Исполни мою мечту...

      Утром Феликс сначала не понял, где он и как оказался на кровати, но потом до него дошло, что это Хёнджин перенёс его сюда.       Он встал и пошёл на кухню, откуда доносился приятный запах вкусной еды. Когда Хёнджин успел проснуться и начать готовить?       «Чёрт, сегодня у Хёнджина день рождения! Нужно ещё сходить домой за подарком».       Феликс зашёл на кухню и увидел своего парня, суетящегося около плиты. Ликс улыбнулся при виде этой картины. Он тихонько подкрался сзади и обнял Хёнджина со спины:       — С днём рождения, Хённи, — прошептал он.       — Что? Откуда ты узнал? — тот удивлённо развернулся.       — Это неважно. Важно то, что мы вместе сейчас. В твой день рождения я должен быть с рядом.       Хёнджин улыбнулся и обнял его в ответ.       — Спасибо, солнце.       Феликс отстранился.       — Только мне сейчас нужно кое-куда сходить. Не уходи никуда, ладно? — сказал он.       — Куда ж я уйду?       — Ну не знаю, просто будь дома, — произнёс Феликс, нервно крутя парное колечко на безымянном пальце.       Хёнджин кивнул и чмокнул своего парня в губы:       — Только давай скорее, я хочу провести этот день с тобой. ЭТО, скорее всего, мой последний день рождения… Поэтому я хочу провести его незабываемо, — он легонько улыбнулся.       Ликс улыбнулся в ответ и поспешил к себе домой, чтобы взять подарки Хёнджину. На обратном пути он вспоминал его слова: «хочу провести этот день незабываемо». И Феликсу в голову пришла оригинальная идея, как устроить ему это.       За домом Хёнджина был небольшой магазинчик со всякими штуками для свадьбы. Он зашёл туда и начал глазами искать то, что, по его мнению, сможет понравиться Хёнджину и сделать сегодняшний день незабываемым.       Найдя нужную вещь, Ликс купил её (благо, у него ещё осталось немного денег, к тому же эта вещица стоила не очень дорого). Правда, при покупке данного атрибута, продавцы и остальные люди одарили его непонимающими и удивлёнными взглядами. На это Феликс лишь улыбнулся и просто вышел из магазина, направившись домой к Хёнджину. Эту вещь он припрятал в карман, чтобы потом использовать по назначению.       Поднялся на уже привычный ему этаж и подошёл к знакомой двери, держа в руках мольберт с холстом и картонные листы для рисования. Постучал в дверь. Замок щёлкнул и дверь открылась.       Феликс выставил руки вперёд с подарками и улыбнулся во весь рот.       — Та-да-а-ам! — воскликнул он. — Чёрт, малыш… — Хёнджин выдохнул, удивлённо уставившись на него. — Ты чего?.. Не надо было…       Ликс укоризненно посмотрел на него, мол «не говори ерунду, ещё как надо было!», и перешагнул через порог.       Хёнджин взял мольберт в руки и начал осматривать:       — Как ты притащил его сюда? Он же огромный! Господи, я так рад! Ещё и холст купил, боже! Спасибо тебе огромное! — Хёнджин улыбнулся.       Спустя пару минут любования новыми предметами, он отнёс их в комнату и аккуратно поставил возле своего стола. Затем вернулся к Феликсу и почти на лету обнял его:       — Как же я тебя обожаю… — шептал Хёнджин. — Но не стоило так тратиться! Мой главный подарочек — это ты! — он отстранился и посмотрел Ликсу в глаза.       — Ну, а про это у меня есть отдельный разговор… — тот хитро ухмыльнулся. — Второй мой подарок тебе — это я, — Феликс произнёс это серьезным тоном. Именинник с непониманием смотрел на него. — Чего смотришь? На сегодня я дарю тебе всего себя, — Ликс выпрямился.       — В смысле?       — В прямом. Ты можешь делать со мной всё, что хочешь, Хённи. Всё, что только взбредёт тебе на ум. Я полностью твой, — он проговорил это медленно, низким тоном, этим глубоким голосом, что так сильно будоражил разум Хёнджина. — Погоди только, мне нужно на пару секунд отойти, — Феликс улыбнулся. — Подожди меня здесь.       Ликс поспешно удалился в другую комнату, чтобы применить вещицу, которую он купил в свадебном магазине. Это заняло буквально две минуты, и он быстро вышел к Хёнджину.       Тот стоял, оперевшись на шкаф с одеждой, находящийся рядом. Феликс плавными шагами приблизился к нему:       — Чего застыл, как не родной? — Ликс встал на цыпочки и приблизился к уху Хёнджина, шепча.       — Ты не шутишь? — спросил тот, сглотнув.       — Я сейчас похож на клоуна? — Феликс усмехнулся.       Губы Хёнджина пробрал лёгкий смешок:       — Нет, но… ты серьёзно готов? — спросил он.       — На все сто процетов, Хённи. Будь я в сомнениях, я бы не дал тебе даже прикоснуться к себе, — Ликс посмотрел в его глаза уверенно, давая ему убедиться в своей готовности.       Хёнджин обхватил талию парня своими руками, крепко сжимая.       — Сам напросился, — он приблизился к губам Феликса, оставляя лёгкий поцелуй.       — И это всё? — тот явно ожидал большего и потянулся, прося продолжения.       Он схватился за затылок Хёнджина, притягивая его к себе. И получил то, что хотел. Увлекая парня в более глубокий поцелуй, Феликс чуть подпрыгнул, обхватывая торс Хёнджина своими ногами, сцепляя их за его спиной. Тот подхватил его, удерживая на себе.       — Раз уж на то пошло… нам нужно переместиться в более удобное место… — прошептал Хёнджин, разрывая поцелуй и делая глубокий вдох, на ходу в спальню.       Феликс рухнул на кровать, утягивая за собой Хёнджина. Тот навис над ним и опять вовлек в поцелуй. Сейчас они уже были гораздо опытнее, и поцелуй был особенным — более страстным и желанным из всех предыдущих. Что-то в нём было такое сладкое, чертовски возбуждающее, но одновременно нежное и приятное. Не хотелось отстраняться, однако воздуха уже не хватало.       Хёнджин выпрямился и взялся за края своей футболки, начиная снимать её. Но вдруг Феликс подскочил, останавливая парня:       — Если не хочешь, можешь не снимать… — произнес он.       — Ликс, сейчас ты уже всё знаешь… Поэтому я готов показать тебе своё тело. Только не пугайся, на нём много шрамов… От лечения, сам понимаешь, — Хёнджин продолжил стягивать с себя неудобную ткань.       Феликс внимательно наблюдал за его действиями. Обнаженное тело Хёнджина повергло Ли в шок: многочисленные шрамы виднелись на его груди, доходя до живота.       — Только не надо жалеть меня, ладно? Мы здесь сейчас не для этого, — Хёнджин уловил ошарашенный и жалостливый взгляд Феликса на своём теле.       Не дождавшись ответа, он снова навис над Ликсом и взглядом уловил, что тот выглядит куда красивее и правильнее, когда находится в таком положении — почти обездвиженный, под ним.       Хёнджин одним пальцем ухватился за футболку Феликса, начиная тянуть вверх, снимая лишнюю одежду. Ловким движением он избавился от неё, отбросив в сторону к своей. Затем губами прильнул к щеке блондина, расцеловывая каждую его веснушку, спускаясь чуть ниже, к линии подбородка и плавно переходя на шею.       Ликс запрокинул голову назад, освобождая больше места для поцелуев. Закусил губу от наслаждения и проскулил, когда язык Хёнджина прошёлся по линии от самого подбородка, до ключицы, выписывая причудливые узоры и оставляя мокрую дорожку после себя. Это эрогенная зона Феликса.       Хёнджин улыбнулся, убедившись, что делает всё правильно. Прикусил чувствительную кожу на шее, в ответ получив тихое шипение Феликса, но затем поцеловал место укуса, будто извиняясь за причиненную боль. Языком прошёлся по яремной впадине, заставляя Ликса сделать глубокий вдох и тихонько промычать сквозь зубы от прикосновения к такой чувствительной зоне.       Вдоль ключиц на выпирающих костяшках, Хёнджин дорожкой оставил несколько засосов, помечая «свою собственность», чтобы никто не мог прикоснуться к его мальчику. Эти бордовые метки на бледной коже парня, слово так и кричали всем: «Моё! Моё! Моё!».       Он стал идти ниже, доходя до сосков, вкруговую обводя их языком, заставляя тело Феликса извиваться под ним. Спускался, оставляя то дорожку из поцелуев, то мокрый след от чуть шершавого языка, вырисовывая контур рельефного пресса парня. Тот запустил руки в волосы Хёнджина, слегка оттягивая небольшие прядки, когда он проходился по особо чувствительной зоне.       Феликс выгибался под действиями своего парня, его член тоже бурно реагировал на каждое прикосновение.       Хёнджин приближался к нижней части живота Ликса, где уже скопилось наслаждение, подавая верный сигнал другу в штанах от такого яркого прилива возбуждения.       Хёнджин поднял глаза на Феликса:       — Я думал, ты у меня мальчик-паинька, — усмехнулся он, только сейчас заметив небольшой камушек в пупке своего парня.       — А что, мальчики-паиньки не делают пирсинги? — ответил тот и, невинно улыбнувшись, уставился на Хёнджина.       Хван, ничего не ответив, начал играться с камушком при помощи языка. Затем, дойдя до границы джинс, Хёнджин отстранился и теперь уже стал применять руки: предстояло избавить своего парня от мешающихся джинс, потому что в штанах стало уж очень тесно в зоне паха.       Он начал работать с пряжкой ремня на брюках Феликса. Тот привстал на локтях, наблюдая за его действиями. От одного вида длинных и изящных пальцев своего парня, так ловко работающих с металлической пряжкой, он был готов кончить. Каждое чёртово движение Хёнджина возбуждало Ликса до предела.       Наконец пряжка, звякнув, расстегнулась и кожаный ремень полетел в сторону.       Хёнджин одним движением справился с застёжкой и начал стягивать джинсы с блондина. А тот, хитро улыбнувшись, наблюдал за его реакцией.       Вид открылся на тоненькие ножки. Хёнджину в глаза тут же бросился элемент на одном бедре парня, и он удивлённо посмотрел на Ликса.       На его ножке красовалась белая кружевная подвязка с милым бантиком, которую он приобрел в том самом свадебном магазине.       — Я решил удивить тебя этой деталью… — прошептал Феликс. — Раз уж мы с тобой, хоть и неофициально, но «обменялись кольцами», то этот элемент не будет лишней частью нашей первой брачной ночи… — проговорил он заманчиво, призывая к действию.       По традиции, жених должен стянуть подвязку с ножки без помощи рук. Чем сейчас и займётся Хёнджин. Он был явно впечатлён такой необычной выдумкой Феликса и тут же спустился на уровень подвязки, принимаясь за дело.       Рукой он прикоснулся к внутренней стороне бедра, пальчиками нежно проводя по нему. Затем поцеловал это место, прямо рядом с коварным кружевным украшением. Зубами зацепил его за край и начал потихоньку стягивать вниз по ножке Феликса в то время, как тот всё также наблюдал за действиями Хёнджина, не отрывая глаз.       — А ты умеешь удивлять, — произнес он, когда справился с задачей. Откинул подвязку и поцеловал Феликса в губы.       — Всё ради тебя, Джинни, — ответил он.       Хёнджин решил уже поскорее продолжить дело и стянул с себя брюки вместе с бельём, а с Феликса оставшиеся боксеры.       Он прильнул к уху своего парня, нежно прикусывая мочку:       — Для начала, нужно тебя подготовить… — прошептал Хёнджин.       Он потянулся к стоящему возле кровати небольшому комоду, где в нижнем ящике хранил смазку и презервативы. Наконец-то они пригодились.       Хёнджин выдавил немного лубриканта на руку и стал растирать его между ладошками, чтобы согреть.       Начал целовать лицо Феликса, переходя на шею, а пальцами приблизился к тугому комочку мышц.       — Сейчас может быть немного больно, потерпи, — заботливо произнёс Хёнджин и начал вводить в него один палец.       Феликс выгнулся в спине и заскулил, прикусив губу. Хёнджин начал целовать его по всему телу, продолжая двигать одним пальцем внутри.       Через пару минут он добавил и второй палец. Утешая его своими нежными поцелуями и ласковыми поглаживаниями по телу, Хёнджин ускорял темп.       Феликс метался по кровати, когда тот частенько проезжался пальцами по чувствительной простате парня, заставляя его стонать и двигать бёдрами навстречу движениям, насаживаясь глубже.       Вскоре ему стало не хватать одних пальцев и он начал хныкать и скулить, прося большего.       — Чего ты хочешь? — спросил Хёнджин, целуя Феликса, немного грубо, кусая его нижнюю губу. — Ну же, чего?       — Тебя… пожалуйста… — хныкал тот.       — А именно? — Хёнджин усмехнулся, желая услышать конкретные ответы от своего парня.       Тот мычал, продолжая насаживаться на его пальцы.       — Словами, малыш, словами… — шептал Хёнджин. — Чего же ты хочешь? Скажи мне…       — Я хочу… м-м-м… тебя. Внутри, пожалуйста… — он прерывисто дышал.       — Хорошо, я понял тебя, — Хёнджин вынул пальцы и придвинулся ближе.       Он взял лежащий рядом презерватив и, раскрыв упаковку, вытащил его. Надел защиту на кончик и раскатал по всей длине члена. Рукой направляя его, прикоснулся головкой к дырочке Феликса, дразня его.       Тот уже не выдерживал: схватившись за спину Хёнджина, Ликс притянул его к себе.       — Садист чёртов… Трахни меня уже, прошу. И побыстрее, пожалуйста, — проскулил он сквозь зубы, выгибаясь.       Хёнджин послушно выполнил просьбу: сразу же вошёл во всю длину. Феликс наконец-то получил желаемое. Он издал громкий стон, который Хёнджин заглушил поцелуем. Тот начал двигаться сначала плавно, со временем ускоряясь.       Феликс хватался за одеяло, сжимая ткань пальцами, царапал спину Хёнджина от наслаждения, впиваясь короткими ноготочками в его кожу. Сладко стонал в губы своему парню, когда тот целовал его, продолжая ускоряться.       Иногда Ликс сжимался вокруг члена, когда тот входил полностью, заставляя его трепетать. При этом Хёнджин закатывал глаза и тяжело дышал в его шею, шепча на ушко нежное: «Расслабься, малыш». Он блуждал тёплыми руками по телу Феликса так бережно и осторожно, словно в его руках был дорогой, из самого тонкого хрусталя, предмет. По сути, Хёнджин и считал своего парня самым драгоценным сокровищем на всём свете.       Ласковыми прикосновениями он вызывал бурю бабочек, одним разом начинающих порхать в животе Феликса.       В комнате становилось немыслимо жарко от тяжёлых томных вздохов парней. Сердце Ликса бешено колотилось от резких проникновений, кровь то приливала, то отливала от висков.       Горячие потные тела слипались между собой при каждом соприкосновении. Волосы стали мокрыми, были раскиданы по лицу и по подушке.       Хёнджин замедлился, выходя из Феликса, и начал двигаться, проникая не во всю длину. Он делал это специально, чтобы подразнить своего парня, изнывающего под ним. Чтобы тот стал скулить, выпрашивая большего. Хотел насладиться этими сладкими жалобными стонами и мольбами. Результат не заставил себя долго ждать.       — Чёрт… глубже, умоляю… — начал хныкать Феликс, когда ему стало не хватать таких неполноценных толчков. — Пожалуйста, прошу…       Он двигался бедрами навстречу, чувствуя, что к низу живота подбирается наслаждение — конец уже близок. Но, чтобы достичь пика, ему было недостаточно такого темпа.       Феликс упрашивал Хёнджина проникнуть глубже, чтобы кончик его члена проезжался по чувствительной простате, доставляя самые незабываемые ощущения.       Хёнджин сначала не слушался, дразнил его, но внезапно начал проникать глубже, вбивая Феликса в кровать своими грубыми толчками. Ликсу это чертовски нравилось.       Этот жёсткий темп, который заставляет его кровь бурлить в венах, а наслаждение расти с каждым новым толчком. Феликс громко стонал, почти кричал имя своего парня. Дыхание уже давно сбилось, он только и успевал глотать воздух ртом, когда Хёнджин на секунду почти до конца выходил из него, чтобы вновь сделать грубый толчок во всю длину, во рту стремительно пересыхало от частых вздохов.       Громкие шлепки тел друг о друга от резких проникновений, сносящие крышу, пьянящие стоны Феликса и томные тяжёлые вздохи Хёнджина наполняли комнату. Эти звуки будоражили и затуманивали разум обоих парней до безумия.       Ликс цеплялся за всё, что только попадалось: за крепкие руки парня, опирающиеся на постель, на которых выступали венки от напряжения, за его мокрые волосы, за его массивные плечи или широкую спину.       — Малыш… давай кончим вместе?.. — прохрипел Хёнджин возле уха Феликса, вызывая у того табун мурашек, проносящихся по спине.       Это, скорее, был не вопрос, а утверждение. Тот болванчиком кивнул раз десять, чтоб уж наверняка, соглашаясь.       Чёрт побери этого Хёнджина. До такой степени этот грёбаный парень доводит, что Ликс готов слушаться каждого его слова, подчиняясь ему полностью. По-блядски раздвигать перед ним ноги, отдавая всего себя, прямо как сейчас.       С самого начала Феликс думал, что сам он будет доминировать над своим парнем, нагибая его как только можно и нельзя. Но только посмел Хёнджин прикоснуться к нему, как тот растаял лужицей у его ног, буквально давая разрешение делать с собой всё, что угодно.       Ликс был уже на пределе, да и Хёнджин, в общем-то, тоже. Пара заключительных толчков, и последний, самый грубый и глубокий, который заставил Феликса немного проехаться спиной по кровати, и прогнуться почти до хруста в спине, схватившись за кисти Хёнджина. Тот с хриплым рыком кончил и сделал ещё один лёгкий толчок, задержавшись внутри. Запрокинув голову, Феликс закатил глаза от накатившего наслаждения, и его рот растянулся в немом стоне, когда он несколько раз провёл вдоль своего члена, доводя до пика самого себя и излился на свой живот, слегка подрагивая бёдрами от пережитого оргазма.       Хёнджин рухнул рядом, стараясь отдышаться. Феликс жадно хватал воздух ртом, пытаясь восстановить дыхание.       — Я люблю тебя, Ликс, — прошептал Хёнджин на выдохе. — Чёрт, это было незабываемо…       — А я тебя, Хённи, — ответил тот, всё ещё возвращаясь в чувства.       Хёнджин поглаживал его по волосам и перебирал небольшие прядки.       — Джинни, я хотел сказать, у меня есть ещё один подарок для тебя… Но о нём ты узнаешь чуть позже, — тихо произнес Ли.       — М-м-м, мне уже интересно, что же это за подарок… — Хёнджин заинтересованно посмотрел на него.       — Совсем скоро ты всё узнаешь.       Феликс закрыл глаза и вздохнул. Он положил голову на грудь Хвана, слушая учащённый стук сердца. Сердца того человека, которого он любит больше жизни. Сердца, которое может остановиться в любой момент.       Именно поэтому Феликс ценит каждую секунду, проведённую вместе с Хёнджином. Именно поэтому ему так важно быть с ним рядом, как можно дольше.