lines on your body

— Ты чего стоишь? Проходи, — блондин выглядывает из-за угла. Тэхён снимает обувь, аккуратно ставит её рядом с чужой и, переминаясь с ноги на ногу, проходит вглубь. Квартира, в которой живёт Чимин, небольшая: кухня, ванная, спальня разделенная раздвижной перегородкой в японском стиле, и небольшая гостевая комната. И даже не смотря на размер, она невероятно уютная. Знаете, как когда вы заходите в чужой дом, чувствуется «чужой» запах, даже ощущения другие. Но в квартире Чимина пахнет уютом. — Можешь поставить сумку, — кивает на багаж, — её никто не украдет, — Тэхён что и может, так это кивать болванчиком. — Спасибо, — всё же подает голос Ким. — Ты можешь принять пока душ, а я тебе постелю. Тэхён еще пару раз благодарит, а после лезет в сумку, вытаскивая банные принадлежности и сменную одежду. Интересно, может ли он воспользоваться стиральной машинкой? Пока горячая вода смывает с тела всю накопившуюся за день грязь и усталость, Ким обдумывает, что же делать дальше. Нужно найти хоть какую-нибудь работу и, если повезёт, снять комнатку. На первый взнос, если еще немного подкопить, денег должно хватить, но беречь придётся каждую вону. Он смывает с себя пену, обтирает насухо полотенцем, задерживая взгляд на исполосованных участках кожи, и мягко проводит по ним пальцами. Многие из его шрамов уже старые, просто белые полосы, но есть и такие, которые еще не зажили до конца. Все они уродливо выделяются на его золотистой от природы коже. Он проводит указательным пальцем по своему последнему порезу: ему всего день, он сделан в его день рождения, и этот шрам будет последним в его жизни. В этом Тэхён уверен. Почистив зубы, Тэхён сгребает в охапку грязные вещи и идёт к Чимину. Тот уже разложил диван, положив пару подушек и одеяло. — Диван очень удобный, — Чимин сидит на краю. Видимо, ждал, пока Тэхён закончит. — Я сам часто засыпаю на нем. — Спасибо, — он коротко кланяется. — Ты живешь один? — Да, — кивает Чимин. — Квартира небольшая. Здесь раньше жил Джин-хён, он два года назад вышел замуж и переехал к мужу. — Мужу? — Да, они соулмейты, — Ким машинально потирает закрытое повязкой запястье, что не уходит от взгляда блондина. Когда на теле Тэхёна появился первый порез, ему было пятнадцать лет, тогда же и появилась повязка. Стыд перед тем, кого он еще даже не встретил. В те дни, когда количество рисунков росло, Тэхён со слезами на глазах просил прощения у того, чьё имя он носит на своем запястье. — Там, откуда я приехал, очень мало однополых соулмейтов. — Ты удивишься, когда увидишь, сколько их в Сеуле. Тэхён случайно бросает взгляд на запястье Чимина. Пусто. Чистые и без единого намёка на имя. Это могло означать то, что либо его соулмейт еще не родился, либо его уже нет. Расспрашивать Тэхён не стал, они еще даже не друзья, да и знакомыми их тоже сложно назвать (но Чимин утверждает обратное). — Уже поздно, давай спать, — Пак поднимается с дивана. — Не стесняйся пользоваться кухней, если что-то понадобится. — Хорошо, — блондин разворачивается к своей комнате. — Подожди, — окликает, когда тот уже у двери. — Зачем ты это делаешь? Чимин как-то по-доброму улыбается. — Однажды незнакомец сделал то же самое для меня, я просто хочу вернуть долг вселенной, — он больше ничего не говорит, так и оставив Тэхёна посреди комнаты. Спать на новом месте всегда непривычно, Ким долго ворочается с одного бока на другой, пытаясь отбросить все тревожные мысли и чувства. Он засыпает поздно ночью, впервые, не боясь закрывать глаза. — С днём рождения, — голос противно просачивается в уши, прибавляя к физической боли еще и эмоциональную. Тэхён вскакивает, оглядываясь по сторонам, стараясь привести дыхание в норму. Уснуть больше не получается.

***

Тэхён вздрагивает, когда слышит щелчок входной двери, а после и чьи-то тихие шаги. Страх медленно пробирает до костей, и Ким натягивает одеяло выше, пытаясь дышать как можно тише. Свет в прихожей включается и раздается звук лязганья ключей об столик. Незваный гость надолго не задерживается в коридоре, свет выключается, и некто проходит дальше, шурша пакетом в сторону кухни. Тэхён точно помнит, что Чимин живёт один, остаётся лишь надеяться, что этот кто-то не тот, кто первым приходит на ум. — У этого ребёнка скоро повесится мышь, — до него доносится ворчание незнакомого парня, и Тэхён облегченно выдыхает. Через несколько минут парень проходит в гостиную, щёлкая включателем. — Черт! Чуть сердце не остановилось! Ты меня напугал, — он прикладывает руку к правому боку. — Сердце с другой стороны, — первое, что вылетает у Тэхёна. Парень смотрит то на него, то на руку, а после смеется. — Ты застал меня врасплох, — говорит тот, успокоившись. — Я не хотел, простите. — Больше так не делай, ребёнок. Парень, который стоит перед ним, невероятно красив. В глаза первым делом бросаются его фиолетовые волосы, выкрашенные неравномерно, видимо, в столице такая мода. Он широкоплечий и у него пухлые губы, как два пельмешка, и в целом он сойдет за модель с обложки журнала. — Ты друг Чимина? Я Сокджин, можешь звать меня Джин хёном, — он облокачивается об косяк. — Я… — Привет, хён, — вспомнишь солнце, вот и лучик. — Уже познакомился с Тэхёном? — он ворошит рукой блондинистые волосы. Сокджин снова треплет того, возвращая былой беспорядок на голове, Чимин не возражает, улыбается сонно, совсем похож на щеночка. — Идём, я приготовлю завтрак, а то этот, — головой показывает на прошедшего мимо Чимина, — вообще без меня не может. Тэхёну становится не по себе от чрезмерного внимания в свою сторону за последние пару дней. Он быстро заправляет диван, складывает постельное и идёт в ванную умыться и почистить зубы. Из кухни доносятся приглушенные голоса и вкусный запах чего-то то ли тушеного, то ли жареного, живот явно не против этим полакомиться. Когда Тэхён входит на кухню, оба парня смотрят на него. — Я думаю, мне пора идти, — он смотрит на них и достает из кармана кошелёк. — Сколько я должен? Чимин с Сокджином переглядываются. — Ты куда-то спешишь? — Джин поднимается со стула. — Не совсем. — Чимин мне рассказал, — тот виновато опустил голову. — У тебя есть куда идти? — младший отрицательно качает головой. — Ну вот. Оставайся здесь, мы не против, — притихший Чимин согласно мычит. — У меня нет… — Нам не нужны деньги, ребёнок. Только когда Тэхён моргает, он понимает, что текут слёзы, а после — мягкое тепло чужих рук. В объятиях Сокджина тепло. Родители редко выражали свою любовь, предпочитая скудные слова действиям. Тэхён их никогда не винил, не хотел тратить время на пустые обиды. А здесь два незнакомых человека сделали то, что не смогли два родных: показать, что в мире ещё осталось добро.

***

— Хёну в кафе нужен бармен, — Чимин домывает последние тарелки. — Ты когда-нибудь работал в кафе? — Нет. — Тебя научат, если согласишься, — он вытирает руки кухонным полотенцем, — Придётся работать до ночи, но хён хорошо платит. Сокджин ушёл сразу после завтрака, объясняя тем, что муж дома ждет, но перед уходом обещал зайти позже. — Я быстро учусь. — Я сообщу ему, он будет рад, — счастливо улыбается тот. — Спасибо. — Моя смена начинается в пять, — Тэхён идет за ним следом. — Можешь начать с сегодняшнего дня, а можешь пока остаться дома. — Нет-нет, я пойду. Ким смотрит на свой багаж, обдумывая, какую одежду лучше надеть. — Ты не знаешь, где одежда, которую я вчера здесь оставил? — Чимин резко оборачивается. — Джин-хён закинул их в стирку. Тэхёну становится стыдно и неловко. — Не беспокойся, ты привыкнешь.