The Ash is in Our Clothes (Пепел в Нашей Одежде)

Это была пятница, когда Аарон решил попытаться поговорить с Эндрю, два дня после ссоры, два дня после неудачных слов и безрассудных кулаков. В пятницу у Аарона была только одна лекция рано утром, а у Эндрю — только две, причем вторая закончилась сразу после полудня. Поэтому он решил встретиться с ним после занятий, что было не самой лучшей идеей, но это было публично. Эндрю будет менее склонен устраивать шоу, и его брат сможет легко уйти, если решит, что еще не готов к разговору. Студенты быстро выходили из класса, их сумки и книги беспорядочно валялись, когда они спешили по своим делам. Эндрю в своем черном одеянии и с яркими волосами, спокойный и уравновешенный среди этого хаоса, направился к лестнице, прежде чем увидел Аарона, прислонившегося к дальней стене. Брови Эндрю слегка дернулись. Аарон оттолкнулся от стены и подошел к брату. — Разве ты не должен быть с черлидершей? — спросил он, все еще двигаясь к лестнице в конце коридора и не обращая на него внимания. Аарон проигнорировал его слова. — Мы можем поговорить? — Мы разговариваем, — закончил Эндрю, не глядя на него. — Эндрю, — попытался Аарон, но его близнец внезапно остановился, заставив Аарона слегка споткнуться, а затем проследил за тем, как Эндрю направился к Нилу, ожидавшему его у лестницы. Его губа все еще была рассечена, но припухлость спала. Фиолетовый цвет на его подбородке потускнел и стал серо-желтым, а глаза были яркими, когда встретились с глазами Аарона. Аарон не мог найти в себе силы чувствовать вину за то, что ударил его, и сдержал смешок, когда нападающий подошел к ним. Два парня смотрели друг на друга слишком долго, прежде чем Эндрю передал свою сумку, а Нил отвернулся от них и побежал вверх по лестнице, скрывшись из виду. Его глаза расширились, когда Эндрю снова повернулся к нему и жестом показал, чтобы он шел дальше. — Мы можем пойти в парк? — спросил Аарон и сморщился от того, как жалко и неуверенно он звучал. Эндрю протиснулся мимо него и вышел из здания, заставив Аарона следовать за ним, пока они добирались до единственного спокойного места в кампусе.

***

— Я хотел извиниться за то, что сказал, — начал Аарон, когда они нашли свободную скамейку и оба уселись на нее. Эндрю не обратил на него внимания. — Я хотел поговорить с тобой, а не просто сидеть и смотреть, как ты делаешь вид, что не слушаешь меня, — надулся Аарон, гнев медленно нарастал. Эндрю тупо смотрел на него, а затем опустил взгляд на свои руки. — И что, после всех этих лет, после того, как мы закончим универ, ты больше никогда не будешь со мной разговаривать? — Аарон надавил, а Эндрю продолжал смотреть на свои ногти и лишь пожал плечами. Он чувствовал злость в глубине его взгляда, когда он нахмурился. — Ты собираешься бросить меня ради этого урода так же, как ты отказался от нашей сделки ради него? — Аарон насмехался, пытаясь добиться от брата хоть какой-то реакции. Взгляд Эндрю метнулся к нему. — Я думал, ты хотел покончить с этой сделкой, — в его тоне сквозила скука. Глаза Аарона вспыхнули. — Ты выбрал его вместо меня! Ты предпочел патологического лжеца, с которым познакомился всего два года назад, своему родному брату! Он сделал паузу и стал ждать реакции Эндрю. Когда его встретило лишь молчание, он продолжил. — Почему он? Почему ты позволяешь ему делать… — Аарон жестом указал на появившийся засос на шее брата, на его лице появилось выражение отвращения, — эти вещи с тобой, как будто он владеет тобой или еще какое-нибудь дерьмо! Эндрю смотрел на него с таким гневом, с такой скрытой и глубоко укоренившейся яростью, которую Аарон видел лишь однажды за все время знакомства с этим человеком, и все же он остался при своем мнении и не дрогнул. — Я серьезно! Это чертовски отвратительно! Он удерживал тебя, Эндрю, он был сверху, он оставил на тебе отметины. Как ты не видишь, что он такой же, как они? — Аарон напрягся. Эндрю с такой силой сжал переднюю часть толстовки Аарона, что костяшки пальцев побелели. — Я скажу это только один раз, Аарон, так что, блядь, послушай. Он не просто делает со мной что-то. Я хочу этого, я прошу об этом. Не делай вид, что все иначе, чем есть на самом деле. Я не могу. И не буду кому-то принадлежать. Это не та же ситуация и не тот же человек, что был. Это никогда не будет прежним, так что не надо, блядь, относиться к этому так, как будто так оно и есть, — прошипел Эндрю сквозь стиснутые зубы, гнев накатывал на его тело. Дыхание Аарона стало тяжелым, когда Эндрю резко отпустил его, толкнув от себя, а затем отвернулся и попытался восстановить дыхание. Тишина, прорезавшая их, схватила Аарона за горло и перевернула его внутренности. Эндрю неподвижно сидел рядом с ним. Он слышал дыхание брата, чувствовал его тепло, потому что тот все еще был рядом. Это должно было что-то значить. Щелчок зажигалки раздался вместе с ветром, когда Эндрю достал пачку сигарет и зажег одну. Он поднес ее к губам и прикурил. Аарон наблюдал, как конец сигареты ярко светится, а затем тускнеет, когда Эндрю выдохнул и позволил дыму омыть его лицо, а затем опустил руку на колено и дал ей догореть. Эндрю медленно моргнул. — Что ты хочешь этим добиться? — он нарушил молчание, его тон был тусклым и незаинтересованным, совсем не похожим на ту враждебность, которая была несколько минут назад. Раздражение снова пронзило его, и он издал разочарованный звук, отвернувшись от сидящего рядом парня, и провел грубой рукой по волосам. — Я хочу… — начал он, больно схватившись за волосы, но потом отпустил их, и его руки упали на колени. Аарон снова повернулся лицом к Эндрю, с удивлением заметив, что тот уже смотрит на него. — Я хочу, чтобы меня впустили, я хочу быть твоим братом, — выдохнул Аарон, дыхание перехватило, глаза горели. — Я хочу защитить тебя, как ты думал, что защищаешь меня, я хочу понять, что происходит, пока это еще не случилось, я хочу, чтобы ты перестал терпеть… Эндрю, если это похоже на него, если это похоже на то, что ты… ты должен сказать мне, — сказал он, прежде чем Эндрю смог заговорить. Его брат нахмурился. — Мне не нужна твоя защита, — проговорил Эндрю, голос был грубым от гнева. — Я знаю! — ответил Аарон, — но ты не можешь… я не могу позволить тебе сделать это снова! — Ты не позволяешь мне делать что-либо, — это было все, что он сказал в течение нескольких долгих мгновений, и Аарон наблюдал за ним, наблюдал, как дергается его бровь и темнеют глаза, пока он обдумывает, что сказать дальше, дым вьется у его повязки. — Я не просто позволяю ему делать со мной то, что он делает, — проговорил Эндрю жестким тоном. Эндрю посмотрел на него. — Он слушает… когда я говорю «нет», — выдавил он, сохраняя низкий голос. — И это все? — Аарон помрачнел, а Эндрю поднялся со своего места и повернулся, чтобы уйти. — Нет! Нет, это не… черт! Нет, это не то, что я имел в виду, Эндрю… Его брат сделал паузу, слегка повернув голову, показывая, чтобы он продолжал. Аарон глубоко вздохнул. — Он сказал мне, что не прикасается к тебе… без твоего согласия. Это был не вопрос, но Эндрю ответил так, как будто это был вопрос. — Он этого не делает. — И ты не лжешь? — потребовал Аарон, напрягая плечи. Эндрю слегка наклонил голову назад, раздражение сжимало его плечи. Если бы это был кто-то другой, кто-то кроме Аарона, он бы глубоко вонзил нож в его кожу. — Когда я тебе врал, мать твою, — прорычал он, бросая слова через плечо на Аарона. Он открыл рот, чтобы ответить, но, порывшись в своих воспоминаниях, пытаясь вспомнить хоть один случай, когда он лгал, Аарон обнаружил, что у него нет ответа. Эндрю был правдив в том, что убил его мать, и никогда не скрывал этого от него. Он никогда не лгал, только утаивал информацию, избегал чего-то, потому что хотел, чтобы Аарон сам во всем разобрался. Там и тогда Эндрю рассказал ему, впустил его в дом и ответил на все вопросы Аарона. Эндрю снова занял место рядом с ним и с интересом уставился на дерево вдалеке. — Именно, — сказал он. — Я хочу доверять тебе, — сказал Аарон не совсем мягко, но почти так, — Я пытаюсь. И Эндрю кивнул, он посмотрел на него, наклонил голову в знак признания и снова кивнул. Аарон почувствовал, как последний узел в его животе ослаб, и он позволил себе глубоко вздохнуть. Они сидели в долгом молчании, которое не было неловким. Оба прислушивались к звукам в парке, оба наблюдали за проходящими мимо людьми, придумывая для них непонятные истории, как они делали, когда впервые встретились в школе и не знали, что сказать друг другу. — Он не интересуется, — резко произнес Эндрю, и Аарон быстро повернулся к нему. — Что? — Нил, — сказал Эндрю, как будто Аарон тормоз, — он не интересуется. Когда Аарон никак не показал, что понимает, что он имеет в виду, Эндрю закатил глаза и бросил сигарету, которая висела у него на пальцах, на землю. — Это только я, — сказал он, его голос стал немного глубже, чем несколько секунд назад, — никогда не было никого другого. Аарон все еще не понимал, и когда он открыл рот, чтобы продолжить расспросы, Эндрю прервал его. — Я не буду объяснять тебе различные сексуальности, Аарон, — сказал он скучающим тоном, снова отводя взгляд от Аарона, как будто потерял к нему интерес. Глаза Аарона нашли его ботинки, брови нахмурились. — Какой из них он? — спросил он, доставая свой телефон из кармана. Эндрю снова повернулся к нему, долго рассматривая устройство, прежде чем встать. Он медленно посмотрел вдаль, прежде чем встретиться взглядом со своим братом. Аарон поднял на него глаза. — Деми. Он кивнул и набрал это в телефоне, пробуя слово на языке и говоря себе, что не забудет посмотреть его позже. Эндрю посмотрел на него, глаза сузились, между ними промелькнул странный взгляд, прежде чем он полностью отвернулся и оставил брата сидеть в парке.