Me, You and Ray.

Вот и наступил день Х. В самолёте я сидел с пожилым мужчиной лет пятидесяти. Он рассказывал мне о своей жене и о разных жизненных трудностях. Разговор длился три часа, но, поверьте, они пролетели незаметно. Правда, фраза, которую произнёс этот дедуля всё никак не хотела вылезать из моей головы. Она звучала так: «Есть люди, которые уютные, как дом. Обнимаешь их и понимаешь: я дома». Конечно, они были не его авторства. Это из книги «Если бы ты знал» Эльчина Сафарли, как он уточнил позже. Я понял, что хочу найти в ком-нибудь свой дом, или наоборот стать тем самым домом для кого-то. Сонливость взяла своё, прерывая мои размышления на эту тему. А всё потому, что времени на сон у меня почти никогда не было, поэтому я и решил оторваться в самолёте, уснув на целых девять часов. Правда, периодически всё равно приходилось просыпаться из-за различных шумов, которые создавали другие пассажиры.

***

Путь до деревни из города был не близок, поэтому я вызвал такси, чтобы доехать в комфорте. И знаете, я пожалел, что не поехал на автобусе. Таксист оказался тем ещё лихачом на дороге, так ещё и нёс полнейшую чушь, когда узнал, что я прилетел из самого Нью-Йорка. Слова он выплёвывал склизкие, противные, ядовитые. В них отчётливо была слышна зависть. Я пытался его разубедить в том, что там живут одни избалованные люди, педики и проститутки, но он ни в какую не хотел слушать. Конечно, выносить это дольше получаса у меня не было никаких сил. Так что я сообщил ему, что больше не нуждаюсь в его услугах. Будучи ослеплённым яростью, я даже не заметил, где именно вышел. Кругом лес и тишина. Машин не было совсем, ещё и связь не ловила. Я принял решение пойти вдоль дороги, вдруг по пути появится сигнал. Я прошёл где-то километр, точно не знаю. Сзади послышался звук приближающийся машины. Рискованно, но больше ничего не оставалось, как поймать попутку. Развернувшись на ходу, я протянул руку, продолжая идти спиной вперёд. Машина была годов восьмидесятых и на дороге смотрелась невероятно красиво. В ней сидел тёмноволосый юноша лет двадцати трёх. Одет в чёрные штаны и распахнутую клетчатую рубашку, под которой виднелась футболка. Глаза такие знакомые... Мне показалось, что я где-то его уже встречал. — Эм, здравствуйте. Извините, но вы не могли бы подкинуть меня до ближайшей заправки? Я заплачу. — Да, конечно. До неё минут пятнадцать. Я как раз планировал туда заехать. Садитесь. Перелёт был долгим, ещё и этот таксист, который изрядно потрепал нервы. Хотелось поскорее добраться до тётушкиного дома, выпить молока с печеньями и лечь спать. Прям как в детстве, только вместо долгой дороги с запутанным маршрутом тогда были игры в догонялки, тарзанка и купание в речке. — Откроете багажник? — А, да, конечно, — водитель тут же схватился за ручку стеклоподъмника. — Тебе... вам помочь? — Можно на ты, и нет, я справлюсь. Я закинул чемодан и сел на переднее сидение, облегчённо вздохнув. Сзади послышалось скуление. Я резко обернулся и увидел перед собой собаку, которая смотрела на меня внимательным взглядом, высунув язык. — О, это Рэй. Не пугайся, он добрый. —М, — я кивнул. — Это Лабрадор-Ретривер, если не ошибаюсь? — Да, не ошибаетесь... Зачем вам на заправку? Вы без машины. — Случилась весьма неприятная ситуация. Таксист, оказался неприятным человеком. Я решил не ехать с ним дальше, поэтому вышел. Думал, что вызову новое такси, но здесь нет сети. — Та заправка, на которую мы сейчас едем, отличается от городских. Не факт, что сеть и там будет. — Оу... как же тогда... как здесь поддерживают связь? — В этом участке ловит, но не у всех. Куда вы... ты направляешься? — Я выгляжу стариком? — я слегка улыбнулся. — Ох, я не хотел обидеть. Вы... ох чёрт, прости. Ты выглядишь уважаемым человеком. Внешний вид очень... солидный. — Оу, — я посмотрел на свой светло-голубой джемпер, из-под которого торчал воротник белой рубашки. — Я офисный клерк. Поверь, этот образ самый повседневный в моём гардеробе. Мы начали смеяться, но скорее для того, чтобы заполнить тишину. — Так куда ты направляешься? — В Минсхочхон . Там живёт моя тётушка. Я взял отпуск, чтобы навестить её и отдохнуть в месте, где провёл своё детство и юность. — Надо же, нам с тобой по пути! Ты можешь поехать со мной, если хочешь, конечно. Я был приятно удивлён. Хоть какая-то хорошая новость. — Если моё присутствие не будет тебя напрягать, то я только за! — Не думаю. Ты выглядишь приличным человеком. — А вдруг я маньяк?! — я произнёс это повернувшись вполоборота, а затем продолжил. — Знаешь, многие серийные убийцы были прилежными семьянинами и на первый взгляд казались приличными людьми. Рэй на заднем сидении снова начал скулить. Видимо, собаки всё-таки понимают человеческий язык. — Поэтому... бойся меня, — последние два слова юноша произнёс громким шёпотом, словно копируя человека-змею. Да уж, Марвел отдыхает. На этот раз смех был не наигран. Странно, но мы будто на одной волне, даже несмотря на то, что толком ещё не успели познакомиться. Кстати, об этом. — Мы всё ещё не знаем имён друг друга. — Чон Чонгук. Приятно познакомиться. Прости, не могу пожать руку. — Пак Чимин. Взаимно. Ничего страшного, не будь как тот таксист, который вёз меня до тебя. — Он вёл машину без рук? — Он вёл её, как без рук, — я сказал это с максимально серьёзным лицом. Чонгук прыснул от смеха куда-то вбок. — Оставь негативный отзыв. — Непременно это сделаю, когда появится сеть. — Нам просто нужно проехать этот участок дороги... Кстати! Вот и заправка. Я посмотрел в ту сторону, куда Чонгук указал подбородком. Это действительно не то, что я ожидал увидеть. Вместо низкого здания со стеклянными окнами и дверьми, там находилась какая-то будка, по размерам напоминающая грузовой контейнер. — Будешь кофе или что-нибудь ещё? — спросил меня Чон, отстёгиваясь, а затем доставая бумажник. — Т-там есть к-кофе? Где? — С этого ракурса не видно, но да, есть. Так что? — Да. Только с молоком, если можно. — Как скажете, — Чонгук вылез из машины, чтобы вставить пистолет в бак, а затем направился к контейнеру, по-другому назвать не могу, извините. Такое произведение искусства не характерно для довольно развитой страны, как, впрочем, и отсутствие связи. Я переключил своё внимание на Чона, точнее на его телосложение. Не узок в плечах, видно, что выше примерно на голову, хотя может и не на голову, сложно понять из-за огромных берцев. Скорее всего он пользуется огромной популярностью у девушек.

***

На дисплее телефона в верхнем левом углу по-прежнему значилось: «нет сети». Ну, впрочем, теперь это не так важно. Единственный нюанс — я совсем забыл предупредить тётушку Джа Ин о том, что уже приземлился. Но она, в принципе, и не настаивала. Выйдя из своих мыслей, я посмотрел в окно. Чонгук направлялся к машине с двумя напитками в капхолдере. — Вот, держи, твоё справа, — он протянул кофе, не садясь на водительское сидение. — Ты подмешал туда снотворное, чтобы потом ограбить? — Не без этого, пей скорее. — Я поменяю стаканы, чтобы жертвой стал ты. — Мы соревнуемся за звание «лучший маньяк?» И снова диалог был наполнен глупыми шутками, от которых смешно разве что только нам. Будь Рэй человеком, то прислонил бы руку к лицу. Хотя, в интернете вроде есть видео, в котором собака так делала лапой. Ну, времени много. Научится. Высунув пистолет из бака, Чон снова сел в машину — Если хочешь, можем постоять здесь, — сказал он. Я подумал, что Чону будет сложно и небезопасно пить горячий напиток за рулём. Было видно, что он устал от дороги, но не хотел меня задерживать, поэтому и поинтересовался. — Было бы неплохо. Чон отъехал от бензоколонки чуть дальше. Мы встали на обочине. Кругом всё так же был густой зелёный лес, только дорога сырая. — Здесь совсем недавно был дождь. Где-то километр назад дорога была ещё сухой. Удивительное природное явление. Это, как конец радуги увидеть, — я отпил из стакана кофе, который, кстати, был очень даже ничего. — Это необычно. — Мне кажется, что это так по-детски. Радуга, которую на самом деле мы видим — круглая. Её можно увидеть, когда солнечный свет попадает на поле дождевых капель или тумана определённым образом. Под каким углом ни смотри, она всегда будет выглядеть одинаково. А вот границу, где заканчивается дождь увидеть вполне реально. Моё сравнение скорее описывает восхищение, нежели несёт какой-то глубокий смысл. — Чем плохо сравнение этого явления с чем-то невероятным и неземным? Я на это лишь молчаливо улыбнулся, внимательно смотря в глаза напротив, которые тут же опустились вниз. — Я выпущу Рея на улицу и вернусь, — Чон поставил стакан в держатель и вышел из машины. Мне показалось, что он был чем-то смущён. Из-за взгляда или по какой-то другой причине — неизвестно. Рэй, обрадовался, что ему, наконец, разрешили побеситься на свежем воздухе. Но скорее всего Чон его совсем не для этого выпустил. — Извини за излишнее любопытство, но откуда и к кому вы едете? — Чонгук едва успел сесть машину, когда я задал этот вопрос. — К бабушке с дедом. Я учусь на третьем курсе сеульского университета искусств. У меня заслуженный отдых. — Оооо, так, ты ещё младше, чем я думал. — Надо же. Интересно, и сколько же ты мне дал? — Двадцать три. — Ну, всего на два года младше. Я думал, что там перевалило за двадцать шесть, — я увидел его кроличью улыбку, которая тоже казалась очень знакомой. — Максимум двадцать четыре, не больше, — подытожил я, отворачиваясь к окну. — Ну а тебе сколько? — Двадцать восемь. — Ты старше меня на семь лет. Я не чувствую этого. — Да... я тоже. — Рэй! Место! — Чонгук позвал своего любимца обратно в машину, а потом, закрыл за ним дверь. Было забавно наблюдать, как он кряхтя пытается до неё дотянуться с переднего сидения. — Расскажешь мне про того таксиста? Мне интересно, что именно он выдал, раз ты вышел не пойми где. Мы наконец-то поехали дальше. — Он узнал, что я прилетел из Нью-Йорка и начал не совсем лестно отзываться о людях, которые там живут. По его словам, они все избалованные и лицемерные. Так же он говорил о том, что там много, цитирую «шлюх и пидарасов» — Как грубо. Я лишь кивнул. — А ты их как охарактеризуешь? — Ну, думаю, в любом городе есть избалованные и лицемерные люди. Где-то их больше, где-то меньше. А вести разгульный образ жизни, или выбрать домашний уют, — личное дело каждого. Они все самые обычные, разве что со щепоткой смелости. — А что насчёт пидарасов? — он мельком взглянул на меня. — Начнём с того, что пидарас скорее он... боже, я никогда так часто не произносил ругательства, — я помотал головой, а затем продолжил: — У любви нет цвета, пола, расы. Это просто любовь. А так, как это свободная страна, там особо никто не скрывается. В других странах, я уверен, многие носят в кармане мини-радужный флаг, боясь показать его другим, понимаешь? Чон слушал меня внимательно, не перебивая. — Хочешь сказать, что это стереотип? — Верно. — Что насчёт тебя? Смог бы влюбиться в парня? Не то чтобы этот вопрос загнал меня в угол. Просто это было неожиданно. Дело в том, что я по натуре своей тихий и неприметный. Одеваюсь чересчур серо, диалоги веду без мата, постоянно за что-то извиняюсь. Юмор у меня ещё такой... своеобразный. В толпе людей меня не видно, понимаете? Я никогда не выходил за свои пределы. — Я не могу ответить на этот вопрос. Чон хотел мне что-то ответить, но руль резко потянуло вправо. Всё это сопровождалось непонятным шорохом. Хорошо, что рядом не было машин или обрыва. Мы снова встали на обочине. — Что произошло? — Скорее всего мы на что-то наехали, — Чонгук вышел из машины, я следом. — Наехали? — Да. Смотри на колесо. Оно пробито. — У тебя есть запаска? Чон в этот момент сидел на корточках, осматривая причину нашей остановки. — Есть, но она четырнадцатого радиуса, а диск пятнадцатого. Размеры не совпадают. — И что теперь делать? — Я поменяю, но нам всё равно придётся доехать до ближайшего шиномонтажа. — Может я смогу тебе чем-нибудь помочь? Чон встал, зачёсывая волосы назад. — Можешь поиграть с Рэем. На заднем сидении лежит сумка, в ней игрушки. Я справлюсь, не переживай. Это не так сложно, — он достал всё нужное из багажника. — Хорошо, — я согласился, открывая заднюю дверь. Рей лежал на сидении, а когда увидел меня, поднял голову и завилял хвостом. Но на этом всё. Как бы я ни старался, он никак не хотел выходить из машины. К счастью, я сразу нашёл его любимую игрушку, которая помогла справиться с этой проблемой. Было забавно наблюдать, как он радостно и немного неуклюже побежал за ней. Правда принёс её не мне, а хозяину, который вовсю пыхтел, выполняя работу, которая, на мой взгляд, не казалась лёгкой. — Не волнуйся, он к тебе ещё не привык, — поглаживая своего приятеля произнёс Чон. — Попробуй поиграть с ним в другую игру. Смотри, — он протянул игрушку Рею, который сразу вцепился в неё пастью, а затем потянул на себя. — Ему это нравится, — Чон смотрел на свою собаку так, будто это самое дорогое, что у него есть. — Потягушки, значит. Ну хорошо, — смеясь ответил я. Вот так. Я стоял около Линкольн Континенталь тысяча девятьсот восьмидесятого года, играя с собакой, а Чон тем временем, заменял колесо с улыбкой поглядывая на нас. Это выглядело так, будто мы лучшие друзья, решившие отправиться в путешествие, имея при себе палатку, консервы и пару спальных мешков.