Три волшебника и ребёнок

Март 2005 г. То, что, как все думали, со временем утихнет, превратилось в игру «Угадайка». Все в Волшебной Британии хотели знать, кто отец дочери Гермионы Грейнджер, и никто не стеснялся в своих теориях и предположениях. Заголовки появлялись и исчезали, а Гермиона всё ещё не была готова открыть правду. С другой стороны, Тео, Блейз и Драко не стеснялись выдвигать собственные теории. — Сегодня утром Грейнджер выглядела особенно раздраженной из-за «Пророка», — размышлял Тео, прогуливаясь по библиотеке и нежно покачивая на руках воркующую Лиру. — Тео, ты должен поглаживать её по спинке, — закатил глаза Драко, делая очередной ход в шахматной партии против Блейза. — Ну-ка посмотрите, кто вдруг стал экспертом по воспитанию детей, — усмехнулся Тео, прежде чем повернуться и улыбнуться Лире, которая светилась улыбкой ему в ответ. — Не волнуйся, мини-Грейнджер, со мной ты в безопасности. Ты в безопасности с папой. Ты можешь сказать это? Папочка? Ты такая умная, ты заговоришь раньше, чем мы ожидаем. — Тео, ей едва исполнилось четыре месяца, — усмехнулся Блейз. — У нас впереди ещё много времени, прежде чем она начнет говорить. — Мы можем вернуться к теме, пожалуйста? — проворчал Тео, прежде чем шепнуть Лире. — Не волнуйся, малышка. Я знаю, насколько велик твой прекрасный мозг. — Она будет продолжать раздражаться из-за «Пророка», пока они не перестанут печатать статьи о ней и Лире, — заметил Блейз. — Давайте посмотрим, что они опубликовали сегодня, — заговорил Тео, левитируя «Пророк» перед собой для удобства чтения. Блейз был прав, там снова была напечатана статья с предположениями о том, кто же являлся отцом. Конечно, все это было лишь теориями. — О, посмотрите-ка, Виктор Крам отправляется в очередное турне по Франции для участия в соревнованиях по квиддичу. — А Эрни Макмиллан создал новое зелье от похмелья, — Блейз ухмыльнулся Драко, прежде чем сделать следующий ход. — Шах и мат. К чему ты клонишь, Тео? — Я к тому, что обе эти статьи были опубликованы в сегодняшней газете. Газете, которой так была раздражена Гермиона, даже больше, чем обычно, — вздохнул Тео. — Почему вам так трудно обратить на это внимание? — Ты предлагаешь добавить в список Виктора Крама и Эрни Макмиллана? — Драко усмехнулся, покачав головой над смехотворным предположением. — У меня хорошее предчувствие насчет Эрни Макмиллана. Она — зубрила, он — зельевар, — кивнул Блейз. — Я определенно думаю, что это может быть возможным. — Правда, Блейз? Это то, что, по-твоему, заводит нашу Грейнджер? Разжигает в ней огонь? Чертов зельевар? — Драко рассмеялся, вставая, чтобы забрать Лиру у Тео, которая тянулась к нему. — Значит, ты ставишь на Крама? — Тео со знанием дела подмигнул, когда Блейз, играя бровями, сказал ему беззвучно «наша Грейнджер». — Насколько я помню, она встречалась с ним когда-то. — Я бы не назвал это отношениями, — пробурчал Драко, проведя рукой по кудрям Лиры. — Тогда как бы ты это назвал? — Блейз ухмыльнулся. — На Святочном балу она казалась мне влюбленной. — О да, Святочный бал, — мечтательно вздохнул Тео. — Такая чудесная ночь. Мы все прекрасно провели время, правда, Драко? Драко проворчал себе под нос, заставив Блейза и Тео рассмеяться.

***

Май 2005 г. — Ты никогда не оставишь это в покое, не так ли? — Гермиона рассмеялась, смотря на запыхавшегося Тео. — Тео, дорогой, — засмеялась Пэнси, сидя на полу вместе с Лирой, помогая ей, пока та тянулась за игрушками. — Сделай вдох и начни сначала. — НЕ может быть, чтобы Драко умел менять подгузники лучше, чем я. Этот чистокровный жлоб никогда, НИКОГДА в жизни не пачкал руки. — Формально это не так, — заметил Блейз сидя на полу рядом с Пэнси и подавая Лире погремушки. — Он же починил тот исчезательный шкаф. — Это тут ни при чем, Забини! — огрызнулся Тео, возмущенно глядя в ответ. — О чем это он? — спросил Драко, опускаясь рядом с Гермионой на диван и выхватывая книгу из её рук. — Эй! — вскрикнула Гермиона, забирая книгу обратно, от чего Драко засмеялся. — Да ладно, Грейнджер, — улыбнулся ей Драко. — Разве ты не слышала, что нужно делиться? — Возьми себе свою книгу, Малфой! — ИЗВИНИТЕ! Может мы уже вернемся к моей персоне?! — крикнул Тео, отчего Лира очаровательно завизжала, смотря на него. Тео посмотрел на неё сверху вниз с обожанием, в то время как остальные в комнате смеялись. — Спасибо, любовь моя. Я люблю тебя больше всех. Папа любит тебя, Лира. — Прекрати, — усмехнулся Драко. — Она не станет тебя так называть, — засмеялся Блейз. — Что ты хотел сказать, Тео? — Гермиона пыталась приглушить свой смех рукой. — Да, да, — кивнул Тео, затем посмотрел на всех присутствующих. — Нет ни одного грёбаного шанса, чтобы Драко делал это лучше, чем я! И я докажу это. Ждите. — То, что я талантливее тебя, Тео, не повод так расстраиваться. У каждого из нас есть свои сильные стороны, — высокомерному самодовольству Драко не было предела.

***

Позже, тем же вечером, после того, как Драко вызвался уложить Лиру спать, Гермиона была на кухне с Блейзом и Пэнси и открывала бутылку вина, когда услышала шум в коридоре и отчетливый крик «ГЕРМИОНА». — Что, черт возьми, происходит? — Пэнси нахмурилась, наблюдая, как Тео вбегает на кухню, выкрикивая имя Гермионы, а Драко прямо за ним, пытаясь схватить его. — Я ЗНАЛ ЭТО! Я, БЛЯДЬ, ТАК И ЗНАЛ! — заорал Тео, уворачиваясь от Драко, когда тот бежал за ним. Пэнси весело наблюдала за происходящим, а Блейз качал головой, глядя на своих друзей-идиотов. — Заткнись, Нотт! — прорычал Драко, делая выпад в его сторону, но промахнулся. — Что? Ты не хочешь, чтобы Гермиона узнала твой маленький грязный секрет?! — пропел Тео, перебегая на другую сторону комнаты. — Какой? — пробормотал Блейз, Гермиона едва смогла разобрать его слова. — Драко просил Мисси поменять подгузник Лире! — протараторил Тео, когда Драко, наконец, повалил его на землю. — Впечатляет, — ухмыльнулась Пэнси. — Очень по-слизерински с твоей стороны, Драко. Лира любит, когда Мисси меняет ей подгузники. У Мисси идеально получается. — ЧТО?! — вскрикнул Тео от удивления. — Ты не можешь это оправдывать. Правда, Грейнджер? Драко лгал тебе. — Честно, — сказала Гермиона, пытаясь сдержать смех, но безуспешно. — Это действительно впечатляет. В любом случае, моя дочь счастлива и о ней заботятся. — Что, блядь, происходит?! — закричал Тео.

***

Июль 2005 г. — Блядь! — крикнул Тео, входя в гостиную. Блейз и Драко с любопытством смотрели на него с дивана, Лира подпрыгивала и хихикала на коленях Драко. — Не позволяй Грейнджер услышать, что ты так выражаешься при Лире, — ухмыльнулся Блейз. — Грейнджер на работе, — закатил глаза Тео. — А разве вы двое не должны быть тоже на работе? — Преимущества владения собственным бизнесом, — усмехнулся Блейз, откинувшись назад. — Я могу работать, когда захочу. Мне не нужно никуда выходить. — Я взял выходной, — пожал плечами Драко, позволяя маленьким ручкам Лиры вцепиться в его пальцы, когда она подпрыгивала. — По сравнению с ней ты выглядишь просто гигантом, — засмеялся Тео, а затем покачал головой. — Сосредоточься, Нотт. Да, все верно. — О чем ты? У тебя есть ещё теории о том, кто отец мини-Грейнджер? — с любопытством спросил Блейз. — Выслушайте меня… если мы выясним, кто отец, — начал Тео, глядя на Лиру сидящую на коленях Драко. Лира Грейнджер каким-то образом сумела украсть частичку всех их сердец своими прекрасными шоколадными глазами и потрясающей улыбкой. Тео не собирался отказываться от неё ни в коем случае, — значит ли это, что мы должны признать, что она не совсем наша? Драко и Блейз перекинулись взглядами, обдумывая слова Тео. Они все знали, что Лира не была их ребенком по крови, но в каком-то смысле она была их. Они воспитывали её вместе с Пэнси и Гермионой, были свидетелями всех первых моментов, видели, как она впервые перевернулась, как впервые начала ползать. Были свидетелями того, как малышка попробовала твердую пищу, как впервые по-настоящему улыбнулась. Если бы они знали имя и лицо того, кто на самом деле был её отцом… это включило бы кого-то еще в их семью. Тео был прав. Это изменит всё. — Что ж, — сказал Блейз, прочищая горло. — С меня достаточно исследований и теорий. Ты же знаешь, как я ненавижу всю эту ерунду.

***

Позже, тем же вечером, Пэнси сидела в саду с Гермионой и потягивала вино, глядя на звезды. Они уговорили мальчиков выпить вместе после того, как уложили Лиру спать, поставив защиту, чтобы она предупредила их, если Лира проснется. Пэнси и Гермиона вышли на улицу и уселись на одеяле с вином и сладостями, наслаждаясь ночным воздухом. — Я до сих пор прихожу в восторг от того, как всё обернулось… Это никогда не было планом, — тихо проговорила Гермиона, глядя на созвездия в небе. — Ты хочешь сказать, что Гермиона Грейнджер никогда не планировала родить ребенка, который мгновенно заставит всех полюбить его? — Пэнси игриво вздохнула. — Я шокирована. Потрясена. Как можно было не запланировать такое! — Я просто… — Гермиона захихикала, глядя на Пэнси, выражение её лица заставило глаза Пэнси немного смягчиться. — После… ну, когда я думала, что буду делать всё это одна… Я всегда думала, что он будет с нами. Он уверял меня, что хочет этого, когда я узнала, что беременна. Я была в ужасе, Пэнси. У меня не было родителей, к которым я могла бы обратиться, и мне было… так стыдно. — Гермиона покачала головой, снова переведя взгляд на звезды. — То, что вы все здесь… что у неё есть вы все… это больше, чем я могла надеяться получить. Пэнси наблюдала за ней с минуту, оценивая сказанное. — Знаешь, — начала Пэнси, — когда я появилась здесь той ночью и увидела тебя, я была зла. Не потому, что не была рада тебя видеть, а потому, что ты пропала, не объяснив ничего. А потом увидела её… Лиру… и вся злость просто испарилась. Когда ты сказала мне, что хочешь, чтобы я стала её крестной матерью… это был один из самых счастливых моментов в моей жизни, Гермиона. Ты дала мне то, что я не думала получить. — Что ты имеешь в виду? — Это история для другого вечера, — Пэнси слегка улыбнулась, глядя вместе с ней на звезды. — Могу я задать тебе вопрос? — Конечно. — Ты уверена, что Драко не является отцом? — тихо спросила Пэнси, и Гермиона тихо вздохнула. — Я уверена, — выдохнула Гермиона. Пэнси так много всего хотела спросить у нее. Так много вопросов о Драко и Лире, но она знала, что если будет настаивать, Гермиона только ещё больше замкнётся в себе. — Очень жаль, — кивнула Пэнси, на её лице появилась небольшая ухмылка. — Боже мой, смотреть на Драко с Лирой — то ещё блаженство. — Переходишь от своих фантазий о Блейзе обратно к Драко? — О Мерлин, нет, — рассмеялась Пэнси. — Этот корабль давно уплыл. Наблюдать за Блейзом с Лирой — это сексуальное пробуждение, и клянусь, я становлюсь мокрой каждый раз, когда вижу её в его объятиях. Лужа, Гермиона, я становлюсь лужей. — Годрик, Пэнси, — засмеялась Гермиона, глядя на слизеринку. — Ты когда-нибудь скажешь нам, кто донор спермы? — Скажу, когда буду готова справиться с последствиями. — Ты можешь сказать мне за неделю до этого, чтобы я могла держать их в узде? — Пэнси, — засмеялась Гермиона, качая головой. — Спорим на сто галлеонов, что я смогу убедить одного из них, что между тобой и кем-то из них была половая связь на одну ночь, и что ты забеременела. Я очень сомневаюсь, что кому-то не будет до этого дело. — Пэнси подмигнула и выпила остатки вина, пока Гермиона пыталась отдышаться от сильного смеха.

***

Август 2005 г. — Папа, — сказал Тео, сидя перед Лирой на полу. — Давай, любимая, ты можешь это сказать. Я знаю, что ты можешь. Лира просто улыбнулась ему, хихикая. Она похлопала по полу и забормотала. За последние несколько недель Лира начала лепетать и пытаться говорить все чаще. Тео поставил перед собой задачу, чтобы её первым словом было «папа», и чтобы она сказала это ему. — Ты всё ещё пытаешься заставить её сказать это? — спросила Пэнси с дивана, просматривая журнал. Теперь, когда ремонт в поместье был почти закончен, ей нечем было заняться. — Ты пытаешься уже несколько месяцев, дорогой. Этого не случится. — Ты этого не знаешь. Она не знает, какая ты умная, моя маленькая Лира, — продолжал Тео, снова и снова повторяя слово «папа». — Тео, — сказала Гермиона, заходя в комнату и посмеиваясь. Лира завизжала, увидев свою мать, и начала тянуться к ней. Гермиона наклонилась, подняла дочь и прижала к себе. — Чему ты пытаешься её научить? — Ничему, — ухмыльнулся Тео. — Мы с Лирой только что закончили читать «Винни-Пуха», а потом играли. — Я до сих пор не могу поверить, что ты убедила его читать ей истории, написанные маггловскими авторами, — прокомментировала Пэнси. — Это же Грейнджер, — сказал Драко, входя в комнату вместе с Блейзом. — Обращает всех нас, чистокровных, одного за другим. — О, смотрите, все дома, — вздохнул Тео, закатывая глаза, зная, что теперь ему придется делить Лиру. — Не очень-то ты рад нас видеть, Нотт, — усмехнулся Блейз. — Ба-ба-ба-ба-ма-ла, — лепетала Лира, играя с локонами своей мамы, но когда её глаза встретились с Драко, она улыбнулась. — Папа. Время остановилось, все замерли, глядя друг на друга, не веря в то, что только что услышали. Гермиона думала, что ей это, должно быть, послышалось. Единственным, кто мог говорить, была Лира, которая повторяла своё первое слово, протягивая руки к Драко. — Папа! — ЧТО ОНА ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛА… — Блейз в шоке смотрел на своего лучшего друга. — О ЧЁРТ, НЕТ! — закричал Тео, вскакивая с пола.