Молилась ли ты на ночь, Айседора?

      Синдикат повязал нас, всех четверых, быстро, профессионально и без лишнего драматизма. Никаких тебе долгих монологов со стороны злодеев — нас просто упаковали в тёмное нутро мини-фургона и повезли в неизвестном направлении.       Машина подпрыгнула на очередной кочке, и я вцепилась в какую-то металлическую скобу. Сидеть на холодном рифлёном полу, упираясь коленями в подбородок, было настоящей пыткой. Я осторожно пошевелила правым плечом, которым приложилась при нашей жёсткой погрузке. Боль была тупой и локальной. Обычный сильный ушиб, а не перелом — жить буду. По крайней мере, до пункта назначения точно…       Внутри фургона было темно и тесно, словно в капсуле аппарата МРТ во время сканирования, только вместо успокаивающего гудения томографа вокруг разливался запах бензина и отчаяния.       — Изольда... — донёсся слева жалобный шёпот Славика. — Скажи мне, как ветеринар и будущий врач... если у меня сейчас остановится сердце от клаустрофобии и страха, у тебя в кармане случайно не завалялся портативный дефибриллятор?       — Слава, единственное, что я сейчас могу тебе перезагрузить — это твою челюсть, если ты не прекратишь коверкать моё имя, — прошипела я, пытаясь размять затёкшие ноги.       Справа тихо, но очень ритмично поскуливала Света. Театральный грим жертвы в полумраке окончательно поплыл, превратив её в грустного енота.       — Дора, нас везут убивать? — всхлипнула она, шмыгая носом. — Закапывать в лесу?       Сказать на это было нечего. Вероятнее всего, подруга была права.       На фоне нашей нарастающей коллективной паники резко выделялся один звук. Это было ритмичное, абсолютно безмятежное посапывание.       Даня Ветров, накачанный лошадиной дозой моего ветеринарного транквилизатора, дрых без задних ног. Он валялся в углу фургона на ковре Капитолины Марковны, в который мы его упаковали, раскинув руки, словно отдыхал на пляже в Дубае. Блогер изредка смешно причмокивал губами, чуть похрапывал и увлечённо разговаривал во сне.       — Ребятки... — невнятно, но с фирменной интонацией пробормотал Даня из своего угла. — Ставьте огонёчки... этот ракурс просто пушка...       — Я его ненавижу, — с чувством произнёс программист, пнув в сердцах край ковра. — Мы едем на собственную казнь, а этот идиот даже во сне собирает лайки. Давайте отдадим его бандитам в качестве жертвоприношения?       — Где моя матча на кокосовом?.. — вдруг возмущённо всхрапнул Даня, не приходя в сознание, и вяло махнул рукой в воздухе. — Почему в гримерке нет увлажнителя? Моя кожа сохнет от ваших отписок, хейтеры...       — Отставить панику, — я глубоко вздохнула, заставляя свой мозг переключиться с эмоций на холодную логику. — Они нас даже не обыскали. Просто зашвырнули внутрь, как мешки с картошкой.       — И что нам это даёт? — Света вытерла нос рукавом своей художественно разодранной куртки.       — Это даёт нам шанс на побег, — я похлопала по карманам халата, который так и остался на мне поверх одежды. — Шприц пуст, но на дне сумки лежит скальпель. Слава, у тебя есть что-нибудь полезное, кроме испорченной кармы?       — У меня есть моток синей изоленты, брелок-фонарик и стойкое ощущение, что я в этой жизни явно свернул не туда, — мрачно отозвался он. — Как мы отсюда выберемся? Фургон едет со скоростью шестьдесят километров в час. Если мы выпрыгнем на ходу, то соберём все столбы.       — Удаляй, я моргнул! — требовательно выкрикнул спящий Ветров, заставив нас вздрогнуть. — М-м, Гуччи... Нет, свет плохой, несите кольцевую лампу... масочку с фильтром не забудьте...       — Значит, прыгать не будем, — мой мозг заработал с удвоенной скоростью. — Слушайте сюда. Когда машина остановится и они откроют двери, им в глаза ударит свет. Слава, ты включишь свой фонарик прямо им в лицо на максимальной яркости — это даст нам секунды полторы форы. Я в этот момент использую скальпель, чтобы...       — Зарезать их?! — в ужасе ахнула Света. — Дора, нет! Я не хочу сидеть в тюрьме!       — Света, я медик, а не мясник! — огрызнулась я. — Я просто их припугну. Они замешкаются. А мы в этот момент рванём в разные стороны. И желательно в темноту.       — А как же он? — Света кивнула на сопящего кумира миллионов, который в этот момент пустил маленькую счастливую слюнку.       — А его мы оставим Синдикату в качестве отвлекающего маневра, — отрезала я. — Тем более, судя по его снам, ему и с ними будет неплохо.       — ...ссылка... в шапке... профиля... — едва слышно пробормотал Ветров, сладко причмокнув губами.       — Главное, чтобы на момент остановки мы были сгруппированы у самых дверей, — я постаралась не обращать внимания на бормотание. — Слава, готовь фонарь. Света — как только двери распахнутся, визжи так же, как в психушке, только громче. Выбьем их из колеи звуковой волной.       Фургон внезапно вильнул, колёса зашуршали по гравию, и мотор начал сбавлять обороты. Мы переглянулись в темноте. Кажется, наша поездка подошла к концу, и пришло время выяснить, кто кого: профессиональные наёмники в строгих костюмах или трое студентов, доведённых до отчаяния коммунальным бытом и жаждой жизни.       Двери распахнулись с лязгом, впустив в фургон ночную прохладу.       «Сейчас!» — мысленно скомандовала я.       Слава выхватил свой брелок-фонарик и с победным криком нажал на кнопку. Но вместо ослепительного луча, способного выжечь сетчатку, устройство выдало тусклое желтоватое пятнышко, которое печально мигнуло и навсегда умерло. Багованная карма Славика настигла нас и здесь.        Света взвизгнула — честно, громко, на ультразвуке, как и договаривались, — но амбалы в чёрном лишь слегка поморщились. Один из них, с лицом, похожим на гранитный монумент, просто протянул руку, как экскаваторный ковш, и выдернул меня за шиворот, выбив из рук скальпель. Наш план рухнул быстрее, чем карточный домик.       Нас грубо вытолкали на улицу. Пахло сыростью, прелой листвой и ледяным ночным воздухом. Лес обступал со всех сторон, густой и мрачный: чёрные стволы деревьев проступали из темноты, а под ногами хрустели сухие ветки. Нас вели вглубь, и с каждым шагом мои кроссовки всё безнадёжнее увязали в грязи. Света тихо и обречённо всхлипывала, мёртвой хваткой цепляясь за мой рукав. Слава спотыкался на каждом корне, нервно бормоча что-то про отсутствие точек сохранения перед битвой с боссом. Даню тащили волоком, словно завёрнутый в ковёр труп.       Мы остановились на небольшой поляне. Лунный свет с трудом пробивался сквозь кроны сосен, создавая кинематографичную игру света и тени — идеальный контраст для мрачной фэшн-съемки, если бы в роли моделей не выступали будущие жмурики.       Один из наемников молча достал из-за пазухи оружие с глушителем. Щёлкнул предохранитель. В ночной тишине этот звук прозвучал громче, чем любой крик.       Я зажмурилась, мысленно прощаясь со всем на свете. С недоученными медицинскими конспектами, с недопитым ванильным рафом в любимой кофейне, с котом Ганей, который так и остался спать дома на чемодане с миллионами...       И тут раздался оглушительный треск. Из кустов, безжалостно ломая подлесок, появились люди в спецодежде. Вспыхнули десятки ослепительных лучей тактических фонарей — настоящих, а не Славиной китайской подделки, — разрезая ночную тьму на белые полосы.       — Оружие на землю! Мордой в грязь, руки за голову! — рявкнул усиленный мегафоном бас.       Клацнули затворы автоматов. Амбалы Синдиката, мгновенно оценив расклад и количество стволов, направленных на них, даже не попытались сопротивляться. Они слаженно и покорно рухнули в мох.       Из-за спин бойцов спецназа, раздвигая их, как театральный занавес, чеканя шаг, вышла она. В бордовом пальто и бронежилете, с идеальной укладкой, которой был не страшен никакой лесной бурелом, и с выражением лица человека, у которого посмели потоптать свежевысаженную рассаду.       Капитолина Марковна. Наша необъятная и пугающе всемогущая арендодательница. Она окинула нас презрительным взглядом, брезгливо перешагнула через лежащего ничком преступника и остановилась, уперев руки в бока.       — Капитолина Марковна? — хрипло выдавил Славик, щурясь от яркого света. — Но... как? Вы наш ангел-хранитель?       Она фыркнула так мощно, что с ближайшей ветки осыпались иголки.       — Скажешь тоже, ангел. Я женщина практичная. Вы что же думали, я вам, трём оболтусам с подозрительными лицами, просто так свою жилплощадь сдам, без страховки? — она выразительно похлопала по своей вместительной кожаной сумке. — Я еще в первый день вам в одежду мини-маячки вшила. Знаю я вашего брата-студента: поживут месяцок, наплодят долгов по коммуналке, засрут ванную, а потом ищи-свищи их в ночь перед датой оплаты.       Мы со Светой переглянулись, синхронно приоткрыв рты.       — Я за своим имуществом строго слежу и за вами тоже. Проверяю я поздним вечером координаты, гляжу — а вы в сторону кладбищенских угодий на всех парах шпарите. Тут два варианта: либо дезертирство с неоплаченной коммуналкой, либо криминал с летальным исходом. А для меня оба исхода — чистый убыток и дыра в бюджете! Пришлось Коленьке, племяннику моему из СОБРа, посреди ночи звонить, чтоб ребят по тревоге поднимал.       Она по-хозяйски кивнула на одного из спецназовцев, который в этот момент деловито стягивал руки одному из наемников пластиковой стяжкой.       — Ваша взяла, теть Кап, — добродушно отозвался из-под тяжёлого шлема племянник.       В этот момент из тени сосен под плотным конвоем спецназа выволокли лидера Синдиката. Он выглядел уже не так внушительно, как при похищении: его безупречный костюм был изорван о лесные колючки, а на скуле красовался свежий багровый след — вероятно, результат короткой схватки при задержании. Когда один из бойцов, не церемонясь, рывком заломил ему руки за спину, в тишине леса отчетливо прозвучал сухой, лязгающий щелчок стальных наручников. Главарь на секунду дёрнулся, пытаясь сохранить остатки спеси, но был жёстко прижат лицом к борту подоспевшего внедорожника. Последовал короткий, профессионально отточенный толчок, и его, уже полностью лишённого былого лоска, втолкнули в тесный салон машины.       — А это еще что за недвижимость? — Капитолина Марковна наконец опустила взгляд к ногам, на завёрнутого в её ковёр Даню, который умиротворённо посапывал прямо в эпицентре спецоперации.       — Рекомендую... спа-уход в четыре руки... — пробормотал блогер, переворачиваясь на другой бок и подставляя лицо слепящему свету тактических фонарей. — Просто космос...       Капитолина Марковна тяжело вздохнула, закатив глаза к звёздному небу.       — Грузите их всех в УАЗик, мальчики. Будем разбираться, кто кому сколько должен. И учтите, — она строго посмотрела на нас со Светой, — за химчистку ковров в квартире я с вас вычту по полной программе!