Что вы скрываете от меня профессор

Прошло несколько недель с той ссоры. И если сначала это было молчание, то теперь — почти война. Лора понимала, что ведёт себя провокационно. Понимала — и всё равно продолжала. Она перестала оставаться после уроков. Если Северус назначал дополнительные занятия — находила повод уйти. Отвечала на уроках сухо. Иногда — с лёгкой дерзостью. И главное — Драко. Он действительно был рядом. Не как инструмент, а как поддержка. Но Лора не могла отрицать: часть её поведения была вызовом. Она видела, как меняется выражение лица Северуса, когда Драко касается её руки. Когда он наклоняется к ней. Когда она улыбается ему. В этих взглядах было всё — ревность, сдерживаемая ярость, боль. И иногда ей становилось не по себе. А не слишком ли я жестока? Но затем она вспоминала, каково это — стоять перед человеком, который обещает одно, а в порыве чувств забывает об этом. И злость возвращалась. *** В тот день она действительно оделась вызывающе — не откровенно, но смело. Не ради мужчин. Ради себя. Ради ощущения, что она контролирует ситуацию. Красный топ подчёркивал плечи. Юбка была короче обычного — но в рамках допустимого. Она долго стояла перед зеркалом, ловя собственный взгляд. Я больше не буду бояться. На уроке зельеварения она села рядом с Драко. Северус объяснял тему — сложную, требующую внимания. Его голос звучал ровно, но Лора чувствовала напряжение в интонации. Когда Драко тихо пересказал ей важный момент, она повернулась к нему. — Спасибо. Она знала, что Северус смотрит. И всё же наклонилась ближе и легко коснулась губами уголка его рта. Невинно. Почти дружески. Но этого было достаточно. Тишина в кабинете стала плотнее. — Мисс Поттер, — голос Северуса прозвучал холодно, — правила поведения на моих уроках вам напомнить? Она подняла на него взгляд. — Думаю, я их знаю. Он посмотрел на неё дольше, чем следовало преподавателю. — После урока останьтесь. — Как скажете, профессор. В её голосе прозвучала лёгкая ирония. Драко заметил это. Когда прозвенел звонок, он задержался на секунду. — Ты уверена? — Всё нормально. Он не был глуп. Он видел напряжение. Но доверился ей. Когда кабинет опустел, дверь тихо закрылась. Северус стоял у стола, спиной к ней. Несколько секунд — тишина. — Ты делаешь это намеренно? — спросил он, не оборачиваясь. — Что именно? Он повернулся. В его глазах не было ярости. Было усталое раздражение. — Ты знаешь. Она скрестила руки. — Может быть. Он медленно подошёл ближе. — Ты провоцируешь меня. — Нет, — спокойно ответила она. — Я живу. — На моём уроке ты демонстративно целуешь другого ученика. — Это запрещено? Он резко выдохнул. — Ты понимаешь, что делаешь. Она смотрела прямо. — Да. Понимаю. Он замолчал, будто взвешивая слова. — Ты мне мстишь? Вопрос прозвучал тише, чем ожидалось. Она на мгновение растерялась. — Возможно. Это была честность. Он прикрыл глаза. — За что? — За то, что каждый раз, когда я начинаю тебе верить, ты напоминаешь, что мне нельзя чувствовать спокойно. Он сделал шаг ближе. — Я никогда не хотел причинять тебе боль. — Но причиняешь. Он сжал пальцы в кулак — не угрожающе, а чтобы удержать себя. — Ты играешь с огнём, Лора. — А ты нет? Тишина повисла между ними. Он заговорил первым: — Ты перестала приходить на дополнительные занятия. — Потому что устала чувствовать себя испытанием для твоей выдержки. Его взгляд стал жёстче. — Ты думаешь, мне легко видеть, как ты с ним? — Тогда почему ты считаешь, что мне легко видеть, как ты борешься с собой рядом со мной? Он подошёл ближе — но остановился на расстоянии вытянутой руки. — Я скучаю по тебе, — сказал он вдруг. Не громко. Не требовательно. Просто честно. Она вздрогнула. — Я тоже. И это была правда. — Тогда зачем всё это? — он указал взглядом на её вызывающую уверенность. Она тяжело выдохнула. — Потому что когда я с Драко, я чувствую себя спокойно. Он не смотрит на меня так, будто каждую секунду решает, нарушить ли границу. Эти слова задели глубже, чем поцелуй. — Я не чудовище, — тихо произнёс он. — Я знаю. Но иногда ты сам себя превращаешь в него. Он шагнул ближе — и в этот раз не для того, чтобы схватить. Он просто встал напротив. — Ты хочешь, чтобы я не ревновал? — Я хочу, чтобы ты уважал мой выбор. — Даже если этот выбор — он? Она выдержала его взгляд. — Я ещё ничего не выбрала. Это повисло в воздухе. Он медленно провёл рукой по волосам. — Я теряю тебя. — Ты теряешь меня не из-за Драко. — А из-за чего? — Из-за своих обещаний. Он замер. — Каждый раз ты говоришь, что всё будет иначе. Что ты справишься. Что мы будем осторожны. А потом эмоции берут верх. И я снова чувствую себя... маленькой. Его лицо изменилось. — Ты не маленькая. — Но рядом с твоей силой — чувствую себя такой. Он молчал. Она продолжила тише: — Мне страшно, Северус. Не потому что ты плохой. А потому что я не уверена, что ты сможешь остановиться, если однажды я скажу «нет» слишком тихо. Это было самое честное, что она когда-либо произносила. Он побледнел. — Я никогда... — Я знаю, — перебила она. — Но страх остаётся. Долгая пауза. Он сделал шаг назад. — Хорошо. Она удивлённо посмотрела на него. — Хорошо? — повторила она. — Я устал быть твоим испытанием. И устал видеть себя в твоих глазах таким. Он глубоко вдохнул. — Я обещаю. Она горько усмехнулась. — Опять? — В этот раз иначе. Он поднял взгляд. — До окончания школы я не позволю себе никаких шагов вперёд. Ни прикосновений. Ни поцелуев. Ничего. Ты будешь ученицей. Я — преподавателем. Она молчала. — После школы ты сможешь решить, хочешь ли вообще иметь со мной что-то общее. Без давления. Без границ должности. — И если я выберу не тебя? Его лицо дрогнуло. — Тогда я приму это. Это было тяжело. Она почувствовала, как к горлу подступают слёзы. — Почему ты такой сложный? Он едва заметно улыбнулся. — Если бы я знал. Она всхлипнула, и он рефлекторно сделал шаг — но остановился. И это было важнее всего. Он не обнял. Не коснулся. Просто стоял. — Мне нужно научиться быть рядом с тобой спокойно, — сказал он. — Иначе я тебя действительно потеряю. Она вытерла слёзы. — Я тоже устала воевать. Он кивнул. — Тогда перемирие? Она долго смотрела на него. — Перемирие. И впервые за долгое время между ними не было борьбы. Только хрупкая договорённость. *** Позже, уже один в кабинете, Северус опустился в кресло. Он вспоминал её слова. Я чувствую себя маленькой. Это резало. Он не хотел быть её страхом. Он хотел быть её выбором. И если для этого нужно ждать — значит, он будет ждать. Не потому что обязан. А потому что любит. Но где-то глубоко внутри ревность всё ещё жгла. И ему предстояло научиться жить с этим огнём, не позволяя ему сжечь всё вокруг. Включая её.