Рут Хорикиты (Horikita Route)

— Сколько это стоило? Голос Хорикиты Сузуне прорвался сквозь шум. Ее тон был почти обвиняющим и опасным. — Это не имеет значения. — Киётака, сколько ты потратил очков на это? — ее голос, ранее злой и безумный, теперь превратился в голос, пронизанный беспокойством. — Хорикита, о моем финансовом положении не о чем беспокоиться. К этому времени самые умные ученики класса поняли вопрос Хорикиты. Чтобы иметь доступ к такой информации… конечно, это стоило много очков. Эти бумаги стоили недешево, они в этом уверены. Хирата, всегда скромный человек, каким он и является, попытался разрядить напряженную ситуацию. — Аянокоджи-сан… ты уверен? Конечно, мы могли бы выкроить несколько очков, чтобы заплатить… — Хирата, как я уже сказал, все в порядке. Прямо сейчас у большинства из вас мало очков, которые можно потратить, некоторые из вас даже полагаются на бесплатное питание, предоставляемое школой. У меня их более чем достаточно, чтобы дожить до следующего месяца. Дожить. Это конкретное слово резануло Хорикиту по ушам, заставив ее беспокоиться за друга в десять раз больше. Что он имел в виду под этим? Неужели он с трудом продержится 20 дней только потому, что она попросила его о помощи, чтобы попасть в класс А? Неужели он тайно ел только бесплатные овощи? Может быть, именно поэтому Каруизава продолжает ходить с ним? В этом нет никакого смысла… — Киётака, пожалуйста… скажи мне, сколько это стоит… я могу… Ее тон, слабый и жалкий, удивил других учеников. Они никогда не слышали, чтобы их лидер так разговаривал. Ее глаза были полны беспокойства, когда она смотрела на парня перед классом, игнорируя взгляды своих одноклассников. К несчастью для нее, она так и не смогла закончить свое предложение. — Со мной все будет в порядке, Хорикита. Его слова, хотя и простые и ясные, глубоко ранили ее до глубины души. Его голос казался пренебрежительным, скучным, словно он был взрослым, разговаривающим с ребенком, или мужчиной, который прогонял бродячую собаку. Это был тот же тон, который он использовал каждый день, та же интонация его голоса, когда он разговаривал с другими. Она помнит это очень отчетливо, как родниковую воду, стекающую с горной реки. Она слышала этот тон сотни раз. Только на этот раз он разговаривал не с кем-то другим, а с ней. Он никогда раньше так с ней не разговаривал. Каждый раз, когда они разговаривали, его безразличный тон сменялся другим. Всякий раз, когда они разговаривали раньше, он никогда не был таким пренебрежительным, как сейчас. Его голос обычно был полон сарказма, наполнен дразнящим тоном, иногда даже можно было проследить счастье, когда они разговаривали в прошлом. Но сейчас, в этот момент, он говорил таким тоном, как будто она была никем. Она знала, насколько Киётака равнодушный человек. Она знала, что, если она ничего не сделает, чтобы спасти то, что у них есть в этот самый момент, раскол между ними только усилится, независимо от того, насколько близко она бы не была. Похожая ситуация пришла ей в голову, ее отношения с братом начали накаляться таким же образом. Однако, в отличие от своего брата, у нее нет семейных уз с этим парнем с каштановыми волосами, что значительно усложняет воссоединение. Отчаяние проникло в вены Сузуне, напуганной мыслью о потере своей связи с первым другом. Может, она и не вела себя так, но глубоко внутри она действительно дорожила присутствием и поддержкой Аянокоджи. Ее благодарность к парню была огромной, за то, что он показал ей ее собственные недостатки и дал такой гордой девушке, как она, шанс на что-то новое. Ухватившись за соломинку их дружбы, она сделала единственный логичный шаг, который пришел ей в голову. — Каруизава, сколько он потратил? — холодный, повелительный голос вернулся в полную силу, почти заставив блондинку подчиниться и ответить на ее вопрос. — Хорикита-сан, я не думаю, что он хочет… — Каруизава, я была бы очень признательна, если бы ты мне ответила. — Э-это… — Хорикита! — крикнул Аянокоджи, пытаясь остановить холодную красавицу от давления на блондинку, но Хорикита полностью проигнорировала его. Как хищник с загнанной в угол добычей, она продолжала давить на бедную блондинку, требуя ответа. — Каруизава, пожалуйста, ответь на вопрос. — О-он потратил… Видя, что Кей сдает позиции, Аянокоджи вмешался ради нее, вспомнив о своем обещании. — Хорикита, достаточно. Я бы сказал тебе наедине, а пока, пожалуйста, перестань приставать к ней. Услышав, как ее первый друг в энный раз за сегодня назвал ее по фамилии, что-то щелкнуло в мыслительных процессах Хорикиты. Он начинает быть холодным со мной, используя этот свой тон, а теперь он начинает называть меня по фамилии? Как он смеет?! — Прекрати называть меня так! Пока происходил их ненормальный обмен репликами, многие ученики застыли на своих местах, напуганные и заинтересованные одновременно. Только нехарактерный для них крик Хорикиты вывел их из оцепенения. Удивление было очевидно на всех их лицах. Кто знал, что Ледяная Королева может так себя вести? Никто, кроме Аянокоджи, никогда не видел, как она ломает характер. До сих пор. — Прекрати разговаривать со мной, как с ничтожеством, Киётака! Гнев. Печаль. Боль. Все они видели, насколько уязвим был их лидер в этот момент. Некоторые пытались отвлечься от очень приватного разговора, который они должны были вести наедине, в то время как другие сочувственно хмурили брови. Все они знали, каково это — быть объектом снисходительности Аянокоджи, они знали, как это ужасно. Аянокоджи, с другой стороны, устал. Очень устал. Как, черт возьми, все переросло в это? — Вздох..... Тогда мы поговорим позже, Сузу. А пока давай закончим с этим. Всем удачи, следите за тем, чтобы вас не исключили из-за вашего идиотизма. Судо, сосредоточься на английском, у тебя это плохо получается. Неловкий смех разнесся по комнате, все они знали, как плохо Судо знает английский. Даже сам Судо рассмеялся, и его смех был самым искренним из всех. — Я не буду тратить твои очки впустую, босс! По крайней мере, у него хватило здравого смысла понять, что бумаги стоят дорого. Один за другим ученики класса D вышли, чтобы разойтись в разные стороны, некоторые из них все еще сжимали бумаги в руках, как спасательный круг. Аянокоджи намеренно замедлил свои приготовления, чтобы быть одним из трех человек, оставшихся в комнате. Дав Кей знак пока не уходить, они подождали, пока не остались единственными учениками. Как только они остались одни, Хорикита заговорила очень раскаивающимся тоном. — Каруизава, мне жаль, что я так поступила с тобой. Я постаралюсь не допустить, чтобы это повторилось в будущем. Блондинка была удивлена, услышав это от обычно отчужденной девушки. В ее глазах это казалось неправильным. Это казалось ненормальным. Стремясь разрядить напряженную атмосферу, она в шутку сказала. — Хехехе, это не проблема, Хорикита-сан. Это вина Киётаки за то, что он так настаивал на сохранении цены в секрете. Хехехе. Лицо Хорикиты на секунду помрачнело, но тут же снова стало спокойным. Раньше она была слишком мягкой, она потеряла бдительность перед слишком большим количеством людей. — Тогда ладно. Ты не возражаешь, если я поговорю с Киётакой? Я обещаю, это не займет много времени. — А-а, да, да! Тебе не нужно мое разрешение на это, Хорикита-сан! Я просто собираюсь… я, ухх, я ухожу прямо сейчас! Затем Кей повернула голову в сторону своего самого верного друга и сказала. — А-а-а… позже, хорошо? Ее взгляд переместился на Хорикиту, пытаясь найти реакцию, на которую она надеялась. Как только она увидела это, то не смогла удержаться от ухмылки и снова обратилась к парню. — Киётака, я не думаю, что мне понадобится помощь по математике. Теперь у меня есть эти ответы! Я думаю, будет кхм… лучше, если… а-а-а… я стараюсь учиться самостоятельно, да! Пока что самостоятельно! В глазах Аянокоджи, хотя внешне они все еще оставались бесстрастными, было заметно беспокойство. Его бровь дернулась, когда он услышал слова Кей о том, что пока она будет учится одна, но понял смысл, когда увидел или, скорее, почувствовал пристальный взгляд Сузу. — Хммм. Тогда ладно. Удачи тебе, Кей. Обязательно сосредоточься на уравнениях. Его обеспокоенный ответ только еще больше разозлил Хорикиту. Почему она злилась? Она понятия не имела, все это было инстинктивно, почти как естественная реакция с ее стороны. — Хорошо, тогда пока, пока! Когда Кей ушла, неловкость вернулась в полную силу, заставив обоих скривиться от дискомфорта. — Хорик… Сузу, я бы ответил на твои… вопросы… если ты этого хочешь. Сузуне, не могла найти слов, необходимых для ответа, поэтому пока она сказала. — Не могли бы мы прогуляться, пока разговариваем?

__________________________________________________________________________________________________________________________________________