Идеальный парень

Баффи и правда не придавала особого значения тем жертвам, на которые Спайк пошёл из-за неё. "Из-за чипа" - говорила она себе ни раз. Но только сейчас, когда он сам произнёс эти два слова, Баффи поняла: это полная чушь. Чип мог сделать его слабаком и калекой в глазах других демонов. Но стать предателем Спайк решил сам. Потому что ему нужна была регулярная порция насилия? Требовалась возможность хоть кого-то мучить и убивать? Раньше она могла верить в это, пока не узнала Спайка получше. Баффи не хотела думать о том, что будет, если чип правда перестанет работать. Хватит ли его любви, чтобы удержаться от соблазна снова попробовать человеческую кровь? Сумеет ли и захочет ли он и дальше жить идеалами Баффи? Она вспомнила его идиотское признание и готовность выбрать Баффи вместо Друзиллы, если у него появится хоть крохотный шанс. Друзилла могла позаботиться о нём. Она могла убивать за него и для него. Спайк отказался от всего этого ради призрачной надежды. Нужно было сосредоточиться на чём-то другом, поговорить о чём-то другом. - Раньше у тебя было много друзей? - Когда - раньше? - несколько удивился Спайк. Точно, следовало конкретизировать вопрос. У него за плечами была очень долгая жизнь. - До Саннидейла. Спайк задумался. Вспоминал? Решал, стоит ли соврать или сказать правду? - У меня никогда не было друзей, - произнёс он наконец. - Так приятели, с которыми можно выпить, повеселиться, но нельзя доверять. - Например, Хальфрек? - припомнила она вдруг их недавний разговор. Кажется, Спайк сказал, что с ней невозможно скучать? - Хальфрек? - переспросил он растерянно. - Мы с Хальфрек не были ни друзьями, ни приятелями. Спайк ухмыльнулся и покачал головой. - Что смешного? - насупилась Баффи. - Попытался представить... - он попробовал объяснить, но всё же передумал. - Просто поверь, определение "друзья" мне и Халли подходит гораздо меньше, чем нам с тобой. Баффи и сама осознавала, что им со Спайком не суждено остаться друзьями. Но это он сегодня заговорил о дружбе первым, и на какой-то миг она подумала, что это неплохой вариант: остаться друзьями, чтобы не потерять его. Но совместное патрулирование - не дружба. Друзей не тянет поцеловать друг друга. Не говоря уже о чём-то большем. И друзья не ревнуют друг друга. По крайней мере, не ревнуют так. А именно ревность всколыхнулась у Баффи в душе, когда он произнёс следующие слова: - Я был влюблён в неё. С ума сходил по ней, если честно. - А как же Друзилла? - растерялась Баффи. - Я думала, что вы с ней всё время были вместе. Впервые она задумалась о том, что это мог быть не первый их длительный разрыв. Вдруг это своеобразная традиция? Они расставались, Спайк убеждал себя, будто влюблён в кого-то другого, а потом приходил в себя и возвращался к своей драгоценной Тёмной принцессе? - Это было до Дру, - пояснил он, будто прочитав её мысли. - До Дру? Вот теперь Баффи запуталась окончательно. Друзилла обратила Спайка. "До Дру" могло значить только одно. - В то время мы оба носили другие имена, - подтвердил Спайк. - Уильям был влюблён в Хальфрек? - выдохнула она недоверчиво. Баффи не сразу догадалась, почему её вопрос его расстроил и, кажется, даже разозлил. Она ведь повторила его же слова? - Да, Уильям, - усмехнулся Спайк презрительно. Она поняла в этот самый момент. Баффи заговорила о человеке, которым он когда-то был в третьем лице. Потому что он ведь не мог считать себя той же личностью? Человек умирает. Вампир занимает его место. Жестокий демон, у которого нет ничего человечного. Так? Баффи бросила на Спайка быстрый взгляд. Да уж, определение "идеально" подходило Спайку! - Ты знал, кто она такая? - Конечно, нет. Уильям, - он выделил имя, намеренно провоцируя её, - вообще не верил во всякую мистику. - И как же тебя угораздило? Это была странная игра. Получалось, что теперь Баффи как бы сама убеждает его. - Забавная история, - ответил Спайк, но по его лицу трудно было бы предположить, что он правда считает её забавной. - Мы с Хальфрек встретились случайно в пятидесятые, и оба были очень удивлены, потому что считали, что другой давно гниёт в могиле. Просидели всю ночь в баре, вспоминая общих знакомых... действительно гниющих в могилах, и способы, которыми мы их туда отправили. Я узнал её версию нашей истории и решил, что хотел бы никогда Хальфрек больше не встречать. - И что же это за история? - Баффи правда было любопытно. Она догадывалась, что рассказ вряд ли выйдет приятным. Однако готовность Баффи наконец отказаться от чёрно-белого фильтра, сквозь который она так долго смотрела на мир, вовсе не означала, что нужно надеть розовые очки. В прошлом Спайка найдётся немало грязных тайн, и Баффи не могла просто сделать вид, что всего этого не было. Правда на этот раз она зря боялась кровавых подробностей. - Я не помню деталей, но девчонка, живущая со мной по соседству, зачем-то пожелала иметь старшую сестру: красивую, умную, острую на язык, разбивающую сердца всем ловеласам и изменщикам. И вот у старого Ричарда Андервуда в какой-то момент оказалась не одна, а две дочери. Но мы пребывали в уверенности, что так было всегда. Хальфрек изменила нашу память, внедрив в неё себя. Почти что каждый второй мужчина Вест-Энда вздыхал по прекрасной Сесили Андервуд. Кое-кто строил козни, пытаясь устранить соперников, весьма успешно, парочка спилась от тоски, другие покончили с собой. Но меня... меня Халли запомнила. - Почему? - Не заклинание заставило меня влюбиться в неё. До Баффи не сразу дошло, что он имел в виду. Но горькая улыбка на губах доказывала, что Спайк не врёт. - Единственный дурак, чьё сердце она разбила лично, без какой-либо помощи магии и абсолютно по собственному желанию. - Мне жаль. - А мне нет, - выражение его лица стало суровым, взгляд жёстким, голос звучал уверенно. - Той самой ночью умер слабовольный слюнтяй Уильям, и появился я. Баффи остановилась, протянула руку, чтобы коснуться его ладони и повторила: - Мне жаль, Уильям. Спайк смотрел на неё пристально, словно отчаянно старался постичь искренность её эмоций. Затем прикрыл глаза, сглотнул и сообщил: - Ты ведь осознаешь, что мы стоим прямо у бара Вилли, как два идиота держимся за руки и смотрим друг на друга? - И из-за угла за нами наблюдает бывший вампир, не решающийся прокрасться к двери, - усмехнулась Баффи. - Бывший вампир? - переспросил Спайк озадаченно. - Через секунду он станет горсткой праха, - поведала она шёпотом и тут же бросилась в погоню за улепётывающей жертвой. *** Когда Спайк нагнал её, Баффи уже распылила вампира. Она всё ещё стояла спиной к нему. И Спайк не знал, что было у Баффи на уме. Её настроение менялось за секунду. Что перевесит, когда она обернётся? Увидит ли он снова ту чуткую Баффи, которая сжимала его руку меньше минуты назад? Вернётся ли её странная игривость, так удивившая его недавно? Или она вновь замкнётся в себе, и Спайку предстоит увидеть слишком знакомую холодную и неприступную Истребительницу? Что ж... Баффи улыбалась и поигрывала колом. - Судя по выражению лица, ты надеешься, что в баре нам снова будут не рады? - предположил Спайк. - Как будто ты на это не рассчитываешь? - улыбка стала шире. Всё-таки, игривая версия. Такая ему нравилась. И она казалась безопаснее: пугала несколько меньше слишком чуткой. Не успел он подумать об этом и сделать шаг по направлению к двери, как всё мгновенно переменилось. - Спайк? - окликнула Баффи, заставляя остановиться. - Спасибо, что рассказал. Я правда хочу узнать тебя лучше. И снова этот взгляд. Чувственный. Участливый. Полный тепла и... неуверенности. - Меня или Уильяма? Он сам не знал, зачем это делает: провоцирует её, раз за разом прощупывает почву, рискуя вот-вот переступить грань. Иногда Спайк ненавидел свой характер. Ему стоило просто наслаждаться моментом, получать удовольствие от редких мгновений взаимопонимания. Но иногда его длинный язык приносил свою пользу. - Тебя. Уильяма и Спайка. И как обычно вместо того, чтобы принять её искренность и показать, насколько важны для него эти слова, Спайк спрятался за сарказмом. - Не думаю, что ты узнала сегодня что-то полезное. - Как минимум, мы выяснили, что ты не ловелас и не изменщик, - подыграла она. - Ой! - притворно возмутился он. - Как будто ты сомневалась! Неужели думала, что в перерыве между нашими встречами я заглядываю в соседний склеп к какой-нибудь вампирше. Или к двум. - Не думала. Но сегодня ночью соседние склепы проверю с особой тщательностью. - Ревнуешь, Баффи? - он склонил голову набок, оценивая вероятность своего предположения. Спайку померещились ревнивые нотки, ещё когда она расспрашивала его о Хальфрек, но он постарался отринуть эту мысль. Теперь же... - Не стоит, - в её тоне послышалось предупреждение. - Что не стоит? - Если решил, что нашёл хороший способ вывести меня на эмоции и добиться желаемого, ты ошибаешься. Это тебе не может. - А что поможет? Она не ответила, потому что уже - как удачно всё сложилось - толкала дверь бара. А это значило, что все личные разговоры стоит оставить за порогом. Сегодня посетители уже не выглядели такими самоуверенными и враждебными. Новые слухи успели вытеснить старые сплетни, и сейчас перед ними предстала привычная картина: опущенные взгляды, очевидная попытка казаться меньше и незаметнее, едва различимые даже для вампирского слуха исполненные ненависти комментарии. Вчера Баффи доказала всем, что она жива и в прекрасной форме. Каждый, кто собирается вновь преступить закон в Саннидейле, будет иметь дело с ней. И желающих сразу резко поубавилось. Баффи обвела присутствующих критичным - и одновременно разочарованным - взглядом. Нет, сегодня вряд ли кто-то осмелится бросить им вызов. - Хотите мне что-нибудь сказать? - громко спросила она. - Много чего, - пробормотал вчерашний синекожий демон. Спайк даже не ожидал, что тот решится так скоро сунуть сюда свой нос. Какой-то толстяк поднялся на ноги и гнусаво затянул занудную речь о том, как он рад, что Истребительница в порядке и снова защищает бедных-несчастных беспомощных людишек. Баффи перебила его почти сразу. - К делу! - потребовала она. - Что ты знаешь о нападениях и парне с видео? Она так резко шагнула ему навстречу, что толстяк поспешил вжать голову в плечи. - Н-ничего. - А кто знает? Демоны молчали. - Вилли? - многозначительно произнёс Спайк, испепеляя бармена взглядом. - Честное слово, я всё сразу рассказал, мне нечего добавить, - щербато заулыбался тот. Странно, ещё вчера все зубы были у него на месте. И синяка во всю правую щёку Спайк не замечал, как и забинтованного пальца. Похоже, после их ухода кое-кто из демонов решил отыграться на Вилли за распространение ложных слухов. - А кто из присутствующих лично видел ту запись? - в голову Спайку пришёл ещё один интересный вопрос. - Ну? Несколько неуверенных рук взметнулись вверх. - Что конкретно там было? Только драка? Или что-то ещё? Какие-нибудь голоса? Комментарии? Демоны переглядывались неуверенно. Вилли прочистил горло. - Вы можете сами взглянуть, - признался он. - Я выкупил диск у того парня. - И это называется: "всё сказал"? - передразнила Баффи, мгновенно переключив своё внимание на него. - Про диск ты не спрашивала, - возразил бармен, но всё равно попятился. - Не думал, что тебе интересно смотреть на собственный бой с раувыном. Но если ты собираешься видеоархив, я готов продать тебе копию за двадцатку. Баффи опёрлась ладонями о барную стойку и произнесла тихо, но властно. - Дай сюда этот диск. Немедленно. Оригинал. Она была просто восхитительна в этот момент. Спайк ощутил острую необходимость поправить джинсы. - Я, между прочим, отдал за него три сотни, - пробормотал Вилли, но спорить не стал. *** Хорошо, что они отобрали у Вилли всё: оригинал и три копии. Потому что два диска треснули во время схватки с рогатым громилой, встретившемся им во время патрулирования. Баффи осталась верна своему слову и действительно заглянула во все склепы центрального кладбища. В одном из них неожиданно и правда обнаружилась обитательница. Спайк клялся: он понятия не имел, что у него появились соседи, так как всё время проводил в доме Баффи. Та тоже ни на минуту не усомнилась, что шутка про вампиршу - всего лишь шутка. Ныне ставшей прахом соседке Спайка при жизни было лет шестьдесят и весила она добрых четыреста фунтов. Кому и зачем понадобилось её обращать, оставалось загадкой. Баффи подкалывала Спайка всю дорогу домой. Он очень забавно изображал оскорблённый вид, но, кажется, искренне наслаждался их бессмысленной перепалкой. То активно возмущался её наигранными обвинениями, то решался "признаться" что покойная соседка являлась вообще-то любовью всей его жизни, ни с кем ему не было так хорошо в постели и теперь, после её смерти, Спайк намерен податься в отшельники и соблюдать целибат. Баффи смеялась, "каялась", что поторопилась с распылением и "сочувствовала" его утрате. Им пришлось прервать безумный спор, когда они оказались на крыльце. Не хотелось разбудить Уиллоу и Хэнка. Оба, однако, продолжали улыбаться. Только на лестнице Баффи осознала, что уже приняла решение. Важное и окончательное. Она не станет первая затевать неловкий разговор со Спайком о том, где и как они сегодня будут спать. Ждать, пока он заговорит об этом сам или предпримет что-то - тоже. Едва они поднялись в комнату и Спайк захлопнул за собой дверь, Баффи атаковала его рот страстным поцелуем. Спайк поступил невероятно мудро: не стал её останавливать и не пытался задавать глупые вопросы.