Парадокс второго шанса

Побережье Бискайского залива, резиденция Сириуса Блэка

      — Мы так и будем тут стоять, да? — уточнил Сириус, когда молчание переросло в неловкую паузу, и замершая на пороге дома Нарцисса отвела взгляд в сторону. — На самом деле, не имею ничего против, но сегодня жуткий ветрище.       — Я заметила, — на бледном и изможденном лице Нарциссы промелькнуло то, что Сириус чуть было не счел улыбкой, но вовремя опомнился. — Значит, решил занять домик старика Альфарда?       — Он мне его завещал, — пожал плечами Блэк, отступая в сторону и пропуская двоюродную сестру внутрь. Закрыв дверь, он коснулся палочкой замочной скважины и повернулся к Нарциссе, уже успевшей добраться до гостиной. — Было бы странно тратить нервные клетки на жизнь в душной дыре посреди Лондона, зная о том, что где-то на испанском побережье доживает свои последние дни шикарная вилла.       — С шикарной ты переборщил, конечно, но здесь и впрямь… миленько, — отозвалась Нарцисса. — Сделал косметический ремонт?       — Можно и так сказать, да.       — А Кричер? Он еще жив?       — Жив, к сожалению, — с легким недовольством отозвался Блэк, все еще испытывающий смешанные чувства по отношению к эльфу, с которым враждовал все детство.       — Помнится, когда я в последний раз была в вашем родовом доме, Регулус показал мне твою комнату. Знаешь, что общего между той комнатой и этим домом?       Сириус пожал плечами.       — В том-то и дело, что ничего, — хмыкнула Нарцисса. — Полагаю, в этом стоит винить будущую миссис Блэк? Ты выбрал сильную женскую руку, Сириус, твой отец гордился бы тобой.       — Слушай, мне ведь уже не шестнадцать, и я не могу хранить мотоцикл в доме. Вдобавок, у меня есть гараж, и там намного удобнее…       — Не продолжай, я и так уже догадалась, — на сей раз улыбка и впрямь появилась на лице Нарциссы. Безэмоциональная маска наконец треснула, а следы усталости и недосыпа уступили место мягкой, но контролируемой радости. Повернувшись к Блэку, женщина окинула его с ног до головы оценивающим взглядом. — Для того, кто провел двенадцать лет бок о бок с Беллой, ты неплохо сохранился. С каких пор Азкабан стал похож на курортный отель?       — Мы с тобой виделись на втором испытании Турнира, — напомнил ей Сириус, но тут же нахмурился. — Могла бы и поздороваться, кстати говоря. Я до сих пор переживаю, что выглядел как идиот тогда.       — Да, выглядел, — не стала спорить с кузеном Нарцисса, прислоняясь плечом к дверному косяку. — Кто устанавливал защиту вокруг твоего дома? Никогда прежде не видела ничего подобного.       Сириус нервно кашлянул, пожимая плечами, и Нарцисса, забыв на мгновение об этикете, закатила глаза и нетерпеливо цокнула языком. Выждав паузу в несколько секунд, она медленно оттолкнулась от стены и зашла в гостиную, осматривая слегка хаотичное, но до безумия уютное помещение, в центре которого расположились диван, три кресла и несколько журнальных столиков. Развернувшись, Малфой прошлась вдоль книжных полок, лишь часть из которых была отдана под книги, и остановилась рядом с многочисленными колдографиями в тонких рамках.       Не все из них двигались — некоторые, вероятно, были сделаны на маггловский фотоаппарат, но в то же время от людей на изображениях невозможно было отвести взгляд. Не знай она тех, на кого так внимательно смотрела, то обязательно решила бы, что это несколько поколений одной и той же семьи — счастливые улыбки, споры, спокойные беседы… Все выглядело так, словно они и по сей день были живы, а на полке как минимум раз в пару-тройку недель появлялось новое изображение.       — Это его последняя колдография, — пробормотал Сириус, когда Нарцисса протянула руку к одной из колдографий и коснулась рамки, наблюдая за тем, как бегущий по берегу Сириус из последних сил ставит подножку убегающему от него мужчине, который со всей доступной скоростью летит в воду, и в этот самый момент волна захлестывает их обоих. — Ты помнишь его?       — Люпина? — тихо переспросила Нарцисса, вздыхая. — Да, помню. Это правда? Он ухлестывал за дочкой Меды? А не староват ли он был для нее?       — Э-э-э… Я бы сказал, что она ухлестывала за ним, а он старательно… улепетывал, — фыркнул Блэк. — У Ремуса всегда были проблемы с самооценкой, даже в школе. Мы с Джеймсом старались изо всех сил, пытались его растормошить, но лучше всех с этим справилась та семикурсница с Пуффендуя, с которой он зажимался на шестом курсе по всем углам. Не так уж и сильно он изменился с тех пор, конечно.       Не дождавшись реакции, Сириус посмотрел на лицо кузины и рассмеялся, увидев там недовольную гримасу.       — Болтун — подарок для шпиона, — философски заметила Малфой, игнорируя легкое удивление во взгляде Блэка, услышавшего маггловскую поговорку. — Я задала тебе конкретный вопрос, а ты решил, что я хочу знать все подробности. Может, поговорим еще о чем-нибудь? Не хочешь рассказать мне еще какие-нибудь истории из прошлого? Какие-нибудь секреты?       — Ха-ха-ха, очень смешно, сестренка, — закатив глаза, Блэк отступил в сторону и облокотился на спинку кресла. — Мы оба прекрасно понимаем, в какой ситуации ты оказалась. Не знай я тебя, наверняка решил бы, что ты до сих пор надеешься избежать рабского клейма, сохранить свой прежний образ жизни и обезопасить своих детей, не прибегая к моей помощи. Окажись все так, я бы тоже задал тебе вопрос.       — И какой же? — поправив прядь светлых волос, приподняла бровь Нарцисса.       — Как ты умудрилась дожить до своих лет и сохранить чистое предплечье, будучи такой наивной особой? — сморщив нос, спросил Сириус, и женщина прищурилась. — Или ты просто решила ходить вокруг да около, пока я сам не начну предлагать тебе варианты? Этого не произойдет.       На мгновение Сириус превратился в того, кем должен был стать по праву рождения. Расправив плечи, он тяжелым взглядом окинул Нарциссу, потирая левую кисть. Малфой покосилась на поблескивающий перстень, но поджала губы и вздохнула, принимая правила игры.       — Кстати, все хотел сказать… — жестом приглашая Нарциссу занять одно из кресел, задорно улыбнулся Блэк. — Твоя дочь — это что-то с чем-то в лучшем смысле из возможных. Я до последнего сомневался в том, что встреча с ней стоит того, но Гарри убедил меня, что она вообще не похожа на своего отца. Ты даже представить себе не можешь мою радость, когда я понял, что он не ошибся в своей оценке.       — Не знай я тебя, сочла бы такой намек оскорбительным, — леди Малфой медленно присела, переводя взгляд на одно из закрытых окон.       — Я ведь не о…       — Не надо, я поняла, — отмахнулась Нарцисса, прикрывая глаза и делая глубокий вдох. — На нее всегда посматривали косо, но старались помалкивать. Тем не менее, в последние годы я все чаще задумываюсь о том, что она и впрямь истинная Блэк. Возможно, сама судьба подвела нас всех к этому моменту, не так ли?       — Предпочту считать, что серо-голубые глаза передались ей от Арктуруса, а не от твоего мужа, — с легким недовольством буркнул Сириус, и Нарцисса слабо улыбнулась. — Она сказала, что вы с ней очень близки, и ты представить себе не можешь, как я рад был услышать это. Больше всего я боялся, что… Ну, ты понимаешь.       Не став договаривать, Блэк пожал плечами и медленно присел в свободное кресло напротив Нарциссы, уперев руки в колени и склонив голову набок. Пробыв в неподвижном положении несколько секунд, он медленно потянулся к нагрудному карману плотной рубашки и вытащил из него тонкий браслет из светло-серого металла, который словно побывал в доменной печи уже после полировки. Схватившись за него обеими руками, Сириус закрыл глаза и прошептал активирующие слова, после чего протянул двоюродной сестре активированный артефакт.       — Мера предосторожности, — пожав плечами, с видимым нежеланием протянул Блэк. — Я бы не стал настаивать, но… некоторые люди хотят быть уверены в том, что ты не лжешь. Знаешь, что это?       — Опытный окклюмент способен без особых усилий обойти ограничения Браслета Истины, Сириус, — скучающим тоном произнесла Нарцисса. — Его даже в судах уже давным-давно не используют, тебе ли об этом не знать?       — Поверь, Цисси, в этот раз обойти ограничения не получится, — покачал головой мужчина. — Когда ты узнаешь имя того, кто сделал конкретно этот браслет, то сразу же все поймешь.       Нарцисса покрутила артефакт в руках, рассмотрев его со всех сторон, но все же медленно надела браслет на запястье и подняла взгляд, когда на бледной коже замерцали сложные рунные рисунки.       — Хочешь услышать полную историю или сразу перейдем к допросу? — с язвительной ноткой поинтересовалась она.       — Мы с тобой в последний раз нормально разговаривали лет двадцать назад, так что полная история точно не повредит. Хотелось бы узнать, почему спасением всей вашей семейки занимается твоя дочь, — тихо рассмеявшись, предложил Сириус.       — Мы с Люциусом любили друг друга, но после исчезновения Темного Лорда все изменилось, — покачав головой, размеренно произнесла Нарцисса, мысленно возвращаясь в прошлое и чувствуя, как чары браслета медленно опутывают ее с ног до головы, словно кокон. — Темные метки поблекли, но никуда не делись, и Люциус вынужден был из своего кошелька оплачивать защиту в судах всем своим приятелям из числа тех, кто остался на свободе и не готов был отправиться в Азкабан. Пока он бегал по судам, раздавая взятки и всеми силами пытаясь наладить связи среди молодых министерских чиновников, воспитание детей было на мне. Прошло от силы три года, прежде чем опасность отступила, а Люциус наконец-то вернулся домой. Впрочем, я довольно быстро поняла, что он представляет из себя в роли родителя.       — Ему плевать на Вивьен, не так ли? — прищурился Сириус, задав вопрос прямо в лоб.       Нарцисса выдохнула сквозь зубы, но все же кивнула:       — Люциус всего себя посвятил воспитанию наследника. Драко — это его гордость, Малфой по крови и духу, будущий глава рода, — Нарцисса слегка нахмурилась. — Он позаботился о том, чтобы сын был его продолжением во всем — придерживался тех же взглядов, отстаивал те же ценности, смотрел на мир с того же ракурса… Можно сказать, мы с ним заключили негласное соглашение — покуда я не критикую его методы и решения, мне позволено будет заниматься воспитанием дочери в одиночку. Люциус никогда не произносил этого вслух, но я прекрасно понимала, что он воспринимает Вивьен лишь как потенциально выгодный актив, который просто нужно вовремя сбагрить на сторону. Не то что бы я ожидала иного, но все же грустно было видеть равнодушие в его глазах каждый раз, когда речь заходила о ней.       — Типичная история, не так ли? — без тени улыбки хмыкнул Сириус.       — Именно, и когда я услышала о том, что он решил заключить брачный контракт между моей дочерью и сыном Нотта, не уведомив меня о своем выборе, то была… — выделив слово «моей», леди Малфой вздохнула. — Скажем так, я готова была взяться за палочку, если потребуется. Можешь называть меня эгоисткой, но я не смогла поставить интересы рода выше дочери.       — И кто бы мог подумать, что кровь не водица, а? — по-доброму усмехнувшись, пожал плечами Сириус, и на лице Нарциссы промелькнула печальная улыбка.       — Не выделывайся, Сириус, ты не единственный бунтарь из числа Блэков, — сморщила носик Нарцисса. — Я и по сей день считаю, что интуиция спасла нас обеих в тот день — я настояла на своем, защитив будущее дочери, а Люциус отступил, не желая испытывать мое терпение. Всего одной ссоры оказалось достаточно для того, чтобы обозначить границы, которые мы с ним больше не пересекали. Если бы я промолчала тогда, то не простила бы себе этого бездействия. С тех пор мы лишь отдалялись друг от друга, но его это не слишком-то беспокоило.       — Веришь или нет, но мне жаль это слышать, правда жаль, — Блэк вздохнул, протирая руками слегка помятое и заспанное лицо. — Не буду скрывать, я всегда ненавидел твоего мужа, но мне все равно жаль, что все сложилось именно так. С годами я все больше восхищаюсь дядюшкой Альфардом, — отказавшись от женитьбы и потомства, он не только избавился от лишних переживаний, но еще и обрек себя на счастливую жизнь вдали от всех чистокровных волшебников Магической Британии.       Нарцисса тихо фыркнула, прикрыв рот ладошкой.       — Я надеялась, что мне удастся сохранить все в равновесии, пока Вивьен не исполнится семнадцать, — вздохнув, продолжила свой рассказ леди Малфой. — Мои надежды рухнули, как только я узнала о том, что мой муж помогает Таддеусу Нотту организовать нападение на лагерь болельщиков. Я не знала, что к чему, но сам факт участия Нотта сразу указал мне на того, кто стоит за всем происходящим. Люциус молчал, и я старалась вести себя очень аккуратно, чтобы ничем не выдать свое беспокойство — возвращение Темного Лорда означало бы, что судьба моей дочери окажется в руках людей, которым нет дела до ее будущего. Мог ли хоть кто-нибудь предположить, чем все закончится?       — Появлением Безликого, — моргнув пару раз, тихо произнес Сириус, и Нарцисса кивнула.       — Атака отбита: Нотты мертвы, голова Фенрира Сивого была насажена на пику, Люциус отделался легким ранением и контузией из-за взрывного заклинания, а возвращение Темного Лорда, которое уже маячило где-то на горизонте, сдвинулось на неопределенный срок. В шахматную партию влез третий игрок и сразу же приступил к уничтожению фигур на доске, игнорируя все возможные правила. Время шло, и Люциус начал нервничать: бывшие Пожиратели Смерти исчезали один за другим, и в какой-то момент он попросту перестал посещать светские мероприятия, чтобы не повторить судьбу Яксли и Макнейра.       — Когда Волдеморт связался с ним? — спросил Блэк, и Нарцисса вздрогнула, услышав прозвище Темного Лорда.       — Уже после возвращения, — через силу прошептала она, чувствуя, что браслет и впрямь не дает ей уклониться от ответа. — Темный Лорд… изменился, Сириус. Он и раньше не был образцовым лидером, но что-то сломалось в нем, и сейчас он больше похож на… бешеного пса, которого Геллан Верхет держит на привязи. Идеалы чистой крови, с которых он начинал когда-то, уже не волнуют его. Он пытает и убивает своих сторонников, словно это какая-то игра.       Стоило ей произнести это, как Нарцисса резко выдохнула и откинулась на спинку кресла, тяжело дыша.       — Ты не связана клятвой? — уточнил Сириус, наливая стакан воды из стоящего на журнальном столике графина и протягивая его кузине.       — Нет, нет… — сделав глоток, пробормотала она. — Я до последнего надеялась, что все обойдется, и упустила тот момент, когда еще можно было хоть что-то изменить. Если ты надеешься, что я стану ценным информатором, то вынуждена тебя разочаровать: я знаю лишь то, до чего смогла дойти самостоятельно. Никто не счел необходимым рассказать мне обо всех тайных планах.       — Поверь, мы ни за что не стали бы рисковать тобой ради призрачного шанса узнать что-то ценное, — медленно поднявшись с кресла, Блэк зашел за него и оперся на спинку, скрестив перед собой руки и издав тяжелый вздох. — Буду честен, все происходящее — это идея Гарри. Не знаю, что они с Вивьен задумали на самом деле, но именно он настоял на том, чтобы я написал тебе письмо и предложил встретиться. Если бы не он, мы не разговаривали бы с тобой сейчас.       — А в глубине души ты все тот же наивный гриффиндорец, — хихикнула Нарцисса, и на ее бледном лице проступили розоватые пятна румянца. — Поверь, Сириус, если бы Вивьен не захотела, она бы не стала во всем этом участвовать. Она… удивительно находчива и хитра, когда речь заходит о чем-то важном. И я учила ее скрывать эти черты от окружающих, чтобы они чувствовали себя комфортно рядом с ней.       Сириус усмехнулся, заметив, как расцвела Нарцисса, стоило им переключиться на обсуждение Вивьен. Скрестив пальцы в замок, он склонил голову набок и продолжил:       — Как только я разорву ваш с Люциусом брачный контракт и верну тебя в род, доступ в Малфой-мэнор для тебя будет закрыт. Люциус сейчас там?       Нарцисса покачала головой, отводя взгляд в сторону, но браслет все равно вынудил ее дать прямой ответ на вопрос.       — Он у Снейпа, — сквозь зубы процедила Малфой. — Северус погрузил его в магическую кому, но каких-то конкретных прогнозов пока нет. Если он очнется, то еще долгое время будет прикован к постели, но я сомневаюсь, что он придет в себя. Темный Лорд сделал ставку на Драко, и Люциус ему больше ни к чему. Куда проще работать с единственным наследником, который вскоре получит перстень главы рода, чем с его несговорчивым отцом.       — Драко — это проблема, решения которой у нас пока нет. Мы можем оставить его в Хогвартсе, понадеявшись на благоразумие Волдеморта. Смерть Драко точно не в его интересах, — прервал нервную речь Нарциссы Блэк. — К сожалению, метка на руке — это приговор, и мы не можем быть уверены в том, что Драко не попытается связаться с Темным Лордом. Если мы вытащим его, то сразу же окажемся в опасности.       — Он не станет, нет, — замотала головой Нарцисса.       — Домашний арест, — Сириус с готовностью встретил потухший взгляд Нарциссы. — Я не знаю, сколько это продлится, но Драко должен будет находиться под замком до тех пор, пока мы не найдем способ избавиться от метки или не убьем Волдеморта. Это не значит, что его закуют в кандалы, но он будет жить в доме, окруженном мощным барьером.       — М-мне надо… Мне надо подумать, — запнувшись на полуслове, пробормотала Малфой.       — Несколько минут у тебя точно есть, — Блэк вздохнул, переминаясь с ноги на ногу. — Сегодня полнолуние, и мы все считаем, что демонстрация силы произойдет этой ночью, но у нас нет никаких конкретных догадок. Ты что-нибудь слышала о составе его армии? О низших вампирах? Оборотнях? Великанах?       — Всем заведует какой-то жуткий тип, ставленник Верхета, — покачала головой Нарцисса. — Арон Сомерс, если я правильно помню. Я видела его пару раз, но он всегда держится в стороне.       Сириус и бровью не повел, услышав знакомое имя, но все же замер на мгновение, сопоставляя давно известные элементы паззла в общую картину.       — Я согласна, — тихий голос Нарциссы заставил Блэка поднять взгляд и внимательно посмотреть на женщину, успевшую принять судьбоносное решение. — Ты разорвешь наш с Люциусом брачный контракт и вернешь меня в род. Я снова стану Нарциссой Блэк, и тогда Вивьен сможет отказаться от фамилии Малфой и перейти под мою опеку как Вивьен Блэк. Драко ни за что не откажется от своего рода и статуса, но я смогу уговорить его держать язык за зубами, пока он будет находиться под домашним арестом. Мы не можем оставить его в Хогвартсе, Сириус. Я не смогу жить, зная, что он остался без защиты.       — Не можем, — кивнул Блэк, — но и вытащить их без шумихи тоже не получится. Придется им всем покинуть Хогвартс одновременно.       — Ты имеешь в виду друзей Поттера? — слегка скривилась Нарцисса, вздыхая. — И когда это произойдет?       — Завтра? Послезавтра? Через неделю? — предположил Блэк, пожимая плечами. — Понятия не имею, Цисси. Как только небо прояснится, все сразу станет ясно. По крайней мере, мы с тобой будем к этому готовы. Если тебе нужно забрать из Малфой-мэнора какие-то вещи на память, то рекомендую заняться этим прямо сейчас. Я хотел бы разобраться со всем до заката, но для этого нам с тобой нужно будет встретиться в Гринготтсе.       

***

Несколькими часами позже, окраина Гилфорда, Юго-Восточная Англия

      Сириус Блэк, возникший из ниоткуда в небольшой подворотне, тут же вынужден был отпрыгнуть в сторону, освобождая путь для несущегося на велосипеде мальчугана в больших несуразных очках.       — Аккуратнее, мистер! — успел выкрикнуть мальчишка, заодно окатив Блэка изысканным содержимым глубокой грязной лужи, и рванул в сторону дороги, намеренно ускорившись, чтобы его не смогли догнать.       — Да, само собой… — пробурчал Сириус, сморщив нос, и взмахом волшебной палочки очистил свой осенний плащ от стекающих по нему нечистот.       Перепрыгнув через лужу, он потратил пару минут на изучение кирпичной стены, прежде чем нашел нужный кирпич и несколько раз стукнул по нему, открывая зачарованный проход. Потрескивая, кирпичи сформировали массивную арку и самый настоящий коридор, который выглядел не сильно лучше маггловской подворотни. Отыскав глазами вывеску, Сириус поправил плащ и направился в сторону входа.       Добравшись до слегка несуразного входа, отчасти напомнившего ему Дырявый котел, Сириус коснулся дверной ручки, но тут же отшатнулся, прижимая к себе руку.       — С-с-собака! — процедил он сквозь зубы, и выдохнул. — Шумный вагон!       Арка позади него тут же схлопнулась, но дверь и впрямь открылась. Оглянувшись по сторонам еще раз, Блэк покачал головой и вошел внутрь, тут же отмечая полное отсутствие посетителей в пабе, который считался «людным» по меркам Магического мира.       — Добрый вечер, Сириус!       Услышав знакомый и слегка въедливый голос, ничего не знающий о маггловских религиозных обычаях Сириус мысленно перекрестился, но все же повернулся к Арманде Моретт, занявшей один из дальних столиков в пабе, помещение которого подозрительно напоминало реальный вагон поезда, расширенный с помощью магии.       — Рад вас видеть, Арманда, — на выдохе произнес Блэк, тут же восстанавливая ментальную защиту, необходимую ему для разговора на равных с вейлой. — Вы выбрали… странное место для встречи.       — Не нравится? — удивленно вскинув брови, переспросила женщина, делая еще один глоток из чашки. — Вам, британцам, невозможно угодить. В прошлый раз вы были недовольны домом Себастьяна, а теперь недовольны британским пабом. Просто восхитительная стабильность, не находите?       — Дело не в этом, просто… — Сириус окинул скептическим взглядом интерьер паба и пожал плечами. — В общем, неважно. На самом деле, тут не так уж и плохо.       — Этот паб принадлежит мужчине, женатому на одной из вейл моего анклава, — мягким голосом объяснила Арманда. — Раз уж мы с вами теперь союзники, было бы странно с моей стороны держать эти встречи в тайне от остальных. Вдобавок, сам факт того, что вас пригласили сюда в этот вечер — это знак доверия.       — Не буду скрывать, польщен, — с легкой ухмылкой отозвался Блэк, присаживаясь на диванчик напротив Моретт и протягивая ей документы. — Ну, что скажете?       — Нарцисса Блэк… — чуть ли не по слогам произнесла Арманда, вчитываясь в текст, под которым поблескивал оттиск перстня. — Значит, вы все-таки хотите отправить ее к нам? Уверены?       — Э-э-э, я мог бы подыскать для нее место в Воющих холмах, но там хватает тех, кто будет не слишком доволен ее присутствием, — Сириус вздохнул. — Амелия сказала, что лучшего места для Нарциссы в данный момент не найти, и я с ней согласен. Вдобавок, она претендовала на мастерство по трансфигурации когда-то, но не успела получить его. Если вам удастся привлечь ее к чему-нибудь, что поможет ей отвлечься, то я буду очень благодарен.       — А что насчет ее старшей сестры, Андромеды? — изучив бумаги, подняла взгляд Арманда.       — У нее тоже сейчас… не самый простой период в жизни, — с трудом подобрал нейтральные слова Сириус, вспомнив о Нимфадоре. — Анклав смирился с тем, что на сей раз вам не удастся остаться в стороне?       — Можно и так сказать, — усмехнулась Арманда. — Что насчет юного Поттера? Я бы хотела встретиться с ним, если это возможно.       — Не уверен, что он согласится, — Сириус пожал плечами. — Не сказал бы, что Гарри из злопамятных, но ваш отказ сильно задел его.       — Вейлы чувствуют ложь, Сириус.       — Мы оба знаем, что это неправда, — Блэк прищурился.       — Вот именно.       — Я о том, что вейлы чувствуют ложь. Меня учили окклюменции с девяти лет, и я прекрасно знаю, на что способны вейлы.       — Вот как? — приподняла брови Арманда, делая еще один глоток из чашки. — Значит, вам тоже рассказывали страшные сказки о тех, кто способен превратить любого мужчину в безвольного раба, стоит ему утратить контроль над ментальной защитой?       — Моя дражайшая матушка всегда твердила мне, что вейл следует обходить стороной, — уклончиво ответил Блэк.       — И все же вы здесь.       — Я никогда не слушал мать, — Сириус сморщил нос, и Арманда рассмеялась. — Кстати, как там поживает Флер? Нам в скором времени придется разместить где-то целую ораву подростков, и ее помощь пригодилась бы.       

***

Магическая сторона Цюриха, Швейцария, филиал банка UBS

      — Интересные вы существа, конечно, — философски подметил Геллан, когда Синграх вместо ответа поднял со стола шариковую ручку и прокрутил ее между пальцами. — Связаны по рукам и ногам договоренностями с МКМ, но все равно продолжаете лезть туда, куда не следует.       — А ты, значит, на своем месте? — переспросил Синграх, но Геллан проигнорировал вопрос.       — Как бы ты назвал эту черту, если бы речь шла об оборотнях, например? Наглость? Вседозволенность? — продолжил рассуждать старик. — Полагаю, оба варианта подходят.       — Можешь оставить запись в книге жалоб и предложений, если хочешь, — скучающим тоном отозвался Синграх, поднимая взгляд.       — Обязательно оставлю, раз уж ты сам предложил, — улыбнулся Верхет. — Как думаешь, в Международной Конфедерации Магов есть жалобная книга?       — Если ты заявился сюда исключительно ради этого, то мог обойтись письмом, — закатил глаза Валье. — Думаешь, ты первый волшебник, который пытается угрожать мне? Всех своих врагов я пережил, и тебя тоже переживу.       — Несомненно, в этом я ни капли не сомневаюсь, — будничная улыбка застыла на лице Геллана. — Разумеется, если мы забудем на мгновение о том, что высшие вампиры время от времени погибают, и в бою мало чем отличаются от своих низших собратьев. Ты переживешь меня, если примешь правильное решение, и за этим я здесь.       — Я пока что не услышал ничего, кроме туманных угроз.       — Брось, Синграх… — Верхет закатил глаза, слегка сжав подлокотники. — Вне зависимости от того, каким будет итог этих внезапных переговоров, нам явно предстоит встретиться в будущем.       — Не многовато ли уверенности для того, кто уже одной ногой в могиле? — усмехнулся Валье, откидываясь на спинку кресла. — Даже не знаю, считать твой визит сюда смелой попыткой что-то изменить или признаком бессилия. Если ты в отчаянии, Геллан, то моргни два раза, можешь даже не признаваться вслух.       — Сколько лет ты планируешь прожить? — Верхет прищурился, и тон его стал резче. — Мне всегда было интересно, задумываются ли высшие вампиры о том, что останется после них? Задумываются ли о том, что получат их… наследники, раз уж они обделены возможностью родить и выносить ребенка? Ты думал об этом?       — Не самый простой вопрос.       — Я — обычный человек, и мысли о наследии время от времени навещают меня. Мой отец был сильным, волевым, даже в некоторой степени пугающим, но кто вспоминает о нем, когда слышит фамилию Верхет? Никто. Все думают обо мне, — Геллан поднял руку, кончиками пальцев касаясь груди, — и я заслужил это.       — Хочешь вписать себя в учебники истории, значит? — облизнул губы Синграх, демонстрируя удлинившиеся клыки. — Пожалуй, эта благородная цель действительно стоит всех тех страданий, причиной которых ты стал.       — А скольких людей убил ты, чтобы утолить жажду крови? — Верхет усмехнулся. — Я пришел сюда не для того, чтобы рассуждать о том, что мы не можем изменить. Ты упомянул об отчаянии, помнишь? Как думаешь, на сколько хватит вашей уверенности, когда вы обнаружите, что никто не придет к вам на помощь? Ни МКМ, ни Штаты, ни уж тем более Азия… Все они будут молча наблюдать за тем, как Магическая Европа проходит через историческую трансформацию, и даже не попытаются вмешаться.       — Когда в следующий раз решишь, что можешь запугать высшего вампира, отправь свою угрозу письмом, пожалуйста, — закатил глаза Синграх. — Ты ведешь себя слишком высокомерно для того, кто не прожил и двух сотен лет.       — Ох, тут ты подловил меня, — Верхет улыбнулся, цокнув языком. — Твоя внешность сбивает меня с толку, вот я и скатываюсь к старческим нравоучениям.       — Тянешь время? — вздохнул Валье, выпрямляя спину и складывая руки на стол. — Если ты действительно заявился сюда, искренне веря, что сможешь угрозами что-то изменить, то я разочарован.       — Отступи в сторону, — улыбка испарилась с лица Верхета, и он слегка прищурился. — Ты наверняка влез во все это, чтобы в будущем аннулировать ограничения, наложенные на высших вампиров полторы сотни лет назад. Если ты отступишься, я гарантирую тебе, что эти ограничения будут сняты.       — Какое… щедрое предложение, — хмыкнул Синграх, и губы его тронула улыбка. — К сожалению, для меня твои обещания ничего не стоят. И дело не в том, что я испытываю искреннее презрение к тому, кто заражает магглов ликантропией, а потом разбирает на органы всех, кто пережил первую трансформацию. Я мог бы потратить ближайшие полчаса на перечисление всего, что я нахожу омерзительным и недостойным волшебника, но… ограничусь, пожалуй, тем, что сказал ранее. Для того, кто уже стоит одной ногой в могиле, ты раздаешь слишком много обещаний.       — Многие темные рода выступят на моей стороне, Синграх, — в голосе Верхета не осталось ни следа от той мягкости, которая была там прежде. — Преимущество будет за тем, кто нанесет первый удар, и это буду я. Ты хочешь убедить меня в том, что тебя заботят жизни магглов? Самому-то не смешно от этой мысли?       — Если ты не планируешь внезапно обрести бессмертие или обзавестись парой-тройкой крестражей, то лучше сосредоточься на организации собственных похорон, — губы Синграха тронула улыбка. — Из нас двоих именно я буду тем, кто увидит неизбежный финал всего, что ты так кропотливо строил. Тебе наверняка не приходилось бывать на руинах замка, принадлежавшего когда-то Певереллам — одному из наитемнейших родов в истории Магического Мира. Я постыдился бы назвать это руинами, если бы знал подходящее слово, Геллан. Время и ненависть всех, кому Певереллы причинили зло, стерли стены некогда крупнейшего замка в Европе в порошок, и лишь несколько рунных кругов среди колосящейся травы напоминают ныне живущим о том, что произошло.       — Не знаю, нужен ли тебе мой совет, но я бы на твоем месте променял все это на стихи и баллады, — Геллан окинул взглядом роскошный, но в то же время сдержанный кабинет. — Уж очень красиво говоришь, не жаль тратить талант на бездушные банковские выписки?       — Даже в самой короткой банковской выписке самого бедного клиента больше души, чем во всем, что ты сделал за свою жалкую, никчемную жизнь, — презрительно скривился Синграх, качая головой. — Невозможно выстроить что-то новое и светлое на крови и страхе, Геллан. Кому ты все это оставишь, когда черви сожрут тебя? Своей… внучке?       Верхет явно попытался сохранить лицо, но у него это не очень получилось. Слегка прищурив правый глаз, он дернулся, но быстро взял себя под контроль.       — Я бы на твоем месте переживал о том, не отречется ли она от тебя, когда узнает обо всем, что ты творил на протяжении последних семидесяти лет, — издал холодный смешок банкир. — Может, приведешь ее сюда в следующий раз? Я с радостью расскажу ей обо всех твоих знаменитых подвигах.       — Судя по всему, вам необходимо пережить пару-тройку крупных поражений, — вздохнул Геллан, медленно поднимаясь с кресла. — Держу пари, как только ты поймешь, что вас ждет проигрыш, то сразу же станешь сговорчивее.       — Можешь принести черновик завещания в следующий раз, если хочешь, — оскалившись, произнес Валье, наблюдая за идущим в сторону выхода Верхетом. — Мы и похороны можем организовать, кстати говоря. Со всеми почестями, раз уж ты так печешься о памяти будущих поколений.       Потянув за дверную ручку, Геллан замер на мгновение, но все же обернулся, с готовностью встречая ледяной взгляд Синграха, который так и не сдвинулся с места.       — До встречи, мистер Валье, — усмехнувшись, кивнул Геллан, выходя в холл и закрывая за собой дверь.