Black lipstick.

Эмили всегда была прилежной и воспитанной девочкой. Училась в колледже, зарабатывала одни пресловутые пятёрки. Жила в элитной многоэтажке, услужливо подаренной родителями, обожала свою квартирку. Обожала вставать по утрам, готовить блинчики и начинать день с клубничного чая. Жила, строив жизнь по полочкам, в аккурат. Растачивая все действия в чистом ежедневнике, подсчитывала бюджет и заполняла холодильник. Ни в чем не нуждалась в принципе. Получала положенную стипендию, готовилась стать заботливой женой, отличной матерью. Знала свои обязанности и цели. И была в хороших отношениях с соседями со своего этажа. С родного шестого. Обожала постоянно чистый подъезд и нудную рутину. Постоянную тишину. Когда она слышит звуки через стену, отдаленно напоминающие крики и ругань, удивляется и прислушивается. Живущий там темноволосый парень, работающий в дпс не отличался прилежным семьянином и образцом для подражания. Она зачастую видела его с разными девушками, опьяненного алкоголем, его входная дверь хлопала раз за разом, то впуская женщин, то выпуская. Не уважала, по секрету. Не любила мужчин, использующие женщин как расходный материал, выбрасывающих за дверь, после проведённой совместной ночи, словно биомусор. У него была интересная внешность. Белоснежная кожа, чёрная помада на губах. Волосы собраны в растрёпанный хвост. Иногда замечала, как он садится в свой спорткар, подмигивая ей, срывается с места. Эми лишь отворачивалась, кривя губы. Такие люди никогда не меняются в лучшую сторону, даже пройдя через самые зыбучие и вязкие пески. И остаются рано или поздно одни, отбрасывая от себя всех и вся. Поднимаясь в домой, смотрит на своё отражение, в его двери с зеркальными вставками, открывает свою квартиру. Лифт со скрежетом и звоном открывается. Белобрысый парень, одетый в форменное обмундирование, невольно притягивает взгляд. Он выходит, стремительно приближается к двери шумного соседа. Девушка думает, что он допрыгался и кто-то из жильцов вызвал полицию. Но удивленно поднимает брови, когда тот, доставая из кармана связку ключей, заходит внутрь, не прикрыв ее до конца. — Джек, я протокола забыл, — Эмили тормозит, шаря рукой в рюкзаке, откровенно шокированная, проклиная чёртову сумку и потерянные ключи. Краем глаза видит как зашедший парень выходит, с бумагами, хлопая дверью идёт обратно к лифту. У него острые уши, с двумя кольцами и сережкой — крестиком. Оставляет за собой мягкий шлейф парфюма, напоминающий что-то тёплое и яблочное. Неужели, вместе живут? В принципе, это не ее дело. Она наконец то открывает дверь под звук лифта, заходит домой в замешательстве. Не сразу заметила, что шума за стеной нет. Ни шороха ни музыки. Наслаждается белым шумом, устало закрывает глаза в постели. Блондин замечается чаще и чаще на лестничной площадке. Иногда с самим соседом. Они, фыркая друг на друга, увлечённые разговором, идут на работу, не отличаясь приключениями. Эмили тихо радуется, что наконец их этаж стал прилежным до конца. Ведёт свою жизнь дальше, незаметно посматривая, как Джек, так его назвал парень, возвращается домой не с очередной красоткой, а с этим парнем, который делает серьезный и угрюмый вид. Один раз случайно попадает не в момент, когда они целуются на парковке. Все же он позволил себе накинуть поводок на шею, кажущийся атласной лентой. Оно и к лучшему. Пока она не видит, вынося мусор, темноволосого, за километр пахнущий спиртным. На вороте обычно белоснежной рубашки красовался жирный отпечаток кроваво — красных лепестков губ. В перемешку с ядовитыми парами алкоголя чувствовался легкий запах женских духов. Он пытается попасть в замочную скважину, громко щёлкая замком, вваливается в квартиру, громко стуча каблуками, захлопывая дверь. Эхо отразилось по подъезду, разбивая тишь на осколки. Она забывает кинуть мешок с мусором в трубу, наблюдая за происходящим. Эмили, по сути, похер. Стопроцентно. Это их жизни. И она им не судья. Вечером, возвращаясь домой позднее обычного, засидевшись у подруги, замечает блондина, сидевшего на холодных ступенях этажа, курящего. Дым противно распространяется диффузией. У его ноги стоит початый бутыль пива. Он подносит смартфон к острому уху, слушая громкие продолжительные гудки. На том конце провода слышен голос оператора, приносящего свои извинения за недоступность данного абонента. Он роняет голову вниз, бросая сигарету. Девушка колеблется, хочет спросить что случилось, но не решается. Она никто, чтобы лезть в чужую жизнь. Ночью, в часу четвёртом, слышит как соседская дверь хлопает. Эми давится жалостью к парню. Симпатичный ведь, собранный такой. Ему бы девушку, которая ждала бы дома, с горячим ужином, обнимающая в постели. Но жизнь — не розовая сказка. Мир наполнен гнилью и мусором, похотью и жаждой. В этом круговороте легко потеряться и забыться. Как закрутился и Джек в нескончаемом водовороте чёрной пучины. Она выбрасывает мысли о соседях из головы, печатает рефераты, пьёт кофе. Забывает о них. Поутру, выглянув в окно, видит полицейскую машину у подъезда. Становится ужасно любопытно, как их занесла сюда судьба. Сюда редко наведывалась полиция. Жильцы были культурными. Ни разбоев, ни пьянок. Слышит копошения в подъезде, спешит заглянуть в глазок. Блондинистый парень, устало закрывает дверь, собирая пакеты в руки, уходит с полицейским к лифту. Понимает, что съезжает. Довёл сосед, видимо, капая выходками на черепную коробку, раз за разом. Она бы тоже не стала этого терпеть. Ночью за стеной слышны женские стоны. Развратные, заставляющие уши гореть. Она стучит по батарее, в надежде, что ее услышат и будут потише, но пошлые звуки лишь увеличились. Джек, как и раньше, возвращается в квартиру с пакетом выпивки, под руку со свежей шалашовкой. Утром Эмили едет с одной из них в лифте, незаметно скользя глазами по глубокому декольте, по платиновым локонам, рассыпанных на узеньких плечиках. На ключице красуется отпечаток чёрного цвета губ. Учится дальше в своём колледже, получая лучшие отметки. Ведёт так же ежедневник. Немного думает о неудачном сценарии соседей. Изменив однажды, жди постоянных штырей, пронзающие твоё сердце. Изменяя, ты изменяешь себе. Это мерзкое клеймо на всю оставшуюся жизнь, разъедающее тебя изнутри. Однажды встречает блондина. Он ее останавливает, выписывает штраф, смотря не в лист бумаги, а в пустоту. Туда, где Эмили даже не думает побывать. Парень даже не видит, что в ее руках не алкоголь, а банка энергетика. Она сочувственно молчит. Плевать на эту пятихатку, заплатит, с неё не убудет. Униформа смятая. Берцы не блестят на солнце, не начищеные. Под алыми радужками залегли тёмные круги. Ей действительно его жаль. Этим же вечером, мимолетно, видит темноволосого, шатаясь, садящегося в свою машину, стремительно, куда то уносясь. Музыка же и женские стоны не прекращаются. Звук открывающейся и закрывающейся двери не затихает. Она не может понять в чем их проблема. В чем загадка ребуса. Почему один ходит на лево, другой так долго прощал. Позволял в себя тыкать ножом. Терпя унижения собственного достоинства. Видит, как сосед целуется с новой пассией, страстно прижимая девушку к двери. Эми стыдливо отворачивается. Кэтрин приезжает к ней с ночевой, привозя с собой два бутыль прекрасного вина. Они поднимаются на родной шестой, из двери соседа вылетает разъярённая женщина. Они немало удивляются, видя как гостья показывает средний палец в чужой глазок. — Пошёл ты сам нахуй, больно надо было, мудак, — цокая на шпильках, вызывает лифт, уезжает. Жилец выходит со знакомой пачкой лубрикантов, кивает поднимавшимся девушкам, наверное, самый первый раз, спускается к мусоропроводу, швыряет презервативы вниз. Эмили невольно гордится неожиданным поступком. Выгнал шалаву. Даже поздоровался. Замечает усталый вид парня, на белоснежной коже лица видны гематомы. Под глазом расположился внушительный фингал, который уже расцветал желтизной, словно сахарной россыпью. На голове завязан небрежный пучок. Осознание ее прошибает холодным потом. Он начал так напиваться, после того, как белобрысый парень собрал пакеты. Девушка, мыслящая под действием нектара, думает, что блондин не вернётся. Перебирает воспоминания, сколько раз хлопала дверь за ночь, пока он там жил. Она бы хотела воссоединения их незатейливого дуэта. Хотела бы видеть парня по соседству не пьющего, собранного, с идеально — белым воротом рубашки, без мазка красного. Она искренне переживает. Желает Чтобы их этаж стал снова культурным и образованным. Когда она идёт рано утром на учёбу, замечает знакомый спорткар, паркующийся у подъезда. Водитель устало ложиться на руль, пряча лицо в предплечьях. Когда возвращается к вечеру, устало ковыряясь в замочной скважине, слышит скрип лифта и шаги. Два мужских голоса. Испуганно оборачивается. Блондин, опустив ресницы, наблюдает, как Джек открывает дверь, пропуская его вперёд. Он заходит и дверь закрывается. За стеной снова тишина. Эмили тихо, совсем чуть-чуть, про себя радуется. Спустя месяц, поднимаясь по ступеням, замечает на бетонном полу подъезда женскую заколку, у порога соседней квартиры. Она разглядывает резинку, спинывает ее вниз. Удивленно смотрит, встречая их с тяжелыми сумками, в лифте. Темноволосый радостно обнажает клыки парню, на что тот, ухмыляясь, закатывает глаза, держа в скрещённых руках туристическую брошюру. Эми искренне радуется, подхватывая их озорное настроение. Так же ведёт счёт бюджету, сидя за кухонным столом. Читает письма и книги. Наслаждается своей домашней рутиной и обиходом. Слушает блаженный белый шум по ночам, наблюдает за бликами фар проезжающих мимо машин на потолке. Их этаж стал прилежным до конца.