Глава 28. В бреду мгновенья
5 января 2024 г., 17:33
Не жду, чтоб мой земной удел Был чужд земного тленья; Года любви я б не хотел Забыть в бреду мгновенья. И плачу я не над судьбой Своей, с проклятьем схожей: Над тем, что ты грустишь со мной, Со мной, кто лишь прохожий. ©Эдгар По
***
1664 год
Сказочный мир
— Я, конечно, не великий стратег, но мне кажется, что твой план более чем провальный, — продекламировал Ахерон после того, как я рассказала ему свои мысли. Наверное, он был прав. Однако, что я ещё могла предпринять, находясь Аид знает где и не имея практически помощи. — Знаю. Но у тебя есть другие идеи? — резко ответила я, складывая руки на груди. Демон вздохнул: — Даже если и нет, красавица. Ты можешь себе представить всё, что ты наговорила? Сместить или вообще убить Главную Ведьму, прибегнув к помощи нашего презирающего ведьм короля и самого Аида! Ты в своём уме? На последний вопрос я ответить с точностью не могла. Уж точно мне пришлось утратить половину разумных мыслей за всё это время, но и не скажу, что с головой у меня всё так уж плохо. — Ну… у меня есть ещё ты… — Давай-ка вспомним, красавица, кто я. — Он принялся перечислять, загибая свои когтистые пальцы. — Демон самого низшего круга. Преступник Мертвого царства, которого нелегально выпустили из Вечной Пустоши. Считаюсь без вести пропавшим, и вряд ли меня примут теперь даже братья. Кроме того, я знатно наскучил своими выходками Главной Ведьме, и если уж говорить о существах, которых она хочет убить, то кроме тебя там буду ещё я. И чем, скажи пожалуйста, я могу тебе помочь? Я задумалась. Ахерон, конечно, так себе помощник со своей-то темной историей, но у нас с ним сделка, и я точно знаю, что хотя бы он меня не предаст. Также он единственный, кто разбирается даже в самых темных уголках Мёртвого царства. От Артура я могу получить только помощь в военном плане. Хотя, скорее всего, мои попытки идти против Агнессы выглядят со стороны довольно глупо: кто я такая, когда на её стороне столько силы и власти? Королева ведьм не только управляет всеми ведьмами, но и с недавних пор заправляет Мёртвым царством, оттесняя Аида. Я до сих пор не могу понять, как бог смерти это допустил. — Я придумаю, чем ты сможешь мне помочь, а пока... — Я щелкнула пальцем и демон, повинуясь, растворился в воздухе. Долго я с ним болтать не могла, ведь подвергать себя опасности снова, выставляя королю все свои тёмные стороны напоказ, не хотелось.***
Холода набирали обороты. И будь здесь моя мама, она удивилась бы, что я ещё не ворчу на погоду. И этим я отдаю себе должное. Наверное, также стоило бы поблагодарить Артура, который не только прихватил из города запасы еды, но и одежду для обоих, спрятав все это магией. В моменты, когда я понимала, что не голодаю и не умираю от холода мне даже думалось, что всё не так плохо! Ещё и король после проявления своей слабости в лабиринте довольно спокойно себя ведёт. Надеюсь, он хотя бы мысленно поблагодарил меня за то, что я привела его в чувства. Но мало того привела... я его ещё и обняла. Это был успокаивающий жест, не более. Ведь мы оба понимаем: он не сможет добраться до королевства без меня, а я — без него. Не то чтобы от меня было много пользы. И даже скорее напротив. Но в одиночку гораздо тяжелее переносится абсолютно всё. Можно было бы так и с ума сойти. И я даже отчасти рада, что хотя бы в такой ситуации ведьма и волшебник могли понять друг друга. Короля я нашла, как и ожидалось, возле большого дуба, где мы и ночевали. Я сказала ему, что ненадолго отлучусь, чтобы переодеться и заодно, конечно же, призвала Ахерона. Последний слишком много требует внимания. Скучно бывает даже демонам. Артур поднял на меня взгляд, когда я села рядом. И я не читала в нём прежней ненависти или лицемерия. Он будто изменился. Мне даже показалось, что король поник. Я долго думала и надеялась, что причина этому не была минутная слабость. Он был потерян, как и я тогда. Но лишь лёгкое понимание привело меня в чувства в тот момент. Так бы мы оба сгинули в тех местах. От горя, сожаления, не сбытых мечт. Я не могла представить, что такого видел Артур в своих иллюзиях. Но это сильно сбило его с пути. И теперь, когда я смотрю на него, мне приходиться отгонять мысль о том, что он меня стыдится. Просто, потому что я увидела то, что не должна была увидеть. Я даже не пыталась с ним говорить по этому поводу раньше. Знала ведь: не нужно. Его это ещё больше загонит в тупик. Я — ведьма для него, какое мне присуще сочувствие? Но Артур теперь думал по-иному. Его представление о ведьмах разрушилось, когда он встретил меня: слабую, боязливую и довольно инфантильную натуру. Но его необычное для моего понимания поведение меня обескураживало. Я не знала, куда себя деть. Поэтому с этим пора прекращать. Я вздохнула и обратилась к королю: — Позволишь задать вопрос? — Будто тебя мой запрет остановит. Верно подметил. — У тебя часто такие перепады настроения? Артур снова скосил на меня взгляд и в этот раз подозрительно. — К чему вопрос? — Мне интересно. Потому что сейчас ты выглядишь... грустным. Король на моё замечание лишь хмыкнул. — Даже моё настроение способно меняться. Ты видишь в этом что-то противоестественное? Я не знала, как деликатно подтолкнуть его к теме, поэтому слегка замялась. — Настроение редко меняется просто так. Значит, этому послужила причина. Артур повернулся на бок, устремив свой взор на меня. Целиком и полностью. Его серо-голубые глаза отражали интерес. — Неужели маленькая недоведьмочка хочет выведать, что же меня расстроило? Только зачем? — Мне действительно просто интересно. — Ты к каждому прохожему такой интерес проявляешь? — Он выгнул бровь, и уголки его губ поднялись. Я фыркнула: — Нет конечно! Но и ты уже не просто прохожий. Артур согласился: — Да, но я всего лишь король. Чем же затронуто твое внимание? Всего лишь король... Я даже не заметила, как далеко он начал уводить меня с основной темы. Не хотел отвечать. — Я заинтересована в личностях, чьи тайны мне неизвестны. Сойдёт за ответ? Артур задумался, как всегда, нагло обведя меня взглядом. — Думаешь, я так просто откроюсь тебе? Ты все ещё ведьма. Меня это слегка взбесило. Неужели всё, абсолютно всё можно списать на то, что я ведьма? — И что ты думаешь? Я узнаю что-то личное о тебе и побегу сразу же сдавать все Главной Ведьме? — Я не знаю, Лина. В том-то и дело. — Он покачал головой. Его доверие — слишком хрупкая вещь. Он может верить мне всего секунду, а потом начать подозревать во всех ужасных замыслах. Я могла бы применить Контроль. Но с меня хватит этой магии. Я знаю и всегда знала, что поступаю неправильно. Но таков был мой выбор тогда, не сейчас. И если я хочу, чтобы Артур верил мне, я должна для начала сама открыться ему. Настолько, насколько могу. Я втянула побольше воздуха и заговорила: — Я знаю, что мне нет особого повода доверять. Но я хочу, чтобы ты это сделал. Иначе как мы сможем идти против королевы ведьм, Артур? — Ты хочешь, чтобы я вступил с тобой в небольшой союз. Однако я даже не знаю, что тобой движет. Только месть за то, что ведьмы ненавидят тебя? Мне кажется это недостаточным аргументом для таких решений. Даже хорошо, что он сам поднял эту тему. — Ты прав. Мне и вправду лучше всё рассказать. Распространяться подобными темами было слишком личным, но я понимала, что готова обнажить душу, если это приведёт к желанному результату. Точнее, часть души. — Ты ведь знаешь, что ведьмы почитают Равновесие. Это нерушимое правило. Ведьмы не задумываясь убивают того, кто хоть на долю перетянул этот баланс. Артур меня внимательно слушал, пока, наверное, не понимая к чему я веду. — Главная Ведьма единственная, кто чувствует Равновесие. Оттого её слово — для ведьм закон. — Я на секунду замолчала, чтобы понять: стоит ли рассказывать много? Или, может, ему хватит лишь фактов. Но всё же решилась. — Ведьмы действительно тёмные создания. Они есть зло, которое всегда может поддержать нужный баланс. Но чтобы ведьма родилась темной, Главная Ведьма придумала отличную вещь: соитие с тёмными — свитой Аида. Это образовало некую сделку. Но так заведено, что любая ведьма, придя в Мёртвое царство для зачатия ребёнка, должна быть чиста. В ином случае она навсегда будет отвергнута свитой темных. Король подтолкнул в нужное русло за меня: — Но твоя мать связалась с волшебником прежде, чем пойти в Мёртвое царство? Я кивнула. — Я не знаю, кто мой отец, но он точно волшебник. И позже моя мать не захотела убивать своё дитя, а решила родить, моля, наверное, всем богам, чтобы я родилась не полукровкой. В счастливом случае я могла родиться обычной ведьмой, если бы переняла тьму матери, или волшебницей, как мой отец. Но судьба посчитала нужным сделать именно так, как есть. И теперь Равновесие пошатнулось: я являюсь нечто средним между добром и злом, а такого быть не должно. По традиции, чтобы восстановить баланс, должна быть убита рождённая полукровка. В крайнем случае — её мать. — И твоя мать выбрала смерть дитя? И я не знала, что ответить. Моя мама никогда не собиралась меня убивать, потому что любила. Я долго пыталась смириться с тем, что единственный мне родной человек умрёт из-за меня же. А сейчас творилось нечто странное. Ведьмы начали охоту на меня, а это означало, что мама передумала насчёт своей смерти. Это я и попыталась передать Артуру. И он понимающе кивнул. — Позволь теперь предположить: ты хочешь, чтобы выжила не только ты, но и твоя мать. Поэтому хочешь пойти против своей королевы. — Да. Агнесса творит никому непонятные вещи. Такое ощущение, что своими действиями она сама перевешивает баланс, а затем убивает посторонних, чтобы его восстановить. И на моей жизни примеров было очень много. Я не раз видела её жестокость и отчаяние жертвы. Меня пугала такая магия. — Я не надеюсь на то, что получится её убить. В конце концов, это может также сломать Равновесие. Но заставить её отступить — вполне возможно. — Но она не отступит, пока не восстановит Равновесие, Лина. — Неужели я единственная, кто его нарушает? — заключила я, добитая всем, что рассказала. Возможно, я глупа и безрассудна, но я тоже хочу жить. Также, как и моя мать. И также, как все другие жертвы темной магии. Если бы было меньше зла со стороны ведьм, было бы меньше и жертв светлой стороны мира. Я на это надеялась. Артур покачал головой: — Это всё равно очень рискованно... — Но заметив мой умоляющий взгляд, король всё-таки сдался: — Но я подумаю. Я кивнула. Оставалось надеяться, что он согласится. Но пока ему необязательно знать, кого ещё я собиралась привести к делу. — Расскажешь теперь о своей ненависти к ведьмам? Кажется, она выходит за пределы обычного долга перед народом. — Так и есть, — сказал он, задумавшись. — Хоть ты и знаешь, что уже на протяжении тысячи лет мой род уничтожает ведьм и пытается добраться до Главной Ведьмы. Это некий долг, месть за смерть самого первого короля в нашей династии. Но для меня это не единственная цель. Артур замолчал, наверное, размышляя, стоит ли мне рассказывать дальше. Он оглядел меня с ног до головы. Я не видела, но буквально чувствовала его борьбу с самим собой. Если долг рода — не самая главная причина охоты на ведьм, то... Возможно, там что-то действительно стоящее. Король в который раз за день сдался передо мной. — С детства я не чувствовал такой ненависти к ведьмам. Оно и понятно: я вас никогда не видел. Мне много рассказывали о том, что вы можете и какую угрозы несёте волшебникам. Для меня это было очень долгое время как страшная сказка. Где-то, но не рядом со мной. — Всё дело в той войне, где ты потерял родителей? — Это сыграло некую... роль, поскольку я стал править всего в шесть лет, но до этого для меня ударом стала смерть моей сестры. За год до войны. — Неужели её тоже убили ведьмы? — нахмурилась я. — Все увечья на её теле указывали на это. — Но я слышала... — Мало ли, что ты слышала, — прервал он грубо. — А я видел. Я замолчала. Действительно. Это не моя сестра и не мне указывать, что правда, а что ложь. Зато теперь было понятно, отчего он ненавидел мне подобных. Как я слышала, принцесса София, его сестра, была единственным человеком в семье, который относился к нему с теплом и любовью. Прям как... моя мама ко мне. Только мою мать ещё можно спасти, а сестра Артура мертва уже сотню лет. Насколько я помню, её смерть случилась в ночь, когда ей исполнилось восемнадцать лет. Именно в этом возрасте происходит первая коронация наследника. Значит, кто-то не дал ей стать даже кандидатом на престол. — Мне жаль, — только и могла сказать я. Всё-таки то, что я отношусь к ведьмам не делает меня виноватой. Во время дворцовых смертей я сама была ещё ребёнком. Я отвернулась от короля. Наконец первый этап доверия был пройден. Это на руку. Если Артур начал рассказывать о своих мыслях и терзаниях, то его легче будет расположить к себе, если этого до сих пор ещё не случилось. Вдруг я почувствовала на себе мужской взгляд. Но не повернулась. Возможно, он думает, что зря открылся и теперь хорошо было бы меня убить, чтобы не болтала о слабых местах короля. Хотя в это неохотно верилось. Теперь я не боялась Артура, как раньше. Наверное, стоило бы, но я не могла. Всё-таки я повернула голову к нему, и наши взгляды встретились. Мне невольно пришла в голову мысль, что я не только не боюсь короля, но ещё и восхищаюсь им. Как бы странно это не звучало для ведьмы, но мне безумно нравилось смотреть на него, пока он не видит или спит. Нравилось говорить с ним по делу и без. И даже его минутный интерес к моей персоне заставлял моё сердце где-то очень и очень глубоко трепетать. Ерунда какая-то. Здравый разум твердил, что во всём виноват Контроль. Наверняка стоило сначала прочитать побочные эффекты от заклинания. Я тихо вздохнула, борясь с желанием не отворачивать взгляд от Артура. Но и он продолжал на меня смотреть. Интересно, насколько много в его жизни было девушек? А был ли он влюблён или любит кого-то сейчас? Рой подобных мыслей обрушился на мою голову. И остановить этот поток было сложно... Да и нужно ли? Аидовы души, но король был действительно красив. Хотя какая девушка, будь она ведьмой или просто волшебницей, не поведется на правителя такой старой и знаменитой династии? Конечно же, все короли и королевы хотели видеть своих детей красивыми, и поэтому подбирали партнёра по стандартам красоты и чистоты крови. Будь они трижды прокляты. Эта из неоткуда взявшаяся симпатия меня до добра не доведёт. Хотя бы потому, что нам с ним ничего не светит. А если он узнает о моей темной магии против него... Боюсь представить, что будет тогда. Между нами нет места никаким чувствам. Тем более я его не знаю так хорошо для того, чтобы влюбляться. — Наверное, спрашивать, о чём ты думаешь будет не очень хорошей идеей? — хмыкнул Артура, поясняя: — Ты вся красная. Мне показалось, что я вспыхнула ещё больше. — Ни о чём таком я не думаю, Ваше Величество, — бросила я сквозь зубы. Хотя это была ложь чистой воды! Тем более с каждой секундой со мной становилось что-то не то. Я как будто полностью теряла весь здравый ум. Я и подумать не могла о том, что способна думать о нечто подобном. Тем более о Артуре. В мои мысли совсем непрошенно лезли образы и думы о том, каким он мог быть без одежды и что он может делать с девушками. Мне было стыдно. Ужасно стыдно. И я подскочила. Боги богов, что за черт... И тут все резко сошло на нет. Больше не было потока пошлых мыслей и воображений. Я, тяжело дыша, повернулась к королю. Наверное, красней меня, может быть, только редкий алый дракон в зимних долинах. Артур отчего-то выглядел очень весёлым. Пусть на лице я видела только искреннюю улыбку, но глаза выдавали его внутренний смех. И тут до меня дошло. — Ты... ты. — Я подошла к нему очень близко и села на ноги прямо возле него. Мне плевать, что лежачих не бьют, так что лучше ему побыстрее встать. — Что ты со мной сделал? Краска с меня не сходила, но к смущению добавилось и возмущение. — Допустим, я владею очень... специфической магией. Пусть катится к Аиду и ко всем чертям. — И ты продемонстрировал это на мне? — Я уже теряю дар речи. — Слегка. — Боюсь представить, что тогда в его понимании "не слегка". — Это были небольшие фрагменты моих воспоминаний, подпитанные в большинстве твоими мыслями и интересом ко мне. Замечательно. — А как ты понял, что я думаю... о тебе? — У меня достаточно опыта... общения с девушками, чтобы распознать их мысли. Особенно, когда они не умеют их скрывать. Я фыркнула. Я думала, короли более благородные, а не пользуются слабостью девушек. Теперь уж я заметила, что сижу довольно близко к Артуру. Он не переставал улыбаться. Его взгляд то и дело скользил по мне с нескрываемым интересом. Неожиданно король спросил, явно указывая на внешность: — Все ведьмы такие? — Красивые? — выгнула бровь я. Артур неопределенно пожал плечами. Я хмыкнула: — Ты с ними часто видишься. Не замечаешь, когда пытаешься убить? — Тогда они мне кажутся опасными и вредоносными, но никак не красивыми. — Как говорят, всё красивое и яркое в природе — опасное и ядовитое, нельзя трогать руками. — Нельзя? Артур усмехнулся, снова закручивая мои волосы на пальцы. — Нельзя... Такое мне говорят не часто. Интересно, когда я научусь возражать вот таким самовольным прикосновениям. — Привыкай, — только и могла ответить я. — Не всё можно заполучить только потому, что ты правитель целого королевства. — Скажи это моему отцу, который не знавал пределов в своих желаниях. — Наверное, мне очень повезло, что я не видела твоего отца, — сказала я слегка виновато. — Возможно. Его рука скользнула на мою скулу, очерчивая линию лица, а затем Артур взял меня за подбородок. — Но как видишь, — самодовольно сказал он, — я особо тебя ни к чему не принуждаю. Ты сама позволяешь. Я зарделась. Это была правда, которую признать становилось всё сложнее. — Давай мы упустим этот момент. Король усмехнулся и коснулся края моей губы. Я вздрогнула. Неожиданно Артур придвинул меня ближе к себе, как будто хотел... поцеловать. Но также резко отпустил и поднялся со своего места, а я неуклюже опустилась на траву и облокотилась о дерево. Король стал уходить в спонтанное направление, а меня снова и снова преследовала мысль: что это было и зачем.
