{всё было так}

Открыв свои очи, калека вскочил. Вскочил так как обосрался что не переместился, но всё оказалось в порядке. На часах 8:31, рановато, но кому ли не похер. Сейчас хотелось всего лишь немного насладиться той самой хуйнёй, запасы которой кончались как извилины после каждой дозы. Сегодня конечно это будет не по расписанию, но самого то расписания ваще не было, поэтому и беспокоиться не нужно было. Поплелась девушка после пробуждения не в ванную, а к шкафчикам с «едой». В одном из трёх этих шкафов лежала желанная соль. Достав, уже потрёпанную постоянными нагреваниями ложку, наркоша насыпала на неё соль, и начался процесс. Этот день был одним из тех, которые происходили до встречи с Риной, до начала этой херни с мирами и вообще так должно было происходить до самой смерти Кристи, но что-то пошло не так. С такими мыслями Крис легла на свою недокровать. Дни шли. Скачки происходили. Рина доставляла. Крис употребляла. Жизнь текла своим чередом. Но в один момент кое-кто начал просить дозы побольше. Затем ещё больше. И ещё. И ещё. Рин не могла определить с чего это девушка решила увеличить дозу, пусть и можно было предположить что это из-за и так маленького количества белого порошка. В Рине начали зарождаться признаки давно забытой и старой любви. POV Марина Поняла я что это нечто увеличила дозу только из-за своей любви теребить пакетики, пока они ещё не перешли в руки заказчиков. Ей что не хватает того чего она и так заказывает достаточно, стоит это как бы не копейки. Ну ладно, для меня это копейки, всё равно плачу за это дерьмище я. Дерьмищем я называю это когда мне захочется, но так моё отношение к наркотикам нейтральное. Хотя это не до конца так. Мне всё равно на них только в случаях когда их начинают заказывать жалкие люди, которые только начинают становиться на эти кривые дорожки. А наркоши уже со стажем во мне вызывают лишь жалость и раздражение, пусть и небольшие. Да, жалко конечно, что вот так вот вышло в их жизни, что они до такого докатились, но для кого повсюду говорят что наркотики-зло и всё в этом роде? В общем, суть в том что это обычные мои реакции на людей и их способ удовлетворения себя. Но когда я прихожу в эту квартиру к этой коротышке я чувствую совсем не жалость. Наверное это и есть то что ты испытываешь, когда переживаешь за человека. — Эй, Крис — м? — Ты че дозу увеличила? — Ну типо — А че так? — …захотелось, а что? Слишком дорого? Если хочешь я больше не буду увеличивать. — Да нет, просто ощутила что пакетик побольше стал, лови. После этого я кинула пакетик в ноги Кристи и ушла мыть руки. Теперь за коммуналку отвечала я. Правда Крис говорила что не обязательно это делать, но я по каким-то причинам, неясным даже мне, всё равно платила за воду, газ, свет и отопление. Могу себе позволить, точнее нам. Иногда я вспоминаю наши школьные дни, то как после 9 я ушла, то как после 9 кто-то из нас остался, вроде Зара, Элен и Руби. Грустно конечно всё это вспоминать, но… прежние мы же должны оставаться, пусть даже лишь в памяти. Да и прежние чувства тоже должны оставаться. Ладно, чего уж тянуть кота за яйца. Чувства остались. Как минимум у меня. Да, я до сих пор люблю, люблю Крис. Но я понимаю что сейчас уже поздно что-то делать. Поздно обнимать друг друга. Поздно заботиться друг о друге. Поздно любить друг друга. Просто поздно. Просто мы просрали те моменты, когда было не поздно. Просто…слишком поздно Конец Pov Марина Рина была немного подавлена, такое происходило нечасто, но и нередко. Так, периодически. Крис не знала что происходит в голове у ее любимой Рины сожителя, да и не особо хотелось. Возможно вы посчитаете что в такой ситуации нужно не наплевать на человека, а подойти и послушать что он скажет, поддержать там, утешить, но что если я скажу вам что это уже пытались сделать? И не раз. Пытались обнять, хотели выслушать, говорили что на неё можно положиться, но то что слышалось в ответ, было лишь сухое «Не переживай, я в норме». Кристи это не задевало. Возможно каким-то образом она уже понемногу понимала что это бессмысленно. Прошло 3 недели Для двух подруг то время, что уже прошло, было пиздецки медленным. Кристина проводила в том мире часов как будто в два раза больше чем было на самом деле. Марина же ходила по всем закоулкам города и утомлялась быстрее обычного, а секунды казались минутами. Но пусть они обе были уставшими, пусть обе были вымотанными, ни от одной не укрылись изменения в другой. На лице той что с большими сиськами и высокая были видны отчётливые мешки под глазами, красные глаза и повышенная усталость (хотя кто знал что эта туша способна уставать быстрее). Она стала почти каждый день грустить. В свою очередь та что пониже была бледная как смерть. Даже можно было сказать полностью белая с потрёпанными волосами, такими же мешками под глазами, но на белой коже они выделялись куда более чётко. И это всё было из-за того что Марина ходила до рассвета по тихому и мирно спящему городу, пока в то время Кристина кололась или же вдыхала. Обеих мучила бессонница. Одна была апатична как никогда, другую мучали галлюцинации, которые становились всё более реалистичными и безумными. Каждая страдала по своему. И никто не собирался им помочь. Некому было. В таких ситуациях обычно говорят «У вас есть вы», хер там, ни одна не собиралась нарушать эту возведения между ними стену. Маринка считала что это бесполезно, хоть и видела что происходило с ее возлюбленной Кристи, ничего не измениться. Крис считала что ей не позволят это сделать, она уже пыталась, не вышло, значит не выйдет и в следующие, тем более галлюны и скачки мешали мозгу нормально функционировать и следовательно частенько Тина не видела вокруг себя практически ничего. В таком состоянии девушка постоянно прыгала из одного мира в другой, что не могло не остаться без внимания уже другой Марины. Рина видела что её подругой было что-то не так. В какие-то промежутки она нормальная, но может резко начать вести себя не как обычно. Выглядит так, будто через мгновение свалится замертво, слабенько, но заметно дёргается, глаза постоянно бегают из стороны в сторону, скручивается в бараний рог, часто трёт изгиб руки и кусает пальцы до крови. Это точно не признаки чего-то нормального. — Эй, Крис — Чё? — хрипловатым голосом говорит, некомфортно. —Помнишь ты недели 3 назад говорила что хочешь встреться с нашими? У нас как раз завтра выходной, можно их позвать, погуляем, развеешься, а то выглядишь как говно из бочки. — Ага, хорошо. — …и ты даже не спросишь во сколько? — А мне надо? Всё равно ведь ты тоже пойдёшь, можешь мне просто сказать одеваться и я успею. — Ты уверена? Просто ты обычно тратишь столько времени на подбор вещей… В ответ ничего не было сказано. Походу на этом разговор был окончен. Марину это одновременно напрягало и раздражало. С Кристи точно происходит что-то странное.