Истинная вера

Потеря слуха показалась Марийке самым страшным, что она когда-либо переживала. Со дня своего обращения девушка настолько привыкла во всем полагаться на обострившиеся чувства, что, лишившись одного из них, ощутила полную беспомощность. Страшнее, наверное, было бы только ослепнуть. Несколько минут, показавшихся ей бесконечностью, Марийка переводила изумленно-испуганный взгляд с принца на его друга, всеми силами пытаясь понять, что же тут происходит. Мужчины честно пытались объяснить — сначала жестами, потом письменами, которые Этер принялся выводить на земле, подсвечивая свое творчество осветительным шаром. Хорошая попытка. К сожалению, никто не озаботился тем, чтобы обучить Марийку письму. Когда-то в Фельдорфе была школа для ребятишек, но девчонкой она так стеснялась лохмотьев, в которые ее обряжали родители, что никогда не ходила туда, боясь насмешек. Руби пыталась заниматься с подругой самостоятельно и даже научила ее хорошо считать, но вот чтение не давалось абсолютно. Поняв, что это путь в никуда, принц отобрал у друга прут и начал что-то рисовать. Но умел это так же плохо, как Марийка — складывать руны в слова. Наконец Марийке надоело чувствовать себя полной дурой. Она ощерилась и жестами попросила друзей немного разойтись в стороны. Принц бросил вопросительный взгляд на Этера, но тот, уже имевший удовольствие видеть обращение оборотней, действительно сделал несколько шагов назад. — Да что она делает? — вдруг произнес Зак, как раз в тот момент, когда тело девушки начало видоизменяться, и маленькая худенькая Марийка на их глазах с громким ревом превратилась в огромную волчицу. — Обращается, — спокойно ответил Натаниэль, чуть морщась: свой резерв он все же переоценил. Привык рассчитывать на амулет-накопитель, отданный Джерарду. Осознав, что заклятие оглушения не действует, Зак испуганно посмотрел на друга. — Нейт, ты… ты как? — Пойдет, — тихо ответил тот. — Но колдовать какое-то время не смогу. Наблюдавшая за ними волчица рыкнула, привлекая внимание и требуя объяснений. — Ты помнишь, почему пошла в лес? — Натаниэль ласково потрепал оборотницу по загривку, словно любимого волкодава, чем вызвал смешок Зака. Но Марийка лишь фыркнула, явно демонстрируя, что не против подобного обращения. Повернувшись к Натаниэлю, Марийка покачала головой. — Мы думаем, тебя выманили колдовством. Чтобы принести в жертву, — пояснил Зак. — Я слышал странную мелодию. Какая-то акустическая магия. Сейчас, кстати, ничего не слышу. — Может, они ушли? — неуверенно предположил Натаниэль. — Зак, я переживаю за Джерарда. Разыщи его и возвращайтесь к избушке. Марийку с собой возьми… Марийка недовольно затрясла головой и мордой ткнулась в ладонь Натаниэля. — Верно мыслишь, Марийка, — одобрительно кивнул Зак. — Нейт, ты без резерва. Тебе может помощь понадобиться. Пусть с тобой идет. А Джеда я в два счета притащу. Ждать ответа он не стал, в мгновение ока исчезнув за раскидистыми ветвями елей. Натаниэль устало вздохнул. Он терпеть не мог, когда ноги Зака бежали впереди головы, а случалось это с завидной регулярностью. Были бы силы — из вредности поставил бы барьер перед носом и заставил выслушать лекцию из репертуара Кевина о спокойствии, терпении и вдумчивых действиях. Хотя надо признать, что за последние дни Зак заметно изменился и повзрослел. — Что ж, подруга, пошли, — Натаниэль улыбнулся волчице. — Посмотрим, как там Амелина. Дорога до избушки не заняла много времени, но чем ближе они подходили, тем сильнее чувство паники охватывало Натаниэля. Как только болото закончилось, и можно стало не опасаться угодить в топь, ненароком поскользнувшись на шаткой кочке, он что есть духу рванул в сторону дома, где остались Амелина и Алекс. Практически сорвав дверь с петель, Натаниэль ввалился в абсолютно темную пустую комнату. — Лина! — испуганно позвал он, оглядываясь. — Лина, Алекс, где вы? Снаружи протяжно завыла Марийка. В волчьем облике она не могла поделиться опасениями со спутником, но запахи вокруг показались очень подозрительными. И не напрасно. В десятке метров от крыльца Марийка увидела лежащего на земле мужчину. Она обнажила зубы и зарычала, но, заметив на нем амулет и значок, похожий на знак Натаниэля, притихла. Видно, кто-то из заплутавших принцевых солдат. Принюхавшись, Марийка ощутила кисловатый запах крови. Тут точно была битва! Парень чуть живой. — Я… я не вкусный, — прошептал он, с трудом открывая глаза. — Честно… В этом Марийка не сомневалась. Насквозь пропахший потом и кровью половозрелый самец вряд ли мог похвастаться изысканными вкусовыми качествами. Да от одной мысли чисто из любопытства отхватить кусочек ее едва не стошнило! Волчица, морщась, чихнула и осторожно приблизилась, оставляя себе путь для отступления. Раненый, не раненый, а видно, что маг. Такой с перепугу может и заклятием шарахнуть. А, упаси Всемилостивый, после этого преставится? Как потом принцу объяснить, что она в такой впечатлительности не виновата? — Ого… — глаза парня удивленно распахнулись. — Да ты не волк… Марийка повернула голову набок и одобрительно рыкнула: приятно, когда человек смыслит. — Волчица, — продолжил маг, приподнимаясь. — Какая красавица! Иди сюда, — он потянул к Марийке руку с намерением запустить пальцы в шелковистую шерсть. Марийка попятилась и злобно зарычала. Вот ведь извращенец! При смерти, а все туда же! Одно дело, приятель принца по загривку треплет — так он умеючи и нежно. Или всю жизнь с собаками провозился или, как шутят его друзья, действительно к любой бабе подход найти может. И другое — незнакомый щенок, который на вид не старше Марийки, а все туда же. Поняв ошибку, парень напрягся и нервно сглотнул. Видно, заметил, что смотрит волчица на его горло. Марийка при этом еще и выразительно облизнулась, добавив, так сказать, интриги. — Алекс! — наконец их уединение нарушил испуганный Натаниэль. — Алекс, что случилось?! Где Лина?! Он опустился на колени и легонько дотронулся до повязки парня на левом боку. От прикосновения Алекс поморщился, едва сдерживая стон. — Прости… — он виновато опустил голову. — Я во всем виноват. Огонь почти потух, я вышел принести пару поленьев и попался. Ума не приложу, как не услышал… Их человек пять было, напали сзади. — А Лина?! — Они за ней и приходили. Вроде как главный просил именно ее привести. Они не смогли пройти в избушку. Там защита стоит. И угрожали ей, что меня добьют, если она не выйдет… Нейт, я… я сам рад сдохнуть. Понимаю, что сплоховал. Надо было вас слушать. Быть осмотрительнее. Внутри Натаниэля все оборвалось. Лина! Всемилостивый, зачем им Лина?! Нельзя было их оставлять, знал же. Да если с девушкой что-то случится, Зак ведь… Черт, да как в глаза Эдварду потом смотреть?! — Хорошо, что понимаешь… Они настолько благородны, что не добили? — медленно произнес он, поднимаясь. — Как же, благородны! Это Лина. Она заставила главного хмыря жизнью поклясться, что я выживу. А потом еще и рану обработала. Кровь почти остановилась. Я ничего не смог сделать… — парень едва не плакал. — Может, если меня того, он тоже сдохнет? Я согласен! — В смысле, поклясться магически? — глупости про самоубийство Натаниэль, списав на бред раненого, пропустил мимо ушей. — Да, — подтвердил Алекс. — И не выходила, пока он все не сделал правильно. Несколько раз заставляла начинать сначала... — Умница, — одобрительно кивнул Натаниэль. — А вот мы — дураки, раз допустили такое. Ладно, встать сможешь? Давай. В доме будет проще осмотреть твои раны. Марийка, поможешь? Волчица фыркнула и нехотя подставила свой загривок, чтобы Алекс мог опереться. По ее мнению, мальчишку следовало не в дом тащить, а куснуть за второй бок для симметрии. Все же не корову на пастбище проворонил — невесту принца врагам отдал. Ну да ладно, пусть сами разбираются. Может, ему за это прилюдная казнь полагается? Тогда понятно: сначала подлечить надо, а то не дотянет. — Мягкая, — с нежностью сказал Алекс, едва дотронувшись до шерсти. — А где вы ручную волчицу нашли? Такая умница. Все понимает — по глазам видно! — Ох, парень, — невесело усмехнулся Натаниэль, подхватывая Алекса с другой стороны. — Лучше молчи… *** — Джед, пошли уже! — Зак с сочувствием смотрел на друга, который с одной стороны наотрез отказывался от любой помощи, а с другой — едва переставлял ноги. Впрочем, причиной его медлительности вряд ли была рана. Перед тем, как покинуть поляну, Зак тщательно осмотрел грудь и руку Джерарда и причин для беспокойства не обнаружил. Дело было в Елене. Джерард во что бы то ни стало хотел забрать девушку с собой. Даже против ее воли. — Она — магичка, Зак! — едва не в голос кричал Джерард, дергая недовольную девушку за руку. — Ее нельзя тут оставлять! Ты знаешь, что они делают с магичками. — Вообще-то, тут — люди моего отца. А вы, вы для нас – враги! — Елена топнула ногой, злобно сверкнув глазами. — Думаешь, щенок, если я помогла тебе, то это что-то изменит?! — Молчи, глупая, молчи, — Джерард подошел к Елене вплотную и, обхватив ладонями ее лицо, заставил смотреть прямо ему в глаза. — Они страшные люди и переступят через тебя, не задумываясь! Пойдем со мной… С нами. Мы защитим тебя! Тебе надо учиться. Иначе дар рано или поздно сведет тебя с ума. Ну же, Елена. Я поклялся тебя оберегать, а как мне это делать, если ты не со мной, а? На мгновение Заку показалась, что Елена согласится. Что бы она ни говорила, как бы ни дерзила, а возникшую между этими двумя химию он почуял за версту. Да Джерард и не отрицал, всеми жестами и словами показывая заинтересованность в девушке. И дело не только в долге жизни, на который друг очень двусмысленно сослался. — Да что ты о себе возомнил! — после секундного замешательства Елена резко оттолкнула Джерарда от себя, отступив назад. — Беспородный щенок! Ублюдок! Ничтожество! Я? Пойду с тобой?! Убирайтесь, пока я не позвала солдат на помощь! Слышишь?! Убирайтесь! Зак был готов поклясться, что, говоря это, Елена едва сдерживала слезы обиды. Девушка всеми силами боролась с желанием поддаться на уговоры, но, видимо, понимала, что за ночью, окутанной ореолом тайны и романтики наступит день, и такой импульсивный поступок больно ударит по ее репутации. А репутация для благородной леди ее склада решала абсолютно все. Это Амелине статус адептки «Истинной веры» давал привилегии во многих делах быть наравне с мужчинами, а где-то даже выше. Елене не повезло родиться в шовинисткой среде «Праведного пути», где женщина служила лишь украшением и, в большинстве случаев, не имела права голоса. Возможно, сейчас был неплохой шанс вырваться оттуда. Но воспитание, намертво вдолбленное в подкорку мозга, не позволяло шагнуть в неизвестность. Джерарду, выросшему на улице, этого не понять. Но Зак прекрасно знал, что именно чувствует Елена. — Джед, пойдем, — Зак похлопал друга по плечу. — Да они убьют эту дуру! Если бы Зак не знал Джерарда около десяти лет, то решил бы, что тот сейчас заплачет, подобно мальчишке, которому не купили понравившуюся игрушку. — Не убьют, — уверенно заявил принц. — Елена, вы ведь видели будущее, верно? Девушка нехотя кивнула. — Это значит, что наши пути еще пересекутся, — Зак испытующе посмотрел на уставившегося себе под ноги Джерарда. — Елена, не только лорд Блендверк — я лично перед вами в большом долгу. Поэтому, если вам понадобится помощь… — Да засуньте ее себе… — прошипела Елена. Общение с Джерардом явно обогатило ее речь народными выражениями. — … напишите письмо на имя госпожи Беаты Демут и оставьте в любом из монастырей «Истинной веры». Думаю, что это не вызовет подозрений. А внутри попросите передать его Амелине Гисбах. Мы поймем, что нужны вам, — Зак улыбнулся. Джерард недовольно сунул руку за пазуху и достал кулон, подаренный Марией. Сняв его с шеи и грустно вздохнув, мужчина протянул украшение Елене. — Вот, возьми. Смотри не потеряй. Когда снова увидимся — вернешь. Это подарок. — Зачем мне это? — искренне удивилась Елена. — От нежити тебя, дуру, защищать будет. Намоленный он. Заодно скажешь своим, что он бесовство лучше сдерживает. И вообще, что тебе в храмы «Истинной веры» надо почаще ходить — грехи замаливать. Соврешь, в общем, что-нибудь. Зак, пойдем отсюда. Джерард развернулся и, морщась от боли, размашистым шагом пошел прочь. Он не видел, как Елена надела кулон и, улыбнувшись, спрятала его за пазухой. Зак кивнул девушке на прощание и последовал за Джерардом, подумав, что на этот раз им удалось избежать грандиозного скандала. Но что будет в будущем, известно одному Всемилостивому. Потому что если в один прекрасный день дед Елены вместо внучки обнаружит записку, что она сбежала с безродным некромантом, кто-кто, а Зак точно не удивится. Так они и ушли с поляны. Но чем дальше друзья отходили, тем медленнее шел Джерард. Он все время оглядывался назад и то замысловато злословил в адрес Елены, то крыл на чем свет стоит все высшее общество. И Зак искренне надеялся, что это просто диалект малой родины друга, потому что с него станет ненароком наслать какое-нибудь замысловатое проклятье. Так, случайно. В порыве чувств. Избушка встретила их траурным молчанием. За столом в кухне сидел хмурый Натаниэль, у него в ногах жалобно поскуливала Марийка, стараясь как-то утешить. Тут же на скамейке дремал раненый Алекс, у которого начинался жар. Амелины в домике не было. Чтобы понять и осознать все это, Заку потребовалось несколько секунд. Улыбка мигом сползла с лица, и он, спокойно подойдя к столу и сев напротив Натаниэля, медленно спросил: — Что случилось, Нейт? — Это я… — встрепенулся Алекс, но Марийка тут же вскочила на лапы и, подойдя к раненому, угрожающе рыкнула. — Верно, — тихо согласился Зак. — Не лезь в разговоры старших, Алекс. Нейт? — Они увели Амелину, — ответил Натаниэль. — Да что за день такой ублюдский! — заорал Джерард, до этого полностью погруженный в себя. — Как увели? Тут защита такая! — Выманили ее, милок. Грозились парнишку вашего добить, — посреди кухни возник призрак пригожей старушки. — Доброй ночи, господа. Друзья переглянулись, а приподнявшийся на локтях Алекс произнес: — Ула, что ж вы ее выпустили? — Хотела задержать, — признался призрак. — Но против воли не смогла бы. Такие, как я, девице вашей на одну молитву. — А ты что, магией не мог отбиться? — накинулся Джерард на Алекса. — Подумаешь, мечом раз ткнули! — Не мог, — Алекс опустил взгляд. — Я полночи беспокойников гонял, за резервом не уследил… кажется. Я магией стихий нечасто пользуюсь… Джерард пристально посмотрел на парня — что-то в нем настораживало. Он подошел поближе и провел ладонью над раной. — Сколько времени прошло? — мрачно поинтересовался он. — Полчаса… — И за это время тебе только хуже стало? — Ну… да. — Несмотря на то, что Амелина обработала рану и организм должен был начать восстанавливаться? — Да-а… — Чем тебя ранили? По мере осмотра лицо и без того злого Джерарда становилось еще мрачнее. — Мечом. По крайней мере, так мне показалось. — Поздравляю, друзья, — Джерард посмотрел на подавленных Зака и Натаниэля. — Ему мечом пробили резерв. И если кровотечение Амелина остановила, то его силы все еще уходят. Отсюда воспаление и жар. Рана не залечивается. Ему медик нужен, и поскорее. — Какого демона? — вскочил Натаниэль. — Разве бывает такое оружие? — Бывает, касатик. Еще как бывает. Еще эльфы такими мечами друг дружку рубили, — вмешалась в разговор Ула. — Долго ли меч-то заговорить, коли маг обученный? Хоть против беспокойников, хоть вот так. Другое дело, что знающих и не осталось почти. В комнате повисло молчание. Натаниэль, Джерард и Алекс напряженно смотрели на притихшего Зака, не сводящего глаз с лежащего посреди стола перстня-печатки, который он подарил Амелине. — Она вернула кольцо, — рассеянно произнес он, протянув к перстню руку. — Нет, — Натаниэль проворно схватил перстень и сунул его себе в карман, положив перед Заком записку Амелины. — Лина оставила его мне. На хранение. Прости, но без позволения хозяйки ты его не получишь. Верну твоей невесте лично. Пошли... Прочитав прощальное письмо Амелины, Зак вдруг улыбнулся. А после, окинув взглядом едва стоящего на ногах Натаниэля и держащегося рукой за грудь Джерарда, готовых бежать спасать девушку, покачал головой. — Я иду один. — Сдурел? — злобно зыркнул Джерард. — Одного не отпустим! — подтвердил Натаниэль. Зак вздохнул. Времени на объяснения практически не было, но и просто сбежать, оставив друзей без прощальных слов, он не мог. — Вы знаете, что будет, если Амелина погибнет, — тщательно подбирая слова, проговорил он. — Это будет для Эдварда большим ударом. Но если мы пойдем все вместе и не вернемся, никто не сможет его предупредить о «Братьях солнца» и рассказать, что случилось в Фельдорфе. — Зак… — Не спорь, Нейт! Вы оба не в форме. Я не смогу прикрывать еще и вас. Я иду один, просто прими это. — Эта ваша Амелина такая же дура, как и другие бабы! — вспылил Джерард, в сердцах схватив со стола пустую плошку и с силой бросив ее на пол. — Джед! — вскричал Натаниэль, но Зак лишь покачал головой. — Оставь. Это у него личное. Отойдет — расскажет. Алекса к Марии отнесите, не теряйте времени. А Эдварду скажите… — он вдруг запнулся, но после махнул рукой. — Я ему сам скажу, когда вернусь. До скорого. Зак вышел, осторожно прикрыв за собой дверь, оставляя друзьям лишь неловкое молчание.