Глава 16 "Две души"
24 апреля 2023 г., 16:29
Капли дождя разбивались о листву растений и каменную заросшую дорожку, по которой осторожно ступал Феликс. С волос стекала вода, его одежда насквозь вымокла, но твердое желание подбивало двигаться дальше. Шаги его казались невесомыми, а дыхание затаилось, словно юноша боялся разбудить кого-то, кто мог скрываться в чаще леса. От чего-то парню казалось, что иначе нельзя.
Феликс давно хотел оказаться здесь. Еще с тех пор, как Хенджин впервые осадил гостя за сие желание. Сегодняшний сон, в котором юноша увидел свою матушку, лишь сильнее его распалил и подтолкнул к этому решению. В конце концов, Феликс более не являлся пленником дворца. Ему позволили ступать туда, куда только желала его душа. А та тянулась к этому месту, так давно заброшенному и запретному, что любопытство не оставляло парня.
Сквозь листву деревьев и кустов взгляд Феликса зацепился за нечто, не подходившее этому месту. Он подошел ближе и опешил, завидев знакомые витиеватые узоры, которые охватили стебли красивого розового куста с прекрасными алыми цветами. Юноша узнал это место в то же мгновение. То была беседка из его сна, не покидавшая мыслей и возвращавшая памяти образ прекрасной незнакомки в белоснежном платье.
Феликс прикоснулся к одной из роз кончиками пальцев, словно рассчитывая на повторение событий из своего ночного приключения, но ничего не изменилось. Однако юноша знал, или же надеялся, что была какая-то зацепка, благодаря которой он смог бы подобраться ближе к разгадке. Парнишка обогнул беседку вдоль и поперек, но так ничего и не отыскал. Уже опустив руки, Феликс собирался возвращаться, когда в мокрой траве неподалеку заметил, как что-то блеснуло от влаги. В любом другом случае юноша даже и не заметил бы эту вещь, которая из-за прошедших лет выглядела не как изящное украшение, а как кусок металла, выброшенный за ненадобностью. Однако ценность, очевидно, имел, так как привести его в порядок еще было возможно.
Феликс стиснул в руке тонкую цепь, покрытую грязью, пытаясь рассмотреть ее получше, но услышал позади торопливые шаги, которые приближались к юноше. Он обернулся, полагая, что за ним подоспели стражники, но немало удивился, когда увидел перед собой короля, чей некогда идеальный внешний вид был омрачен непогодой. Белоснежное котарди вымокло насквозь, а аккуратно уложенные темные локоны налипли на лицо, которое ярилось недовольством.
Хенджин в несколько шагов сократил расстояние между ними и схватил парня за предплечье, вцепившись пальцами в нежную кожу. Феликс весь сжался, стараясь не смотреть на монарха.
- Я же предупреждал, чтобы ты сюда не ходил. – В голосе отчетливо слышался гнев, но юноша уловил в нем и другие странные нотки. Слово, которое идеально описало бы эту эмоцию, подобрать оказалось слишком тяжело. Что-то между беспокойством и ошалелым страхом. Хотя, вполне вероятно, что это лишь почудилось Феликсу. С чего бы Хенджину испытывать нечто подобное?
- Ты сказал мне это до того, как освободил. – Наконец, чуть набравшись уверенности, ответил парнишка, взглянув в глаза напротив. – Теперь я могу идти, куда хочу. И чем попусту тратить слова, оглянись вокруг.
Король с трудом пересилил себя и отвел взор от Феликса, окинув глазами место, в котором оказался, несмотря на все те запреты, которые преследовали юного правителя всю жизнь. Обыкновенная покинутая людьми роща, ничего страшного не таившая за собой. Его хватка ослабла, и Феликс мягко улыбнулся одними уголками губ, заметив то, как смягчились черты лица Хенджина.
- Здесь же нет ничего жуткого. – Осторожно заметил юноша и коснулся плеча короля ладонью. Тот едва заметно вздрогнул, будто выведенный из оцепенения. – Разве не чувствуешь?
Феликс не договорил, какое именно чувство должно было возникнуть от их пребывания здесь. Быть может, королю стоило самому догадаться. Возможно, то испытывал лишь сам юноша после того, как бывал тут и раньше в мире своих грез.
Хенджин ничего не ответил, а лишь вернул своей хватке прежней силы и повел Феликса обратно по извилистой дорожке к замку. Парень не сопротивлялся. Не видел в том смысла. То, что он хотел сделать, было осуществлено, и даже больше, чем мог вообразить Феликс. Юноша смог привести упрямого короля туда, где тому надлежало побывать.
Парень был уверен, что свобода, дарованная Хенджином, вновь будет отнята у него после прогулки в восточный сад. Ему уже чудилось, как он снова проводит свои дни под замком, лишь изредка под присмотром стража выбираясь в библиотеку, либо на ужин с королем. Однако по возвращении во дворец Хенджин не обмолвился с ним ни единым словом.
Феликса встретила Мэри, которая повела его в купальню, дабы парень отогрелся после прогулки по лесу под дождем и переоделся в чистые и сухие одежды. Не смотря на то, что силой его обратно в покои не повели, юноше безумно хотелось оказаться в уютном уголке этого замка, который Феликс уже давно называл своим.
Едва дверь за ним закрылась, парень шагнул к столику с зеркалом, где всегда находился графин с водой и небольшой сосуд для умывания. Феликс наполнил его водой и опустил в нее припрятанную находку, которая вся была покрыта грязью и травой. Отмыв украшение от всего, чего на нем не должно было быть, юноша, наконец, разглядел его.
Той цепочкой оказалось основание изящного и аккуратного серебряного браслета, в центре которого Феликс разглядел изображение розы, которую юноша уже мыслями сравнивал с королевой Изабеллой. Вполне возможно, что украшение в действительности принадлежало ей, и было потеряно очень давно.
- Такое же прекрасное, как и Вы. – Феликс улыбнулся, разглядывая цветок.
И как он сразу не догадался? Та прекрасная девушка просто не могла быть кем-то другим. Это была королева Изабелла, пришедшая к юноше во сне. Светлые длинные волны волос, аккуратность ее движений и нежная красота в чертах лица. Истинно королевская особа. Вероятно, темные пряди и жесткость характера Хенджин перенял от Теодора. Однако красоту и изящество юному королю подарила мать.
- Как же мне теперь достучаться до Вашего сына?.. – Прошептал Феликс, сжав в ладони браслет. - Упрямство, наверняка, еще одна черта, унаследованная от Вашего монстра. – Юноша не сдержал смешка, который вырвался от упоминания прозвища предыдущего короля.
***
Феликс впервые столь сильно ждал ужина, чтобы встретиться с Хенджином и, чего бы то не стоило, постараться поговорить, привести в чувство и наставить на истинный путь. В конце концов, решение загадки могло бы потешить любопытство самого юноши, но он прекрасно сознавал, что королю надлежало в этом участвовать. Однако тем вечером, сколько бы Феликс не прождал, его так и не повели на трапезу к монарху. На следующее утро юноша отправился бродить по коридорам замка, едва не потерявшись в этом лабиринте. Он заглянул в знакомые места: тронный зал, кабинет короля, внутренний сад. Однако пропажа в лице правителя найдена не была. В полнейшем негодовании Феликс направился обратно в свои покои. Свобода его радовала, но дворец все еще казался чуждым местом, где потеряться было очень просто. Проходя очередной длинный коридор, юноша старался вспомнить направление в свою комнату, когда заметил знакомую светлую копну волос парня из прислуги. - Стивен, постой. – Окликнул его Феликс и подошел ближе. Парнишка явно торопился. - Здравствуйте, господин Феликс. – Вежливо поздоровался Стивен, едва улыбнувшись. – У Вас что-то срочное? Я несколько спешу. - Не то чтобы… - Юноша чуть замялся, так как поиски короля ему и самому теперь виделись странной затеей. – Ты не знаешь, где Его Высочество? Никак не могу найти. - А Мэри Вам не сказала? – Явно удивился слуга, и то было неудивительно. Девушка приходила каждое утро, и они с Феликсом всегда что-либо обсуждали во время ее визитов. Однако так уж вышло, что сегодня он покинул покои до прихода Мэри. – Его Высочество заболел. И, как назло, служанка, прислуживающая королю, не так давно по хвори отлучилась из дворца домой. Так как работы у меня последнее время мало, заботу поручили мне. Бегаю от одного конца дворца до другого, как скакун на охоте. Только не проговоритесь, что я жалуюсь. Стивен неловко улыбнулся, и по его движениям, Феликс догадался, что тот был напряжен. Комнаты советников, где работал юноша, и спальня Его Высочества находились довольно далеко друг от друга. Вероятно, слуге приходилось нелегко, бегая целый день через весь дворец. Феликс мягко улыбнулся и аккуратно перехватил поднос из рук Стивена. - Не мог бы ты сказать, где находятся покои короля?***
Хенджина всего знобило, несмотря на теплое одеяло, в которое он завернулся по самый подбородок. Тело было столь слабо, что его воротило от самого себя. Не мог же он так слечь от обыкновенного дождя. Или, быть может, Его Высочество слишком перенервничал? Из-за чего же? Из-за этого наглого мальчишки, который совершенно несносен и отказывается следовать приказам монарха? Единственное, что более он не мог отрицать, так это то, что Феликс не покидал его мыслей ни во снах, ни в часы бодрствования. Это чувство было до одури странным и чуждым, прожигало грудь изнутри, заставляло сердце трепетать, дыхание сбиваться, а мысли путаться. Так отчего же оно всем столь нравилось? Про него слагают легенды, пишут книги, посвящают песни. Хенджину же сие чувство казалось слишком обременительным, доставлявшим больше вреда, нежели пользы. И самое ужасное, с чем Его Высочество столкнулся, заключалось в том, что оно не позволяло королю казнить Феликса. Избавить же себя от этой напасти, освободив юношу, у правителя не вышло, ведь тот напрочь отказался покидать дворец. И, признаться честно, у Хенджина попросту не было никакого желания приказывать страже вышвырнуть наглеца. Неужто он оказался под какими-то чарами? Тогда сколь же сильными они были, что тело лихорадило в попытке принять что-то новое в жизни короля? Дверь в покои Хенджина отворилась, и он услышал шаги, приблизившиеся к его кровати. - Стивен, оставь все здесь и возвращайся к работе. – Не глядя, приказал король, но опешил, услышав ответ. - Прошу прощения, но руководство над Вами в период хвори, было передано мне. – Юноша широко улыбнулся, нависая над монархом, чтобы он увидел собеседника. Правитель едва открыл глаза, и взгляд вперился в мягкие черты лица парня. Феликс выпрямился, чуть столкнувшись взором с королем. – Я встретил Стивена по дороге в твои покои, и он сказал, что ты заболел. Ваше Высочество, не стоило выходить под ливень, если тело такое слабое, что не в силах пережить непогоду. - Замолчи. – С придыханьем выдавил Хенджин не в силах сейчас спорить с ним. Юноша поджал губы и протянул ладонь, касаясь ей лба короля. - У тебя сильный жар. – Подытожил Феликс и забродил по комнате. – Лекарь приходил? Оставлял какие-нибудь лекарства? На самом деле Его Высочество плохо помнил визит мужчины. Тот заглядывал, чуть король слег прошлой ночью. Лекарства лежали на столике неподалеку, каждое подписано, дабы не запутаться. Феликс, наконец, перестал наматывать круги по спальне и возвратился к Хенджину с сосудом воды и небольшим полотенцем, которое секундой позже юноша намочил, выжал и прислонил к голове короля. Тот ощутил влажную прохладу на коже, что следом покрылась мурашками. - Холодно… - Буркнул недовольно монарх, и парень едва сдержал смешок от того, насколько он был похож в этот момент на маленького мальчика. - Потерпи. Ты весь горишь. – Феликс присел на край кровати и, потянувшись, взял в руки тарелку со свежеприготовленным супом. – Надо прежде поесть. Нельзя лечиться голодным. Хенджин упрямо отвернул голову в сторону от внезапно появившейся у него сиделки. Ему претила мысль о том, чтобы оказаться в столь унизительном положении. Он и без того сейчас выглядел жалко, а опускаться до того, чтобы подвергнуться заботе юноши, и вовсе не желал. Феликсу подобное упрямство явно было не по нраву. Он свел брови к переносице, цепко ухватился пальцами за подбородок монарха и вернул его взгляд к себе. И как же только Хенджин дошел до того, что тот, кто должен был его бояться, теперь вел себя так фривольно? - Не упрямься. – Твердо приказал Феликс и отложил тарелку на время обратно на поднос. – Поднимись немного. Я поправлю подушку, чтобы ты сел удобнее. Его Высочество фыркнул в неудовольствии, но спорить на сей раз не стал. Чем быстрее они закончат, тем скорее юноша оставит его в покое. Хенджин устроился в ложе так, чтобы иметь возможность поесть, и уже было потянулся за едой, как та была перехвачена Феликсом. Его цепкие пальцы были столь же уверенны, как и взгляд парнишки. - Не двигайся. Я сам. – Предупредил он короля, и у Хенджина по неведомой причине не было никакого желания спорить. Феликс не издевался, несмотря на насмешливый тон, а искренне заботился, что было не менее странным, но заставляло тепло разливаться в груди монарха. Так с чего бы ему воротиться от подобного ухода, если то являлось желанием юноши? И тогда Хенджин решил поддаться воле судьбы. Случись что, он сможет списать произошедшее на упрямство и наглость своего гостя, который теперь действительно был таковым, перестав нести бремя пленника. Король расслабился и полностью отдал себя в руки Феликса хотя бы на время хвори.***
Парнишка принял на себя роль сиделки весьма серьезно. После принятия пищи, убедился, что правитель выпил лекарства, отнес посуду обратно на кухню, не дожидаясь прихода прислуги, а ближе к обеденному солнцу вернулся в покои Хенджина, да еще и не с пустыми руками. - Книга? Ты серьезно? – В недоумении спросил монарх, не веря глазам, когда увидел яркую обложку в ладонях юноши. - Заглянул по пути к дядюшке Оливеру в библиотеку. – Пояснил Феликс, усаживаясь на край кровати. - Решил, что надо бы разнообразить время течения твоей болезни. Надеюсь, мой голос не прибавит тебе головной боли. Но вообще-то многие говорят, что у меня приятный тембр. - Перетерплю. Делай, что хочешь. – Бросил в ответ король и прикрыл глаза, в надежде просто заснуть где-то среди прочтения. Однако, что его и самого немало удивило, Феликса слушать было слишком приятно. Его голос менялся, добавлял истории довольно банальной любви больше красок. Откровенно говоря, просто завораживал и не отпускал ни на секунду. Изредка шелестели перелистываемые страницы. Хенджин чуть распахнул веки и взглянул на чтеца. Король не сдержал легкого смешка, наблюдая, как лицо Феликса менялось от того, какие сцены он читал. Особенно много эмоций на нем проглядывало в моменты диалогов между персонажами. Он и хмурился, и расплывался в улыбке, вздергивал брови, от чего на лбу проглядывали еле заметные морщинки. Было чувство, словно юноша вживался в каждого героя, чувствовал все его эмоции, боль, радость или гнев. Хенджин поразился тому, сколько всего тот умел изображать и, вероятно, чувствовать. И столько всего ему хотелось увидеть в мгновения, когда Феликса взаправду захлестнули бы эти эмоции. Не только язвительность, гнев или грусть, которые были чаще всего ему присущи, пока парень находился здесь. Хенджин страстно жаждал вобрать все это в себя, увидеть, обладать. От последнего желания король опешил и постарался выбросить дурные мысли из головы. Но в воспоминаниях, как назло, вспыхнули картины, приходившие к нему во снах. Такого лица, что было в грезах у монарха, он никогда не видел и, вероятно, не увидит у Феликса. Это была та эмоция, то чувство, которое запечатлеть в памяти было не дано. И тем тяжелее и невыносимее становился каждый новый сон, после которого Хенджину требовалось время, чтобы прийти в себя. - Эй… - Услышал он мягкий баритон над головой и лишь тогда заметил, что Феликс отвлекся от чтения. – Все хорошо? Парень коснулся его щеки пальцами, проскользил выше по коже ко лбу, проверяя температуру. От прикосновения тело короля покрылось мурашками. Нет, только не сейчас. - Жар, похоже, немного спал. – Чуть улыбнулся Феликс довольно сдержанной улыбкой, какую дарят кавалеры и дамы друг другу на балах. – Хочешь немного поспать? - Я в порядке. – Хенджин выдохнул и взял юношу за запястье, через силу отстраняя его ладонь от себя. – Либо читай дальше, либо уходи. Это прозвучало несколько грубо, но юношу, похоже, вовсе не задело, так как он коротко кивнул и вернулся к прежнему занятию. Феликс, судя по всему, давно привык к резким требованиям короля, что последнего несколько напрягало. Разве не должен был парень убежать от тирана, чуть появилась таковая возможность? Тот же, напротив, взял на себя заботу о нем, терпит упрямство и грубости в свою сторону. Разве то не было чем-то абсурдным? Хенджин, пересилив себя, коснулся пальцами ладони Феликса, что мирно покоилась на простыне. Юноша чуть вздрогнул, ощутив внезапное прикосновение, но руку не отнял. - Мне так легче. Потерпи. – Бросил король в ответ на ошеломленный взгляд. – Ты говорил, что любовь к книгам привила тебе твоя мать. Какая она была? Феликс поджал губы и опустил взгляд на роман, который прикрыл, и тот спокойно продолжал лежать на коленях юноши. - Она… - Парень еле заметно улыбнулся, но на лице его промелькнула грусть. – Была потрясающим человеком. Я плохо помню своего отца. Его не было рядом с тех пор, как я был еще ребенком. Мама взяла всю заботу о доме, и обо мне на себя. Даже не представляю, откуда у нее было столько сил, чтобы все успевать. Целыми днями работала, следила за домом и за мной успевала ухаживать. Часто читала мне книги, играла на скрипке. Когда стал чуть постарше, я тоже начал помогать. Но мама всегда была той еще упрямицей, поэтому не желала сидеть без дела. - Упрямство у вас семейное. – Усмехнулся Хенджин, но в словах его сквозил лишь добрый дух. - По осени минувшего года мама слегла. – Тише добавил Феликс, и король почувствовал, как ладонь в его руке дрогнула и напряглась. – Она продержалась долго. Так сказал лекарь. Ее не стало несколько месяцев назад. Монарх сжал его кисть крепче, выказывая тем самым безмолвную поддержку. Он знал горечь утраты дорогого человека. Королевы не стало уже очень давно, но сердцу от этого было не легче. Воспоминания, таившиеся с детства, не хотели никуда исчезать. Они приносили боль, но вместе с тем, Хенджин не променял бы их ни на что на свете. - Я… - Наконец, снова заговорил Феликс. – Не знал, как мне поступить. Дом меня душил своими стенами со всех сторон. Слишком тихо, слишком пусто… Тогда я вспомнил ее последние слова и отправился сюда. Не важно, где, но мне все так же больно. Однако… - Он вдохнул через силу, так как плечи юноши задрожали. – Ты сочтешь меня сумасшедшим, но, даже будучи под замком в твоем дворце, мне было легче дышать, чем там… Хенджин более не выдержал этих откровений. Он приподнялся на ложе и утянул Феликса к себе, прижимая к своей груди. Все равно, что парень подумает о нем. В словах юноши король словно находил самого себя. Это пугало до невозможности, но более убегать ему не хотелось. - Хватит. – Потребовал монарх, чувствуя, как дрожит тело Феликса в его руках. – Хочешь разрыдаться тут - давай. Можешь мне не верить, но я не заикнусь об этом в будущем. Сам знаешь, что я тебя понимаю… Он не знал, хватит ли парнишке доверия к нему, чтобы выплеснуть чувства, как полагалось. Быть может, Феликс сейчас оттолкнет Хенджина от себя, выкрикнув в своей манере, что ему ничего не нужно от самодура, вроде него. Однако ладони юноши сжали рубаху меж пальцев на спине короля, а лицо спряталось куда-то в плечо Хенджина. А далее тихие всхлипы послышались, прорезая тишину спальни. Монарх держал Феликса в своих объятиях необычайно для себя нежно, словно боясь навредить итак страдальческой душе. Его Высочество не знал, как все обернется дальше и что стоит предпринять. Однако он понимал, что в одном Феликс оказался абсолютно прав. Хенджин прекрасно знал это чувство, которое делало двух юношей из разных миров такими похожими.
