К практике

Опустившись с кровати на пол, рядом с ногами Арса, Антон стал ждать следующих указаний. Ему нравилось чувствовать доминирование над собой, нравилось подчиняться и слушаться Арсения. Тело было напряжено до предела, а мысли путались и переплетались. Большая, тонкая рука Арса потянулась к Антону. Она нежно приподняла его лицо так, чтобы они встретились взглядами. Он не хотел смотреть Арсению в глаза. Хоть Антону и нравился этот безжалостный, жёсткий взгляд, но он всё равно заставлял съежиться и осознать свою ничтожность. — Смотри в глаза. — процедил Арсений, заметив, что Антон избегает контакта. Антон послушно поднял глаза, но продержался не слишком долго и отвёл их всего на секунду, когда по щеке прилетела хлёсткая пощёчина. А затем рука снова вернулась на подбородок, прикосновение было уже не ласковым, а твёрдым и жестким. На месте удара щека горела, а челюсть начало сводить от крепкой хватки Арса. Почти силой мысли Арсений снова заставил Антона смотреть ему в глаза. Тело покрывалось мурашками, но он продолжал покорно смотреть на Арса. Ещё пара долгих секунд и зрительный контакт прервался. Арсений грубо, почти больно прильнул к губам Антона, притягивая его к себе за шею. Его горячий язык почти сразу протиснулся между губ и стал хозяйничать, переплетаясь с языком Антона. Воздуха едва хватало. Каждый раз когда кислород чуть было не заканчивался, Арс позволял сделать короткий вдох и снова начинал терзать губы Антона. Сколько продлился этот поцелуй сложно сказать. Для Шаста секунды длились минутами, а минуты часами. Но когда Арсений всё-таки оторвался от Антона, он почувствовал только пустоту, будто губам Арса самое место на устах Шастуна. Снова этот давящий взгляд сверху вниз. Только сейчас он отливал оттенком насмешки. Это немного насторожило, уже разгоряченного, Антона. И не зря. — Соси. — стянув резинку домашних шорт пониже, приказал Арсений. Перед лицом Антона оказался весьма приличных размеров член, который коротко подрагивал от возбуждения. — Я н-не умею… — почти шёпотом признался Антон. Он бы рад этого не говорить, но вдруг Арсу будет неприятно? Лучше сразу о таком предупредить. — Значит научишься. Не выводи меня. — цедил сквозь зубы Арс. Схватив Антона за волосы на затылке, он пододвинул его ближе к члену. Волоски натянулись и начали причиняться неприятную боль, но Арс полностью контролировал нажим, старался не перегибать для первого раза. Но заметив страх в глазах Антона, наклонился к его уху и прошептал уже своим привычным, мягким голосом: — Можешь воспользоваться стоп-словом, если я перегибаю. Но Антон лишь промолчал и взглянул на Арса полным уверенности взглядом. Ему и правда не хватало услышать, уже ставший родным, приветливый голос Арса, это придало ему немного смелости. Подождав ещё пару секунд, Арсений подтянул Антона к своему члену в упор, заставляя его губы раскрыться и принять в себя хотя бы головку. Антон старался не сопротивляться, послушно насаживая свои уста на член. Горячая плоть Арса обжигала язык и нёба. Только для разминки времени оказалось маловато. Антон всё так же не мог нормально взять член в рот, а зубы царапали кожу. Спустя несколько секунд нелепых телодвижений Антона, Арс натянул волосы на затылке в разы сильнее и опустил голову Антона так низко, что член Арсения полностью перекрыл кислород Шасту и процедил: — Спрячь клыки, красавица. — насмешливо приказал Попов, но Антону нужно было время, чтобы понять что к чему. Когда до него всё тако дошло как это делается, он даже стал получать от этого какое-то странное удовольствие. Кончить от этого Арс естественно не смог, так что решил перестать мучать и себя и Антона. Оттянув его за волосы от члена, он потрепал Шаста по голове. Это было похоже на своеобразную похвалу. — Для первого раза терпимо. — лукаво лыбясь, говорил Арсений. — Теперь вставай и раздевайся, а я посмотрю. Антон послушно встал и Арсу пришлось поднять голову, чтобы видеть лицо Шаста. Сначала с тела слетает футболка и падает рядом с кроватью, затем домашние штаны отправляются туда же, образуя кучку из вещей. — До конца. — указывая на нижнее бельё Антона, приказал Арс. Немного помявшись, Шаст всё-таки стягивает с себя нижнее бельё и бросает в ту же кучу вещей. Оставшись совсем голым, он взглянул на Арса. Тот внимательно рассматривал каждый сантиметр тела Антона. Взгляд скользил то по тонким и изящным ключицам, покрытым родинками, то по немного выпирающим рёбрам, то по красивым, сильным бёдрам, покрытыми мурашками. Он замечал каждую деталь его тела: маленькую родинку возле пупка, небольшой шрам на плече, родимое пятно на икре правой ноги. Всё это казалось родным и до боли знакомым, будто Арсений уже видел это тело не раз. Позволив себе полюбоваться Антоном ещё пару секунд, он всё-таки встал, обошёл кровать и взял тонкую простынь. Смотал ее в достаточно толстый жгут и подошёл к Шасту сзади. Бесцеремонно, почти грубо взяв его руки в свои, Арс заломил их за спину и крепко завязал этой простынёй. Руки были затянуты так туго, что даже поменять их положение было почти невозможно. Идеальные кудри на голове Антона манили сильнее обычного, Арс решил не сопротивляться и запустил туда ладонь. Стоя сзади он перебирал аккуратные пряди и завитки волос, пока Шаст почти таял от этих прикосновений. Изящную шею Арсений тоже не мог оставить без внимания. Сократив дистанцию между своими губами и шеей Антона как можно сильнее, он выдохнул горячий воздух, что заставило Антона вздрогнуть. А как только губы грубо коснулись кожи, внутри всё перевернулось. Прикосновения были самыми разными. Арс кусал нежную кожу, а затем зацеловывал почти в кровь искусанные участки шеи и плеч. Но вот Антон почувствовал сильный толчок в спину и повалился на кровать. Руки были связаны, и ощущение полной беспомощности росло. Невозможность контролировать ситуацию начинала пугать, но Антон доверял Арсу как никому другому. Использовать сейчас стоп-слово было бы совсем трусостью. Он сам этого захотел, поэтому не будет его использовать до последнего. С другой стороны, Антону нравилось это чувство, нравилось, что он находится под властью другого человека, тем более того, кому он доверяет. Антон не знал, что делал Арс, потому что лежал на животе и мог видеть только противоположную стену и дверь в ванную. Но спустя минуту, когда разгоряченное тело легло сверху на Антона, он понял, что тот раздевался. Сердце начало биться даже быстрее чем до этого. Только сейчас он понял всю суть бдсм. Суть в том, чтобы не знать, что будет в следующую секунду, суть в том, чтобы всегда быть на иголках и не на секунду не расслабляться. И вот, непонимание Антона прервал хлёсткий шлепок по ягодице. Место удара почти сразу начало гореть. Антон вздрогнул, почти подскочил и резко развернулся, шокировано взглянув на Арса. — Считай каждый удар. Собьёшься или остановишься - я начну сначала. — объяснял Арсений. Эмоции Антона в этот момент было сложно описать. Он испытал и небольшой страх, и какой-то азарт и драйв. Последовал еще один удар, с которого Шаст должен начать считать. Удар пришёлся на ту же ягодицу, что заставило сморщиться от щипающей боли. — Один. — ровно произнёс Антон. Голос был спокойным и не выдавал волнения. Арсения же это позабавило, поэтому следующий удар оказался в разы сильнее прошлого. — Д-два. — сжавшись продолжил счёт Антон. Не долго он пробыл таким спокойным. Вот теперь реакция правильная. Ягодица уже изрядно покраснела, кое-где полопались капилляры. И снова шлепок. — Три. — шлепок,— Четыре. — шлепок, — Пять. — шлепок, — Ш-шесть. — боль становилась всё ярче и невыносимее, но Антон почему-то не хотел это останавливать. — Двадцать четыре, двадцать пять. — пятипалые следы красовались уже на обеих ягодицах. Кожа была красной, раздражённой и очень чувствительной. На глазах стояли слёзы, которые Антон старательно пытался вобрать обратно, чтобы не показаться таким слабым. Он упорно отворачивался от Арсения, утыкался лицом в одеяло. Следующих ударов не последовало. Только палец Арса медленно и дразняще водил по раскрасневшейся коже. — Посмотри на меня. — всё таким же приказным тоном говорил Арс. Антон готов был стерпеть всё что угодно, но только не смотреть сейчас на него своими заплаканными глазами. — Нет. — процедил Шаст, всё ещё лёжа уткнувшись лицом в кровать. Арсений явно не знаменит своим терпением, поэтому бесцеремонно и грубо развернул лицо Антона к себе. Увидев его мокрые глаза, Арс ослабил хватку, а Шаст, воспользовавшись этим, сразу отвернулся. Спустя пару секунд Антон почувствовал, как руки связанные простынёй снова оказались свободны. Почти сразу он сел на кровати спиной к Арсу и вытер влагу у глаз.  Ему было до жути стыдно, было обидно. Вдруг Арс вообще больше не захочет этого с ним делать? Сзади послышалось копание, Арсений быстрым движением пересел на место перед Антоном. Антон не плакал, это были слёзы, вызванные физической болью, это нормально, осталось только донести это до Антона. Но сейчас ему бесполезно что-то говорить, поэтому Арсений просто окутал Шаста своими большими руками и прильнул своим тёплым телом. — Прости. — шептал Арсений. Они всё это обговорят, но не сейчас. Сейчас Антону нужно немного ласки. Бдсм сессия - это всё-таки большая моральная нагрузка на психику. — Ложись, я принесу воды. — Антон послушно лёг, но воды так и не дождался, заснул почти сразу.