Слишком молодая...

Она проснулась у себя в кровати. Ужас. Заснула на полу в коридоре (пускай и в объятьях Такао), а ему пришлось нести ее в постель. И тут в сознание вклинилась совершенно неожиданная мысль. Сино... Она же ждёт! На часах 17:25, занятие ровно в 18:00. Мысленно проклиная себя, Мэй побежала собираться. На всё ушло десять минут. Но как добраться до студии, которая находится на противоположном конце города за двадцать минут в час пик? Обеспокоенная своими мыслями, девушка даже не вышла, а вылетела во двор, оставив квартиру абсолютно пустой, ведь Такао там уже не было. Около подъезда (что было очень даже кстати) курил сосед Эйдзи Мори. Водит он, конечно, как сумасшедший, но знает множество коротких путей в объезд пробок. - Господин Мори! - чуть не прокричала Мэй. - Мэй. Чем могу помочь? - Не подвезете? Я опаздываю... - признавать это было стыдно. Сколько раз она делала выговоры ученикам за опоздания, а теперь сама не лучше. - Почему ж не подвезти? Куда? - Танцевальная студия "Красный туман". Ваша внучка там занимается. - Знаю я, знаю это место. Садись, - тут он кивнул на старенькую машину, выглядевшую так, словно ее несколько раз переезжали поездом. - Спасибо. *** До студии Сино-Одори они добрались за пять минут до начала. После бешеной езды Мэй слегка потряхивало, но всё равно она была рада, что успела вовремя. - Сино! - радостно воскликнула Мэй, увидев миниатюрную девушку с очень длинными черными волосами. - Лисичка! - взвизгнула брюнетка. Лисичкой она называла Мэй ещё с подросткового возраста. Тогда Мэй постоянно носила оранжевую толстовку с лисой – последний подарок отца. - Рада тебя видеть. Так, давай быстрее беги переодеваться, урок начинается. Два деми-плие, один гранд-плие. Релеве, батман тондю. Заученные движения повторяются почти на автомате. Мэй, стоя напротив Сино, только в противоположном конце класса, показывала маленьким ученицам движения в классической хореографии. Если проще - балетные движения. Девчонки, которым нет ещё и десяти лет, пыхтели, пытались повторять, но им явно далеко до уровня взрослых. Хоть Мэй и бросила профессиональный балет, она все это время занималась самостоятельно, поэтому даже сейчас мало кто мог посоревноваться с ней. Забывшись, девушка вышла чуть вперёд и начала кружиться в танце. Танец - единственная вещь, которая может смягчить ожесточившееся лицо и вернуть плавность движений и мыслей. Иногда, закрывшись в квартире, Мэй включала музыку и полностью отдавалась ритму не всегда уместной музыки. Бетховен чередовался с Веркой Сердючкой, которая сменялась Арианой Гранде. Теперь это можно делать в студии, чему она очень благодарна. - Мэй-сан. Услышав, как ее окликнула Сино, девушка вернулась в реальность. - Сино-сан, поговорим потом. *** С замиранием сердца Мэй переодевалась после тренировки. Сейчас она поедет в гости к подруге, которую не видела уже несколько недель и останется у нее на целую ночь! Сентябрь действительно был тяжёлым. На общение времени не хватало вообще. Если руководство не присылал никаких документов и таблиц на заполнение - значит их там всех поубивали. То-то ученики удивлялись, что она ходила сонная и с синяками под глазами. Но это уже в прошлом. Сейчас есть плед, кожаный салон Лексуса Сино и целых два сезона сериала. Потом будет пицца... - Лисичка, ты не хочешь ничем поделиться? - Сино? - Сино... Я уже двадцать лет Сино. Мама дурацкое имя дала, а мне расхлёбывать... - Ладно. Я просто действительно не знаю с чего начать, - Мэй вздохнула, собираясь с мыслями. - Как минимум, я живу в одной квартире со своим учеником, у которого проблемы с семьёй и который мне очень нравится, - разом выпалила она. - Ты...что? Мэй вздохнула, закатив глаза. Это будет долгая поездка... *** Такао посмотрел на циферблат часов на ближайшем здании. Часовая стрелка доходила до отметки в девять часов. Нужно идти в неизвестный ему квартал, в чужую квартиру, из которой он позорно убежал после инцидента в коридоре. "Кретин!", - мысленно ругал он себя. Это надо же так! Он уже довел девушку до слёз. Ее слова показались ему простой отговоркой. Мол, не бойся, все нормально, я каждый день рыдаю на полу в коридоре и каждый день жду этого. Подходя к кварталу, в котором жила Мэй, он услышал глубокий вкрадчивый голос, раздававшийся из-за спины. - Молодой человек, закурить не найдется? Как бы он хотел больше никогда не слышать этот голос... - Добрый вечер, отец. - Не могу сказать того же ... сын, - он буквально выплюнул последнее слово. - О чем вы хотели поговорить? - Как думаешь? О том, что ты позвонишь фамилию рода Наито или о том, что ты живёшь на какой-то помойке с нищими? А, в прочем, ты этого все равно не поймёшь. Ты такой же упрямый, как она. - Кто? Мужчина коварно ухмыльнулся. - Твоя ... мать. Она всегда была слишком упрямой. Слишком сильно стояла на своем... Когда поймала меня на наркоторговлее, долго стыдила и уговаривала бросить это дело. Угрожала даже обратиться в полицию. Жалко, красивая была. Пришлось ее убрать. - Ты убил мою мать? - Не стану врать. Да, убил. Попробуешь кому-то заикнуться, на твоём пороге, пардон, на пороге твоей подруги, появятся накачанные мужчины в черном. Такао не мог поверить своим ушам. Его отец убил собственную жену, его мать. Кроме того, он шантажирует его тем, что убьет и его, и Мэй! Что за сумасшедший день? - Хотя, одно хорошее качество она тебе передала. Ты так же, как и она умеешь терпеть боль, - взгляд мужчины остановился на коротком шраме на правой скуле Такао. - Как ты смотришь на то, чтобы привнести симметрию в твое смазливое личико? Парень даже не успел отшатнуться, когда, со свистом рассекая воздух, унизанная перстнями ладонь ударила его по лицу. Мир накренился, и он ощутил тупую боль в затылке. Блин, что за сумасшедший день?