The Ash is in Our Clothes (Пепел в Нашей Одежде)

Неделю спустя, неделю довольно комфортного молчания, неделю без Идена и неделю, в течение которой Аарон старался избегать Нила любой ценой, он оказался наедине с нападающим. Что, по мнению Аарона, было совершенно намеренным, если судить по взгляду, который Эндрю бросил на Джостена перед выходом из общежития, и взгляду, который тот бросил в ответ. Они сидели в разных креслах, Аарон подобрал контроллер, который Ники бросил, отправившись вместе с Эндрю в магазин. Нил сидел рядом с ним, небрежно держа другой контроллер, и его внимание было приковано к входной двери, которая только что захлопнулась вместе с уходящей фигурой Эндрю. Аарон с минуту смотрел на свои руки, прежде чем сконцентрироваться на экране телевизора, на котором игра показывала паузу. Затем он положил контроллер, слегка покачиваясь в мешке с фасолью, рассеянно зарывшись ладонью в ткань. — Почему ты хотел, чтобы я пошел на терапию с Эндрю? — спросил Аарон тоном, который нельзя назвать ни дружелюбным, ни враждебным. — Я знаю, что это было не только для команды, — добавил он, как только Нил открыл рот. Нил слегка пожал плечами, переместился на своем бобовом мешке лицом к телевизору. — Я выбрал его, — начал он простым и отстраненным тоном, — я собирался бежать, потому что знал, что умру, но он попросил меня остаться, и я остался. Я выбрал Эндрю, — сказал он в редкий момент честности, оглядываясь на Аарона, пока Аарон смотрел на него. Его лицо оставалось нейтральным, когда он продолжил. — Я хотел, чтобы у него было что-то, кто-то, когда я умру. Он бы не простил себе, если бы нарушил это обещание, и я хотел, чтобы ты был там, чтобы собрать осколки, я хотел, чтобы ты хотел быть там. Чтобы ты старался ради него. Я не мог быть единственным, кто заботится о нем, — сказал он так, как будто это была самая очевидная вещь в мире, как будто это было единственное логическое объяснение. — Ты создавал систему поддержки на случай своей смерти, — почти с недоверием произнес Аарон. Он заботился о его брате, хотя ему оставалось всего несколько месяцев. Даже когда он лгал о том, кто он такой, он тратил свое последнее время на Эндрю. Аарон почувствовал, как вместе с желчью в его горле поднимается что-то похожее на чувство вины. Он подавил это. Нил отвел глаза. — Он открыл мне правду, он сказал мне остаться, дал мне дом и доверял мне. Вот почему это он. Почему это всегда будет он. — Но ты собирался умереть, ничего ему не сказав. Ты собирался бросить его и не дать ему никаких объяснений, — обвинил Аарон, приподнявшись на своей мягкой подушке. Губы Нила сжались, взгляд метнулся к входной двери. — Я не знал о Балтиморе, — сказал он. Аарон покачал головой, хотя Нил не мог его видеть. — Нет. Ты собирался позволить старому дружку Кевина убить тебя задолго до того, как это случилось в Балтиморе. Челюсть Нила напряглась, зубы сжались. — Это был единственный вариант, который у меня был, — попытался Нил, голос был грубым. — Но ты не собирался говорить Эндрю или кому-то из нас, — возразил Аарон, — ты собирался позволить ему узнать это от кого-то другого. Нил резко выдохнул через нос. — Послушай, Аарон, я не собираюсь вести этот разговор… — начал он. — Будешь. Если бы он был тебе дорог, ты бы ему рассказал, — прервал его Аарон, его тон стал более резким. — Я не рассказал ему, потому что он был мне дорог, Аарон, ты не понимаешь… — Я прекрасно понимаю, Джостен, ты втиснулся в эту команду, вторгся в его жизнь, заставил его, блядь, заботиться о тебе, а потом ты собирался причинить ему боль. А сейчас ты ведешь себя так, будто ничего не хотел бы изменить! — Аарон усмехнулся, вдавливая ноги в ковер. — Если бы я сказал ему, он бы сделал какую-нибудь чертову глупость, он бы рисковал своей жизнью, чтобы спасти мою, он бы убил себя ради меня! Я не мог, я не мог забрать Эндрю у тебя и Ники, я не мог позволить ему умереть из-за меня! — Нил закричал, тоном низким и умоляющим, и слова замерли в горле Аарона, когда он отпрянул от сидящего перед ним парня. Жар в его желудке вырвался наружу, легкие словно горели, когда он сел и уставился на Нила. Его челюсть все еще беззвучно работала, глаза горели отчаянием. Аарон сидел неподвижно, когда Нил разорвал зрительный контакт, его рука потянулась вверх и обхватила его за шею. Аарон знал Нила достаточно хорошо, чтобы понять, что это была привычка, которую он перенял от брата. — Он убил бы себя, чтобы спасти меня, Аарон, и ты это знаешь, — процедил Нил, — он убил бы себя, чтобы спасти тебя, чтобы спасти Ники, — выдохнул он через нос, — кто-то должен был поставить его на первое место, я не мог дать ему такой возможности. Слова впились в его кожу и придавили его, когда он осознал их истинность. Он был неправ. Все, что он думал, все, за что он держался, было неверным. Какая-то его часть по-прежнему считала Нила плохим парнем, где-то в глубине души говорила не доверять ему, продолжать бороться и оттолкнуть его от своей семьи. Но большая его часть успокаивалась при мысли о том, что Нил защищает Эндрю. Он находил утешение в том, что у его брата есть кто-то, кто готов рискнуть ради его защиты, как это сделал Аарон. — Вы оба получаете удовольствие от роли мученика или что-то в этом роде? — сказал Аарон, и шутил он только наполовину. Нил закатил глаза и разразился смехом. Аарон на мгновение уставился на Нила. — Если ты причинишь ему боль, Джостен, я убью тебя, — пригрозил он, и Нил серьезно кивнул. Когда он убедился, что Джостен понял вес его угрозы, он поднял с пола забытый контроллер и запустил видеоигру, наблюдая, как Нил берет свой джойстик и изо всех сил пытается вспомнить управление. Некоторое время они не разговаривали, предаваясь щелчкам кнопок и звуковым эффектам, мягко отражающимся от динамиков. Аарон несколько раз обыграл Нила, прежде чем нарушил молчание. — Я гуглил демисексуальность, — сказал он небрежно и почувствовал, как Нил посмотрел на него, прежде чем хмыкнуть в знак одобрения. — Значит… это только Эндрю? — спросил он, сосредоточившись на телевизоре. — Да, — быстро ответил Нил. — Значит, я тебя не привлекаю? — Аарон сморщился, и Нил на самом деле рассмеялся над ним. — Нет, — подтвердил он. Аарон кивнул, внезапно почувствовав облегчение. — Хорошо. — Это не значит, что ты мне нравишься, — снова заговорил Аарон спустя некоторое время. — Чувства взаимны, — усмехнулся Нил. И когда Эндрю вернулся домой, Аарон проигнорировал его взгляд, встал с кресла и бросил контроллер на пол. Аарон ударился ногой о мешок Нила, слегка толкнув его, когда Нил шлепнул его по ноге, а затем продолжил рыться в пакетах с продуктами, которые Ники поставил на кухонный стол.