К практике

— Эй, Антон, просыпайся. — шептал Арсений сидя на полу рядом с кроватью, на краю которой сопел Антон.  На часах было семь утра, а когда они легли спать было около половины четвёртого ночи. Антону явно не хватило этого времени для здорового сна. И вообще какого чёрта? У них же сегодня выходной. И даже не смотря на все эти мысли, Антон лениво открыл глаза и посмотрел на сидящего рядом Арса. А затем метнул взгляд на часы.  — Почему так рано? — хрипло говорил Антон из-за пересохшего горла. — Прости, но ты вчера быстро заснул, я не успел обработать раны, а будить тебя уже не хотел, ты выглядел уставшим. — всё так же полушепотом говорил Арсений, будто думал, что громкие звуки спугнут Антона. — Давай я всё обработаю и ты ляжешь обратно спать, ладно?  — Почему ты? Я и сам смогу. — Антон был не против, чтобы это сделал Арс, но он и правда не понимал, почему Арсений так стремиться сам это сделать.  — Потому что есть негласное правило. Пассив предоставляет своё тело активу на время игры, а актив должен потом позаботиться о ранах. — слова Арса прозвучали логично и правильно, с ними даже не хотелось спорить, поэтому вместо ответа, Антон просто кивнул в знак согласия. Арсений достал небольшую аптечку из шкафа и положил ее на кровать рядом с Шастом. Достал из неё мазь для заживления ран, ссадин и синяков и сказал:  — Ляг, пожалуйста, на живот.  Антон перекатился на живот. Он думал, что Арс будет обрабатывать искусанные спину и шею, но почувствовал как с полностью обнаженного тела слетело одеяло. Хоть всё это и удивило Антона, он не стал сопротивляться, потому что Арсений всегда знает что делать лучше Антона.  Когда холодная мазь на пальцах Арса коснулась синяков на ягодицах Антона, он невольно сжался. Это было не так больно, как могло бы быть, если бы Арсений не был таким аккуратным, но неприятные ощущения всё-равно присутствовали.  Мысли Антона снова начали возвращаться к вчерашней ночи. То, как он заплакал, то как сжимался в объятьях Арсения. Он, взрослый мужчина, а ведёт себя словно тряпка. Это не давало покоя.  — Арс, почему ты вчера остановился? Из-за того, что я заплакал? Ты теперь считаешь меня жалким? — устало и разочарованно бубнил Антон, уткнувшись в подушку. Он почувствовал как на пару секунд пальцы Арсения остановились, а затем снова начали размазывать заживляющую мазь. — Я закончил всё это вчера не потому что ты плакал, а потому что тебе самому было некомфортно из-за слез, ты их стеснялся. Но слезы — это нормально для бдсм сессий, из-за них обычно игру не останавливают. Я забыл тебя об этом предупредить, а ты распереживался из-за них. — говорил Арсений. Все его слова казалось такими логичными, что с ними было очень легко согласиться. — И я не считаю тебя жалким. В свой первый раз в таком формате я вообще отключился, когда увидел на своём пассиве кровь. Ему тогда приходилось ещё и меня в себя приводить.— хохотнул Арс, он говорил это с такой лёгкостью, что волнение Антона тоже начинало отступать.  Услышав это, Антон заметно расслабился, но внутри всё-равно было много сомнений. Правильно ли это всё?  — Сколько тебе было лет? — вопрошал Антон.  — Семнадцать. — немного скомкано ответил Арс. Его сожаление можно было ощутить почти физически. — Я тогда поторопился. Навредил и себе, и партнёру. Ты правильно сделал, что ждал подходящего момента и человека.  — Считаешь себя подходящим человеком? — попытался отшутиться Шаст. Его голова лежала на подушке, и видеть он мог только окно, зашторенное шторой.  Но Антон почувствовал как Арс напрягся и на удивление серьезно сказал:  — Да, считаю. Я не стану вредить, я опытен, а малолетние сосунки, каким я был в семнадцать, могут сделать плохо.  — эти слова заставили Антона порадоваться и сжаться одновременно.  Было понятно, что Арс точно сожалеет о своём первом разе, и наверное, этот человек был ему очень дорог, раз он так переживает.  Ещё минуту они просто молчали, пока Арсений заканчивал мазать раны от укусов на шее. Затем, он встал и начал собирать всё обратно в аптечку.  — Я закончил, можешь ложиться обратно спать. — подытожил Арс, собираясь уйти, но его остановил Антон, резко схватив за запястье.  — Мы сделаем это ещё раз? Только больше не останавливайся, если я заплачу.— смущённо пробурчал Антон.  — Повторим как только синяки сойдут.  Отпустив Арса, Антон всё-таки улёгся и почти сразу заснул. Кровать Арсения была почему-то мягче и теплее, хотя была такой же как и у Шаста в номере. Подушка пахла его шампунем и естественным запахом его кожи. Хотелось уткнуться в неё и не поднимать головы ни на секунду. Даже сквозь сон Антон лыбился той приятной атмосфере, что царила у Арса в кровати.  Проснулся Антон от запаха свежих панкейков. Открыв глаза он увидел Попова, стоящего около плиты. Можно было смотреть вечно на его фигуру, метающуюся по кухне то за ложкой, то за сахаром, то за чайником. Он выглядел на кухне таким уверенным, что казалось, что он не ипровизатор, а шеф мешленовского ресторана. Отрывать глаз от Арса не хотелось, но за то хотелось пить, так что Антону пришлось встать и поковылять к кухне.  — Доброе утро, Арс. — хриплым голосом поздоровался Антон, параллельно наливая себе воды.  — О, доброе, я как раз собирался тебя будить, уже пол двенадцатого. — весело хмыкнул Арсений, он явно прибывал в хорошем расположении духа.  — Почему ты сам готовишь? Мы могли заказать завтрак. — Антон не любил и не умел готовить, поэтому не понимал мотивации Арса.  — Захотел сам для тебя приготовить их. Ты говорил, что любишь панкейки. Я ещё малины к ним купил. — Антон явно ещё не видел такого Арсения. Он был до боли заботливым. Сравнивая его вчерашнего и его сегодняшнего, Антон поражался его смене настроения. Ещё вчера он властвовал, доминировал, приказывал, унижал, а сегодня сам готовит ему блинчики с малиной и улыбается будто ни в чем не бывало. Это конечно круто, что Арс умеет так переключаться, но Антону это показалось странным.  — Арс, а это типа норма? Ты никогда так себя не вёл со мной.  — А ещё я никогда не был твоим секс партнёром, смена ролей иногда меняет многое. Если тебе не нравится, мы можем вернуться в старому общению.  — Да нет, просто я немного не понимаю как мне себя вести. — замялся Антон, ему нравилось такое поведение Арса, просто это уже не было похоже на обычную дружбу. Хотя, какая может быть дружба, после вчерашнего?  Арсений сел за маленький круглый столик, за которым сидел Антон и взял его за руки.  — Послушай, я понимаю, что ты многого не понимаешь, что для тебя всё в новинку, и я не требую от тебя научиться всему и сразу, но требую, чтобы ты перестал быть таким скованным. Ты должен в первую очередь получать удовольствие от этого, понимаешь? — снова этот мягкий тон. После вчерашнего казалось, что за этим тоном последует пощёчина или какая-нибудь грубость, но ничего не последовало. Это было и грустно и расслабляюще одновременно.  — Понимаю. — ответил Антон, уставившись на свежие блины, от которых шёл аппетитный пар.  Заметив это, Арс хохотнул, отпустил Антона и положил перед ним тарелку с блинами и малиной. Больше Антону не хотелось раздумывать над поведением Арса и своим. Сейчас хотелось съесть эти прекрасные блины, испечённые прекрасным человеком.  ***  Спустя четыре дня всё вернулось на круги своя. Ребята снова вернулись в Москву, ездили по съемкам, и Антон с Арсением почти не пересекались до этого дня.  Антон вышел из душа разгоряченный и довольный, взял телефон и включил первое, что попалось в плэйлисте.  — Little darlin', it feels like years since it's been here. — напевал Антон пока сушил голову полотенцем. Битлз всегда делали его день немного лучше.  Расческа запутывалась в волосах, а песня продолжала играть и не давала выйти из себя.  — Here comes the sun, and I say It's alright. — звучало не переставая в квартире, когда почти в ту же секунду раздался звонок в дверь.  Быстро натянув на себя футболку и шорты, Антон отворил дверь, за которой увидел знакомое до каждой родинки лицо Арса.  — Привет. — в недоумении поздоровался Антон. Обычно они предупреждали друг друга, когда собираются навестить, а тут такая спонтанность, это немного сбивало с толку. — Проходи, что-то случилось?  — Да, по моим расчетам синяки должны были уже пройти. — ухмыльнулся Арс, размахивая пакетом из сэкс шопа перед глазами Антона.