Искажение

Нейт

Наверняка во всем мире за все его долгие годы жизни не существовало людей раздражительнее Нейта Холлорана в последнюю неделю. Непрерывно ощущаемая им злость и накатывающая волнами ярость отнимали много энергии, но он ничего не мог с этим поделать. Перестать злиться было бы подобно задержке дыхания. Он много курил в последние дни, чаще чем обычно. Это было похоже на шутку, но не смешную, а злобную насмешку, на которые он и сам был горазд. Теперь судьба посмеялась над ним — кажется эта штука называется кармой. Он не чувствовал вины. Абсолютно ни за что, чего бы ни сделал. Нейт был искренне убежден, что для него зажигаются звезды, и ужасно злился, когда что-то шло не по плану. А в последние дни жизнь будто спустилась кувырком с лестницы. Проснулся как всегда в дурном настроении. Первое что он ощущал, открывая глаза, это ужасный зуд, который ничто не могло унять. У него были деньги, очень даже достаточно для того, чтобы скупить половину аптеки. По совету семейного врача он прикладывал сто тысяч примочек к распухшей шейной железе, и поначалу это действительно помогало, но позже эффект притупился, и неприятные ощущения отпускали всего на несколько минут. Ни одна мазь не помогала: это было просто мучительно. Временами ему казалось, что зуд распространяется по всему телу и даже внутри него, и чешутся сами мозги в черепной коробке. Буквально на днях вечерами у него поднималась температура. Парень резко вскочил с кровати и тяжелым шагом в момент долетел до ванной. Холодная вода отрезвляла, приводила в чувство. Хотелось что-нибудь расколошматить. Лайла просто его взбесила. Когда она впервые ему приснилась, он не поверил. Хотелось списать все на то жалкое подобие вечеринки, на которое его затащила мама. «Хейлы еще могут нам пригодиться. Будь вежливым, » — сказала она. И он был. Настолько, что потом Лайла приснилась ему ночью, но значит ли это хоть что-то? В подростковом возрасте ему часто снились девчонки, и было это непристойно. Она что-то там ему говорила, но смысл ее слов практически не доходил до него. Но когда он проснулся, то буквально ужаснулся, увидев железу на запястье. Это было чем-то немыслимым. Первым делом Нейт посетил своего семейного врача. Казалось, что крови тогда из него выкачали добрых литра три. Но когда добродушный старик в белом халате вынес свое заключение, парень побледнел, плотно сжав губы: — Поздравляю, мистер Холлоран. Вы вошли в редкую группу биологически связанных особей, — доктор Петерс пожал ему руку, ухмыляясь легко и непринужденно. — Я выдам вам брошюрку с дополнительной информацией. Уже видели вашего партнера? Иногда его образ может возникать во сне, еще возможно ощущение новых запахов. Он промолчал. — Вы можете не беспокоиться, если не знакомы с этим человеком. Поверьте моему опыту, даже люди с разных концов света находят друг друга, ведь эта связь сильнее земного притяжения! На самом деле это удивительное явление. Мой коллега недавно представлял свое исследование биохимического аспекта связи, Вы не поверите… — Хватит. Старик предложил ему и его омеге стать добровольцами для какой-то научной ерунды. Он отказался, это было уже чересчур. Ему было недосуг разбираться в вещах, которые он не особо то и желал в своей жизни. Такое смятение и растерянность он ощущал, пожалуй, впервые. Лайла Хейл была занудой и истеричкой. У нее напрочь отсутствовало чувство юмора, но еще больше раздражало то, что она была ябедой. Ему нравилось доводить ее до слез, и всегда казалось, что она это заслужила. За свою глупую надменность, за эту никчемную правильность. Она всегда старалась выслужиться, в этом был смысл ее жизни; зависимость от похвал сделала из нее невротика. Ему было это непонятно и неблизко. Было интересно наблюдать за ней в моменты эмоционального напряжения. Каждый раз сценарий был одинаков: Лайла смотрит на разрисованные обои, мертвого хомяка или разбросанные в комнате вещи — у нее дрожит нижняя губа и она заливается слезами (в эти моменты он ликовал, ему было упоительно наблюдать за ней, выведенной из равновесия) — Лайла пытается с ним бороться и задеть его в ответ — Лайла повержена и плачет еще сильнее — Лайла идет жаловаться, но уходит ни с чем. Потом она сверлит его этим противным взглядом, утирая свои противные сопли. Она всегда была жалкой. Это забавляло его, но потом стало скучно. Она всегда рыдала и редко когда пыталась оказывать сопротивление. Потом он заметил, что когда они приходили к Хейлам в гости, те стали запирать двери в комнаты и прятать все колюще-режущие предметы со спичками. Холлораны приглашали их редко. Йоланда называла их друзьями второго порядка, то есть теми, с кем не стыдно показаться на людях, но сильно сближаться не имеет никакого смысла, ведь они все равно не принесут пользы. Катарина забавляла ее своим верещанием, и была одной из немногих, кто смог длительное время поддерживать с его матерью хорошие отношения. (Необходимо отдать миссис Хейл должное за ангельское терпение) Потом он перестал так зависеть от родителей, а значит незачем ему было приходить на эти скучные посиделки, к облегчению Лайлы. Она не интересовала его от слова совсем. Ситуация дала подвижки только после новогоднего инцидента. Это была крайне неудачная и несвоевременная ситуация. Дело в том, что когда результаты его собственного тестирования проявили себя, отец был неимоверно доволен, что хотя бы один из его сыновей унаследовал этот золотой ген. Сам Уолтер несомненно был особью группы А и всегда этим гордился. Он говорил, что именно это помогло ему достичь всех его головокружительных успехов. Природная агрессивность, энергия и сила нередко играют на руку молодым альфам. В общем, он был до невозможности горд, что Нейт оказался парнем из того же теста. Особенно приятно это было на фоне его старшего брата Коннора, в организме которого не оказалось особых клеток. И все его достижения в сфере бизнеса и упорный труд не искупали в глазах отца эту ужасную оплошность. Получалось, что большие надежды возлагались на него — Нейта. Это его пугало. Он не привык брать ответственность, еле как учился на экономическом факультете в университете, куда его пристроили благодаря родительским связям (друзья первого порядка!). Нейт был уверен, что нет смысла беспокоиться о будущем, потому что в любом случае оно будет светлым, ведь отец с братом неплохо постарались. Должен же хоть кто-то в этой семье отдыхать и развлекаться, раз они не умеют? Но у Уолтера были другие планы. На совершеннолетие он приготовил младшему сыну подарок — собственную компанию, работающую в тандеме с общим холдингом. Это было мощно, необычайно щедро. И такой крупный прокол, как мертвая от передоза девка в кровати Александра Хейла порядком разозлил бы отца. Шла бы речь тогда о какой-либо компании? Даже самой маленькой? Разумеется нет. Нейт понял, чем ему это грозит. Осуждение, упреки, унизительные сравнения с Коннором. Кто знает, насколько глубока чаша отцовского терпения, и проверять не хотелось. Но Лайла помогла ему скрыть следы этого маленького недоразумения. Позже он удивлялся, как под кайфом и на пьяную голову придумал такой нехитрый план по избавлению от тела. Гениальность, не иначе. Все его друзья оценили эту авантюру. Но не Лайла. Хотя нет, какой она ему друг? Тянет на порядок восьмидесятый. Сначала он даже удивился, что она послушалась его и начала умело и быстро одевать ту шлюху. Что-то он там ей сказал, все уже стерлось из памяти, но это подействовало. Когда они вынесли ее, и его шкуре больше ничего не угрожало, он готов был ее поцеловать. В одиночку бы не справился. Но она явно была не в настроении пофлиртовать, ну и лицо у нее было тогда… Просто ужас. Какое ей было дело до той девчонки? Они с ней даже не были знакомы, так был ли смысл горевать? Он и то не горевал, хотя по сути с этой девушкой был ближе, ведь они занимались сексом накануне. Нейт действительно не помнил ни имени той девушки, ни ее адреса или номера телефона. Даже образ ее стал вымываться из мозгов, и позже он вообще забыл, что когда-то выносил вместе с Лайлой Хейл бездыханное тело незнакомки. Совесть его не мучила: он считал, что та девушка сама виновата и вообще она заслужила все то, что с ней произошло. Она была просто глупой шлюшкой, не рассчитавшей предел своих возможностей. Доставила ему неприятности, испортила Новый год. Ей стало плохо, и ему не было ее жалко. Она была грязной, и барахталась в своей же грязи как дождевой червь. И ком грязи закупорил ей все легкие. Как она вообще оказалась в доме у Хейлов? Никто уже не узнает. Из омута воспоминаний его вырвал телефонный звонок. — Мне показалось, или Холлоран наконец взял трубку? Я уже хотел позвонить твоей мамаше и спросить не умер ли ты. — Привет, Дэв. Не умер. — Отличный повод это отметить? Нейт вздохнул. — Не сегодня. — В чем дело? Убиваешься по потерянной принцессе? Его школьный приятель — Дэв Миллер — был просто занозой в заднице. Их особо ничего не связывало кроме общих тусовок и розыгрышей над учителями и одноклассниками, но почему-то они держались вместе как сваи плота в океане, обитые бечевкой из общих воспоминаний. Со стороны их даже можно было принять за лучших друзей, хотя это было не так. Нейт вообще редко к кому-либо привязывался: он испивал людей до дна, забирал все, что они могут дать, и забрасывал номера в долгий ящик, игнорируя дальнейшее тесное взаимодействие. Дэвид особо от этого не страдал, хотя по натуре был более открыт для людей. Была у него странная особенность — раз в какое-то время пропадать со всех радаров. Нейт не знал и не интересовался почему так происходит, но постепенно привык к такому поведению. В эти периоды Дэв не отвечал на звонки, не посещал бары, и ни с кем не взаимодействовал, но потом мог с легкостью заявиться к Нейту в гости и вести себя как ни в чем не бывало. Обычного человека это сбило бы с толку и как минимум натолкнуло на некоторые вопросы, но альфе было плевать. Он умел находить людям замену. А еще Дэв подсадил его на наркотики в старших классах, за что он не был ему благодарен, особенно в минуты отходняка. Но это было мелочью, всего лишь маленькая прихоть. А еще Дэв был одним из немногих людей, кому Нейт рассказал о своей истинной связи, это выделяло его из общего круга знакомых. Альфа сделал это не потому что ему нужен был совет, или он хотел выговориться. Скорее это вышло спонтанно, в момент неконтролируемой злости от разъедающего кожу зуда. — Заткнись. — Не грусти, дружище, я сам к тебе приеду. — Не надо, — он недовольно потер переносицу. Этот парень был раздражающе навязчив. Неужели больше некого доставать в этом большом городе? Для убедительности Нейт добавил: — Я серьезно, Дэв. Я занят сегодня весь день — приму участие в патруле отстойника. Я просто взорвусь если не найду эту стерву в ближайшие дни. — Это у вас ролевые игры такие? Занятно. — на другом конце провода послышался ехидный смех. — Хочется проломить тебе голову, ублюдок, — он не хотел срываться на Миллере, но слова сорвались с языка сами собой. Нейту было совсем не до шуток. Дэв не обиделся, да и вообще, чем громче Нейт ворчал и кидался оскорблениями, тем больше колкостей тот отвешивал по поводу и без. Это было нормой, во всяком случае в рамках этой странной недодружбы. На самом деле Дэвид чувствовал, что произошло нечто серьезное и в какой-то мере даже сочувствовал приятелю, насколько позволяет солидарность особей группы А. Однако самого Миллера миновало несчастье оказаться в редкой группе обладателей глубинной связи. — Я тоже приму участие в патруле, — задумчиво протянул собеседник. Нейт расслышал звук трущихся об асфальт колес и понял, что Дэв уже находится в дороге. Наверное переубеждать его не было смысла, но мотивы этого порыва действительно заинтересовали парня: — Зачем тебе это? — настороженно спросил он, — Не думаю, что это хорошая идея. Чем ты можешь там помочь? — Да я чертов Шерлок, вычислю ее в два счета. Скоро подъеду. Нейт тяжело вздохнул. Ему не хотелось ничьей компании, особенно в этот день. Тело ныло и молило о пощаде, нервы были натянуты до предела. С одной стороны Дэв мог бы разрядить обстановку, но едва ли это помогло бы. Но объективных причин отказывать ему в добром намерении помочь особо не было, поэтому Холлоран просто смирился с неугомонностью своего приятеля. Кто знает, какую выгоду он от этого преследует — возможно опять попросит денег, чтобы спустить их в казино. Может быть хочет занять на что-нибудь веселенькое и потом не отдавать. И все же это было странно — какой ему резон весь день торчать в вонючих Ульях? Есть места и поинтереснее. Нейт не хотел с этим разбираться. Он хотел, чтобы его муки быстрее закончились. Наспех умывшись, выпив кружку терпкого кофе, и одевшись в удобную одежду, он опять услышал звук разрывающегося от звонка телефона. Это был Александр Хейл. В который раз он пожалел, что дал им свой номер. — Доброе утро, Натаниель. Помнится мы разговаривали об организации поисковой группы, два дня назад, я подумал… — Не беспокойтесь, я договорился с нужным человеком. Поиски начнутся сегодня же. Пока не будем афишировать, сами понимаете, что дело деликатное, ничье имя не украсит… — Да, да, это благоразумно, — протараторил мужчина на другом конце провода. Он знал, что Нейт предложит такой вариант, и если бы не предложил, то Александр сделал бы это первым. Забота об имени семьи прежде всего, и сумасшедшая дочь, сбежавшая из дома, не вписывалась в образ хорошего семьянина-бизнесмена. — Спасибо тебе большое, вы так много делаете для нас! Но и я не собираюсь оставаться в стороне, я собрал знакомых парней из сферы криминалистики, они подсказали мне… Парень раздраженно передернул плечами. Не было интереса слушать, что он там мелет. Какого хрена, что за самодеятельность? Он с самого начала сказал ему и его курице-жене сидеть в своей избушке и не выказывать носа, что он сам все решит. Хейлы его раздражали, с самого детства. Он чувствовал их слабость, шаткую почву под ногами Александра и как он припадает на колено перед такими, как его отец. Он не уважал главу этой семьи как минимум за это, за его покорность, за слабую волю. Может быть Нейт не мог этого понять, потому что судил своим естеством альфы, в то время как старшие Хейлы, насколько он знал, были всего лишь бетами. Но это низко даже для беты, это недостойно мужчины. Перед глазами парня всегда был яркий пример беты, добившегося небывалых высот и сколотившего мировое имя — это его старший брат. Если у него получилось, то что же тогда заставляло Александра половину жизни подбирать подачки влиятельных друзей, и всю жизнь надеяться на удачный случай, который мог бы сделать его сказочно богатым? Его жену парень просто считал ограниченной, как и Лайлу. И сейчас отец его омеги пытается доказать, что может быть полезен, но альфе хочется бросить трубку. Этот придурок его достал, неужели он не понимает, что нет толка от всех его жалких поползновений? Ему и не снились возможности, которыми обладал Нейт Холлоран, и эта его «помощь» с советчиками-криминалистами действительно представлялась каплей в море. Но он пересилил себя и дослушал, точнее дождался, пока мужчина прекратит трещать, не вникая в смысл слов: — Спасибо за беспокойство, но в этом нет нужды. Я все предусмотрел: группа небольшая, но в ней лучшие из лучших. Сначала убедительно склоним местный отдел полиции оказать содействие, но навряд ли они что-то знают. Соберем записи с камер в магазинах. Проверим все комиссионки: я знаю, что она хочет продать украшения, чтобы иметь наличные деньги. Прошерстим отели, проверим станцию метро. Будем действовать аккуратно, чтобы не нарваться на местных шишек — они могут подумать, что копают под них. — Отлично, действуй, сынок. Я отправлю в вашу группу своих специалистов. Кретин, сказал же, что не надо. Ты треклятая обуза. — Буду рад любой помощи, — безэмоционально процедил Нейт. — Катарина вознамерилась вам помогать, вчера у нее поднималось давление. Сказала, что сама будет ходить с фонарем по проулкам Ульев, чтобы отыскать эту мерзавку, представляешь? Я бы и сам непременно оставил свои дела, и присоединился, но Господи, Нейт, ты же знаешь, насколько важен сейчас тендер… — Никто не осудит. Пусть мэм отдыхает и не переживает, я уверен, что уже сегодня вечером Лайла будет сидеть дома на ваших белых диванах и внимать Вашему грозному тону. — Ох, не сомневайся — я всыплю ей как следует. Господи, какое позорище… Спасибо тебе, Нейт. Бог послал мне лучшего зятя, самого терпеливого. Не сердись на Лайлу, наверняка она сама испугалась своей глупости и уже хочет вернуться домой. Лишь бы с ней ничего не случилось. Этот разговор утомлял, как же ему хотелось послать его и бросить трубку. Казалось, Александр пытается доказать, что тоже переживает, демонстрирует напускное небезразличие, но на самом деле не так уж и волнуется за свою дочь, как говорит. Иначе остался бы он сегодня в офисе? Просто смешно. Было ощущение, что он празднует там победу. Нейт чувствовал его самодовольство через километры, разделявшие их. Это был блядский джекпот для такого как он, эта связь с Лайлой — единственное, что могло его спасти. Нейт пригрозил ей засадить его в тюрьму: скомпоновать дело о хищении или подсунуть суду информацию о неуплате налогов было бы просто, Нейт был уверен, что Хейл оступился где-нибудь хотя бы раз. И ему не было его жаль. Но пока рано было сбывать этот рычаг давления на Лайлу, и приходилось терпеть. Нейт сослался на занятость по организации людей для поисков, наскоро попрощавшись и выслушав деферамбы в свою честь, наконец сбросил этот звонок. Они просто энергетические вампиры, как Лайла жила с ними в одном доме столько лет? Они же мертвого достанут. Или она сама такая же? Тогда вариант упрятать ее куда-нибудь и приезжать по необходимости был не так уж и плох. Нейт до сих пор слабо осознавал что делает, было чувство, что мозг заволокло туманом. Раздражение от желез, навязчивые мысли, эти сны с участием Лайлы — все это сводило с ума. Какая ирония, ведь не будь они связаны, и убеги омега из дома по каким-либо причинам, ему было бы абсолютно все равно. Кто бы стал ее искать? Отец со своими криминалистами? Мать с фонарем? Парень запомнил и мысленно приписал себе плюсик в мистическую карму. Почему он просто не мог купить подавители, как на то рассчитывала омега, и заглушить нелепое недоразумение, возникшее между ними? Нейт считал, что у него в мозге есть извилины, в отличие от нее. Наивная дура, думает, что примет ампулу и заживет припеваючи. Она не знает как эта дрянь работает на самом деле, не понимает, что хочет убить себя. Инстинкт может оставить на какое-то время, но потом эта отрава скопится в крови и разойдется по всему телу. Постепенно начнутся судороги, заторможенность, потом это выльется в кратковременные припадки. Регулярный прием препарата может привести к отказу органов — почек, легких, печени. Цена была слишком высока, Нейт сразу решил, что ему это не по карману, особенно с учетом опыта приёма веселящих субстанций. Но Лайла была отчаянной, или же попросту безумной. Нейт не понимал ее. Она его раздражала. Непокорность игривой женщины заводит, заставляет желать ее, а бунт депрессивной малолетки заставлял сжимать кулаки, впиваясь ногтями в ладони от злости. Он чувствовал то, что чувствовал — и это то, что было на поверхности и легко осознаваемо. Залезть глубже в свои чувства, и понять, насколько его уязвил ее поступок, он не намеревался. Злиться было намного легче. Лайла просто глупая, вот и все. Все омеги такие, мало кто из них действительно блещет умом. Иногда он думал, что после инициации у женщин группы особей О действительно атрофируется какой-нибудь сегмент мозга. Хотелось спросить у дока, так ли это. Он лениво прошелся по комнатам, вышел на балкон, зашел обратно. Почесал железу на шее, но это, понятное дело, не помогло. Снова сел на диван, тупо уставившись в потолок. Только он прикрыл глаза, как послышался звук пришедшего на телефон сообщения.

***

— Знаешь, чувак, я конечно тебе не завидую. Серьезно, она же чокнутая. Кто в своем уме будет шататься по этой выгребной яме? Он откинулся на спинку сидения, пытаясь расслабиться. Запах курева и дешевого ароматизатора смешались в удивительно приятную смесь. Еще там было два запаха — его, Нейта, и запах Дэва — тоже мускусный и тяжелый, как и положено людям их природы. Промелькнула мысль о том, что они могли бы стать друзьями, будь Миллер бетой, возможно их природа мешала им иметь действительно дружеские отношения, проводить время в компании друг друга, делая из них потенциальных соперников. Но еще вероятнее они могли бы стать друзьями, будь Дэв немым. — Она всегда была такой… нервной. Но похоже на фоне гормонов совсем слетела с катушек, — рассеяно ответил Нейт. Ему было недосуг вникать в мотивы Лайлы, легче было считать, что она просто дура, либо у нее не все в порядке с головой, и все события последних дней только подтверждали это мнение. День только начался, а он уже чувствовал себя измотанным. — Я слышал, что у таких как вы есть собственная фишка: вы разговариваете друг с другом во сне, если в этот момент оба спите и находитесь далеко друг от друга. Альфа кивнул. — И что же, ты не мог ей доходчиво объяснить, что она совершает ошибку? Нейт вспомнил как его руки сомкнулись на ее тонкой шее. Доходчивее некуда. — Говоришь как моя мать. Пошли вы оба в зад. Все не так просто, как кажется. Дэв хмыкнул, проворачивая руль. Но сдаваться он не собирался, его карие глаза зажглись ехидством, озорством: — Давай, расшевелись, Нейт, я тебя не узнаю. Еще не поздно свернуть и опрокинуть пару шотов. Пусть твои псы ищут ее сами. Я хотел показать тебе кое-что новенькое, — Миллер улыбнулся, демонстрируя кафельные зубы. Вот оно — он не хотел помогать, его интересовал покупатель. Нейт усмехнулся своим мыслям. Предложение расслабиться и оттянуться было заманчивым, но он понимал, что просто не сможет это сделать по причине ноющей боли в шейной железе. — Не получится. Надо покончить с этим, нет смысла оттягивать. Ты же понимаешь, что у меня больше шансов почувствовать ее след. Выдержав короткую паузу, Нейт прибавил: — Можешь не участвовать в этом. Позови в бар Дина или Флетчера, они не откажут. Дэв нахмурился, но ничего не ответил. Не мог же он сказать, что не звал парней, потому что те на мели, как и он сам, и Нейт был одним из немногих, кто еще мог позволить себе купить веселье. Они не были друзьями, но это было как-то слишком. Немного подумав, Дэв выдал: — Нет, я помогу тебе, раз уж взялся за это дерьмо. Сейчас мы отыщем твою Эллисон, ты отвезешь ее домой и хорошенько оттрахаешь. Вечером приезжай в «Грот» и я покажу тебе то, что хотел. Отметим возвращение блудной дочери. Ты угощаешь. Как тебе такой план? — Ну ты и трепло, — рассмеялся Нейт. Потом добавил вполне серьезно, — Ее зовут Лайла. — Честно: плевать. Они остановились в оговоренном месте: за четыре квартала до импровизированного центра района. Вальяжные высотки сменились ободранными, грязными стенами осевших от старости строений. Все как полагается — ни парков, ни машин, ни людей. Настоящая дыра. Как это могло существовать так близко к их дому — миру эффектных авто, роскошных особняков и холеных женщин? Если бы они жили в более южных широтах, здесь наверняка бы катилось перекати-поле. Пока Дэв сбавлял скорость, притормаживая близ машины шерифа местного округа, Нейт рассматривал людей, вверенных ему человеком, имя которого должно остаться в секрете по их договоренности. Их было десять, все — мужчины. Эта группа перемешалась в хаотичном порядке, люди напоминали молекулы, совершающее Броуновское движение. Кто-то бесцельно сновал мимо припаркованных тут же машин, кто-то в них дремал, некоторые общались в небольших группках. Нейт потер переносицу, у него заболела голова. Сейчас он в полной мере почувствовал груз ответственности: ему нужно будет выйти, объяснить ситуацию копу, дать ему на лапу, если придется. Организовать всех этих людей, дать указания, поделить их на группы и контролировать каждую, при всем этом ему самому нужно было сосредоточиться и постараться приоткрыть канал их связи, чтобы почувствовать запах или хоть что-то, что приведет его к завершению этого спектакля. Злость и раздражение начали грызть его еще сильнее. Ему бы не пришлось ничего этого делать, не будь Лайла такой упрямой и тугой. Дэв заглушил двигатель, и тихо присвистнул: — Это твои деловые сыщики? Наверняка нехило ты отвалишь за сохранение секретности. — Вылезай и захлопнись, уяснил? Я буду говорить с местным шефом. Парни вышли из машины. Это привлекло общее внимание, и люди, затихли, с интересом косясь на прибывших. Миллер вынул сигарету из пачки и отошел от Нейта, демонстрируя свою непричастность ко всему, что может произойти. Холлоран обвел взглядом окружающих. Сразу почувствовал альф, стоявших группой в отдалении. Их было человека три, и этого было более чем достаточно. Он сразу понял, кто есть кто по запаху, и хотя подавляющее большинство присутствующих были бетами, тем сильнее выделялся запах кожи и пота, плотный, тяжелый, и терпкий. Нейт направился к служебному автомобилю с синей расцветкой. Прямо перед его носом резко открылась дверь и оттуда вышел полный человек лет сорока. Шеф местной полиции был похож на бывалого криминального авторитета. А может быть им и являлся, работая в органах, чтобы прикрывать своих же. Но это все не имело значения. Честно говоря, самому Нейту было не по себе тут находиться. Никто не засунет и руку в осиное гнездо, но в этот день ему пришлось засунуть туда голову. Необходимо было, чтобы поиски прошли эффективно и быстро, чтобы все они благополучно убрались отсюда, пока не привлекли интерес людей на стороне теневого бизнеса. — Холлоран? Младший? Отпилите мне ногу, до чего же похож на Уолтера — одно лицо. — Его голос был раскатистым, басистым, очень низким. Он говорил негромко, но слова его будто эхом отдавались в каждом уголке пространства. Нейт смутился: причем здесь вообще это? О серьезных вещах приехали разговаривать. Но сам блюститель закона не был настроен серьезно. Наоборот, он вальяжно отпил кофе из бумажного стаканчика, и тут же зевнул, почесав локоть. Вид у него был непрофессиональный. Как будто они были двумя старыми знакомыми и вели беседу на кухне. Кому-то это нравится и располагает, но альфа воротил нос от подобного рода вольностей. — Мистер Буч, очень рад. Нужно поговорить. — Знамо дело. Говори, что за цирк шапито сюда приехал? Зачем тут все эти люди? Мы задержали это сборище до выяснения обстоятельств и какой-то очкастый хрен все верещал про Холлорана, просил его дождаться. А я и думаю: неужели Уолтер решил пожаловать в наши края? — оперся локтем на машину, от этого солидный живот выкатился, показывая себе во всей красе. Нейту стало дурно от этого всего. Не хотелось ничего объяснять, не хотелось говорить с этим козлом в обличии человека. Но в который раз за день он пересилил себя: — Это сержанты и оперативники, выделенные для дела. В вашем районе пропал человек: нам очень нужно его отыскать, желательно без лишнего шума. Огласка не нужна никому. — Вон оно как! И что за человек? — Дочь Александра Хейла. — А это еще кто такой? Нейт сделал глубокий вдох, и задержал дыхание. Тупая физиономия полицейского чуть вытянулась, брови сошлись у переносицы. Не было времени вдаваться в подробности, физические силы истекали с каждой минутой. Нейту показалось, что на спине выступила испарина, как будто он только что пробежал кросс. Должно быть вечером подскочит температура, если поиски не увенчаются успехом. Но он старался не думать об этом, и сосредоточиться на том, что происходит в данный момент. А происходила пустая трата времени, не приближающая их к развязке. — Друг моего отца и уважаемый человек. Я имею общее с его дочерью предназначение, но она сбежала из дома. Предполагаем, прячется где-то здесь. — Подожди, на кой черт эта мадам сбежала, если вы связаны? Бьешь ее чтоли? Жирный недоумок, когда ж ты отцепишься? — Она не в себе. Сбежала из психиатрического отделения больницы. Коп присвистнул: — Ну и парочка. Но неужели есть смысл собирать людей и рыскать у нас в печенке? Подзови сучку к ноге, делов-то. Я знаю, вы такое можете. Под «вы» он подразумевал альф, подобных Нейту. Сам шеф не имел резкого запаха, хотя всем своим наглым видом пытался пародировать особь группы А. Выходило нелепо, комично, но что поделать — многие мужчины-беты грешили подобными замашками. Скулы Нейта напряглись. Этот разговор выводил из себя, коп нервировал. Нужно было действовать, а не чесать языками. — Это долгая история, но суть ее в том, что наша связь только обнаружила себя, и я пока не имею такой возможности. Она плохо чувствует мой зов из-за препаратов, которые ей кололи в больнице. Придется искать ее обычными методами. — Вот те на! Теперь ясно, почему эта беготня держится в секрете: что бы сказали ваши пижоны, узнай они, что Холлоран не может вразумить свою бабу? Обмельчала порода. Это был спусковой крючок. Парень схватился за край его формы, навалились всем телом и несколько раз тряхнул обладателя поганого языка. Ему хотелось съездить ему по лицу, он уже сжал руку, напрягая мускулы и лучезапястный сустав. Мистер Буч широко распахнул заплывшие жиром глаза, открыв рот, как это делает рыба, выброшенная на песок. Он не успел среагировать, хотя Нейт заметил табельное оружие в кобуре портупеи. Это было преимущество альфы: скорость, ловкость и сила. И ярость, вспыхивающая в каждом миллиметре тела, направленная на одного человека, которого он мог разорвать на куски. — Не дворняге с окраины об этом судить, — проговорил Нейт, смотря в мелкие глаза под валиком пушистых бровей. Но рукоприкладство не набрало оборот, что-то его остановило. Точнее кто-то — это был Дэв, подскочивший в момент, и вывернувший его руку, не давая ей достигнуть лица копа. Он держал крепко, и сделав подшаг, попытался протиснуть между ними корпус, создавая своим телом преграду для дальнейших действий. Нейт отпустил клочки на форменной куртке, отойдя на шаг назад. Эта вспышка была вовсе необязательной, даже вредной для общего дела. Но как он мог совладать с собой в ответ на эти слова? Парень раздраженно выдохнул, хотелось завершить начатое до конца. Сломать ему нос или руку. А лучше две. Чтобы он визжал как чертова свинья на скотобойне. — Мистер Холлоран, Вы здесь! — откуда ни возьмись рядом оказался невысокий кудрявый парень. Он, казалось, был моложе Нейта и Дэва (который, кстати говоря, не отходил от мистера Буча, ожидая нового импульса к продолжению завязавшейся драки). Наружность этого парня была бы неплохой, не одари его природа излишним количеством угрей и кривоватыми зубами, заключенными в железную решетку брекетов. Но первое, что бросалось в глаза — очки на пол лица. Наверное этого чудилу Буч охарактеризовал как «очкастый хрен.» — Позвольте представиться — Барри Бейл, координатор. Меня поставили во главе нашей маленькой розыскной группы. До Вашего приезда, разумеется. Нейт исподлобья посмотрел на этого парня. Он выглядел свежо и бодро, казалось энтузиазм распирает это худощавое тело. Барри хотел пожать Нейту руку, но тот проигнорировал этот жест, пренебрежительно посмотрев на блестящую от пота ладонь нового знакомого. Чем этот школьник мог им помочь? Кто его поставил координатором, и кто будет его слушать? Выглядел он неавторитетно. Тем временем голос подал мистер Буч, отошедший от хорошенькой встряски: — Пока ты отлить ходил, недоносок, этот мудак меня чуть не убил. Катитесь вон из моего округа! Забирайте своих олухов и разворачивайтесь. Я запрещаю рыться в наших внутренностях, — прокричал мужчина. Дэв отпустил его, демонстративно вытерев руки об одежду. Обстановка накалилась. — Закрой рот и слушай сюда: мы не уедем отсюда, пока не закончим свои дела. И тебе же лучше оказать нам содействие — ты же не хочешь спровоцировать очередной внеплановый рейд по вашей дыре? Буч с интересом уставился на Нейта, переводя сбившееся дыхание. Он весь покраснел и напрягся. Парень же говорил спокойно, насколько позволяли бушующие инстинкты. Но они должны были к чему-то придти, а потому Нейт использовал весь свой арсенал из доводов: — Мы можем это устроить, дав наводку комиссару. Выбирай: или мы находим здесь одну девушку, либо копы находят ваши подпольные склады с оружием, притоны и все, чем тут балуются местные головорезы, которых ты покрываешь. Буч попытался выкрутиться, но голос его звучал глуше на полтона. Не было больше этой залихватской уверенности в себе. Он понял, что теперь перед ним стоял не мальчик, подражающий своему отцу, а могущественный Уолтер Холлоран, вернее его точная копия. — Угрожаешь мне, щенок? Думаешь один ты имеешь связи в департаменте? Я гребаный шериф, если ты не заметил! Да я… — Тебя посадят, если вскроются твои темные дела, либо загрызут свои же, если попытаешься выкрутиться. Но если ты закроешь глаза на наше маленькое проникновение, я гарантирую, что ничего лишнего не утечет. А еще я готов заплатить тебе за помощь, несмотря на твой длинный язык. Впредь следи за ним. Шерифу было нечем возразить. Но оставаться в дураках не хотелось, поэтому он устало бросил, смотря в хищные зеленые глаза: — Так ты ведешь дела? Думаешь, что все на свете продается и покупается? — Именно так я и думаю. Оглянись: ты ведь уже купился.

***

— Мистер Холлоран — мое восхищение. Этот жирдяй долго ломался, угрожал нам своими дружками и все такое. Ловко Вы его прижали, не отвертеться, — Барри протирал стекла на очках на заднем сидении машины Дэва. Посадив очки на переносицу, он проморгался, и оперся на передние сидения, продолжая свою болтовню, от которой у всех присутствующих уже порядком болела голова. Он напросился ехать с ними, но Нейт уже что раз пожалел, что разрешил ему. — Вообще-то сначала я думал, что мы ищем Вашу сестру. Почему-то дядя сказал мне так, верно произошла какая-то ошибка. Тогда я сразу ознакомился с историей дела и историей Вашей семьи. Но нигде ничего не было про девушку! Тогда я подумал: хм, должно быть ввиду особенностей ее содержания в отделении для психических больных информация не распространялась. А обернулось все совсем по-другому. Нейт сидел за рулем, изредка бросая взгляд в зеркало заднего вида. Там маячило серое полотно дороги и вихрастая макушка Барри Бейла. Нейт все думал о разговоре с тем животным: они все же договорились. Теперь у них была свобода передвижений по Ульям, а еще ордер на обыск, который Буч разрешил использовать только в крайнем случае, когда они будут уверены, что омега именно в этом месте. Шериф обещал отдать приказ о патруле территории, и даже выделил какого-то «мудреного парня». На этом все. Он не дал гарантий, что местные власти (истинные власти этого места) позволят им шарить абсолютно везде, но пообещал постараться урегулировать этот вопрос. Все это влетело в большую копейку, даже по меркам Холлорана. Лайла обходится ему слишком дорого. Тешила мысль, что он заставит ее отработать каждую копейку, каждую минуту нестерпимой боли в шее и запястьях. Он пытался прислушаться к себе и почувствовать, откуда лучше начать. Почему-то в голову лезли разные мысли, беспорядочно сменяя друг друга. Он смотрел на дорогу и под монотонную болтовню координатора, которому, казалось, и не нужны собеседники, провалился в омут воспоминаний: Он думал, что выиграл эту жизнь. А все потому что теперь в его руках была собственная компания — точка роста, опора, плацдарм. Он никогда не рвался в высоту и не пытался прыгнуть выше головы отца, но его подарок, Нейта, честно сказать, иногда мотивировал к свершениям. Неприятность в виде связи с Лайлой сначала повергла его в шок, но он быстро с этим справился. С одной стороны это было не так плохо: они были давно знакомы, она жила на соседней улице, и ему не пришлось бы искать свою омегу по всей планете. Он думал, что ее проблемы с головой быстро пройдут, после того, как они окажутся вместе. Ведь Холлоран в отличие от некоторых посещал в школе уроки полового воспитания и знал, что под действием его запаха, ей будет тяжело оставаться собой. И глупые мысли выветрятся. То, что она была несимпатичной было досадно, но он знал, что уже скоро не будет так думать. Скоро природа возьмет свое и ее тело станет чем-то сокральным, необъяснимым и сказочным. Это было закономерностью, которую ощутили на себе уже тысячи пар. Его отец был старше матери на семь лет. Они не были знакомы и жили далеко друг от друга — Йоланда была родом из Швеции. Ее отец был бедным виолончелистом, играл в оркестре в единственном театре маленького городка. Преподавал музыку богатым детям, но этого не хватало, чтобы обеспечить собственных. Уолтер же тогда заключал сделку по поглощению многообещающего стартапа. Он тоже не начинал с нуля, но значительно приумножил успехи дедушки Холлорана. Об их деле заговорил весь мир. И маленькая шведка тоже не вписывалась в его планы, но случилось так, что он встретил ее на выставке, прилетев по рабочим вопросам. Уолтеру повезло больше, чем Нейту, ведь он не был знаком со своей избранницей, и боли в железах не беспокоили его так сильно. Лишь временами, напоминая о том, что она существует, и ждёт его. Йоланда была амбициозной и слишком волевой для омеги. Так она стала не только женой и матерью, но и держателем акций. Нейт ни за что бы не признался, но его всегда вдохновлял пример родителей. Он думал, что как отец встретит годам к 25 достойную девушку, с которой будет иметь истинную связь. Он не сомневался, что природа связала его с кем-то, он знал, что он особенный. В отрочестве его порядком заводила эта мысль, хотя он и не понимал, как можно всю жизнь желать одного человека. Это было так странно. Неужели случается так, что тебе не надоедает одно и то же тело? В чем смысл быть с человеком, которого ты читаешь как открытую книгу, знаешь от и до? В его глазах это было скучно. Но мать с отцом никогда не уставали друг от друга. Это было просто феноменально. И ему хотелось попробовать, хотя он и не признавался в этом — это не подобало мужчинам их круга. Когда ему позвонили и сообщили, что Лайла сбежала из больницы, он разбил телефон. Это было просто немыслимо. Нейт тогда был в университете, как обычно болтаясь там без дела. Он считал, что экономике его научит практика в своей собственной фирме, а не очкастый педик с кафедры. Эта болтовня и лекции были бессмысленны. Но уж точно не так он хотел провести этот день. После звонка мисс Бэри, заикающейся от слез, он запрыгнул в машину и понесся в больницу. Там творилась какая-то вакханалия: всюду бегала охрана, персонал, какие-то люди. У входа его встретил главный врач. Коротко описав ситуацию, он сообщил, что они предприняли: санитары и охрана осмотрели уже всю территорию больницы и искали следы беглянки в ближайших кварталах. Нейт сжал кулаки и тихо спросил сколько времени прошло с момента, как они подняли тревогу: — Я не могу точно сказать, когда все началось. Мы подумали, что нет смысла Вас беспокоить, что мисс просто вышла в сад без спроса, или, возможно зашла в палату к какой-нибудь знакомой… Мисс Бэри настаивала на том, что это просто недоразумение. — Хватит морочить мне голову, сколько времени вы уже ее ищете? — Если я не ошибаюсь, то уже второй час. Вам лучше поговорить с мисс Бэри. Разговор не дал ничего: сиделка заливалась слезами, просила прощения и из ее худых губ не могло вырваться ни слова по существу. Ее строгий, как у учительницы образ растаял, оставляя раздавленную женщину с растрепанной прической и ввалившимися глазами. Нейт расспросил миссис Хейл и когда узнал, что она не нашла в сумочке ключи от дома, то сразу все понял. Жаль, что мамаша Лайлы обладала одной единственной извилиной, и то она работала лишь над вопросом что надеть. Катарина не предприняла никаких шагов, только позвонила своему мужу, который в это время был занят и не ответил. Тогда она поехала опять в больницу и поддалась увещеваниям мисс Бэри, о том, что Лайла просто вышла в сад. Они проиграли драгоценное время. Ему хотелось рвать и метать. Потом какая-то санитарка заявила, что нашла в прачечной волосы. Картинка сложилось воедино. Когда Нейт вышел на крыльцо, нервно закуривая, он уже понимал, что влип. Сначала эта глупая попытка самоубийства, теперь это. Все свалилось как снежный ком. Среди разрозненной толпы, снующей по холлу, он разглядел глаза Дороти. Невидящим взглядом она сверлила табло для пациентов. Это было ей несвойственно: не было в этом взгляде ехидства, насмешливости или веселья, так характерные для этой девушки. Вся эта беготня развеселила бы ее, не будь она в этом замешана. И тем не менее на вопрос Нейта, знает или видела ли она хоть что-то, она ответила: — Нет, я ничего не знаю. — Не спи за рулем, придурок, — он почувствовал толчок в плечо. Дэв нахмурился, смотря на него выжидающе. Нейт тряхнул головой, почесав запястье. Боль отрезвляла, притягивала его к земле, — Очкастый ждет, пока ты ответишь. — Что? Барри прочистил горло и повторил вопрос: — Опишите пожалуйста девушку, которую мы ищем. Я искал не то, и не нашел никакой информации. — Я планирую взять записи с камер в метро. Уверен не на такси она сюда приехала. Увидите все сами. — Думаешь тут в метро есть камеры? — Дэв скептически приподнял бровь. — Не знаю, проверим. Но это было бы большой удачей. Узнаем во что была одета, во сколько приехала, и все такое. — Я взял на себя смелость отправить часть группы проверить отели и все гостевые дома, — вставил Барри. — Хорошо, — кивнул Холлоран. — Пусть кто-нибудь проверит кафе, если они здесь вообще есть. Скажи там своим, — вспомнил Дэв. — А Вы?.. — Дэвид Миллер. Я буду добрым копом, потому что роль злого уже занята Нейтом. Парень проигнорировал выпад, продумывая план действий. Проколоться было очень легко, особенно при условии, что у него не были никакого опыта поисков пропавших людей, он не знал работу полиции изнутри, и все еще плохо представлял себе общую картину ситуации. Дэв с Барри о чем то переговаривались, Миллер как всегда шутил и поясничал. Внезапно Нейт спросил вполне серьезно: — Кто поставил тебя координатором? Как ты вообще очутился в органах, парень? Тебе же лет пятнадцать. Барри поправил очки на переносице. Выглядело это слегка комично. Он пытался напустить на себя важный вид, но выглядел как ботаник в пубертате. — Мне девятнадцать лет! Просто я выправляю зрение и зубы, и пока это порядком портит мой имидж, — запротестовал новый знакомый. — Я учусь в полицейской академии, и ваше дело — моя первая серьезная практика. Буду откровенен: мой дядя поспособствовал назначению, хотя я бы и сам смог! Это все моя мама — вечно она сомневается, — раздраженно бросил Бейл. Нейт выделил из этого лишь часть информации. — Как департамент мог поставить во главе операции недоучку из академии? — Дядя устроил, — вздохнул Барри. — И кто твой дядя? — Судья Фитцлер. Нейт с Дэвом переглянулись. Дэв закашлялся. Получается, сейчас на заднем сидении у них сидит племянник главы федерального окружного суда. Нехило. После этого заявления никто не осмелился бы назвать его обидным прозвищем. Интересно, а Буч вообще знал с кем разговаривал? Но похоже Барри не любил распространяться об этом, и потому стыдливо опустил глаза и мигом сменил тему. — С чего начнём? Метро? — Думаю да.