Good Is Better Than Perfect

— Хорошо, — пробормотала Гермиона, прижавшись губами к уху Беллатрикс и ее теплое дыхание приятно обволокло холодную кожу. — Могу я сначала одеться? — лукаво спросила она, отстраняясь от Беллатрикс, и посмотрела на нее, приподняв бровь. Беллатрикс усмехнулась над просьбой Гермионы. «Она действительно подтвердила, что она моя... — с надеждой размышляла Беллатрикс. — Нет, — ответила Беллатрикс, надменно вздернув подбородок, хотя ее игривые темные глаза выдавали ее веселье. Гермиона фыркнула с притворным раздражением, а затем властно указала на свою кровать. — Иди, посиди, пока я найду, что надеть, — приказала она, прищурив свои глаза цвета молочного шоколада. — Кто-то чувствует себя властным сегодня, — проворчала Беллатрикс, медленно подходя к незаправленной кровати Гермионы. Стоя спиной к Беллатрикс, девушка усмехнулась, и от одного только присутствия темной ведьмы в ее груди затрепетало. «Боже мой, это становится нелепым», — подумала она про себя, почти незаметно покачав головой. Она распахнула свой гардероб, роясь в ящиках в поисках найти подходящую одежду и пытаясь отвлечься от переживаний из-за предстоящего серьезного разговора со своей любимой Пожирательницей Смерти. «Любимой? Мерлин, ну я попала». Гермиона вздохнула, доставая пару своих самых старых синих джинсов, бордовую блузку и нижнее белье. Нисколько не беспокоясь о присутствующем человеке (давайте признаем, всё это она уже видела), Гермиона скинула полотенце на пол и начала одеваться. Беллатрикс сидела на кровати Гермионы скрестив ноги и наслаждаясь открытым перед ней видом. Её рот был приоткрыт, так как она была озадачена отсутствием у Гермионы смущения. Женщина опомнилась и успела закрыть его прямо перед тем, как Гермиона повернулась к ней уже одетая. Младшая ведьма нахмурилась, увидев что Беллатрикс так и не сняла свою плотную толстовку, несмотря на то, что комнате было довольно тепло. — Тебе не жарко в ней? — спросила Гермиона, выражая свое беспокойство и указала на толстовку. Беллатрикс удивленно взглянула на свою одежду. — Её нужно было снять? — Беллатрикс задавалась вопросом, есть ли какой-то странный маггловский обычай, о котором она не знала. Гермиона подсела к ней на кровать, её лицо выражало нежную снисходительность. Беллатрикс не поняла, была ли это симпатия или насмешка с её стороны, не зная, притвориться оскорбленной из-за того, что над ней смеются. Она решила оставить все как есть, что бы это ни было. — Ну, — начала Гермиона, — в помещении обычно снимают толстовку, так как это верхняя одежда, — сказала она своим неизменным обучающим тоном, которым часто упрекала Гарри и Рона за их отношении к учебе. Гермиона просунула руки под подол толстовки Беллы, чтобы помочь той снять её. Однако она резко остановилась, когда ее пальцы почувствовали мягкую кожу, а не ткань ожидаемой рубашки. Беллатрикс резко вдохнула, почувствовав внезапное прикосновение. — Белла?.. — спросила Гермиона и подняв взгляд встретилась с расширенными глазами женщины напротив. — Да? — Беллатрикс затаила дыхание. Гермиона подняла глаза к потолку и вздохнула. Прошла длительная пауза и она собрала всё самообладание, чтобы не запустить руки выше. — Почему ты не надела рубашку? «Мерлин, пожалуйста, хоть бы на ней был лифчик», — с надеждой подумала она, до сих пор смотря в потолок. — Разве толстовки недостаточно? — растерянно спросила Беллатрикс. — Нет, дорогая. Толстовка — это верхняя одежда. Например, как плащ: то, что ты носишь поверх платья, или, в данном случае, рубашки, — терпеливо объяснила Гермиона. Беллатрикс ухмыльнулась, когда наконец поняла, почему ее возлюбленная отвела взгляд. — О. Мерзавцы. В дурацких маггловских магазинах одежды слишком большой чертов выбор, — выругалась она, раздраженно нахмурив брови. Белла всегда любила преуспевать в чём-то, даже в столь незначительных вещах, таких как выбор маггловской одежды. — Язык, Белла, — мягко поправила Гермиона, наконец приведя дыхание в порядок и взглянула на раздосадованную ведьму. — И не беспокойся об этом, потому что сами магглы поражены количеством выбора одежды в магазинах. Беллатрикс решила промолчать о том, что она значительно превосходит магглов и утешилась мыслью, что они сами мучаются от этого. «В своих же магазинах», — самодовольно подумала она. Гермиона слегка нахмурилась, сосредоточившись, и быстро стянула толстовку через голову Беллатрикс, коснувшись запястьями (к счастью) груди в кружевном бюстгальтере черного цвета. Беллатрикс вздрогнула от неожиданности; из-за прикосновения Гермионы по её спине пробежали мурашки. Девушка позволила своему взгляду скользнуть по телу Беллатрикс: по ее безупречной, молочно-белой коже; по подтянутому мускулистому животу и пышной груди. Опомнившись, девушка резко встала с кровати и направилась к платяному шкафу, чтобы поскорее найти вещь, которая прикрыла бы тело очаровательной ведьмы: Гермиона не хотела упустить столь важный для них обеих разговор. Она вытащила черную облегающую майку и бросила её Беллатрикс. Женщина моментально среагировала, вытянув руку чтобы поймать вещь, так как прицелилась Гермиона достаточно криво. Юная ведьма вопросительно подняла бровь, удивившись реакции Беллатрикс и та усмехнулась. — Я была ловцом Слизерина в Хогвартсе четыре года, прежде чем родители отдали меня замуж за Лестрейнджа, — объяснила она, разглядывая черную вещь и пытаясь понять как её надеть. Гермиона вздохнула, поражаясь логике чистокровных волшебников и волшебниц, особенно их отношением к маггловскому миру. Гермиона практически сидела на своих руках, чтобы не прикоснуться ими к восхитительному обнажённому телу Беллы. Десять минут спустя (все это время Белла смотрела то на Гермиону, то на злосчастную майку), девушки спустились на кухню, чтобы выпить чаю и поговорить. Когда Гермиона отошла поставить чайник, Белла присела на один из стульев вокруг кухонного стола, нервно крутив палочкой между своими костлявыми пальцами. Обе ведьмы знали друг друга достаточно хорошо, но ни одна из них не заговорила. Гермиона отвернулась от Беллатрикс, но все равно ощущала её присутствие. Ей казалось, что она стоит спиной к пылающему огню, так как она чувствовала тепло, исходящее от Беллы. Тем временем Беллатрикс периодически поглядывала на Гермиону сквозь беспорядочные черные кудри, которые очерчивали её бледное лицо. Она всё еще пыталась убедить себя, что не убивала свою молодую девушку. Обе девушки были настолько поглощены тем, чтобы их внимание друг к другу осталось незаметным, что ни одна из них так и не заметила внимания другой. — Вот твой чай, — тихо сказала Гермиона, положив руку на плечо Беллатрикс и поставив на стол перед ней дымящуюся кружку с чаем. — Да, — прохрипела Беллатрикс. — Спасибо. Гермиона поставила кружку с чаем перед собой и подвинула стул к Беллатрикс, нервно и напряженно опустилась на него, ожидая непростой разговор.