Live for you / Stay for me

Шаги Нила уводят его далеко от его мыслей, прямо к воротам корта Лисьей Норы. Его массивных стен, покрытых ярко-белым и жгуче-оранжевым, было достаточно, чтобы вогнать Нила обратно в землю, крепко привязать его к этому миру. Он вцепился в проволочное заграждение так, что у него побелели костяшки пальцев. Даже со стороны от этого зрелища у него по спине пробежали мурашки, достаточно сильные, чтобы заставить его забыть о своих проблемах. Все риски, связанные с тем, что его отец доберется до Нила либо на этой Земле, либо в параллельном мире – как бы нелогично это ни звучало – не имели никакого значения. Стоя на месте, он почти ощущал запах отполированных полов, ощущал отскоки мячей от плексигласа и слышал рев болельщиков, приветствующих каждый забитый гол. Не имело значения, что он не собирался играть; быть так близко к игре уже было воплощением мечты. Все это того стоило. С такого близкого расстояния лисьи лапы, нарисованные на каждой стене стадиона, казались обещанием безопасности от его прошлого, его семьи и Мориямы. Даже больше, чем то сумасшедшее место, которое он все еще пытался забыть. — Не позволяй всему оранжевому отпугивать тебя. Через какое-то время ты полюбишь его. Нил вздрогнул при звуке этого голоса. Это был Ники. Он был почти неузнаваем, одетый в обычную одежду. Кевин тоже присоединился к группе. Он был бледен, но не настолько размазанным, каким казался некоторое время назад. Что резко контрастировало с маниакальной улыбкой Эндрю. — Ваймак прислал нас, чтобы мы показали тебе окрестности. Пошли, — снова сказал Ники, жестом приглашая Нила войти на стадион. — Ключи, — сказал Кевин, когда они добрались до первого шлюза. Он показал Нилу, как открывать все ворота, как будто это ничего не значило. Для Нила это было всем: разрешением войти, остаться, принадлежать. Придя в Милпорт, он несколько ночей в неделю ночевал в раздевалке, потому что это было легче, чем идти пешком до дома, который он арендовал. Тренер Эрнандес никогда ничего не говорил, так что Нил привык тайком входить и выходить, несмотря на то, как трудно это было из-за болящих ног после целого дня, проведенного стоя. Теперь он мог приходить и уходить, не прячась. Группа показала Нилу весь стадион. Это было чудесно, даже когда было пусто: от трибун, простирающихся до крыши, до гостиной со стенами, увешанными фотографиями Лис, Нил не мог поверить, что все это реально. Когда они закончили, Кевин убедил их переодеться для схватки. Включая Нила. — Но я не… — Ты будешь играть в будущем и будешь помогать нам, — Кевин оборвал его. — Тебе нужно время на корте, чтобы сделать и то, и другое. Я не зря просил Ваймака снабдить тебя полным снаряжением. Нил разинул рот, не в силах поверить в то, что только что услышал. У Кевина не хватило терпения ждать, пока мозг Нила сообразит, что к чему, поэтому он подошел к шкафчику с надписью "Джостен 10" и открыл его. Внутри, как он и сказал, Нила ждало полное снаряжение. Пока остальные переодевались – за исключением Эндрю, – Нил отнес свои тренировочные вещи в ванную, чтобы никто не мог видеть, в каком беспорядке находится его тело. — Займите позиции. Нил, пока ты будешь постоянным нападающим. Мне нужно, чтобы ты сосредоточился на цели, а не на получении мяча или нанесении ударов. Нил кивнул, и схватка началась. Было трудно заставить себя оставаться на месте, когда остальные бегали вокруг открытых ворот, пытаясь помешать Кевину забить. Нил выходил из себя каждый раз, когда Кевин мешал ему сделать больше нескольких шагов, но он проглатывал это, наслаждаясь игрой. К тому времени, когда Кевин приказал остановиться, Нил был весь в поту и испытывал стыд за свою слабую игру против них, но он не возражал. Он был готов вернуться завтра и послезавтра, и каждый раз, пока ему разрешали это делать, пока он не был вынужден уйти навсегда. Кузены выбежали с корта, в то время как Кевин подошел к Нилу и приложил руку к его глазам. — Что ты видишь? — спросил мужчина. — Ничего. — Не будь глупцом. Ты находишься на корте, с ракеткой в руках, и на твоем лице выступает пот. Что ты видишь? Нил знал, что он видел, что чувствовал. Ему не нужно было закрывать глаза или чтобы руки Кевина закрывали ему обзор. Он с трудом сглотнул, чтобы избавиться от комка, образовавшегося в горле, и несколько раз глубоко вздохнул, прежде чем снова обрел дар речи. — Я вижу себя играющим. Любой другой посмеялся бы над заявлением Нила, но Кевин только опустил руку и встретил его суровый взгляд. Он знал, что чувствовал Нил, по крайней мере, в связи с его сломанными ногами. — Ты можешь это сделать. Мне нужно, чтобы ты сделал это, но ты должен доверять мне. Дай мне свою игру, и я отведу тебя туда. — Но мои… — Если я снова начал играть, ты тоже сможешь. Мне плевать на твои оправдания. Ты поймешь, если выслушаешь меня. Надежда и искушение были коварными вещами, опасными обещаниями, которые Мэри брала у Нила кулаками и криками, даже в конце, когда она заставила свое истекающее кровью тело подняться и наложить шины на ноги Нила с помощью самодельных деревянных палок, запасных бинтов и скотча. Она не только убедилась, что Нил снова встанет, чтобы продолжить побег, но и заставила его повторить все правила, несмотря на боль, чтобы он был в безопасности. Все исчезло, когда у него под рукой оказалось обещание будущего, о котором он мечтал больше всего. — Хорошо, я дам тебе свою игру. Кевин кивнул в знак согласия и ушел в раздевалку. Как только все они приняли душ, они забрались в дорогую машину, причем Нил сидел сзади между Миньярдами. — Ты почтишь нас своим присутствием сегодня вечером? — спросил Эндрю, как только машина тронулась с места. Нилу не нужно было спрашивать. Они уже направились к Эбби на ужин. — Никогда. — Ауч. — Ты серьезно? — спросил Ники, взглянув в зеркало заднего вида. — Мы собирались показать тебе Беллеццу. Ты не вернулся, и это удивительно! Подожди, пока мы не приедем, мы расскажем тебе все о Талии. — Мне и здесь хорошо, — он никогда бы не признался, что к настоящему времени узнал, что Талия была эквивалентом Италии, так как Беллецца была родом из Венеции, а Бурлеску в этом мире звали Бурано. Но было легче упустить это из виду, чем принять растущую вероятность того, что его отец тоже это знал. — Представь, что ты калека, и тебе приходится каждую ночь иметь то, что ты не можешь. Заткнись, — перебил его Аарон. Нил едва сдерживался, чтобы не сказать что-то, когда эти слова глубоко ранили его. Им не нужно было знать, что он свободно говорит по-итальянски и в этом мире. По крайней мере, пока. К счастью, Ники проигнорировал своего двоюродного брата и продолжал разговаривать с Нилом по-английски. — Ты прекрасно проведешь там время. Поверь мне, ты увидишь. — Ох, Ники, Мики, наивный Рики. Рано или поздно он присоединится к нашей вечеринке! Не дави на него пока. — А я и не давлю. Отвали Единственным ответом, который получил Нил, была безумная улыбка Эндрю. Нил ни за что не вернулся бы. Не с этой сумасшедшей компанией, даже если бы от этого зависела его жизнь. Он мог рискнуть, что отец найдет его из-за экси, но он никогда, ни за что не стал бы рисковать своей жизнью, отправляясь в такое место, как Беллецца. К облегчению Нила, Эбигейл Уинфилд, медсестра команды, с которой он познакомился во время своей первой поездки в Бурлеску, была милой, терпеливой и успокаивала других мужчин добрыми улыбками, которые противоречили грубым манерам Ваймака. Несмотря на это, они работали как одна семья, из-за чего Нил чувствовал себя наполовину опустошенным, даже несмотря на то, что ужин был лучшим, что он ел за долгое время. Поздно ночью, после того как разговоры стихли и сон начал накрывать их своим одеялом, Ваймак и Нил удалились в квартиру тренера. Показав Нилу маленькую квартирку, мужчина оставил его посреди гостиной и исчез в другой комнате. Он появился с кучей беспорядочно сложенных тканей в руках и позволил им упасть на диван. — Я слишком большой для дивана, но если тебе нужна кровать, бери ее. Мне лучше страдать от боли в шее, чем от того, что страдаешь ты. Завтра мы можем привести кого-нибудь из других придурков, остановившихся у Эбби, чтобы у тебя была кровать. — Я в порядке, — Нил ответил после секундного ошеломленного молчания. В течение последних месяцев он спал на задних сиденьях машин, на пассажирских сиденьях трейлеров, путешествуя автостопом, или растянулся на твердом полу. Диван для него самого с достаточным пространством, чтобы растянуться, был намного больше того, что у него было за очень, очень долгое время. Несмотря на то, что он не смог бы нормально выспаться с Ваймаком в соседней комнате, он был благодарен за мягкую поверхность, на которую можно было лечь. — Вот, — Ваймак неуверенно кивнул в пользу того, чтобы отдать ключ Нилу. Нил посмотрел на мужчину пустым взглядом. — Не нужно быть гением, чтобы понять, что ты приклеен к своей проклятой сумке. Ты можешь оставить ее в нижнем ящике моего стола, это единственный ящик с замком. Ты можешь вернуть ключ, когда переедешь в общежитие, но, черт возьми, перестань таскать ее повсюду. Нил перевел взгляд с ключа в своей руке на Ваймака, на ключи от стадиона, засунутые в его карман. Всего за несколько часов Ваймак дал ему больше ключей, чем у Нила было за всю его жизнь, и Кевин пообещал, что он сыграет снова. Это было слишком для такого лжеца, как он. — Не смотри на меня так, малыш. Пришло время, чтобы кто-нибудь сделал для тебя что-нибудь приятное. Вот для чего нужны Лисы. А теперь продолжай. Приготовься ко сну.

🧡🖤💙

К удивлению Нила, Ваймак позволил ему побродить по Пальметто, ни разу не упомянув о параллельном мире. Ники был совсем другой историей, каждый божий день настаивавший на том, чтобы Нил пошел с ними, хотя он переключился на то, чтобы делать это как можно дальше от Эндрю. Почему? Нилу было все равно. Его единственной причиной быть здесь был экси, и только экси. Из-за нетерпения Кевина на корте, настойчивости Ники снаружи, безразличия близнецов и непринужденных улыбок Эбби наконец наступил июнь, а вместе с ним и время познакомиться с остальными Лисами. Нилу не так уж хотелось знакомиться с остальными членами команды, если бы только динамика группы изменилась на что-то менее… семейное. — По крайней мере, ты мог бы постараться, — Кевин выводил Нила из себя во время одной из их тренировок. Нервозность Кевина усиливалась по мере приближения объявления от КРЭ. Ники и Аарон прилетели, когда услышали, что шторм вот-вот обрушится на Нила. — Я стараюсь, — ответил Нил сквозь стиснутые зубы, и крупные капли пота пропитали бандану, удерживавшую его волосы. — Старайся усерднее. Попробуй по-настоящему. Ты никогда не достигнешь того, что мне нужно, если будешь тренироваться только здесь. Где твой талисман? Горячий пот Нила превратился в лед при этом упоминании. Нет, нет. Он не будет путешествовать. Нил понимал, что поставлено на кон, и сознательно отдал свою игру Кевину, но это никогда не означало, что он согласился посетить альтернативный мир. Чтобы быть уверенным, что Нил не поддастся искушению и не отвлечется, талисман остался погребенным под его восемью нарядами, вместе с папкой, в которой он хранил свои секреты, в его сумке за спиной, надежно охраняемый в запертом ящике Ваймака. Короткая волна облегчения впустила немного воздуха в его легкие. Он был в состоянии отрицания, но не глуп. Путешествие происходило только с объектом из того, другого мира. Нил был в безопасности. — Эндрю, — Кевин подождал, пока маленький человечек приблизится. На его лице расцвела безумная улыбка, словно он предчувствовал, что сейчас произойдет. — Отведи Нила на корт и не позволяй ему возвращаться, пока он не нанесет хотя бы один удар по воротам. Не сказав больше ни слова, Кевин развернулся и зашагал обратно в раздевалку переодеваться. Нил не успел даже сделать пол-оборота, чтобы уйти, когда железная хватка Эндрю вцепилась в его рубашку. Он швырнул Нила на пол небрежным движением, от которого затрещала каждая косточка, посылая судороги боли по его ногам, несмотря на снаряжение. — Здесь только ты и я, Нил! — сказал Эндрю, сидя, скрестив ноги, рядом со скрюченной фигурой Нила. — Ты спишь сам по себе или тебе нужна помощь? Нил бросил убийственный взгляд на Эндрю, когда тот перевел дыхание. Синяки от этого падения добавились бы к продолжительной пульсирующей боли от его первой встречи с Эндрю. — Не могу без этой чертовой штуки, которой ты пользуешься. — Британские истерички, вы полны талантов! А теперь не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы у тебя было безопасное путешествие. Неохотно Нил заставил себя закрыть глаза, лежа на холодном полу корта. Он думал, что будет невозможно заснуть, когда Эндрю рядом с ним и у него болят ноги, но усталость предала его, и Нил погрузился в сон, в то время как сильная рука обхватила его за шею.

🧡🖤💙

Потолок, по крайней мере, был светло-голубым, а не ослепительно желтым там, где проснулся Нил. Его ноги снова были в порядке. Его грудь наполнилась смесью счастья и предвкушаемого страха перед тем, когда ему придется вернуться в свое настоящее тело. — Поднимайся. Я не собираюсь проводить весь день за игрой. Внезапная перемена во внешности и настроении Эндрю достаточно встревожила Нила, чтобы не добавлять, что он уже встал и был одет в ту же странную одежду, которую Нил видел во время своего первого и последнего визита. К удивлению Нила, на его теле тоже все еще была одолженная одежда. — Ты не можешь вернуться без меня. У меня есть талисман. И ты слышал Кевина. Шевелись, — сказал Эндрю. Нилу не нужно было объяснять угрозу, чтобы понять ее, поэтому он последовал за блондином вниз по лестнице. Они направились на улицу, не задерживаясь, чтобы посмотреть, есть ли в доме кто-нибудь еще. Нилу было неприятно признавать, как сильно ему нравилось подстраиваться под темп Эндрю без усилий и боли. Несколько секунд он наслаждался этим ощущением, прежде чем снова переключиться в режим выживания, чтобы обратить внимание на то, куда они направляются. Пара прогуливалась по узким улочкам, увенчанным разноцветными домами, которые Нил запомнил по первой поездке. По мере того как они продвигались вперед, домов становилось все меньше, пока не осталась только сельская местность с деревянным строением вдалеке. Эндрю направился к нему, в то время как Нил думал о том, как его отец мог бы использовать подобное место, и ему пришлось встряхнуться, чтобы избавиться от мрачных мыслей, прежде чем радар подозрительности Эндрю снова включился. Чем дальше они продвигались, тем больше внутренний голос Нила кричал ему убегать, но с одной стороны была только трава, а с другой – скалистый утес, ведущий к морю, и у Нила не было другого выбора, кроме как забраться внутрь сарая вместе с Эндрю. Сооружение было наполовину приспособлено для использования в качестве внутреннего корта, с крошечной комнатой сбоку, которая служила для размещения скамеек и хранения оборудования. Эндрю подошел туда, чтобы выбрать ракетку, которую он сунул Нилу, гораздо большую для себя, и ведерко с мячами. Сказать, что деревенское оборудование было унизительным, было бы преуменьшением. Все было сделано из дерева, темного, хрупкого, твердого и расколотого, за исключением тяжелых шаров, о которых Нил предпочитал не знать, из чего они сделаны. Именно тогда Нил заметил, что здесь не было никакого снаряжения для игроков. Он бросил на Эндрю обеспокоенный взгляд — Кевин говорит, что самый трудный способ лучше всех. Мне все равно. Начинай. Нил сбалансировал ракетку между ладонями в бесплодной попытке привыкнуть к весу дерева и взял мяч из ведерка. На мгновение, пока он подбрасывал мяч в воздух и прицеливался в ворота, отмеченные краской на одной из деревянных стен, которые охранял Эндрю, Нил поверил, что это будет легкая задача. Гораздо проще, если бы у Эндрю не было его маниакальной энергии или сумасшедшей улыбки. Тем не менее, на создание иллюзии ушло больше времени, чем на то, чтобы вратарь отбил мяч с такой силой, что он ударился о противоположную стену, сотрясая конструкцию. Нил стряхнул с волос снежные опилки, чтобы сделать еще один бросок. И еще один. И еще один. И еще один. Не имело значения, сколько обновленной энергии было в его способном теле в этом мире; это не шло ни в какое сравнение с идеальными рефлексами Эндрю. Нил бегал взад-вперед, собирая мячи, чтобы бросить их снова, но талант Эндрю был слишком велик для заржавевших навыков Нила. Время расплывалось, пока свет не начал тускнеть сквозь купола наверху. Нил так сосредоточился на том, чтобы забить, что не замечал жжения в руках и ногах, пока ракетка не выскользнула у него из пальцев и не отлетела к ближайшей стене, сопровождаемая мячом, который он должен был бросить. — Ты еще больший идиот, чем кажешься. — Заткнись на хрен. Нил с трудом поднялся на ноги, решил забрать свое снаряжение и продолжить попытки, когда в его сторону полетел мяч. Его пальцы подняли ее, но хватка ослабла. Мяч упал, когда он изо всех сил пытался его поймать, споткнувшись при этом о ноги, в результате чего он оказался на полу. — Кевин будет невыносим, когда услышит, что его будущий корт-игрок выдохся, как новичок. Нил сел с грацией новорожденного, прежде чем ответить на насмешку Эндрю. — Мне не нужна твоя ложь, чтобы напоминать мне, какой я плохой. — Я не лгу. Ты перегорел. Ты новичок, и Кевин действительно верит, что однажды ты выйдешь на корт. Нас бы здесь не было, если бы он не верил. Время вышло, пошли. — Нет. У нас еще есть время. Я могу это сделать. — Если ты не смог с первых двухсот семидесяти пяти попыток, то не сможешь и сейчас. — Но… — Заткнись. Это был не вопрос. Я не оставлю здесь свое тело. Подъем с пола отнял у Нила последние остатки энергии, поэтому он не смог найти в себе силы спросить Эндрю, что он имел в виду, сказав последнюю фразу. Его также не заботило ничего, кроме душа и сна, поэтому он молчал всю оставшуюся дорогу, возвращаясь в ту же комнату, где проснулся. Эндрю жестом велел ему лечь на кровать, прежде чем присоединиться к нему с самой дальней стороны. Когда Нил снова открыл глаза, он был один на корте Лисьей норы. К счастью для него, все изношенные мышцы остались позади, так что ему пришлось справляться только с обычными трудностями после мучительных тренировок Кевина. Поднявшись, он взглянул на свои раздробленные руки и обнаружил, что они целы; ощущение было больше похоже на фантомную боль, чем на реальную неприятность. Тем не менее, он был слишком уставшим, чтобы идти обратно к дому Ваймака пешком, а поскольку сегодняшний день ознаменовался прибытием Лисов, Нил решил вместо этого пойти в гостиную, где он мог вздремнуть до восхода солнца.