому-то боль. Почему всегда страдала она? Делала ведь все из лучших побуждений, старалась никогда не желать зла, а все равно страдала.       Саня ее бросил в девятом классе, когда получил то, что хотел через три месяца после начала их отношений. Борька опозорил на всю школу, прочитав ее любовные сообщения в столовой по громкоговорителю. И ведь принес его специально для этого! Верка решила, что дружить с ней после такого случая позорно, и свела все общение к нулю. У нее всегда были только брат и Рома. А теперь? Теперь и Ромы нет.       — И ты рассказала об этом Ромке? — она кивнула. — Дура ты, Анька, он же без ума от нее. Если бы ты ему видео показала, где она скачет на чьем-то члене, он бы не поверил, а ты просто сказала. Пока сам от нее не услышит, будет считать ее белой и пушистой.       — Не отрицаешь, значит, спал. Зачем?       Не понимала мотивов поступка брата. Спать с девушкой, уже даже невестой друга, как минимум, очень некрасиво. Что же его сподвигло на такое?       — Секс с ней хороший, она опытная в этом деле. Многое знает, я просто получаю удовольствие, и она тоже. Нас ничего не связывает. — он говорил так, словно это было нормальным явлением для всех людей.       — Мне, значит, с Ромой быть нельзя, потому что он меня на восемь лет старше, зато ты свой член можешь пихать в тетку, старше тебя на десять лет. — горько усмехнулась Аня. — Но не переживай больше, с Ромой я теперь не буду. Он мне не поверил, еще и дурочкой назвал, сказал, что общаться нам с ним не о чем. Так что, можешь трахаться с Олей сколько тебе влезет, я в это лезть не собираюсь.       — Ну и правильно, — улыбнулся уголком губ. — Ничего у вас бы все равно с Ромой не вышло. Лучше другого себе найди.       — Свали уже, — швырнула в него подушку. — И советы мне твои не нужны. Ты подло поступаешь. Какой ты друг Роме, если так делаешь?       — Обычный, лучшим другом была ты, — пожал плечами Тема.       Была… Она снова заплакала. Ей будет его не хватать, но она слишком гордая, чтобы прийти к нему. Не хочет — не надо. Хотя… Она лучше сама Олю поймает, раз Рома только словам из ее уст поверит, значит, она сделает так, чтобы Оля ей во всем призналась. Запишет на диктофон и отправит Роме, докажет, что не врала. Пусть ему будет стыдно.       А дальше? Дальше — будь, что будет. Она к нему на поклон не пойдет, а если он захочет извиниться — подумает еще сто раз прежде, чем простить его. Лучший друг не ставит под сомнения слова и поступки, которые ты совершаешь, он безоговорочно верит, потому что на то он и лучший друг.       Теперь ей оставалось придумать способ, как заставить Колошину с ней встретиться и рассказать всю правду. Маленькое хобби в виде накладных ресничек, которыми занималась женщина, было ей на руку. Набрала номер Оли.       — Привет, можно записаться на реснички? У меня свидание завтра вечером, хотела бы сделать днем, если есть время, — пыталась врать как можно убедительнее.       — Привет, — зевнула женщина в трубку, только сейчас Аня увидела, что было уже десять вечера. — Можно, по такому поводу — нужно, наконец-то найдешь себе мужика и отстанешь от моего.       — Не переживай, Рома мне больше не интересен. Во сколько приходить?       — В два, — помолчала, а потом добавила. — Ко мне. Адрес вышлю сейчас смс. И в следующий раз звони чуть раньше.       — Хорошо, спасибо.       Получив через пару минут адрес, Орлова коварно улыбнулась. Завтра у нее будет шанс выпытать всю правду из Оли, а потом швырнуть доказательства в лицо Роме, чтобы знал, что она не врала. Чтобы ему было стыдно, и чувство вины его разъедало. Может, тогда он поймет, насколько был не прав, когда так поступал?       Настроение улучшилось, желание плакать пропало. Боевой настрой вернулся к Ане. Она сделает все, чтобы завтрашний день прошел максимально продуктивно, а пока ей нужно было лечь спать. Сначала — контрольная в девять, где она сыграет роль примерной студентки, а уже потом — план по раскрытию Оли Колошиной. План по восстановлению своего честного имени.