Рут Хорикиты (Horikita Route)

Теплый ветерок солнечным майским днем почувствовали два ученика, прогуливаясь по бетонной дорожке парка. Вокруг них собирались в группы учеников, стремясь расслабиться перед неизбежным экзаменом. Киётака и Сузуне молчали, когда выходили из здания школы, напряженность ситуации постепенно сменялась мирной атмосферой. Листья, свежие после наступления весны, шелестели вокруг пары. Легкий ветерок трепал их ухоженную униформу. Как только они оказались на некотором расстоянии от всех любопытных ушей, девушка заговорила. — Прошло много времени с тех пор, как мы оставались наедине, Киётака. По правде говоря, так оно и есть. Из-за предстоящего испытания их связь была… изменилась… — Мы были заняты, вот и все. — Похоже, что так и есть. Еще одна пауза, прежде чем Сузуне двинулась вперед. — Ты… с тобой все будет в порядке, верно? — в ее словах легко можно было различить нотку беспокойства. Даже не колеблясь, он ответил. — Это всего лишь 15 тысяч. Ради всего класса это ничего не стоит. — Но… — На самом деле у меня есть еще 54 тысячи. Тебе не нужно беспокоиться обо мне, Сузу. На лице Хорикиты отразилось смущение, она была зла на то, что ее разоблачили. — Я не то чтобы беспокоюсь, я… просто было бы неприятно, если бы твои навыки пострадали из-за голода. В конце концов, я бы не хотела, чтобы меня заставляли добывать для тебя пропитание. Сухой, почти неестественный смешок вырвался изо рта Киётаки, сбив с толку умную девушку. С каких это пор он начал проявлять эмоции? Разве он не всегда был бесчувственным? — Как и ожидалось от тебя. — … — Тебе больше не нужно беспокоиться об этом. Это напомнило мне… Он замедлил шаг и попытался достать что-то из своей школьной сумки. Из него вышли два бутерброда, и он предложил один своему другу. Не видя причин отказываться, Хорикита протянула руку и с благодарностью приняла еду. Вместе они развернули хлеб и сели на ту же скамейку, на которой сидели во второй школьный день, на ту, где она впервые узнала о навыках Киётаки играть на пианино. Сэндвич, очевидно, с тунцом, озадачил Сузуне еще больше. Разве он не говорил, что совершенно не умеет готовить? Тогда что же это, черт возьми, такое? — Я удивлена, это на самом деле съедобно. — Да, ее первые творения были абсолютно отвратительными. Ее? — Каруизавы? — Кого же еще? Верно… кто еще, кроме нее?

_________________________________________________

Снова она. Я не знаю, должна ли я быть благодарна или злиться на нее за то, что она делает что-то подобное. — Ты был ужасно близок с ней последние несколько дней, Киётака. … … — Ее навыки полезны для меня. Она также очень настаивает на том, чтобы проводить время вместе. … … Проводить время вместе… вполне естественно, что два человека одного возраста становятся друзьями после длительного периода времени… особенно когда они находятся в одном и том же классе, но я никогда… — Я никогда не ожидала, что ты будешь тем парнем, который будет проводить время с такими, как она. Она кажется слишком… — Популярной? Грубой? Поверь, я тоже не ожидала такого исхода. Мы слишком отличаемся друг от друга… но я думаю, что даже такой монстр логики, как я, не смог бы остановить попытки дружбы со стороны таких людей, как она. Кажется, он знает ее хорошо, очень хорошо… — Да… она даже готовит это для тебя… может быть, ты… — Нет. Она просто хотела, чтобы я стал ее подопытным кроликом. «Ты мне подходишь», — сказала она. Видите ли, она хотела улучшить свой уровень готовки… Подопытный кролик? Что? — Тем не менее… приготовление пищи для кого-то… это часто используется как средство заявить о своей привязанности и эмоциях по отношению к этому человеку. Возможно, она… — Я думаю, ты уже знаешь ответ на этот вопрос, Сузу. Ты подслушивала за нами во время обеда, верно? ! ! ! — Ч-что?! Как ты у-узнал?! Изо рта парня вырвался тяжелый вздох. — Я видел, как твои волосы выглядывали из-за колонны. Я понятия не имею, как много ты слышала, но я почти уверен, что ты слышала о том, что я отклонил ее предложение. — ..... — Итак, Сузу… скажи мне… чего ты на самом деле добиваешься? Что ты хочешь узнать? Я бы постарался ответить как можно честнее. Этот парень… я ненавижу то, что он мог читать меня, как открытую книгу. Я с самого начала старалась, чтобы мое отношение было как можно более расплывчатым и трудночитаемым, но он с таким мастерством преодолевает всю мою защиту. — Эти… эти последние несколько дней… у меня были противоречивые мысли..... … — Мысли о чем? Перестань так наклонять голову! Хватит валять дурака! — Мысли о классе А, о попытках достичь его… размышления о том, действительно ли это того стоит… На лице Киётаки появилось очень растерянное выражение. Похоже, он действительно не понимает, о чем я говорю. — Что ты имеешь в виду? Я думал, это была цель, которую ты поставила перед собой, цель, которую ты хотела достичь? — Я-я знаю это! Но разве ты забыл последнюю часть?! Идиот! — Последняя часть? Та, где ты хотела, чтобы класс был вместе? — Да! Ее! Но мы… Я чувствую, как мои эмоции выходят из-под контроля. Мое сердце колотилось, тема разговора была очень близка к тому, о чем я хотела поговорить. К сожалению, он прервал меня прежде, чем я успела это сказать. — Но разве мы все еще не находимся в пределах параметров достижения этого? У меня даже есть наготове меры предосторожности на случай, если человек провалится на экзамене. Этот идиот! Перестань перебивать меня! Разве ты не видишь, что я пытаюсь здесь сказать? Ты действительно настолько социально неумел, чтобы не читать настроение? Хаах..... чего я вообще ожидала… Я не могла удержаться от того, чтобы не стиснуть зубы. Он действительно заставляет меня констатировать очевидное? Это так неловко. Черт бы его побрал! Глядя ему в глаза, я крикнула. — Дело не в этом, дурак! Ты что, даже не заметил?! — Суз… — Заткнись! Дай мне хоть раз высказаться! Ты всегда прерываешь меня прежде, чем я успеваю закончить! — Но я не понимаю… — Тогда дай мне высказаться! Ты хочешь, чтобы тебя циркулировали?! С каких это пор циркуль стал глаголом? — … — Ты просто не понимаешь, что я чувствую, не так ли? Конечно, глупая я. Ты не можешь. Сначала я думала, что ты просто хотел дать мне время для занятий в группах, но потом, со временем, ты начал игнорировать меня! Я больше не могла заботиться о соблюдении приличий. Мне все равно, если кто-нибудь увидит, как я кричу на этого парня. Хорошо, что мы одни в этой части парка, иначе мы бы уже подняли настоящий переполох. Мне нужно вдолбить в его бесчувственный череп то, что я чувствовала… Как мне было больно, когда он игнорировал меня… Как я недовольна нашей нынешней ситуацией… Как сильно я хотела, чтобы все вернулось на круги своя… — Ты даже больше не разговариваешь со мной за обедом… все, что ты сейчас делаешь, это общаешься с ней! Почему? Из всех девушек почему именно она? Просто потому, что у тебя есть популярная девушка, которая теперь кормит тебя с ручек не значит, что ты имеешь право игнорировать меня! Киётака выглядел самым растерянным из всех, кого я когда-либо видела, но, честно говоря, я слишком зла, чтобы сейчас об этом беспокоиться. — Что еще хуже, так это все те слухи, которые я продолжаю слышать о вас двоих! Честно говоря, это очень раздражает. Ты забыл, что в моей группе полно девушек? О чем я говорю, мы же говорим о тебе. Ты никогда ничего не забываешь. Они продолжают говорить о том, как вы, ребята, встречаетесь, и как Каруизава продолжает ходить в твою комнату в общежитии. Серьезно, любой, у кого есть хоть наполовину приличные мозговые клетки, мог бы сказать, что вы, ребята, несовместимы. Разве они не видят, насколько вы разные? Мне жаль вас двоих, если вы когда-нибудь решите быть в отношениях вместе. Вы, ребята, определенно не подходите друг другу, совсем! Я дам тебе максимум два месяца, прежде чем ты устанешь от ее личности! Что еще хуже, так это то, что они продолжают говорить со мной об этом, говоря мне, что ты мне изменяешь. Наглость этих девушек. Неужели они действительно настолько низкого мнения обо мне, что я бы выбрала кого-то, кто посмел бы мне изменять? И неужели они действительно думают, что ты из тех, кто изменяет своей возлюбленной? Они даже не знают тебя! Кроме того, мы еще даже не встречаемся, так что подобные сплетни, очевидно, неосуществимы. Вот дерьмо… — Даже не встречаемся? Что ты… — Вот именно! Они так охотно предполагают, это очень неприлично для девушек их возраста, черт возьми! Отличное оправдание, Сузуне. Стоп, что? — ....... — ....... — ....... — ....... Фух… это было здорово. Вау… это было так приятно...... я никогда не думала, что выражение чего-то столь тривиального, как эмоции, может быть таким расслабляющим. Акт произнесения таких болезненных предложений, вау. — Итак… Сузу… подводя итог, ты завидуешь тому, что у меня есть друг, с которым можно проводить время, тебя раздражают различные слухи, распространяемые из-за того, что у меня есть еще один друг, ты обижена слухами в своих учебных группах, и ты эмоционально устала из-за предстоящего экзамена. Я все правильно понял? Нет! Идиот! Черт возьми! Чопорно и благопристойно, я ответила. — Да, спасибо тебе за понимание ситуации. НЕТ! — Хм..... понятно… похоже, мои расчеты относительно твоей совместимости с ними оказались неверными… неожиданный результат… — пробормотал он себе под нос. Серьезно? Из всего, что я сказала, это то, за что ты зацепился? Мои отношения с моей группой? Ты просто притворяешься тупым или ты действительно главный герой сериала? — Ты не можешь всегда быть совершенным, ты же знаешь, — я не могла удержаться, чтобы не поддразнить его за его явно «неправильные расчеты». — Неважно… Я исправлю эту ошибку в следующий раз, когда буду формировать ваши группы. А пока, пожалуйста, потерпи их еще немного. Если это действительно все, то я пойду.

__________________________________________________________________________________________________________

Я встал со скамейки и вытер штаны от несуществующей грязи. Мой разум был в смятении. Казалось, возникла неожиданная ситуация. Я действительно думал, что понимаю, как ведут себя девушки, но, похоже, моя неосторожная ошибка заставила моего первого друга сломаться от умственного истощения. Вздох… я совершил ужасную ошибку. Я обернулся, намереваясь обдумать свои неправильные мысли и подумать о том, где я ошибся, когда крик моего друга остановил меня. — Подожди! Обернувшись, я снова столкнулся со своим первым другом. — В чем дело, Сузу? — Ты ничего не забыл? — ..... Что я забыл? Для меня необычно что-то забывать. Ах… точно. — А-а-а… что ж, тогда. Я наклонил свое тело на 45 градусов, чтобы символизировать мое искреннее извинение. — Я приношу извинения за то, что сделал неправильные предположения. Я позабочусь о том, чтобы твоя следующая группа не была такой изнурительной. Мне стыдно за то, что я стал причиной твоего психического стресса. Было ли это достаточным извинением? Я позаботился о том, чтобы использовать правильную грамматику и этикет, которым учили в Белой Комнате, просто чтобы быть уверенным. В конце концов, эта дьяв… эта девушка очень строга в таких вещах. Прошло десять секунд, а от Сузуне не последовало никакого ответа… … Смирившись со своей судьбой, я отрываю глаза и вижу пустое лицо Сузу. Пустое. Просто пустое. Вздох… что теперь я сделал не так? — Сузу, ты в порядке? Я схватил ее за правое плечо левой рукой, вытряхивая ее из транса, или в чем она там находится. — Хм? О… а-а-а… точно. Нет, нет, нет, я не об этом говорила, Киётака. Что? Это было не то, о чем она просила? Тогда чего же она хотела? Что я забыл? — Ты так и не ответил на мой вопрос. — Ах… извини… не могла бы ты, хм, сказать мне о нем еще раз? Честно говоря, я пропустил ее вопрос мимо ушей в ее длинной тираде. Застенчиво она спросила еще раз. — П-почему ты избегаешь меня, Киётака? Я сделала что-то не так? Ах… это. Ну, я же не мог сказать ей, что отдаляюсь от нее ради ее же блага, не так ли? Да, верно. Проводить с ней слишком много времени только усилило бы боль, которую я почувствую, когда она в конце концов осознает свой собственный рост. Вырубить корень нашей близости было бы самым оптимальным решением. Чтобы она привела всех к классу А, ей нужно понять, что ей нужны союзники. Полагаться на меня означало бы только привести ее к падению. Как друг, я должен это сделать. Это ради нее самой, ради ее цели попасть в класс А. Я был бы удовлетворен, наблюдая, как она выживает и побеждает со стороны. Я должен быть удовлетворен этим, потому что это то, что она просила меня сделать. Хорикита Сузуне, хотя еще и не готова, обладает достаточным потенциалом, чтобы привести наш класс к победе. Ей нужно только больше времени, чтобы учиться, пройти через новые испытания. Да, это ради нее. Мое мнение не имеет никакого значения. Мои эмоции, то немногое, что у меня есть, не следует добавлять в уравнение. Адаптироваться, выживать. — Я не избегаю тебя. Послушай, уже поздно, Сузуне. Мне нужно кое-что сделать, прежде чем я вернусь. Я должен идти. Я снова поворачиваюсь, стремясь уйти от нее подальше. Чем дольше я остаюсь здесь, тем приятнее мне становится, тем труднее адаптироваться, терпеть. — Киётака, подожди! Я стараюсь уйти как можно более достойно. — Киётака! Тск. Разве ты не понимаешь, Сузуне? Разве ты не видишь, как это больно? Не усложняй ситуацию еще больше, пожалуйста… — Киётака! Крепкая хватка остановила мое запястье, заставив меня замереть на месте. Нет, я не буду оборачиваться. Не сейчас, не тогда, когда я так близок к тому, чтобы захотеть остаться. К сожалению, мне не повезло. Дернув мое запястье вправо, Сузуне дернула мое тело, заставляя его повернуться к ней лицом. Она плакала. Ее лицо было мокрым от слез, а глаза красными. Ее слезы стекали с ее подбородка. Ты все усложняешь, Сузуне. Это была твоя просьба, верно? Скажи мне, зачем ты это делаешь? — Сузуне, зачем ты это делаешь? Тск. Даже мой голос звучит жалко. Посмотри, что ты со мной сделала. — Я хочу, чтобы ты прекратил. Прекратил? — Прекратил? — Я не знаю, что ты делаешь, но я хочу, чтобы ты прекратил это. Но… класс А… твоя цель… — Но Сузуне… — Я хочу, чтобы ты перестал избегать меня, по какой бы то ни было причине, просто прекрати это! В порыве она столкнулась своим телом с моим, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Ее слезы запачкали мою рубашку, ее лицо крепко прижалось к моему телу, она плакала. Из моей груди я услышал, как она несколько раз произнесла «прекрати», словно заклинание, чтобы заставить меня перестать помогать ей в достижении ее цели. — Но Сузуне… я обещал… твоя цель… класс А… Я не мог остановить свои руки, они потянулись к ее затылку, крепко обнимая ее. В ответ она обхватила руками верхнюю часть моего тела, обхватив меня и вцепившись в мою рубашку, крепко сжимая ее. Когда она услышала мое бормотание, она с силой подняла голову, гнев наполнил ее все еще влажные глаза. — Если я потеряю тебя из-за этого, тогда класс А того не стоит! Идиот! Широко раскрыв глаза, я не мог не удивиться. Неужели я все это время неправильно понимал ее намерения? Я думал… — Но я думал… — НЕТ, НЕТ! Меня это больше не волнует! Пусть они смотрят на нас свысока, мне все равно! Просто… Просто не игнорируй меня снова… Просто больше так не делай… Пожалуйста… только не снова. Пожалуйста… С этими словами были показаны ее истинные намерения. Пока она непрерывно плакала в моих объятиях, я анализировал ее слова. Она не хотела класса А, если я продолжу вести себя с ней так же. Она готова, чтобы на нее смотрели свысока, только ради того, чтобы составить мне компанию. Она готова отказаться от класса А, своей цели, если это означает, что это больше не будет напрягать нашу дружбу. Мои действия так сильно повлияли на нее, что теперь она плачет у меня на груди, рыдает и оскорбляет меня за то, что я заставил ее чувствовать себя таковой. — Дурак, дурак, дурак… пожалуйста… только не снова… Я чувствую себя дерьмово. За многие годы мне никогда не было так плохо, как сейчас. Несмотря на все наказания, которые я испытал, все упреки, через которые я прошел, все разочаровывающие лица, с которыми я столкнулся, я никогда не испытывал такого чувства, как сейчас. Я ужасный человек. Моя первая подруга, всегда спокойный человек, каким она и является, доведена до такого состояния из-за моих действий. — Киётака… Киётака… Первый человек, который подружился со мной, первый, кто приветствовал меня во внешнем мире, и вот как я отплачиваю за такую доброту? Мои руки все еще обнимают ее, я притягиваю ее ближе, ближе, чем кого-либо, кто у меня когда-либо был. Сузуне… — Сузу… Никогда больше… — Извини… Я позабочусь о том, что… — Что сделал это с тобой… Я никогда не совершу одну и ту же ошибку дважды… — Я никогда не совершу одну и ту же ошибку дважды.