Перезарядка

Когда Дима подъезжает к адресу из смс, дождь уже льет вовсю. Кажется, достаточно выйти под него на пару секунд, чтобы промокнуть до нитки. «Стою у парадной, выходи», — печатает он, а потом регулирует температуру печки, чтобы стало потеплее. Кто бы сомневался, что этот дурак опять потащится на другой конец города пешком. Кто бы сомневался, что он не посмотрит прогноз погоды. Кто бы, блин, сомневался, что он позвонит Диме с просьбой забрать его. И ведь не за себя волнуется, не-а. Просто не хочет Диму расстраивать, потому что знает — выучил, — что тот будет переживать. «А может ты ко мне?» Дима читает и хмурится. Потом наклоняется вперед и как-то ухитряется извернуться, чтобы посмотреть сквозь лобовое стекло на крышу, но, конечно, ничего не видит. «Всё равно же на машине», — прилетает вслед, и Дима хмыкает. Какая поразительная наглость! Но так уж вышло, что в случае с Игорем Дима не может не вестись. Он это признает и даже поражением не считает. И да, ведется, как всегда: глушит двигатель, накидывает на голову капюшон толстовки и бегом выскакивает из машины. Оказалось, что двух с половиной секунд всё же маловато, чтобы вода пропитала одежду насквозь. Во всяком случае, поднимаясь по ступенькам на самый верх, Дима успевает даже подсохнуть. Необходимость думать, где найти выход на крышу, отпадает, потому что Игорь перехватывает его у дверей, сразу прижимает к себе и тянется поцеловать. — Привет, мой спаситель, — улыбается хитро и довольно. — Ну привет. — Дима пытается быть строгим, вот только против воли расплывается в ответной улыбке. — И зачем ты потащил своего спасителя в самое пекло… в смысле, в самое око бури? Игорь вдруг скользит ладонью по его руке и мягко сжимает пальцы; даже в полумраке видно, что он непривычно смущен. — Я просто подумал, что мы, ну… никогда… Он сам себя перебивает, дергая подбородком, и молча утаскивает Диму за собой, предварительно накинув капюшоны и ему, и себе. Они оказываются на крыше, прямо под дождем; Дима только сейчас понимает, что капли уже по-летнему теплые. — Потанцуешь со мной? — хрипло, вполголоса, прямо на ухо, отчего у Димы едва не подкашиваются ноги. Он никогда не сможет к этому привыкнуть. «Мы с тобой никогда не танцевали под дождем», — вот, что Игорь хотел сказать. Дима плавно разворачивается в объятиях и перемешает свободную ладонь на его плечо. Пожалуй, этот гештальт можно и нужно закрыть. И плевать, что они промокнут. Ведь уже наступает июнь.