Четыре свидания и два поцелуя

— Сделка, выгодная со всех сторон. — Пожал плечами Леви. Микаса стояла и смотрела на него в легком недоверии. Может, решила, что он шутит. — Вы… вы хотите пойти со мной на свидание, сэр? — Не особенно, — вынужден был признать Леви, и это он ей еще польстил. Он любил в женщинах утонченность, ухоженность. Чтобы они были этакие благоухающие кошечки в красивой одежде, с безделушками и всякими женскими штучками под платьем, вроде завязок и чулков. А Микаса?.. Мда… Платье спасибо что не мешок, волосы едва не горшок. Только что молодая да красивая сама по себе. О том, какое на ней белье, Леви даже подумать боялся. — Тогда зачем вам это? — Есть причины. И это не безумная тайная страсть к тебе, которую я прятал все эти годы в глубине сердца. Об этом не волнуйся. — А… — Микаса хохотнула, скорее умолкла, смущенно. — Это… успокаивает. Спасибо. — И тут уж засмеялась. Леви тоже прыснул. Они оба от души похихикали, и Леви был вынужден признать, что когда Микаса смеется и заправляет волосы за ухо, она очень даже симпатичная. Что за нелепая ситуация, и мысли такие же нелепые! — Итак? По рукам? Она задумалась. — Свидание с вами, думаю, стоит четырех свиданий с Жаном, — Леви поднял брови. Она что, сейчас сделала ему комплимент? — По степени стресса, — спустила его на землю Микаса. — Два свидания, и по рукам. — Ой-ой. Ты вздумала со мной торговаться, Микаса? Как неумно с твоей стороны. А ведь я собирался зачесть тебе танец вместо одного из свиданий. Ну хорошо, хочешь торговаться — будь по твоему, я преподам тебе урок. С этой минуты мое предложение: четыре свидания и минимум два поцелуя. Микаса в шоке приоткрыла рот. Ага, захотела играть во взрослые игры? Леви умеет это делать. Разумеется, он блефовал. Какие еще к черту поцелуи с Микасой? И в мыслях не было ни к чему ее принуждать. Но вредничать с ней оказалось слишком весело. Леви чувствовал ее в своей власти, и это было приятно. — Сэр! Это не благородно. — Увы и ах, я не благородный принц на белом коне. Когда эта песня закончится, предложение отменяется вовсе. — Капитан! — Да? Что? Я шел тебе навстречу, Микаса, сделал тебе предложение один к трем, и как ты поступила с моим великодушием? В грязь втоптала. Теперь получай. — Вы ужасный человек! — Не я спорю на танцы со своим капитаном, чтобы отлынивать от лекций, лейтенант, — он с ухмылкой отсалютовал ей чашкой. Квартет затянул явно последний аккорд мелодии. Вот-вот оборвется. Микаса посмотрела на стол своих приятелей. Кирштейн сально подмигнул ей, отсалютовав бокалом. — Хорошо. Я согласна. По рукам. Четыре свидания. — И два поцелуя, — напомнил Леви из одной лишь вредности. — Вы не станете меня целовать, сэр. Вы блефуете. Они пожали руки. — Посмотрим. Может, ты меня станешь целовать, Микаса. — Ха! — Жестоко. — Извините, но у меня тоже нет в сердце скрытой страсти к вам, сэр. — И меня это полностью устраивает. Пошли? — Куда? — Танцевать. Ты не ради этого все затеяла? — О! Да, верно. Леви встал, одернул китель, предложил Микасе локоть. Она явно удивилась. Видимо думала, что он в этикете ни бельмеса. Сюрприз, девочка. Микаса взяла его под руку как-то смущенно. Видимо не привыкла, чтобы ей мужчина вот так предлагал поддержку. Повел ее Леви в самый центр зала. О да, пускай смотрят. Ради этого и затевалось. Заиграла музыка, он развернул Микасу к себе и взял ее ладонь, обнял, прижимая ближе и совершенно галантно оставляя руку на лопатке. Микаса поискала, куда бы на его руке пристроить свою ладонь. Леви скривил губы, покачал головой и сам положил куда надо. — Сюда. «Я умею танцевать на определенном уровне», — передразнил он едко. — Готова? — К чему? — К жаркому публичному соитию наших тел, — проворчал Леви. Микаса вылупилась на него как на сумасшедшего. — Танцевать, Микаса. Танцевать ты готова? Господи, ты как лейтенантом стала с такими мозгами? — Так же, как вы капитаном с таким характером. У нас мало талантливых солдат. В офицеры берут кого ни попадя. И Леви (надо же) снова душит смех. Зубастая эта Аккерман. Музыка заиграла как по заказу — медленная, лиричная. Леви танцевать вообще-то любил и умел. Изабель в те давние времена притащила откуда-то патефон, и они с ней растаскивали мебель и кружились, изображая «высший свет». Правда, практиковаться давно не доводилось. Леви наладил объятие, чтобы чувствовать Микасу как нужно. Стоял себе, чуть покачивая ее, заставляя сменить центр тяжести с одной ноги на другую. В танцах, как в сексе, спешить не стоит. Надо настроиться, почувствовать партнершу… Вот только Микасе эту мудрость похоже никто не объяснял. Она сжала его и потащила куда-то. Леви уперся. — Я веду. — Вы стоите столбом, сэр. — Ты невыносима, Аккерман. Стой и наслаждайся. — Чем? — Своим молчанием для начала. Заткнись. — Хм! Леви понял, что эту дурищу нужно танцевать агрессивнее, чем он думал. Прижал ее ближе, Микаса ростом была выше, висками тут не столкнуться. Да и не решился бы он, по правде говоря, тащить ее в настолько интимные объятия. — Расслабься ты. — Я расслаблена. — Черта с два ты расслаблена! — Леви тяжко вздохнул и смирился: нормальных танцев тут не будет. Он потащил Микасу еще ближе, так, как танцевали одуревшие от гормонов малолетки кадеты. — Сэр! Это слишком близко. — Не волнуйся, я не стану тереться об тебя стояком, как твои приятели. — Капитан… — Все. Тихо. Леви подхватил ее руку, затащил на свое плечо, заставив обнять за шею. Мягко покачиваясь, они кружились под музыку, едва-едва переставляя ноги. Микаса сначала дышать боялась. Потом ничего. Расслабилась. — Странно… — пробормотала. Из-за музыки Леви бы не расслышал, но слишком уж близко стояли. — М? — Так… приятно. — Хм. Она наконец позволила себя вести. Леви поводил ее кружками еще пару раз и шагнул вперед, прямо в Микасу. Шаг вышел как надо. Она отступила, он шагнул на место ее ноги. Сам поставил на нужную ногу, сам повел. Все сделал как надо, а она и последовала. И все же сразу испугалась, встрепенулась, собралась: Так! Что? Шаги? Я да! Я готова! — Не умеешь ты расслабляться, Микаса. — Я… — смутилась даже. — Не умею, да. Откуда вы так здорово умеете танцевать, капитан? Пока она мямлила, Леви сводил ее спиной вперед еще на три шага, развернул, а она и не заметила. — Нравится? — Здорово. Как будто… плывешь. Их объятие стало более свободным, Микаса тут же опустила взгляд вниз, пытаясь высмотреть ноги. — Нет. Не смотри туда. Незачем. — А куда смотреть? — Куда хочешь. — Пялиться на вас неловко. — Я сказал, куда хочешь. Ты на меня хочешь смотреть? — Так куда еще-то? В сторону? Невежливо как-то… И Леви, вздохнув, снова притянул ее ближе, прижал невесомо висок к ее щеке, чтобы мелкая дурочка не смущалась от взгляда. — Спасибо, капитан. Слова защекотали ему ухо. Блять, Микаса, шептать на ухо — это уже не спортивно. От этого уже неловко. Волнительно даже. Это уже точно лишнее, он ведь не каменный. Должна бы понимать, балбесина. Они медленно кружились. Леви чувствовал ее тело, запах, управлял ее движениями, и Микаса позволила, поддалась, дала себя вести. Хм… Надо же, он думал, эта упрямая дурочка не дойдет, а гляди-ка, может ведь побыть ведомой, если вести ее нормально. — Капитан. Снова шепчет на ухо! Бестолочь! Вот как он должен объяснить телу, что он обнимает девушку, чертовски близко ее обнимает, она шепчет ему на ухо нежным тоном, и это НЕ имеет никакого сексуального подтекста? — Вы полны сюрпризов. — Ты даже не представляешь насколько, — проворчал Леви недовольно. Хватит шептать мне на ухо, мерзость ты негодная! Меня это… отвлекает, черт побери! Музыка доиграла, они остановились и отстранились. — Спасибо, капитан Леви. Выручили. Он кивнул, снова предложил ей локоть и собрался было проводить к столу, где сидела вся шушера из 104го, но замер. На них пялились все-все-все. Хм. Где еще он найдет такую возможность публичности? — Наше первое свидание начинается прямо сейчас, — сообщил он Микасе, оглядывая шокированных разведчиков. — Вообще-то, то, что я согласилась сходить с вами на свидание, не значит, что вы выбираете время и место. Вы должны приглашать. Предлагать мне удобное для меня время. Я соглашусь, или мы найдем другое. Леви посмотрел на нее с тоской всего мира в глазах. — А без этих тупых условностей в нашей маленькой сделке обойтись нельзя? — Нет. Не то чтобы я ждала от свиданий с вами чего-то хорошего, но надеялась хотя бы на нормальное. Вот сучка. — Я, может, тоже ждал, что на свидании женщина хоть попытается выглядеть женщиной, но не дождался же. — А я и не на свидание сюда шла! — отбила Микаса. Леви зубами поскрипел, но вынужден был признать поражение. — Дорогая Микаса, — взял ее ручку и чинно приложился к костяшкам. — Приглашаю тебя на свидание прямо здесь и сейчас. Что скажешь? — Я за-ня-та. — С невиданным никогда сладострастием пропела ему Микаса. Леви снова подавил желание смеяться. Вот же заноза в заднице! — Скошу два свидания за одно, если ты освободишься. — И поцелуи! — живо откликнулась эта засранка. — Нет. Поцелуи останутся моими. Два свидания за поторчать со мной на празднике, на котором ты и так будешь торчать. Давай уже, я безмерно к тебе добр, Микаса. — Хорошо. Идет. Два свидания за одно прямо сейчас. — Ты просто сказка. Пошли. Он отвел ее к своему чаю. Приказал бармену притащить кипятка и еще одну чашку. — Чис-тую! Заварил свежего, налил ей. — Спасибо. Микаса села на высокий барный стул, которые Ханджи настояла притащить из города для «атмосферы». Леви видел, как она барабанит мысками туфель по перекладине. — Что такое? Нервничаешь? — Немного непривычно быть с вами «на свидании», сэр. И они снова с хера-то стали смеяться. Просто потому что вот десять минут назад они просто разговаривали, а теперь внезапно на свидании. Что за дичь?! — Мне признаться тоже. Но ладно, я имею в этом вопросе больше опыта, так что, как обычно, возьму лидерство на себя. — С чего вы взяли, что у вас больше опыта? Леви похлопал глазами. — Я тебя старше, как минимум. — И сколько у вас было свиданий? — Звучит как «сколько женщин ты перетрахал, кобель». Микаса подавилась чаем и закашлялась. — Ну-ну, — Леви заботливо постучал ей по спине и воспользовался предлогом — пододвинул свой стул ближе. Пускай все смотрят, как он сокращает дистанцию с Микасой. — Вы… кхе-кхе… уже распускаете руки, капитан? — Говорят, первое прикосновение — самое важное. Сразу, мол, дает все понять. Ну что? Будет у меня сегодня шанс получить «сладкое»? — едко спросил Леви, продолжая похлопывать ее по спине. — Вы не вышибли мне легкие ударом, так что я, может быть, сбегаю и принесу вам пудинг. Насчет другого сладкого и не надейтесь. — Так и знал, что ты недотрога, — он убрал руку и взял чай. Покатал напиток по стенкам чашки, понюхал, закрыв глаза. — Вы от этого млеете, да? — М? — Леви открыл глаза. — От чего я млею? — От чая. — Не новость. — Просто… — Микаса как будто смутилась. — У вас лицо другое, когда вы его нюхаете. Такое… — она закрыла глаза и видимо попыталась изобразить. Провела кончиками пальцев по щекам, откидывая волосы и томно вздохнула. — Такое. — Не верю, что такое. Ты ужасно меня изображаешь. — Зато в бою мы похожи. — Конечно, ты же сдула у меня все фокусы, маленькая воровка. — Я не воровка. Я ваша ученица и, может быть, замена. — Стань ей поскорее, а я отойду от дел и буду целыми днями ходить на свидания. С девчонками в платьях, на которые приятно посмотреть. Микаса насупилась и расправила подол. — Вам не нравится мое платье? — Да кому оно нравится? — Мне. — Вранье. — С чего вы взяли? — С того. Ты надела его, чтобы всем тут показать, что для тебя внешность ничего не значит. Что ты не такая, как все, выше всего этого. Поэтому даже на праздник ты не будешь рядиться и наденешь первое, что попадется в шкафу. Но показываешь ты этим только одно — что ты трусиха и что тебе на себя плевать. — Леви отсалютовал ей чашкой и отпил. М… какой букет. — Я не трусиха, и мне не плевать на себя! — Тогда почему не нарядишься? Не наденешь что-то яркое, красивое, сексуальное, наконец. Чтобы бедный Кирштейн из-за стола не смог весь вечер встать. Микаса кашлянула. — Но я… Я вовсе не хочу, чтобы на меня так реагировали мужчины. — Да неужели? А как ты хочешь, чтобы на тебя реагировали мужчины? — Не так. — Не как? — Не… — Леви с лютым вниманием пялился на Аккерман. — Не… тем, из-за чего мужчины не могут встать из-за стола. — Ну тогда наслаждайся своей невидимостью дальше. — Хм! — Микаса отвернулась, но тут же снова уставилась на него. — А вы всех девушек на свиданиях оскорбляете? — Я тебя оскорбил? Я просто сказал, что платье дрянь. Ты же не платье, Микаса, ты что-то гораздо большее, — проникновенно сказал Леви, взял ее ручку и снова поцеловал с издевательским «чмок». — Вы мне всю руку облизать собираетесь, капитан? — Микаса отстранила ладонь. — Я начну считать это за поцелуи. — Это выглядит достаточно интимно, и при этом мне не приходится лезть к тебе в разные места, куда ты точно не хотела бы меня пускать на первом свидании. — Перед кем вы выделываетесь? Это правда любопытно. — Не перед кем, а от кого. Большая разница. Ты голодная? — А? Нет, мы же все поужинали. — Хорошо. Обычно женщин на свидании я кормлю. — Как мило. Так сколько их было? Женщин на ваших свиданиях? — Ровно столько же, сколько свиданий. Я не приемлю всю эту чушь про отношения втроем. Ты же об этом? — Отношения? Вы и отношения звучит довольно… недружественно. — Ты не все про меня знаешь. А вернее, ни черта ты про меня не знаешь. — Как и вы про меня. — Ошибаешься. Я знаю про тебя все. Я твой капитан. — В обратную сторону это, я полагаю, не работает? — Совершенно точно нет. Они снова улыбнулись, помолчали, допили чай. Леви разлил еще. — Я бы выпила вина, — сказала Микаса. — Закажете мне вина, капитан? Мимо как раз плелся Хобс. Поглядел на них с плохо скрытым любопытством и пошел себе дальше. Леви смерил его хмурым взглядом. — Конечно, Микаса. Если на «свидании» ты будешь называть меня по имени. А то, знаешь ли, неромантично совсем. — Хорошо, сэр. Эм… Леви. Произнесла и замерла. — Ну что? Не упала крыша? — мило поинтересовался Леви. — Вроде стоит. — Какая неожиданность. Он обернулся и подозвал бармена. — Вина для дамы. Через минуту появился бокал. — Прошу, — Леви демонстративно галантно за ножку пододвинул бокал Микасе. — Надеюсь, вы не рассчитываете споить меня и воспользоваться моей беспомощностью? — И правда, надо быть мной, чтобы суметь воспользоваться твоей «беспомощностью». Микаса хохотнула. Леви уже привык к этому ее странному смешку, словно она собиралась посмеяться, но сразу давила смех в себе как что-то неприличное. — А ведь правда. Вы тут единственный мужчина, кто смог бы меня принудить. И именно с вами меня угораздило пойти на «свидание». Хм. Какая я рисковая девушка, оказывается, — она смутилась чему-то и торопливо поставила бокал. — Только не подумайте, что я… Я разумеется о вас так не думаю. Что вы такой. Я уверена, вы джентльмен. — Совершенно непонятно, откуда эта уверенность, но она мне на руку при любом раскладе. — За вас, кап… Леви. Сэр. — Замотала головой. — Господи, это слишком странно! — Микаса отпила и принялась вертеть бокал в руках. — Сделай одолжение и улыбнись мне хоть пару раз. Ну знаешь, как будто тебе весело. Микаса и правда улыбнулась. — По правде сказать, это конечно довольно странно, но мне и правда весело. Она улыбалась. Леви тоже (в который чертов раз за сегодня?). И тут же стало неловко. Мда. — А у тебя сколько было свиданий? — он поспешил заполнить паузу болтовней. — Четыре. Леви отставил чашку. — Четыре? И ты надеялась обставить меня по свиданиям с этим количеством? — И все еще надеюсь. Так сколько было у вас? Леви нахмурился подсчитывая. — А мы считаем только первые свидания или все последующие? — Только первые, — поспешила вставить Микаса. — Делаю вывод, что у тебя дальше первого не пошло ни разу. — Вы такой проницательный, сэ-эр! — она потягивала вино. Леви стал припоминать. Его первая девушка была в подземном городе. Потом была еще одна, в первые годы в разведке, но там у них ни одного свидания-то не было, так, взаимные удобства в койке. Потом была та самая Анна. Это можно записать. А потом Петра. Три?.. Мать твою, он проигрывает Микасе по первым свиданиям? А! Ха! — Четыре. Ничья. — А меня вы посчитали? Вот зараза! — А ты меня посчитала? — Да, — понуро призналась. — Я тоже да. — Приятно осознавать, что я в своем юном возрасте так же популярна как вы, капитан Леви. — О, не льсти себе, моя милая, — простонал он горестно. — Что такое? Вас не радует ваша популярность? — А ты откуда про нее знаешь? — Пф! Я до получения звания столько лет спала в казарме. Вы бы слышали, что там про вас говорят. — Кажется, у меня есть шанс узнать. Хотя не уверен, что хочу. — О, вам бы польстило! — Правда? Хоть кто-то оценил мои старания. — Скорее, вас беспочвенно идеализируют. Не то чтобы там у кого-то был практический опыт использования… — она осеклась. Сглотнула столкнувшись с ним взглядом. Леви медленно поднял брови. — Ну… в этом качестве. В этой сфере. В… в качестве… в… в… — В сексе? — сжалился над ней Леви. — Именно! — Микаса схватила бокал и так лихо накинулась на вино, что Леви аж присвистнул. — Эй, не надирайся. Мне пока что с тобой весело. — Спасибо. Извините, я несу какую-то чушь. Мне неловко. — Микаса отставила бокал и затеребила юбку. — Да брось. Еще вина? — Нет. То есть, да. Если можно. — Насколько быстро ты пьянеешь? — Быстро. — Бокал для белого, воды и бутылку, — распорядился Леви бармену. — Всю бутылку вина хотите? — Да. — Бутылками не велено. Леви поглядел на него. — Я знаю. Это я не велел раздавать алкоголь бутылками. Капитан Леви Аккерман. Говорит о чем-то? — А! Ага, без проблем, капитан. Бармен принес графин с водой, бокал побольше, откупоренную бутылку вина и испарился. — Вы очень грозный, — Микаса покачала головой. — Вам нравится запугивать людей? — Хоть какое-то веселье. Он налил ей немного вина, разбавил водой. — На. Можно цедить, и не свалишься в мои подлые объятия через двадцать минут. — А ваши объятия подлые? — Хочешь это проверить? — Н-нет. — Ну вот и цеди себе. — Спасибо. Это очень заботливо с вашей стороны, сэр. Вы и правда джентльмен. — Как будто до этого момента ты заставала меня компрометирующим пастушек на каждой вылазке. — Было бы забавно. Правда, запах коня, газа, пота и титановой крови — тот еще букет. Даже вам было бы сложно кого-то соблазнить в таком виде. — У меня все равно было бы больше шансов, чем у тебя в этом платье. — А! Да что вы прицепились? — А на второе свидание можно я сам платье выберу? — Вы что, хотите проинспектировать мой шкаф? — У тебя они все такие, да? — цокнул языком Леви. Грустно покачал головой. Постучал по карманам кителя, достал бумагу и огрызок карандаша. Внимательно посмотрел на Микасу. На плечи, на грудь, на талию на бедра. — Вы чего? — она аж прикрылась руками. Леви нацарапал карандашом цифры. — Проверяй. Так? — Микаса пододвинула листок. Сглотнула. — Как вы узнали? И тут… побольше, — ткнула в «грудь». — Насколько? — Вам зачем? — Я закажу тебе платье, — выпалил Леви, окрыленный идеей. — Что? — А что? Красное. Роскошное красное платье для следующего свидания. О Боже, да! О Микасе в красном платье разговоров будет на годы! Годы свободы! А еще… черт, а ведь и правда любопытно было бы посмотреть на нее в ярком платье. В меру обтягивающем, из хорошей ткани, с легким отливом под стать волосам. А волосы наверх убрать, и серьги… — А у тебя уши проколоты? — Нет. — Тц. Жаль. — Капитан, это уже чересчур. Это дорого и неудобно, — замялась Микаса. — Тебе что, твои трое мальчиков, годных только на одно свидание, совсем не дарили подарков? — Цветочки дарили. — Цветочки? Полевые что ли? — А где у нас другие возьмешь? — И правда. Это же надо поднять жопу и съездить до города. — Это вы офицер и можете съездить до города. А кадеты не могут. — Вот поэтому встречаться с офицером и лучше, глупая ты. — Эм… М-микаса. Леви и Микаса резко повернули головы. Как-то позабылось, что сидят они на виду у всей разведки. Еще и оказалось, что сидят как-то… близко, наклонились к друг другу. Опомнились, отпрянули, раздвинулись. — Да? Рядом мялся Эрен.