Rourke

Температура неуклонно снижалась, теплый сезон подходил к концу. Последнее утро было сырым и прохладным. Сириус закутался в слои шерсти и водрузил последний багажник на маленькую лодку. Римус шел вниз по склону, сжимая в руках несколько вещей, которые, как Сириус помнил, он оставил в спальне Римуса. Запасной объектив. Сломанное зарядное устройство для ноутбука. Сломанный ремешок от часов. — Вот, держи, — сказал Римус, — это последнее. — Спасибо. Они неловко замерли на секунду, желая, чтобы член команды грузового судна, переправлявшего маленькую лодку, отвернулся. Наконец Римус притянул его в теплые объятия. Поцеловал его волосы. — Береги себя, Сириус. И пиши мне. — Обязательно, — ответил он. Сириус подошел к краю берега и шагнул в лодку. — Может быть, я когда-нибудь вернусь, — произнес он. С берега Сириус увидел, как Римус что-то негромко сказал, но море поглотило его.

***

Лондон | Весна

Прошел почти год, и, наконец, документальный фильм был готов к выходу. Сириус редко посещал показы своих работ, и этот раз не стал исключением. Его отсутствие обычно было досадным побочным эффектом его напряженного графика съемок. Так было и на показе фильма «Рурк: Жизнь на краю света», но на этот раз его плотный график был намеренным. После возвращения с острова он провел несколько недель в Лондоне. Он поселился в свободной спальне Джеймса и помог Лили переехать в квартиру Джеймса, пока она была занята подготовкой к экзамену и материнству. Он воспользовался предлогом, что не хочет задерживаться в гостях, чтобы заказать серию коротких проектов, которые помогли ему облететь весь мир. Он вернулся в Лондон только один раз, чтобы встретиться с Гарри и перевезти свои скудные пожитки в камеру хранения в нескольких кварталах от дома Джеймса. Затем он уехал. Таиланд, Сирия, Мьянма. Везде, где он не знал языка. Везде, где он мог оставаться отстраненным. Он общался с Джеймсом и Лили, когда мог; собирал рецепты, отправлял по почте детские игрушки со всего мира, причем ни одна посылка не приходила из одной страны дважды. Большую часть марта и начало апреля он провел в Непале, живя в нескольких принимающих семьях и общаясь только через режиссера и нескольких местных членов съемочной группы. Он проводил свои дни, карабкаясь на скалы, снимая с ненадежно натянутых веревок и изнуряя себя до онемения. Он умудрился потерять счет дням. Лишь спустя несколько недель, вернувшись в деревню с интернет-кафе, он понял, что ему удалось сделать то, что он считал невозможным: забыть о просмотре. Он подключил свой мобильный телефон к одной из розеток в кафе и заплатил за час работы на компьютере, надеясь, что интернет здесь достаточно мощный для звонка по skype. Через несколько минут Джеймс ответил. — Привет, Джейми, ты меня слышишь? — Да! Привет, приятель. Ты выглядишь как овца! — Лили пригнулась, помахав в камеру маленьким кулачком Гарри в знак приветствия. — Скажи «привет!» — Гарри! Привет, малыш! Твой папа таскает тебя по всему Лондону, чтобы снимать метро? Это намного веселее, чем Южная Африка? — Ладно, ладно, — ворчал Джеймс. Сириус прислал настоящее сафари из маленьких вырезанных животных, когда он снимал жирафов в заповеднике в Южной Африке. Гарри был в восторге от них, а Сириус воспользовался возможностью посмеяться над новым проектом Джеймса — историей лондонского метро. Он даже не чувствовал себя виноватым за эти замечания: Джеймс и Лили были безумно счастливы, и Сириус знал, что Джеймс ни за что на свете не променял бы свою работу. — Значит, у Рурка все очень хорошо. Входит в число номинантов и все такое, — неуверенно сказал Джеймс. — Они захотят взять у тебя интервью, просто предупреждаю. Они уже восхищаются твоим мастерством. Сириус мрачно улыбнулся: — Ну, тогда я буду уверен, что какое-то время буду держаться подальше. Лили нахмурилась за спиной Джеймса, а затем изчезла из кадра. Джеймс проигнорировал его. — Мы видели Алису и Фрэнка, у них все хорошо. Они ненадолго приехали в город, и мы собираемся устроить небольшое детское собрание с Невиллом и Гарри. Марлин тоже пришла. Она и ее партнер оба занимаются докторантурой. — Хорошо, я рад это слышать. Джеймс позволил молчанию затянуться на секунду. — Он не приехал, — сказал он наконец. — Я знаю. — Вы… вы поддерживали связь? Сириус пожал плечами. Они поддерживали, в самом начале. Они не надеялись, что продолжат отношения, но поддерживать связь казалось правильным. Какое-то время они постоянно переписывались по электронной почте. Потом Сириус устроился на работу в Лаосе, и к тому времени, как он добрался до Южной Африки, где смог остановиться в гостинице, интернет Римуса отключился из-за шторма. Несколько пропущенных писем, десятки неотправленных черновиков, а время тянулось. Двигалось дальше. — Нет, но… Я знаю его. Грюм тоже не пришел, могу поспорить. Джеймс улыбнулся: — Нет, не пришел. — Ничего удивительного. — Точно. Через несколько минут Сириус притворился, что связь прервалась, и завершил разговор.