earth angel

      Томми недовольно простонал и потянулся рукой к телефону, который чересчур громко вибрировал на прикроватной тумбочке. Он, вроде, не заводил будильник вчера. Саймонс был слишком разбит, а его голова гудела от слёз, да и сегодня, вообще-то, был выходной.       Еле открыв глаза, он взглянул на экран телефона.       Было всего девять утра, а ему звонила мама Тоби. Это было явно не к добру, а поэтому Томми резко сел на кровати. Сон будто бы рукой сняло, а самого Саймонса кипятком ошпарило.       — Да, миссис Смит? — Томми взял трубку. Свободной рукой он потёр глаза, чтобы окончательно проснуться.       — Здравствуй, Томми, — раздался обеспокоенный женский голос по ту сторону провода. Она явно не хотела тратить время на приветствия, но была чересчур вежливой. — Тобиас, случайно, не у тебя?       — Нет, — протянул Саймонс, и сам уже начал переживать. Это всё дурно пахло. — А Вы Джареду не звонили?       — Этот баклан сказал, что Тоби вчера вечером пошёл от него домой, — былое представление о тактичности миссис Смит улетучилось, когда Томми услышал оскорбление. — Я уже позвонила Уильяму. Но он вообще сказал, что занят весь день и не сможет мне помочь, — женщина чуть не плакала. Необязательно ей знать, что у самого Голда сейчас было совместное время с собственным сыном.       — Мы с Марком его поищем, — вызвался Томми. Он бы сам не стал сидеть на месте, а поэтому бегать и искать Туббо по всему городу было куда лучшей альтернативой тому, чтобы просто ждать и пытаться до него дозвониться из дома. — Дайте знать, если он объявится сам, хорошо?       — Да, хорошо! Спасибо, Томми, — миссис Смит тяжело выдохнула, по видимому, чтобы не заплакать, и всхлипнула. — Будь тоже на связи, ладно?       — Обязательно, — Саймонс даже кивнул для пущей убедительности, пусть его никто и не видел. — Мы его найдём, не волнуйтесь.       Быстро попрощавшись, Томми практически соскочил с кровати и начал одеваться.       Брайтон был тихим городом, в котором преступности будто бы не существовало. Она была настолько мизерной, что чуть не отсутствовала подчистую, и Томми даже предположить не мог, что с Тоби произошло нечто ужасное и кровожадное. Это было чем-то невозможным, а Смит скорее всего решил, что погулять по дождливому ночному Брайтону с разряженным телефоном будет отличной идеей. Все по-разному справлялись с гиперопекой, если она окружала со всех сторон.       Город был небольшим, и найти Тоби вряд ли будет большой проблемой. Тем более с высоты птичьего полёта, что мог обеспечить Марк.       Томми старался убедить себя, что вообще всё будет гораздо проще. Смит вернётся домой сам, просто нагулявшись и успокоившись. Иначе реагировал бы Джаред так спокойно? Да он вперёд всех полетел бы его искать.

tommyinnit: бу      

tommyinnit: бу      

tommyinnit: бу      

      ranboomc: что такое?

tommyinnit: отлично, ты не спишь       tommyinnit: тоби пропал       tommyinnit: и я сказал миссис Смит, что мы идём его искать       tommyinnit: и теперь мы идём его искать      

      ranboomc: дай мне пять минут       ranboomc: прочёсывай пока свой район       ranboomc: я сразу вылечу в своём       ranboomc: если не найдём, то уже договоримся, что делать дальше

tommyinnit: хорошо      

      ranboomc: и, Томми       ranboomc: не переживай       ranboomc: сейчас будет куда правильнее просто искать

tommyinnit: я понимаю       tommyinnit: спасибо, бу      

      ranboomc: вряд ли есть, за что       ranboomc: если что, звони       прочитано, 9.12       Несколько раз, ещё будучи при лаборатории, Ранбу занимался поиском пропавших в окрестностях Лондона.       Одна из его местных учительниц была волонтёром в поисковых группах, и как-то упомянула, что им бы понадобился кто-то крылатый. Ааракокры шли в такие организации куда менее охотно, чем люди, а поэтому в их лице был чуть ли не дефицит. Поэтому помощь Марка была вполне востребованной — всё же, с воздуха искать было проще.       Конечно, он собирался куда дольше, чем пять минут: одежду было надевать сложнее, чем людям, а ещё и Софи надо было усадить в клетку. Марк сделал это всё наспех — даже вместо тёмных очков для полётов нацепил на себя прозрачные нулёвки, которые купил только потому что они блестели. С другой стороны, искать так будет даже удобнее.       Томми выбежал из дома, озираясь по сторонам и сжимая в руках телефон. Из-за нарастающего волнения он не мог даже решить, в какую сторону ему идти — а о каком-то конкретном месте и речи не шло. Поэтому, наплевав на всё, Саймонс просто пошёл, куда глаза глядели.       Ранбу старался высмотреть с воздуха что угодно, что помогло бы ему найти Смита. В лесах поиск проходил сравнительно проще — благодаря человеческой одежде, которая явно выбивалась из вечнозелёного однообразного ландшафта. В городе же, Марк такой лёгкостью похвастаться не мог, а потому приходилось вглядываться и сиюминутно воспитывать в себе недюжинное внимание к мельчайшим деталям.       Убедив себя в том, что миссис Смит не позвонит ему в ближайшие несколько минут, Томми пересилил себя и всё-таки убрал телефон в широкий карман худи. Хотелось, конечно, позвонить Джареду, а ещё лучше надрать ему зад за то, что он пустил Тоби домой одного и не проводил его, но Саймонс до этого не опустится. Пусть они вдвоём сами между собой разбираются. Уже, конечно, после того, как Марк с Томми найдут Туббо.       Довольно сложно было находить хоть какие-то зацепки и подсказки, когда его чуть ли не сбивали с пути летящие мимо, куда-то спешащие, ааракокры. Марк всё понимал, что многим надо было на работу или по делам, но это не отменяло раздражение и злость из-за сложившейся ситуации.       Саймонс оборачивался на каждого человека, который хотя бы слегка был похож на Смита. У кого-то была подобная куртка, у кого-то причёска, или даже походка. Всё-таки, Томми знал его до мелочей, а поэтому слишком многое бросалось в глаза.       Искать пропавших незнакомцев в лесах — одно, а вот своего друга в городе, полном существ — совсем другое. Когда Марк осознал, что искал не абы кого, а именно Туббо, его еле удержали крылья. Он никогда не ругался матом, но в данный момент очень сильно хотелось ругнуться. А ещё пришла мысль, что Саймонс наверняка на себе волосы рвал, если даже у Ранбу сердце норовило из груди вырваться.       Даже несмотря на то, что Смит был старше, для Томми он был кем-то маленьким, кого надо защищать и оберегать. За ним нужен был глаз да глаз, как за шкодливым ребёнком. И, даже несмотря на то, что Саймонс где-то глубоко внутри понимал, что Смиту такое отношение надоело и никогда не нравилось, с этих пор только сильнее будет контролировать Тоби. Это было категорически неправильно.       Просто он не знал, что будет, если он потеряет своего лучшего друга.       Для Марка не было долгим делом облететь весь свой район. Особенно, учитывая тот факт, что он был не таким уж большим. Но Ранбу всё равно, скрепя сердце, пошёл на второй круг, хотя хотелось продолжить поиски в другом месте. Но надо действовать согласно логике, а не тому, что диктовала душа, которая сейчас разорвётся.       Успокаивала только мысль, что в Лондоне было бы куда хуже.       Слишком много потрясений для Томми за последние двадцать четыре часа. И, если с тем, что рассказал Уилбур, Саймонс уже медленно, но верно смирялся, то с инцидентом с Туббо он просто так не смирится.       Эти поиски выматывали обоих.       Физически — у Томми с утра и непривычки уже начинали болеть ноги от бега, а Марк слишком давно не задействовал крылья так надолго. Морально — потому что Туббо и спустя час поисков не брал трубку и не находился.       Было странное ощущение, что от их действий ничего не зависело. Что Смит объявится сам, смущённо извинится, а затем все дружно сделают вид, будто это была штатная ситуация, и всё в порядке. Это одновременно и радовало, и удручало. С одной стороны — тогда они зря волновались. С другой же — они зря стирали ноги и крылья, рыская по всему городу. Так или иначе, это было куда лучше, чем бездействовать и сидеть, сложа руки, по домам.       Слишком противоречивые чувства, из-за которых Томми и Ранбу по-отдельности и вместе просто места себе не находили. Невыносимо и ужасно.       Саймонс уже на своих двоих добежал до улицы одного из соседних районов, а Марк долетел до неё же. Завидев Томми с высоты своего полёта, Ранбу сразу же спикировал вниз, приземляясь в паре метров от друга и выпрямляясь. Как только Томми понял, что рядом с ним именно Марк, он сразу сократил расстояние между ними до шага, и уложил ладони ему на запястья. Он с ума сходил.       — Бу, ты его ещё не нашёл? — почти что в отчаянии спросил Саймонс.       — Нет, — коротко ответил Ранбу. Он оглядывался по сторонам, обняв Томми крылом в успокаивающем жесте. Услышав рваный вздох, Марк покачал головой. — Пока ещё нет, Томми. Скоро найдём, — Ранбу поддался неожиданному порыву своей тактильности и погладил Саймонса по голове. — Где его последний раз видели?       — Он от Джареда домой пошёл, — протянул Томми, соображая, где же проходил его маршрут. Их дома находились не так уж далеко друг от друга, и путь там был довольно однозначным. — Пойдём по той же дороге? С воздуха посмотришь?       — Боюсь, на ещё один полёт меня не хватит, — Ранбу неловко потёр шею. Его крылья в самом деле устали, не хотелось бы свалиться навзничь прямо с неба. — Пешком тоже нормально, не переживай, — Ранбу пошёл в сторону дома Туббо, за плечо ведя с собой Саймонса.       Томми положил ладонь на руку Марка, чтобы чувствовать себя спокойнее.       Возможно, дело было в том, что оба жутко волновались, но они не находили этот жест странным от слова совсем. Обыкновенная дружеская поддержка для душевного равновесия; да и кто вообще сказал, что друзья не могут держаться за руки? Тем более, в такой животрепещущий момент.       Не доходя до нужной улицы всего несколько жалких домов, Ранбу остановился. Он навострил уши и нахмурился, пытаясь разобрать, что только что услышал.       Ему послышался какой-то невнятный сдавленный скулёж, совсем неподалёку. Эти звуки были определённо человеческими; ааракокрам был присущ некий щебет под голосом. Тут же звучало так, будто человек сорвал голос и теперь мог, разве что, выть и поскуливать. Слух аар куда острее, чем у людей, а поэтому Саймонс по инерции прошёл ещё несколько шагов, не понимая, почему Марк остановился. Он внимательно смотрел на Ранбу, в сложившейся ситуации полностью доверяя ему.       Из задействованных троих лиц, если считать миссис Смит, Марк — единственный, кто оставался спокоен.       Когда они переписывались, Саймонс был уверен в том, что встретит по итогу такого же нервного и тревожного Ранбу, как он сам. К счастью, Марк сохранял рассудок хотя бы внешне, а о глубинных волнениях Саймонсу в этот момент было крайне тяжело думать. Поэтому Ранбу для него виделся эталоном спокойствия и рассудительности во всей своей ангельской красе. С ним рядом было куда лучше, чем топтать ноги в одиночестве. Вдвоём хотя бы точно не проморгают и, судя по всему, не прослушают.       Марк погладил Томми по плечу, молчаливо прося его остаться здесь, а сам свернул в тёмный переулок между двух зданий. Даже в прохладное бестуманное утро сюда едва проникал свет, но разобрать какие-то очертания вполне можно было.       Ранбу не знал, на что именно он надеялся — обнаружить здесь Смита или же, наоборот, этого не сделать.       — Тут есть кто-нибудь? — вполголоса спросил Марк. Он вынужденно держал крылья на весу, потому что тут всё ещё было мокро и зябко после ночного дождя.       Ответом ему послужил сдавленный рваный выдох. Ранбу слегка испуганно сделал шаг назад, но вовремя одумался. Даже если это не Туббо — это кто-то, кому нужна помощь. Будет ли он хорошим существом, если развернётся и уйдёт? Очень вряд ли.       Достав из кармашка сумки телефон, парой нажатий Марк включил фонарик. Он медленно убрал от него руку, проливая свет постепенно, а не сразу, чтобы не ослепить человека в темноте с непривычки.       Ранбу ахнул, рефлекторно прикрыв рот свободной ладонью, несмотря на маску, а его глаза испуганно расширились.       — Тоби! — отмер он и подлетел к Смиту, оглядывая его. Выглядел тот, мягко говоря, неважно; состояние его было отнюдь не утешающим.       Марк погладил бледного Тоби по плечу, замечая, что его лицо заплакано, а сам он корчился от боли. Синие губы неимоверно сильно дрожали, брови были сведены к переносице, а глаза еле-еле приоткрылись только для того, чтобы осознать, кто его отыскал. Ещё и весь насквозь промок и замёрз.       — Томми, сюда! — позвал Ранбу, затем быстро тихо извиняясь несколько раз. Туббо, похоже, и такую смену громкости не переносил. Когда стремительные шумные шаги остановились совсем рядом, Марк успокаивающе погладил Смита по мокрым волосам. — Посвети. Не видно ничего.       Вполголоса прохрипев «ага, сейчас», Саймонс дрожащими руками достал телефон и включил фонарик.       Томми чудом удержался на ногах, а Марку посчастливилось и без того стоять на коленях сбоку от Туббо.       У Смита из икры, чуть ниже колена, пройдя сквозь плотную джинсовую ткань и впившись глубоко под кожу, торчал внушительный, довольно большой осколок зелёного стекла. Джинса пропиталась кровью насквозь, и подтёки крови были даже заметно ниже, едва не доходя до лодыжки. Ступня дёргалась в судорогах из-за боли и того, что мышцы свело. У самого Тоби руки тянулись к ране, но ради здравого смысла они сами собой одёргивались обратно. Пальцы дрожали, так и не дотрагиваясь до торчащего осколка.       Ранбу осторожно отодвинул руки Тоби от него самого и погладил тыльную сторону его ладоней большими пальцами.       Смит ещё выглядел так, будто гарантированно точно простудился, или ещё чего похуже. Всё же, он всю ночь провёл под дождём, холодными каплями с ветром — немудрено, что ему отвратительно плохо, и он чуть ли не задыхался на каждом тяжёлом выдохе, делая после этого сразу несколько вдохов.       — Я вызову скорую, побудь здесь, — Марк поднялся на ноги и ушёл из переулка, чтобы хотя бы знать, на какой адрес вызывать врачей. Вроде, неотложка была не так уж далеко отсюда.       Хотя, к счастью для них — в Брайтоне и так всё довольно близко.       — Нет, не уходи далеко, — взмолился Саймонс, успев ухватить Марка за самый низ крыла. Ранбу, сделав шаг назад, остановился вполоборота к Томми. — Пожалуйста.       Поняв, что голос Саймонса дрожал, Марк развернулся к нему уже полностью. Он смотрел на Томми сверху-вниз: тот сидел на земле рядом с Туббо, который вряд ли что-то слышал и соображал. Саймонс, похож, боялся остаться с ним наедине и натворить глупостей.       Да, их часто избивали в школе.       Но до лихорадочного дыхания и, чёрт его дери, колотых кровоточащих ран не доходило. Синяки, ссадины, да царапины от ногтей и лап ааракокр — никаких больше трагедий. Просто всего лишь маленькие ранки, которые залечивали добрые заботливые руки школьной медсестры. Только и всего.       А теперь Тоби сидел здесь, до нитки промокший и озябший, истекающий кровью и слезами. Томми было страшно даже смотреть на Смита, а оставаться с ним вдвоём — страх во плоти. Тем более без спокойного и рассудительного Марка рядом, который, в случае чего, всё уладит.       — Так, Томми, — вздохнул Ранбу и погладил его по светлой кудрявой голове. — Тогда ты иди звони. Я побуду с Тоби.       Саймонс сразу же кивнул и поднялся на ноги, выбегая на просторную улицу. Он вдохнул полной грудью и дрожащими руками набрал номер скорой. Томми запинался, пока говорил, но, к счастью, ему хватило сил и нервов назвать всю нужную информацию. Спокойный голос оператора его подуспокоил, но недостаточно сильно.       Тем более, ему надо было сделать ещё один звонок.       Или же…       — Бу, — протянул Саймонс настолько жалобно, что у Марка сердце в груди сжалось. — Можешь позвонить миссис Смит?       Ранбу за это время уже успел снять с Тоби насквозь промокшую куртку, и начать мягко тереть ему плечи, чтобы согреть. Смит льнул к его тёплым рукам в бессознательном состоянии, но из-за таких резких движений даже постепенно приходил в себя. Он пару раз уже умудрился полностью открыть глаза, пусть и закрывал их обратно. Тем не менее, это уже успех. Значит, Туббо вполне можно было привести в хоть сколько-то внятное состояние своими силами.       Другой вопрос — нужно ли это делать. На данный момент он не чувствовал всю боль целиком и не паниковал. Лучше оставить это дело скорой и профессионалам, у которых хотя бы есть обезболивающее. Первую помощь они оказали тем, что вызвали врачей, которые вот-вот приедут. Было бы куда хуже, реши они, что прекрасно знают, что делать. И, как это обычно бывает, сделали бы только хуже.       — Да, конечно, — вздохнул Марк. Он старался не смотреть на открытую рану, из которой торчало стекло: было ощущение, что его стошнит. — Держи Тоби за руки, он ими пытается осколок достать.       Томми послушно сел рядом и взял Смита за обе ладони. Саймонс шумно выдохнул и прикрыл глаза, когда почувствовал, что его обняли крылом. И как только Ранбу умудрялся следить за состоянием их обоих? Откуда в нём столько душевных сил вообще?       Марк укрыл бы и Тоби крылом, да только тот так сильно облокотился о стену, что это сделать толком не выйдет.       — Здравствуйте, миссис Смит, это Марк, — с тяжёлым сердцем сказал Ранбу. Из всех родителей друзей у него был только номер миссис Смит; Саймонс скинул его ещё после их совместного похода в кино. Для безопасности и сохранности. — Мы нашли Тоби. Не переживайте, с ним ничего чересчур серьёзного не случилось, мы уже вызвали скорую, — услышав на той стороне провода быстрые шаги и какое-то не совсем внятное переживающее лепетание. — Мы поедем вместе с ним и будем Вам звонить, не волнуйтесь. Скорее всего, мы поедем в Ройал Сассекс Каунти, — уведомил Марк и, к своему счастью, услышал несколько согласных, пусть и нервных слов от миссис Смит.       На фоне прозвучал глухой подавленный голос Лани, но Марк не мог его разобрать. И связь была не такой хорошей, и у Ранбу кровь в ушах стучала.       — Звоните в любое время. Мы Тоби не оставим.       Услышав слова благодарности и короткие гудки, Марк тяжело вздохнул и закрыл глаза одной рукой, наплевав на очки. Быть спокойным и рассудительным с каждым собственным словом становилось всё тяжелее. Интересная реакция на подобный стресс; Ранбу ожидал от себя чего угодно, но не такой организованности и собранности, которые на самом деле двигали дело вперёд.       Совсем напротив — он ожидал всего этого от Саймонса.       А тот сидел и трясся. Держал Тоби за руки, чтобы он себе не навредил, а сам даже не смотрел в его сторону. Саймонс смотрел на Ранбу и шумно нервно дышал. Очевидно, не паническая атака, но близко к этому. И здесь предстояло просто ждать, что Марка невыносимо раздражало: только по приезду в больницу всё станет куда проще.       Врачи им всё доступным языком объяснят, Смита заберут в неотложку и, главное, ему обязательно помогут.       — Сейчас за ним приедут, Томми, — покачал голову Ранбу и сложил руки на груди, озвучивая свои мысли. — Он будет в порядке.       Саймонс по инерции несколько раз кивнул и опустил голову. Он сверлил взглядом их сцепленные с Туббо руки. Они оба заметно дрожали — Смит от боли, а Томми от страха. Саймонс чувствовал себя отвратительно и неправильно из-за этих эмоций и ощущений. Плохо было Смиту, а Марку по итогу приходилось успокаивать не его, а Томми. Глупо и омерзительно.       Ранбу вздрогнул, почувствовав, как об его крыло потёрлись щекой.       Марк хотел убрать крыло, подумав, что Саймонс попытался так отмахнуться, но вовремя остановился. К счастью, успел полностью понять, что он сейчас нужен Томми. Второй день подряд этого бедолагу преследовали не самые приятные вести и потрясения, и единственной, хоть какой-то мнимой стабильностью в его эмоциональных качелях. И у Марка не было большого выбора: оставаться с Саймонсом или нет — конечно же, он пробудет рядом столько, сколько нужно.       Да и даже если бы выбор был, Ранбу всё равно не пренебрёг бы Томми.       И то, что у Марка больше не было друзей, а в одиночество возвращаться не хотелось, было даже не главным фактором. Просто Саймонс был на самом деле хорошим человеком, пусть и со своими странностями. Чересчур привязан к друзьям, даже слишком заботится о них и даже изредка ссорится с ними на этой почве. Но Ранбу даже с натяжкой мог назвать всё это недостатками — если бы Томми надевал на него шапку и поправлял её каждый раз, натягивая ниже от каждого сдавленного болезненного чиха, то Марк фыркал бы только в качестве шутки.       Родители о нём заботились неохотно, по первому же его порыву отправив в лондонскую лабораторию. К учёным он никак не прикипал, ведь они были по уши в работе и исследованиях. А друзей он до Томми не находил. Так что забота, которую до этого Ранбу только отдавал, но не получал, ценилась на его личном рынке особенно высоко. И было честно с его стороны отплачивать тем, что он будет с Томми в тяжёлые моменты.       — Выйдешь встретить скорую? Или мне пойти? — мягко поинтересовался Марк, понимая, что без этого их здесь элементарно не найдут. Кому-то надо быть настороже, чтобы Туббо оказали своевременную помощь.       — Я пойду, — нехотя ответил Саймонс, а по его спине пробежала дрожь.       Его мучало ещё и какое-то невнятное чувство вины.       Томми всегда старался, причем довольно успешно, быть для Смита единственно верным защитником и сильным плечом, на которое в любой момент можно опереться. А когда пришла настоящая опасность и ужас, Саймонс при любой возможности порывался оставить Тоби с Ранбу. Да, он продолжал быть полезным в другом отношении, но Марк здесь и в одного точно справился бы. Саймонса слишком тяготило то, что не он здесь герой, пусть и звучало это дико эгоистично.       С другой стороны, быть героем частенько опасно.       «Хочешь быть героем, Томми? Тогда умри, как герой».       По позвоночнику Саймонса пробежали мурашки. Когда он вышел из переулка, он получше укутался в свою куртку с коротким рукавом. Саймонс глядел по сторонам в ожидании машины скорой помощи. Она должна была прибыть с минуты на минуту, и этот факт заставлял сердце Томми биться в нормальном адекватном темпе.       Туббо сейчас под присмотром Марка, а далее будет под чутким и нужным наблюдением врачей. Всё с ним будет хорошо. А потом они дружно посмеются над тем, что случилось.       Саймонс пару раз моргнул, спотыкаясь о собственные раздумья. Он до этого не задумывался о таком фундаментальном вопросе, потому что было явно некогда. А что, собственно говоря, вообще случилось?       Вряд ли Смит добровольно пошёл бы на улицу в самый разгар того, как ливень шёл непроходимой стеной. Тем более, по возвращению домой он всегда звонил Джареду — Томми знал это, потому что Туббо отзванивался даже когда был не один. А в этот раз, очевидно, без звонка, Джаред оставался удивительно спокойным. Что-то здесь явно было нечисто.       Если Смит не захочет об этом говорить, то Саймонс автоматически решит, что всё до скрипящих зубов плохо. И тогда уже в колледже насильно, прижав Джареда за грудки, будет спрашивать уже с него. Потому что, если именно из-за него Смит сейчас сляжет с какой-нибудь долгосрочной болячкой, то Томми за себя не ручался. Может, прямо сейчас он не так смел и отважен, но вот в мыслях и фантазиях Саймонс был готов на многое и даже больше. Оставалось надеяться, что этот порыв не выветрится из его головы вплоть до встречи с Джаредом, который будет уж точно не сегодня и не завтра. И Тоби может за это время не оправиться, да и вряд ли он подловит Джареда в колледже во время выходных.       Даже в понедельник у них был день научной работы. Лишний день для прогулов, но не более того.       Когда к соседнему дому подъехала скорая, Саймонс наконец-то протяжно выдохнул. Прямо сейчас Туббо помогут.       Быстро проводив врачей до Смита, Томми остался мирно стоять в сторонке и наблюдать. По просьбе фельдшера, он, вместе с Ранбу, подсвечивал им фонариками и послушно отвечал на вопросы.       Уже через несколько минут Туббо транспортировали в карету скорой. Это, конечно, было тяжело, но Томми напросился поехать с ними в одной машине, а Ранбу пришлось лететь своим ходом. Всё же, человеческая скорая, тем более уже забитая людьми, не подходила ему просто по габаритам. Хорошо, что крылья уже успели отдохнуть за это время, либо же Марк просто перестал обращать внимание на усталость. Да уж, было совсем не до того.       Жаль, конечно, что он не мог быть рядом с Саймонсом и наблюдать за ним. Но, стоило признать — в обществе врачей и без Ранбу всё будет в порядке.

***

      Томми гладил Смита по волосам, пока тот устало лежал на нём на диване в собственном доме.       С Туббо правда не было ничего серьёзного — даже простуда была довольно лёгкой. Какой бы страшной не казалась та рана на ноге, она лечилась временем, перевязками с мазью, и бережным отношением. Ещё нельзя тяжести таскать, но Смит и до этого ничем таким не занимался. Поэтому всё было в порядке.       Тем более, постельный режим и больничный ему был только на руку. Никакого колледжа — а значит, никакого Джареда.       Когда они только шли втроём домой; а точнее, когда Ранбу с Томми тащили на себе Туббо; он им рассказал, что случилось. Начиная с отвратительных и мерзких откровений Джареда, и заканчивая прогулкой под дождём, подскальзыванием и падением ногой аккурат на осколки разбитой бутылки. И, если на последнее друзья Тоби сочувствующе охали и ахали, то на первое…       Говоря проще, никто до этого не знал, что Ранбу умел злиться. Даже не злиться, а быть едва ли не в ярости — даже несмотря на то, что Марк поумерил свой пыл после того, как понял, что на него направлено два удивлённых молчаливых взгляда. Конечно, Смит был не против, что на Джареда так зло и бурно отреагировали, но он ожидал этого от Томми, а не от Марка.       Это было уже вчера, и Туббо предпочитал об этом не думать. Просто отдохнуть недельку с пустой головой, а всё, что он думал насчёт Джареда, высказать тому в лицо при встрече в колледже. Это возымеет куда лучший терапевтический эффект, чем загоняться во время болезни.       Саймонс же просто был рад, что, не считая простуды и травмы, Смит в порядке. Теперь он дома, в кругу заботливой семьи и друзей.       Вообще, Томми сюда пришёл, потому что его вновь попросила мать Тоби. Ей нужно было отлучиться из дома на пару часов, а сына, который с трудом ходил, одного оставлять не хотела. Впрочем, Саймонс и без этой причины наверняка пришёл бы. Хотя бы просто проведать Смита, за которым будто бы нужен глаз да глаз.       Конечно, последнее утверждение было неправильным. Тоби — взрослый самостоятельный мальчик, только внешне похожий на ребёнка. Просто эта внешность бессовестно обманывала его близких.       — И всё же, Джаред ублюдок, — сказал Саймонс, продолжая гладить Туббо по голове в успокаивающем жесте. По телевизору, который они, вроде как, смотрели, шла пресная глупая мелодрама.       — Ой, да заткнись.       — Пошёл он?       — Да. Пошёл он.       Оба тихо посмеялись, а затем Туббо вздохнул. Он шмыгнул носом, сдерживая чих. Теперь Смит вынужден был терпеть всё это то ли из-за своей глупости, то ли из-за Джареда.       Тоби надул щёчки и потёрся виском о грудь Саймонса. Так было хорошо и спокойно лежать. С пустой головой и мирным размеренным дыханием Томми у самого уха. Давненько они не лежали так вдвоём, когда Тоби даже не переписывался и не болтал по телефону со своим «ненаглядным». Да и, должно быть, такого безобразия вообще точно не будет. Не в ближайшее время уж точно.       Смит поднял глаза, украдкой наблюдая за Саймонсом.       Томми гладил его по голове, изредка пропуская тёмные пряди волос между пальцами. Он почти что сосредоточенно смотрел телевизор, но, скорее всего, просто был погружён в свои раздумья. Брови полурасслабленно сведены к переносице, а волосы растрёпаны из-за того, что Саймонс так и не научился за девятнадцать лет чесать кудри. После совместных ночёвок этим, впрочем, занимался Тоби. Но, стоило признать, причёсанный Саймонс выглядел неправильно. Ему шёл хаос на голове.       Смиту они рассказали всё так, будто именно Саймонс его нашёл и всё помог сделать, а Марк был рядом в качестве моральной поддержки. Точнее, так всё подал именно Ранбу. Должно быть, понимал, как это важно для Томми — он вообще читал Саймонса довольно просто. И Томми, конечно, от такого было неуютно, но в то же время он был благодарен Марку за это.       Саймонс этот миф развенчивать не решился. Вместо этого он решил, что на днях сходит в ювелирный и купит Ранбу какую-нибудь безделушку. Такой подарок — любому приятно, даже если от птичьих собратьев Марка тому не передалась любовь к блестящему и красивому. В любом случае, какой-нибудь небольшой кулон сойдёт за эквивалент благодарности. Особенно учитывая, что Томми пару раз видел на его руках браслеты и кольца, а значит, украшениями он не брезговал.       Пока Саймонс раздумывал, как бы отблагодарить Марка за выгораживание его тревожной и трусливой стороны, Тоби продолжал довольно настойчиво его разглядывать.       Томми был слишком сосредоточен на своём плане на ближайшие пару дней, чтобы это замечать. А Смит только рад.       У Туббо в голове было достаточно мало мыслей. Всё-таки, благодаря защитной реакции его организма, его разум не переполнялся, а он сам мог сосредоточиться на главном. На том, что, кажется, он совсем сходил с ума, раз уж хотя бы на секунду задумался об отношениях с таким человеком, как Томас Саймонс.       Впрочем, его решение о романе с ааракокрой по имени Джаред, было ошибочным. Просто у Саймонса, плюсом к тому, что они были лучшими друзьями, ещё и была метка. И Смит прекрасно знал, что Томми искал свою родственную душу и, если она хотя бы замаячит на горизонте, то готов был ради неё на амбразуру броситься. Даже обидно.       Хотя, в больном простудившемся мозгу периодически возникали совсем уж безумные мысли.       Чем чёрт не шутит? Томми неизвестно когда отыщет своего соулмейта, если вообще найдёт его. А Туббо конкретно сейчас трудно и одиноко. Чем не компромиссное решение? Просто к объятьям добавятся ещё поцелуи и секс по дружбе. Так ли это плохо?       Смит уже даже приподнялся на руках, чтобы подтянуться вверх и оставить поцелуй где-нибудь в уголке губ Томми, но затормозил.       — Мальчики, я дома, — протянула миссис Смит из прихожей, а затем послышался хлопок двери.       Туббо неловко поджал губы и сел на диване, освобождая Томми из-под себя. Тот, выпрямившись, улыбнулся Смиту и покачал головой: мол, жаль, что их отдых прервали. Тоби улыбнулся ему в ответ, затем совсем рассмеявшись собственным мыслям. Хорошо, наверное, что его секундный порыв не увенчался успехом.       Должно быть, простывший мозг просто хотел отомстить Джареду.       Найти себе тепло и пристанище после неожиданного разрыва, которого Смит вообще категорически не хотел. Туббо на самом деле абсолютно не был готов к этому разрыву. Рисовал им с Джаредом милое восхитительное будущее, совместную жизнь где-нибудь в небольшой квартирке на окраине Брайтона, и несколько кошек. Смит бы со своим дурацким уровнем образования сидел бы на домашнем хозяйстве, а его очаровательный крылатый муж работал бы архитектором, и отстраивал их чудный город. Замечтался, наверное.       Даже не предполагал, что это будущее нужно было только ему. Не Джареду.       Саймонс просто оказался рядом в этот момент. Попал под горячую руку, если выражаться совсем грубо. Этот, даже самый короткий поцелуй, или обыкновенное произнесённое вслух предложение, построил бы между ними колоссальную стену непонимания. Эта неловкость очень долго преследовала бы их и, безусловно, через пару месяцев они бы над этим посмеялись, но до этого был бы кромешный ужас. Это какая-то граница, которую переступать было нельзя.       Томми верил в любовь. В единение родственных душ.       И будет ли Туббо хорошим другом, если украдёт его первые разы ради своего эгоизма и физического влечения? Не будет.       Они с Уилбуром были убеждены, что Саймонс скоро отыщет своего соулмейта. Простое предчувствие, непоколебимое даже тем, что иногда Смит неорганизованно и лукаво думал о том, что Томми никогда не отыщет родственную душу. Эту мысль ему подкидывала исключительно зависть. Ему-то судьба никого не подобрала.       — Ты не против, если я пойду домой? — заботливо поинтересовался Саймонс, перед этим поздоровавшись с миссис Смит, которая прошла мимо на кухню. — Я так устал за эти три дня. Хочу просто лечь и лежать. Дома.       — Да, конечно, — у Тоби правда не было никакого повода задерживать Томми рядом с собой. У Саймонса было тяжёлое время.       Смиту уже досконально рассказали о том, что было с Уилбуром, и почему тот не помогал его искать. Вряд ли ребёнку, которого отправили к отцу на два дня, понравилось бы такое приключение — если путь был весёлым, но результат поисков точно оставил бы ему травму.       Только через пару минут Томми вышел на улицу.       Ему стоило больших сил отказаться от предложения миссис Смит остаться ещё ненадолго, потому что она собиралась готовить яблочный пирог. Но, к своему стыду, Саймонсу хотелось домой куда сильнее, пусть и есть он там будет не пироги, а разогретые полуфабрикаты. Взрослая самостоятельная жизнь без родителей. Даже тошно.       Просто зайти в свою уютную крошечную съёмную квартирку, сбросить с себя кроссовки и куртку и упасть лицом в подушку. Ну, и, если хватит сил, то включить себе на фон хотя бы «Офис», который он смотрел уже миллионы раз. На остаток сегодняшнего выходного хотя бы — во вторник точно в колледж пойдёт. Надо же каким-то образом сохранить свою стипендию, в самом деле.       Когда Саймонс понял, что на пешеходном переходе ему ждать зелёный свет неимоверно долго, потому что красный загорелся, стоило ему только подойти к дороге, он цокнул языком и закатил глаза. Даже такая мелочь уже раздражала. Она была сущим ничтожеством по сравнению со всем тем, что произошло до этого, но раздражение и желание разреветься накапливалось даже из-за таких пустяков.       Чтобы зря не стоять, Томми достал из кармана телефон. Хотя бы сообщения проверит — выключал уведомления, чтобы не тревожить Смита.       Десять минут назад ему писал Ранбу. Он, вроде, собирался сегодняшний день провести дома. Просто поговорить захотел? Ох, лишь бы так.       ranboomc: Томми

tommyinnit: да?      

tommyinnit: прости, не сразу увидел      

      ranboomc: ничего страшного       ranboomc: ты дома?

tommyinnit: буду там ровно через 5 минут       tommyinnit: что-то случилось?      

      ranboomc: ну       ranboomc: можно и так сказать       ranboomc: я приду?

tommyinnit: да, бу, конечно       tommyinnit: жду       прочитано, 16.54      

      Томми поднял голову и, поняв, что уже горел зелёный свет, быстро перебежал дорогу, лавируя между туристами.

***

      Когда Саймонсу в дверь постучали, он подскочил, как ошпаренный.       Он просто сидел в прихожей на краю полки для обуви и нервно крутил телефон в руках. Ждал либо сообщения от Ранбу, либо того, что он уже придёт. Томми уже не знал, что ожидать от этих выходных, и просто надеялся, что Марк расхотел сидеть дома. Напросился в гости к Саймонсу, вот и всё.       Томми моментально пропустил Марка в квартиру, обеспокоенно его оглядывая.       Ну что ж за череда разочарований?       — Откуда кровь? — Саймонс запер дверь и бережно убрал руку Ранбу от его же лица. Бровь рассечена, а под глазом расцвёл тёмно-красный неаккуратный синяк. Остальное было скрыто маской. — Что случилось? — ещё и футболка в некоторых местах пропиталась кровью безобразными пятнами.       — Я хотел справедливость восстановить, — как-то стыдливо и смущённо сказал Марк. Он ойкнул и закрыл один глаз, потому что к нему неспешно потекла кровь из рассечённой брови. — Поможешь обработать? Там правда ничего страшного, — Томми повёл Ранбу под руку вглубь квартиры, вопросительно, но молча глядя на него. — Я бы сам дома обработал, — расценив этот взгляд, как упрёк, пытался выгородить себя Марк. — Просто Софи крови боится.       — Софи? — переспросил Томми и усадил Ранбу на диванчик. Оставалось надеяться, что тот голову не отбил. В процессе надо разузнать, что вообще стряслось.       — Моя домашняя мышка, — пояснил Марк и разрешил самому себе расслабить крылья. Специально держал их приподнятыми всё время; должно быть, чтобы казаться больше и внушительнее.       Саймонс понятливо покачал головой. Это сейчас не так уж и важно, но почему-то было приятно знать, что Ранбу не скрывал от него никакие отношения: было бы странно только через неделю того, как они целые дни проводили вместе, узнать о том, что у Марка есть девушка. Не как в ситуации с Уилбуром, который скрывал это пару лет, но тем не менее.       — Снимай футболку, я сразу застираю, — предложил Томми. Сам он отошёл на пару шагов, чтобы достать из шкафа аптечку. Было бы логичнее держать её в ванной комнате, но шкафчик за зеркалом не так давно заклинило, а Саймонсу было лень с этим разбираться.       Вроде, у него должен был быть стандартный набор ходячей катастрофы: перекись водорода, ватные диски и пластыри. Ничего из ряда вон выходящего — да и сильно экстраординарных препаратов в этой ситуации не требовалось. Здесь небольшие ранки и царапины, с которыми Томми уже привык иметь дело. Просто обработать их, заклеить пластырями, а попутно выслушать, что вообще случилось.       Эта ситуация для него была куда привычнее и лучше, чем вчерашний инцидент с Туббо. Саймонс именно через это уже много раз проходил, а потому готов был размеренно и методично помогать, а не трястись и не иметь возможности и слова связать. Аккуратно касаться смоченной ваткой открытых небольших ран и на болезненное шипение мягко дуть на места, где щипало. Простая формула.       Вот вроде младшим во всей их компании был Томми, но только он всегда этим занимался.       Ранбу в самом деле снял с себя футболку, еле расстегнув пуговицу между крыльев, и, сложив её так, чтобы вся кровь была исключительно внутри, протянул Саймонсу. И так свалился, как снег на голову, ещё и Томми сам по доброте душевной предложил застирать запачканную вещь. Просто у Марка другого выбора не было, и от того стыдно.       Вариантов в целом было не так уж много. Либо идти домой, где Софи, почуяв кровь, испуганно забьётся в угол, и её оттуда потом не вытащишь. Либо к Туббо, который и сам был не в самом лучшем неходячем состоянии. Либо к Уилбуру, который ещё несколько скоротечных часов проведёт со своим ребёнком, и без того видя его редко. Либо как раз к Томми.       И Саймонс, судя по всему, был даже не против. По крайней мере, не прогонял.       Когда Томми вернулся из ванной, замочив футболку в растворе из жидкого порошка, он затормозил в дверном проёме. Он тяжело вздохнул, рассматривая Ранбу. Марк сидел на диване с ровной спиной и опущенной головой, а под верхней частью лица он держал раскрытую ладонь, чтобы кровь не капала на джинсы или пол. Крылья были тоскливо опущены, а у самого Марка ещё и все плечи были в широких царапинах и крови. Это было делом поправимым, но Ранбу всё равно сейчас выглядел, словно печальный падший ангел.       Радовало, что с крыльями у этого чудного создания было всё в порядке. Томми даже думать не хотел о том, как сложно в повседневной жизни ухаживать за перьями, а тем более от чего-то их отмывать или вовсе их выдёргивать, если они повредятся. Так что надо было быстрее отмыть и обработать плечи Марка — прежде, чем кровоподтёки доберутся до оснований крыльев и до перьев между ними.       — Так, — протянул Саймонс, собираясь с мыслями. — Сначала обработаем твою бровь, затем плечи, ага? — скорее сам для себя говорил Томми, чтобы скоординироваться. Из морозильной камеры он достал пакет со льдом и подошёл к Марку.       Одной рукой он приложил лёд к скуле Ранбу, где красовался синяк, а второй своевольно потянулся к маске, чтобы её спустить.       Саймонс старался быть внимательным к деталям, но не всегда получалось. И, несмотря на то, что это было не такой уж обычной приметой, его мозг предпочитал не обращать внимания на то, что Марк ни разу при них не снимал маску. Это просто было таким привычным, что Томми даже не думалось о том, что её нельзя было снять.       Но, когда взгляд Ранбу резко сменился на пугливый и умоляющий, а запястье Саймонса резко перехватила его рука, тот кое-что понял.       Марк никогда не снимал маску. И они никогда об этом не говорили, даже вскользь.       В Ранбу было достаточно других странностей, чтобы не обращать внимания на то, что он скрывал лицо. Взять ту же расу — Томми до него вообще ни разу не видел полу-ааракокр. Разный цвет перьев тоже бросался в глаза куда больше, высокий рост переманивал внимание на себя, и человеческий вид несмотря на оперение, — абсолютно всё привлекало внимание Саймонса больше, чем эта треклятая маска.       Когда Томми осознал, в каком положении они находились, он одёрнулся, будто его только что ударили. На запястье даже виднелась слегка побелевшая кожа из-за того, как Марк сильно его сжал, но она быстро приняла нормальный вид — всё же, сжатие было не таким долгим, чтобы остались синяки. Да и Ранбу, честно говоря, был не таким силачом.       Саймонс неловко стушевался, предпочитая начать рыться в аптечке в поисках нужных вещей.       Ему не было известно, что Марк скрывал под этим чёрно-белым куском ткани. И, раз уж Ранбу не был готов к тому, чтобы ему это показать — Томми не имел никакого права заставлять его это делать. Даже жгучего интереса, как такового, не возникло.       Только желание стать ближе.       — Ладно, — неловко поджал губы Саймонс. Он смочил ватку перекисью и подошёл обратно к Ранбу, тормозя между его раздвинутых коленей для удобства. — Расскажи лучше, что случилось.       У Томми на душе остался неприятный осадок от этой неловкой ситуации, но исключительно на себя самого. Наверняка Ранбу носил маску не просто так. И, раз он ни разу её не снимал — причина явно не из простых. И Саймонсу хотелось однажды стать достойным того, чтобы Марк ему раскрыл этот секрет.       А пока — надо делать маленькие шажочки к этому.       — Я… — Ранбу вздохнул и опустил взгляд, чтобы не видеть реакцию Томми на то, что он сейчас скажет. — Я подрался с Джаредом.       — Ты сделал что?! — Саймонс едва ли не подавился воздухом, и даже слегка надавил на открытую рану, из-за чего Марк болезненно зашипел. Томми охнул и быстро убрал руку, наклоняясь к Ранбу и дуя на царапину. — Извини, извини. Я просто не ожидал.       — Ничего, — вздохнул Марк. Он понимал, что реакция на эту новость спокойной не будет.       Наверное, надеялся, что сам не получит по лицу и сможет свой поступок просто скрыть. Хотел выйти сухим из воды, а по итогу сидел у Томми в квартире и подставлял лицо под его заботливые руки. И даже не знал, какой из этих двух исходов ему улыбался больше.       Кто же знал, что Джаред хорошо дерётся?       Особенно в сравнении с Марком, который никогда этого не делал. Не был буйным подростком, это как-то прошло мимо него. В лаборатории не перед кем было бунтовать.       — Мне обидно за Тоби, — пытался то ли оправдаться, то ли утвердиться Ранбу, немного потирая ушибленное место льдом, который уже начал таять.       — И поэтому ты решил кулаками помахать? — осуждающе, но довольно мягко спросил Саймонс. — Чтобы перья поразлетались? Адреналина не хватает?       — Прости, — рефлекторно, реагируя исключительно на такую интонацию, отозвался Ранбу. — Я вообще поговорить шёл, а в процессе как-то…       — Не сложилось, — договорил Томми через несколько секунд молчания, когда Марк не смог подобрать слова. — Да ладно. Будь я смелее, я бы тоже ему пошёл клюв чистить, — Саймонс посмеялся и осторожно приклеил пластырь Ранбу на бровь, затем бережно приглаживая его пальцами. — Так что ты молодец.       Марк угукнул и, судя по краям его глаз, улыбнулся. Саймонс мысленно расслабленно выдохнул, внешне стараясь совершенно не подавать вида.       Томми вообще часто не знал, как реагировать на Ранбу. Было в Марке что-то такое необъяснимое, из-за чего он довольно часто ловил себя на том, что не думал ни о ком другом. В голове один только Ранбу, и это было как-то неправильно.       Саймонс искал себе в пару всегда только девушек. Он не был предвзят к парням, он даже не будет ни капельки против, если его родственной душой окажется именно мужчина. Просто симпатия всегда больше проявлялась к женскому полу, а привлекательных парней Саймонс находил редко. А если и находил, то становился им младшим братом или лучшим другом. И для всего этого у Томми была чёткая причина.       Он ждал своего соулмейта.       Ему было совестно влюбляться в кого-то, или даже думать об этом. Одновременно с тем, как он внутренне предавал свою истинную любовь, он и своего временного партнёра обрекал бы на то, что рано или поздно они точно расстанутся. После встречи с родственной душой нельзя было влюбляться ни в кого больше. И эта мысль тормозила Томми.       Любование Марком и какой-то трепет, связанный с ним, Саймонс оправдывал тем, что это были исключительно дружеские чувства. Тем более, они знакомы чуть больше недели, и Томми не собирался признавать, что влюбился так просто и быстро.       Саймонс убеждал себя в том, что обязательно обдумает всё это на досуге. Или, по крайней мере, напьётся с Голдом, предварительно выключив телефон.       — Поворачивайся, — попросил Томми, чтобы обработать плечи Марка. Так будет удобнее.       Саймонс пока решил взять ватные диски побольше, потому что и раны на плечах были куда внушительнее. Их вообще было бы неплохо забинтовать, иначе можно потратить целую пачку пластырей. Но, к сожалению, из-за наличия крыльев бинты отметались.       Когда Томми обернулся обратно, он позволил себе не сдержать милую улыбку.       Его квартира и мебель были слишком маленькими для крылатых существ. А потому Ранбу, чтобы ничего не уронить и не задеть, одно крыло закинул на спинку дивана, а другое изящно вытянул, опустив по полу. Небольшая часть чёрного крыла даже была вынуждена лежать на полу под кофейным столиком у дивана. Марку было заметно неудобно, но он, судя по всему, даже не думал жаловаться.       Саймонс сел на диван за спиной Марка и слегка надавил на здоровые части его плеч, чтобы он ссутулился и было удобнее. Ранбу послушно выполнил то, что от него хотели, и тяжело вздохнул.       Томми уже занёс руку, чтобы начать вытирать кровь, которая уже подбиралась к основаниям крыльев, но его взгляд неаккуратно скользнул вниз. К тому месту, где должен был быть стык чёрных и белых перьев, но вместо этого там была небольшая татуировка.       Маленький ромбик, напоминающим в общем рисунке голову, и два треугольника, выглядящие, будто крылья.       Саймонс знал этот символ до малейших изгибов. Видел его на протяжении всей жизни в отражении в зеркале.       Томми резко поднял глаза, рассматривая сгорбленные плечи и, чуть дрожащую от вздохов, голову Ранбу. Тот факт, что его соулмейт — парень, не так важно. Что они друзья — даже хорошо.       Но то, что его родственная душа — полу-ааракокра… пугал. Отталкивал и заставлял бояться. Межвидовых соулмейтов не существовало, не было в природе. А Марк был смешением двух рас сразу. Значит, с такими связями у вселенной всё в порядке? Саймонс ничего не понимал.       Он рвано, как можно тише выдохнул, и принялся обрабатывать плечи Марка, чтобы не вызывать подозрений.       Ранбу необязательно знать о том, что Саймонс обнаружил. Томми пока что определённо нужно было всё это обдумать и прийти к своему собственному решению. Саймонс думал, что когда они с его родственной душой отыщут друг друга, это будет взрыв эмоций, настоящий фейерверк, моментальная безусловная любовь, даже не зная имён.       Да, и сейчас ситуация была вполне себе романтичной, даже несмотря на всю её бытовуху и глупость. Томми с этой своей мыслью даже не спорил. Зато он был справедливо согласен с ещё одной — даже если Саймонс всё обдумает и решит быть вместе с Ранбу, то выберет более подходящий момент. Когда у них двоих всё будет в порядке. Делиться проблемами в переписках, как привык Томми — одно, а переживать их бок о бок — совсем другое. К тому времени стоило хотя бы собственные мозги привести в порядок. И тогда уже можно будет думать над какими-либо отношениями.       Томми покачал головой и просто продолжил обрабатывать раны, изредка сквозь пелену мыслей вспоминая о том, что нужно быть осторожнее. Болезненное шипение вряд ли было хорошим признаком, верно?       — Будем хоть Туббо рассказывать, что ты его бывшего побил? — нервно посмеялся Томми, стараясь отвлечься. Краем глаза он всё равно посматривал на метку, не в силах хоть каким-то образом отвести взгляд.       — Громко сказано, — с улыбкой в голосе ответил Марк. Он прикрывал глаза, чтобы отвлечься от неприятной режущей боли в плечах. — Мне больше досталось, — Ранбу неловко почесал затылок. — Я ему только крыло умудрился расцарапать и несколько перьев выдернуть. Даже как трофей их не унёс.       — Зато ты попытался отстоять честь Тоби, — решил приободрить его Саймонс, в целом теперь стараясь находить в поступках Марка только хорошее. Какая-то моментальная защитная реакция, которую Томми мало контролировал.       Ранбу глухо угукнул.       Царапин оказалось не так много, просто они были глубокими. Поэтому Саймонс вполне себе спокойно заклеил целое плечо несколькими пластырями, затем приглаживая их кончиками пальцев.       Марк выглядел на самом деле печальным, даже после их разговора. Томми не знал, о чём тот думал, но утешить Ранбу так или иначе хотелось. То ли драка с Джаредом его так опечалила, то ли тот факт, что этот самый ааракокра сделал с Туббо, то ли то, что Саймонс чуть не снял с него маску — не так важен повод, как то, что Марк находился не в лучшем расположении духа.       Томми, убедившись, что со второго плеча уже не текла кровь, осторожно улёгся подбородком на уже залеченное плечо Ранбу, и стукнулся о его висок своим, будто бодаясь.       — Ну, ты чего? — немного нагло, но от этого не менее заботливо спросил Саймонс. Обыкновенный вопрос, не требующий внятного и продолжительного ответа, а просто показывающий, что он рядом и готов выслушать. Даже если Марк просто примет это к сведению и промолчит; делом Томми было предложить. — Сильно болит?       — Ага, — всё же неохотно ответил Ранбу и краем глаза посмотрел на Саймонса. Ему на самом деле было довольно больно всё это время. — Я ведь не дрался никогда, — поделился Марк. — В интернате при лаборатории сильно не забалуешь.       — При лаборатории? — эхом переспросил Томми, на что Ранбу кивнул.       В целом, тот факт, что полу-ааракокры довольно частенько содержались при каких-либо научных заведениях, был общеизвестным. Поэтому Томми не особо удивился тому, что и Марк был одним из таких существ.       Это довольно неплохо объясняло, почему Ранбу такой воспитанный и молчаливый. Одной загадкой меньше.       Правда, не очень радостно звучало то, что его родственная душа всю жизнь прожила в лаборатории и не имела социума среди сверстников. По крайней мере, сейчас у Марка были друзья, и уже это вполне радовало Саймонса. Даже если они не будут вместе — он будет рядом с Ранбу. Потому что именно так было правильно.       — То есть ты никогда не был вольной птичкой? — Томми посмеялся, но ответного смешка не уловил.       Ранбу неловко отвёл взгляд и покачал головой. Его мало тяготило его прошлое, связанное с лабораторией, но… Возможно, всё было бы куда лучше, если бы он учился в нормальной обычной школе. Он этого уже никогда и ни при каких обстоятельствах не узнает, а поэтому почти и не жалел о своём выборе.       Томми, недолго думая, тяжело вздохнул и мягко обвил руками талию Марка, укладываясь щекой на его плечо.       Его соулмейт сидел рядом, такой грустный и весь исцарапанный. Ну разве это правильно? Саймонсу хотелось исправить это настроение хотя бы своим присутствием рядом. Пусть пока о родстве их душ знал только он, а для Марка это пока оставалось секретом.       Ранбу наклонил голову, укладываясь виском на Томми, и слегка улыбнулся под маской. Было ощущение, что с Саймонсом он никогда и ни за что не пропадёт. И откуда только это чувство бралось?

***

      «У него очень заботливые руки. Он милый».       Ранбу, подавив смущённый румянец на щеках, убрал маленькую записку в копилку.