И это моя награда?!

      Предрассветный сумрак молочным туманом окутывал столичный замок королевства Мелромарк. В длинных и запутанных коридорах дворца тишину нарушали лишь сонные пошатывающиеся на своих постах стражники, ожидавшие конца собственного караула. Во всех спальных комнатах слышалось лишь мерное сопение либо храп. Королева с королём спали в покоях Мирелии, троица из Мелти, Малти и Фиро воевали во сне за одеяло в комнате первой принцессы, Сэйн и Грасс расположились в комнатах напротив покоев Наофуми и Рафталии, дабы в случае нападения быть рядом.       Ночную тишину в спальне героя щита развеял шум какого-то шевеления:       — Ммм… — Протянула проснувшаяся героиня катаны. — Что это за звуки? — Ещё не до конца открывшимися глазами она стала искать источник шорохов. — Н-Наофуми!       Черноволосая с нефритовым отливом кроха во сне махала руками, будто бы пытаясь от кого-то защититься. Она ворочалась из стороны в сторону, выгибалась или сжималась под неестественными углами, а на её лице читался ужас… Наофуми кричал… Но из раскрытого клыкастого рта не выходило и единого звука — абсолютно безмолвный крик…       — Наофуми, Наофуми! — Рафталия начала будить любимого, тряся за плечи.       Кроха герой щита раскрыл перепуганные глаза и заозирался по сторонам, трясясь словно листик на ветру. Взглянув в глаза обеспокоенной Рафталии он, вначале, встрепенулся, будто бы не узнав спутницу, однако после резко подскочил к девочке и обняв, вжался в её грудь, пряча лицо.       — Тихо-тихо… — Успокаивала Рафталия кроху. — Должно быть тебе приснился кошмар? Ничего страшного, это всего лишь сон. Всё в порядке, не бойся… — Она поцеловала героя щита в лоб.       Наофуми потихоньку успокоился, Рафталия же окончательно проснулась и пошла умываться. Дойдя до двери ванной комнаты, она услышала стук, следом за которым раздался топот маленьких ножек — это был герой щита, следом побежавший за спутницей.       — Ты больше не хочешь спать? Ладно, пойдём умываться, только не нужно так громко топотать, иначе мы всех разбудим.       — *Кив* — Наофуми немного кивнул.       — Т-ты меня понимаешь?! — Удивлённо спросила героиня катаны, впервые наблюдая, как обычно бессознательный герой щита осознанно ответил ей.       — *Кив* — Вновь кивнул ей щит.       Рафталия уставилась на малютку. Вместо пустого взгляда у той в глазах читалось смущение и какая-то робость, сам её взгляд был сконцентрирован на девочке-тануки. И он отнюдь не был безжизненным или стеклянным, это был живой, осознанный и наполненный эмоциями взор.       — Наофуми! Неужели ты пришёл в себя?! — Обрадовалась героиня катаны, подхватив любимого на руки и закружившись с ним по комнате. — Скажи мне что-нибудь? Как ты себя сейчас чувствуешь? Ты помнишь, что произошло? Осознаешь случившееся?       Наофуми робко раскрыл клыкастый ротик, было видно, как он старался выдавить из себя хотя бы звук, однако он внезапно и резко дёрнулся, а взгляд на долю секунды опустел. Словно от обжигающей боли кроха упала на коленки и схватилась руками за сердце, скривившись в агонии. Рафталия, испугавшись, подстраховала любимого, чтобы тот не отбил коленки об пол.       — Ч-что с тобой? — Обеспокоенно вглядывалась она в лицо героя щита, но тот ничего не отвечал, продолжая тяжело дышать на полу. — Е-если не получается, т-то н-не надо над собой издеваться. — Смирилась героиня катаны, подняв любимого на ноги.       Черноволосая покраснела и опустила взгляд больших нефритовых глаз в пол. Казалось, что она стыдилась собственного поведения.       — Всё-всё, давай успокоимся, — девочка-зверолюд похлопала его по голове, — пойдём-ка лучше умываться.       — *Кив* — Кивнул щит, продолжая прятать глаза под длинной спутанной чёлкой своих чёрных с нефритовым отливом волос.       В ванной комнате парочка, стоя перед умывальником на табуретах, умыла лицо и приступила к чистке зубов. Героиня катаны старалась незаметно наблюдать за изменившимся поведением Наофуми, то и дело отмечая про себя всё новые и новые странности. Передав герою баночку с зубным порошком, девочка-тануки глядела на ту через зеркало и рассуждала:       «Эмоции! Наконец-то к нему вернулись полноценные эмоции!» — С блеском в глазах она повернулась к малютке.       Та своими крошечными пальчиками робко открутила крышечку банки зубного порошка, взяла пригоршню содержимого в рот и намочив зубную щётку под струёй воды из-под крана, приступила к чистке зубов. Всё было сделано осознанно и специально — черноволосая помнила как чистить зубы. Но она почему-то избегала собственного отражения в зеркале, предпочитая смотреть на отблеск света на поверхности мраморной раковины.       «Что-то не так… Это вообще Наофуми? Откуда такая робость? И почему он не говорит, вопросы же понимает. Это очень странно…».       Закончив умываться, Рафталия спустилась с табурета и с помощью полотенца вытерла лицо. Черноволосая немного ускорилась, быстро умыла лицо и спрыгнув с табурета, подбежала к героине катаны, явно боясь отстать от тануки.       — Не торопись, я бы спокойно подождала пока ты умоешься. — На эти слова Наофуми немножко покраснел, сложив ладошки вместе. — *Вздох*, Дай я тебя вытру…       Вернувшись в комнату, слабо освящённую только-только вставшим солнцем, Рафталия усадила кроху на стул у стола, стоящего возле окна.       — Так. Всё равно все ещё спят и делать нам минимум полтора часа будет нечего, так что давай-ка посмотрим на твоё состояние. — С этими словами девочка-тануки положила перед героем щита несколько листов чистой желтоватой бумаги и карандаш. — Я уже поняла, что говорить у тебя не получается, может с письмом будет иначе? Вот, попробуй что-нибудь написать. Что угодно.       Наофуми взял карандаш и задумался, а после притянув к себе лист бумаги, начал выводить слово, но на половине процесса он резко дёрнулся, от чего карандаш в, казалось бы, маленькой и хрупкой детской ладошке с хрустом разлетелся в щепки. Малютка ненадолго зависла, при этом её взгляд вновь опустел.       «Всё точно так же, как и при попытке заговорить». — Думала героиня катаны, утешая пришедшего в себя героя щита. Тот очень расстроился, увидев какой беспорядок устроил.       — Тогда давай так: я спрашиваю, а ты киваешь «Да» или «Нет», хорошо?       — *Кив*.       — Ты Наофуми? — Серьёзно спросила Рафталия, этот вопрос беспокоил её сильнее всех остальных.       Кроха, казалось, заволновалась и с некоторым промедлением неуверенно кивнула.       — Ты знаешь кто я?       — *Кив-Кив* — На этот раз уверенно закивал Наофуми.       — Ты не можешь говорить, потому что тебе больно?       — *Кив* — Он опустил грустный взгляд.       — Ты понимаешь, что с тобой произошло, вернее, ты помнишь, что раньше ты был героем щита Иватани Наофуми — двадцатилетним парнем, призванным в наш мир чтобы бороться с волнами бедствий?       — *Кив*… ! — Она упала со стула и схватилась за голову, её резко пронзила боль, лицо скривилось. Хватая ртом воздух, девочка обнажила клыки, а глаза стали пустыми…       — Н-Наофуми! — Перепуганная Рафталия кинулась к любимому, тот же вплотную прижался к ней, пытаясь зарыться лицом в её груди. — Прости… Прости меня! Тебе очень больно… О, четверо, что же это за проклятие?       В очередной раз успокоившись, парочка поднялась с пола и вернулась за стол. Наофуми всё ещё тёр виски, явно пытаясь избавиться от боли, Рафталия же убрала раздавленный карандаш. Взяв в руки перепачканный грифелем листок, она прочитала на нём начало слова: — «Рафта…».       «Моё имя, первое что он написал, было моё имя!» — Девочка немного обрадовалась, но через мгновение погрустнела: — «Значит, так же как и я, находясь в коме, волновалась за него, так и он даже не до конца придя в сознание, волнуется за меня… Садина же говорила, что Наофуми всеми силами старался попасть в мою палату и то, как он сейчас ко мне липнет… Прежний Наофуми не был настолько нежным… хотя нет, был, только раньше он всё скрывал в себе. Значит теперь можно увидеть его истинные чувства?».       Переведя взгляд на черноволосую кроху, героиня катаны лишь сильнее задумалась: — «Почему попытки вспомнить прошлое приносят ему боль? Может вправду из-за диссонанса между душой двадцатичетырёхлетнего человека и телом четырёхлетней девочки неизвестной расы, его сознание и повредилось?».       Через какое-то время герой щита отдышался и с грустью повернулся к окну, наблюдая алый рассвет. Рафталию немного заворожил вид любимого в красках утреннего солнца. Большие нефритовые глаза блестели, их наполняла тонкая печаль, нежные губки с только-только проступающим женским изгибом так же намекали на грусть, бледная кожа отсвечивала алым, вступая в контраст с тёмными волосами. Те под солнцем, казалось бы, начинали поглощать свет, становясь полностью чёрными и лишь нефритовый отлив, точно такой же, как и в глазах, струйками переливался в волнистых длинных локонах.       — Наофуми? — Позвала Рафталия. — Наконец расцвело, если хочешь, то пойдём переодеваться и пораньше позавтракаем?       — *Кив* — с небольшим удивлением он кивнул.       Вдвоём они подошли к большому шкафу в углу комнаты, раскрыв его, парочка обнаружила целую кучу детской одежды, однако Наофуми немного скривился, увидев засилье девичьих платьев.       — Не расстраивайся, где-то должны быть вещи сшитые Сэйн. Я же знаю, что ты платье точно не наденешь. — Улыбнулась героиня катаны, обратив внимание на растерянный взгляд любимого. — Кстати, вот они, это твоя любимая футболка и длинные бриджи.       Наофуми обрадовалась, завидев в руках спутницы знакомые вещи. Взяв их, она немного покраснела и посмотрела в сторону Рафталии.       — Ширма там. — Усмехнулась смущению крохи героиня катаны: — «Лучше не напоминать ему, что буквально вчера мы мылись в одной ванне».       Через три минуты они встретились у выхода из комнаты. Рафталия была одета во вчерашнее бордовое платье с белыми оборками.        «Оно так напоминает моё детское платье, которое мне сшила мама… Наверняка это задумка Садины, спасибо, сестра…» — с небольшой меланхоличной грустью улыбнулась девочка-тануки.       Наофуми уже ждал её у двери, стоя в сандалиях и одетый в лёгкие бриджи и ушитую светло-зелёную футболку, напоминающую после обработки Сэйн, скорее камзол. Завидев спутницу, герой щита немножко смутился и отвёл взгляд.       — Ты хорошо выглядишь, Наофуми. И судя по твоей реакции я тоже неплохо. — Рафталия похлопала его по плечу. — Что ж, идём завтракать, только тихонько, во дворце все ещё, должно быть, спят.       Однако стоило им выйти в коридор, как тут же их обнаружили:       — Доброе утро, героиня катаны. Вы сегодня рано. — Полушёпотом приветствовал их стражник.       — И Вам доброе утро. Да, что-то проснулись спозаранку и теперь уснуть не можем, вот и решили подниматься и завтракать. — Улыбнувшись ответила девочка-тануки. — Мы идём на кухню, думаю, повара не будут против, если позаимствовать у них немного продуктов?       — Конечно же нет! Как можно отказать такой девочке, да ещё и героине, помогавшей лично герою щита, спасшему мир и вашей милейшей спутнице? — Стражник улыбнулся. Не многие во дворце знали, что черноволосая кроха, постоянно находящаяся рядом с героями и есть герой щита. Ходили даже слухи, что это его дочь от героини катаны.       В замке было совсем тихо, лишь шаги пары нарушали этот безмятежный покой. Идя по пустым коридорам, Рафталия обнаружила очередную смену в поведении Наофуми, а именно то, что он очень нервничал, оказавшись за пределами их спальни. Когда у самого выхода с ними поздоровался стражник, малютка тихонечко спрятался за спиной любимой, ну а сейчас он и вовсе крепко сжимал её руку, то и дело оглядываясь по сторонам. Дойдя до обеденного зала, девочка-тануки сначала постучалась в дверь — ничего. Внутри было совсем пусто, подойдя же к проходу для поваров, она вновь стукнула по двери, но ответа и тут не последовало.       — Ну, тогда заходим. — С этими словами, она за руку с любимым шагнула за порог главной дворцовой кухни.       В помещении было гораздо теплее, нежели в остальной части замка, оно и не мудрено, ведь повара работали в две смены и последние из них уходили со своей работы ближе к полуночи.       — Кто там? Это ты, Арис? Что-то рановато тебя принесло. Ничего, поможешь мне каш… А? — Удивилась молодая пухлая повариха, завидев у себя на кухне двоих детей.       — Просим прощения, я героиня катаны Рафталия. Мы с моей спутницей рано проснулись и решили позавтракать, пока ещё не все собрались.       — Ой! Сама героиня катаны! Простите, сразу Вас не признала. Зверолюди же омолодились, вот и подумала, что ко мне пробралась какая-то непоседа. — Улыбнулась пухляшка. — Я, Жене, приятно с вами познакомиться, а как зовут Вашу прелестную подругу?       Девочка-тануки тут же напряглась, тайну перевоплощения героя щита никто не должен знать. Сама черноволосая пряталась за спиной спутницы, не сводя взгляда с женщины.       — Её зовут Нао, если можете, то не наседайте на девочку — она нема и совсем недавно пережила ужасное несчастие. Так что хватит вопросов.       — П-простите. — Потупилась Жене, устыдившись собственного любопытства.       — Могли бы мы воспользоваться вашей кухней?       — Да, конечно, если хотите, то я могу Вам что-нибудь приготовить? — Мгновенно просияла повариха.       — Спасибо, конечно, однако мы и сами справимся, тем более вижу, что Вы и так заняты. — Рафталия взглянула на пять больших кастрюль, пышущих паром на огромной плите.       — Сегодня прибудут трое святых героев, вот нам и отдали приказ готовиться к банкету.       — Да, о прибытии героев… мы наслышаны. Что ж, тогда не будем Вас отвлекать, мы сварим кастрюльку молочной каши и поев, уйдём восвояси.       — Никаких проблем, героиня. — Кивнула Жене, а после начала объяснять: — Молоко в той металлической цистерне у стены, крупы здесь, в шкафу, кастрюлю можете выбрать любую. Кстати, нам тут привезли совсем свежих фруктов, с молочной кашей — очень вкусно.       — Учту и ещё раз спасибо. — Улыбнулась поварихе девочка-тануки.       Каждый разошёлся по своим делам. Жене вернулась к кастрюлям. Помешивая будущий бульон, она то и дело поглядывала на парочку детей, возившихся в другом конце кухни. Было забавно наблюдать, как две крохи шныряя туда-сюда по кухне готовили собственный завтрак. Старшая девочка со светло-каштановыми волосами поначалу казалась главной, однако, когда она поставила кастрюлю на огонь, произошло следующее…       — Эй? Наоф… Нао, ты чего? — Удивилась Рафталия чуть не проболтав полное имя героя щита.       Малютка буквально отпихнула её от плиты и придвинув кухонный табурет, на котором повара сидя чистили картошку, встала над кастрюлей. Она перехватила инициативу в приготовлении завтрака. Было видно, что у такой совсем ещё крошки опыта в готовке куда больше, чем у её старшей спутницы.       Черноволосая первым делом убавила огонь, затем посолила молоко и немного его помешала деревянной ложечкой. После она на глаз высыпала крупу, похожую на пшённую из нашего мира. На медленном огне Нао помешивала и помешивала кашу. Медленно и монотонно. Но зато по всей кухне раздался чарующий аромат.       — Как вкусно пахнет. Что такое? Нао, ты куда? — Рафталия только и могла, что наблюдать. Девчушка спрыгнула с табурета и выудила из ближайшей полки банку с мёдом, причём действовала она в этот момент так уверенно, словно это её собственная кухня.       Когда каша стала закипать и подниматься, черноволосая тут же погасила огонь и в очередной раз перемешала содержимое кастрюли. Затем с помощью двух прихваток, бывших ей великими, поставила её на небольшой столик, за которым отдыхают и едят повара на кухне. К слову, на этом небольшом квадратном столике уже лежала дощечка для резки с выжженным на ней рисунком в виде рыбки. Оставив кастрюлю в покое, малютка сняла прихватки и открыла банку с мёдом, набрала полную ложку и плюхнула её в кашу, чтобы после интенсивными движениями начать вновь всё перемешивать. Накрыв содержимое крышкой — чтобы не остыло, она сбегала за тарелками и ложками, почему-то взяв три комплекта, а после принесла несколько яблок и фрукт, напоминающий ананас, только фиолетового цвета. Ошкуренные яблоко и псевдо-ананас лоли нарезала, да не просто, а с подходом — маленькими треугольниками и квадратами, чтобы затем высыпать эту красоту в кастрюлю.       — Вижу, что Ваша спутница Нао в столь юном возрасте умеет готовить, да ещё как! Ничего себе! Ты и на меня приготовила?! — Удивившись, улыбнулась Жене, когда кроха расставила на столике три тарелки и демонстративно подозвала её рукой.       Разлив каждой при помощи половника по порции свежей каши с фруктами, она, вплотную придвинув стул к Рафталии, уселась наконец за стол и приступила к еде.       — Нао, очень вкусно! Тебе хоть сейчас можно идти в придворные повара, никогда не ела столь замечательной каши! — Нахваливала молчунью Жене.       — Потрясающе… — Удивилась героиня катаны, обнаружив, что каша на вкус была именно такой, какой раньше её готовил здоровый герой щита.       На их похвалу черноволосая никак не отреагировала. Попробовав ложку собственного блюда, она приняла скучающий вид, словно говоря: — «Могло бы быть и получше».       — Ладно, Жене, мы уходим. Благодарим Вас за возможность попользоваться кухней. — Поклонилась поварихе Рафталия, после того как они с Наофуми помыли за собой посуду и собрались уходить.       — Никаких проблем, — улыбнулась пышка, — это я должна сказать Вам спасибо. С утра не успела позавтракать, зато после чудеснейшей каши Нао, прямо чувствую прилив сил и бодрости.       

***

      Парочка распрощалась с поварихой и зашагала обратно по пустым коридорам, хотя тут и там уже начинали раздаваться голоса проснувшихся слуг и некоторых работников дворца.       «Значит, он не забыл как готовить, вкус был чудесным! Совсем таким, как раньше…» — Рафталия взглянула на спутника, тот держал её за руку и озирался по сторонам.       — Чего? — Удивилась героиня катаны, заметив странную выпуклость в одном из карманов бридж щита. — Наофуми… Ты что, стащил пару яблок с кухни? — Под её пристальным взглядом, воришка пристыженно отвернулся. — Мог просто попросить, уж два яблока нам и так бы дали. Ладно, проехали, идём в комнату.       «То, как он готовил то, как вёл себя на кухне и даже то, что спёр яблоки… поведение совсем как раньше…» — Однако, сейчас Наофуми съёжившись вплотную шёл по длинному коридору за Рафталией, обеспокоенно вертя головой. — «Нет, не как раньше… Чего он боится?».       — Доброе утро. — Появившаяся на их пути Грасс, прервала размышления героини катаны. — Ни свет ни заря, а вы уже на ногах.       — Ой, п-привет, Грасс. Да, что-то рано проснулись и решили сходить позавтракать, уже возвращаемся в комнату.       — Совсем как раньше… — Меланхолично улыбнулась героиня веера, глядя в глаза смущённого героя щита. — Чего? Наофуми, тебе лучше?! — Она приблизилась к крохе, завидев полноценные эмоции девочки, но та спряталась за спутницей.       — Грасс, не здесь… как позавтракаешь, приходи в нашу спальню, нужно многое обсудить. — Серьёзным тоном проговорила героиня катаны.       — Да, я всё поняла, — кивнула героиня веера. — Что ж, увидимся.       Вернувшись в покои, Рафталия и Наофуми запрыгнули на застеленную кровать. Героиня катаны пристально наблюдала за любимым, про себя составляя небольшой отчёт о его изменениях, чтобы позже рассказать о них друзьям и архиепископу с Ратотиль.       «Проклятие… Похоже, он смущается своего облика. Если даже Грасс смогла так его напугать то, что будет на встрече с тремя святыми героями? Четверо, пусть они с пониманием отнесутся к положению, в котором находится сейчас Наофуми!» — Взмолилась про себя девочка-тануки.       — М? Наофуми? — Герой щита дёрнул её за рукав. — Чего ты хочешь?       Кроха спрыгнула с кровати и подбежала к столику у окна, пальцем указывая на книжную полку.       — Хочешь что-нибудь почитать? Давай, я не против. — Поднявшись, Рафталия выбрала с полки книгу под названием: «Утерянные легенды Мелромарка».       Героиня катаны поближе придвинула стул к окну, дабы солнце освещало книгу, как вдруг…       — Ой! — Ойкнула Рафталия, когда Наофуми запрыгнул к ней на колени. — Н-Наофуми? — Но тот уже внимательно смотрел в книгу. — Ладно, я почитаю тебе…       «Вот этого раньше не было. Грасс говорила, что после возвращения Наофуми стало нравиться, когда ему читают. Точно! Марниас же читал ему, когда опекал в те пять дней и вроде он упоминал, что усаживал Наофуми к себе на колени… Но он же не ребёнок?..» — Героиня катаны немного задумалась, остановившись читать.       — Извини, продолжим. В восемьсот восемьдесят девятом году королева Эдель Эль Мелромарк… — Продолжила чтение героиня, после того как получила недовольный взгляд от Наофуми.       

***

      Через час парочку от чтения оторвал стук в дверь.       — Да-да! Заходите. — Зверолюдку отложила книгу и сняла заволновавшуюся кроху.       — Доброе утро, героиня катаны, герой щита. — Поздоровалась вошедшая в комнату архиепископ Альен. — Время для утреннего сеанса исцеления разума. — Она демонстративно подняла свою светло-кремовую походную сумку медсестры.       —! — Наофуми в ужасе уставился на сумку. — *Громкий хлопок* — Пулей он влетел и спрятался в шкаф у кровати.       — Ничего себе… — Озадаченно прошептала архиепископ.       — Наофуми! Немедленно выходи, это что такое?! — Рафталия стыдясь за поведение любимого, за руку вырвала того из кучи белья. — Прошу прощения, архиепископ, но с утра к нему вернулись эмоции…       — А речь? Понимание происходящего?! — Загорелись глаза у монахини.       — Он может отвечать на вопросы только кивками, речь вызывает боль и кажется… попытки вспомнить что-либо так же приносят ему боль… — Говорила героиня катаны, удерживая трясущегося Наофуми.       — П-понятно… — Растерялась архиепископ — Но это явный прогресс!       — Что ж, я подержу его, так что давайте поскорее покончим с этим…       — Д-да, герою щита и раньше были неприятны наши сеансы.       Когда архиепископ вытащила медного цвета устройство, напоминающее шапку, сплетённую из замысловатого узора проволоки, герой щита начал брыкаться, но Рафталия своей железной хваткой не давала ему и шанса на побег. Архиепископ нацепила устройство, поднесла волшебный камень к самоцвету на макушке шапки и зачитала заклинание. Черноволосая в агонии оскалила клыки, расширившиеся нефритовые зрачки пронзали золотые трещины магии, но она так и не издала и единого писка. После того, как магический камень полностью растворился в устройстве и погас, Наофуми бессильно повис на руках героини катаны, пытаясь отдышаться.       — То, что к герою щита вернулись эмоции и он, кажется, понемногу приходит в сознание — несомненно хорошо. Но, если он так и будет сопротивляться лечению, то у нас в будущем могут возникнуть проблемы… — Устало проговорила архиепископ, усевшись на стул.       — Спасибо Вам, а за Наофуми не волнуйтесь, я всегда могу подержать его. — Сказала Рафталия усадив героя щита на соседний стул. — Теперь позвольте, сегодня я наблюдала новые странности в его поведении, а именно… — Героиня катаны пересказала события сегодняшнего утра.       — Значит, он вспомнил, как готовить, а ещё ему страшно находиться во дворце. Крайне интересно… Наверное, дабы не расшатывать кое-как восстановленную психику героя щита, Вам действительно стоит вернуть его в поместье в Рулороне. Вначале герою необходимо вспомнить о своей жизни до перевоплощения, а также о ваших друзьях. Если Вы говорите, что сегодня герцог Иватани испугался героини веера, хотя до этого совершенно спокойно проводил с ней время, то повторное знакомство может также поспособствовать возвращению памяти.       — Архиепископ… я боюсь, что во время сегодняшней встречи с остальными святыми героями ему может стать хуже. Всё-таки они были не в лучших отношениях даже под конец похода…       — Действительно… тогда мне стоит поприсутствовать на этой встрече, чтобы помочь в случае… эмм… нештатной ситуации. — Заразилась волнением архиепископ от Рафталии. — Что ж, нам остаётся только наблюдать. Обязательно сообщите мне, если заметите за героем щита ещё какие-то изменения.       Альен ушла восстанавливать силы, оставив героя щита и героиню катаны наедине. Рафталия наблюдала, как Наофуми после крайне тяжёлой процедуры расплылся на стуле у окна. Она тихонько подошла к нему и подняв на руки уложила на кровать, укрыв покрывалом, где спутница тут же заснула.       «Что же с тобой случилось?..» — Грустно размышляла героиня катаны, в одиночку продолжив читать книгу.              

***

             Полдень в Мелромарке. На рыночной площади суетились горожане. Тем временем в обеденном зале троица деби… то есть, священных героев делилась новостями с королевской четой и товарищами героя щита. Информацию о состоянии последнего им не пока раскрывали:       — Так значит вас троих уговаривали встать на ту или иную сторону какого-нибудь из государств? — Спросила у троицы Мирелия.       — Зельтбуль очень бы хотел, чтобы я перешёл на их сторону. Мне и Эклер обещали даже членство в совете. Прознав о том, что я некоторое время сражался на их арене, они почему-то решили, что их государство мне больше по душе, чем Мелромарк. — Ответил Рен, нарезая ломоть мяса.       — Понятно, а Вас, господин Мотоясу и господин Ицуки, никуда не приглашали?       — Меня зазывали жениться на принцессе из Шилтфридена, но я им отказал. — Ответил Ицуки, при этом глядя на Лисию.       — Меня тоже, кстати, они звали. Видно, надеялись, что безумный герой копья клюнет на любую наживку, но мне никто не нужен! Я служу только Фитории! — Прокричал нормальный Мотоясу, если слово «норма» вообще применимо к этому человеку.       — Четверо… — Устало вздохнула рядом сидящая с ним королева филориалов.       — Не переживайте, королева, мы считаем Мелромарк нашим домом. Да даже если бы он нам разонравился, мы прекрасно понимаем, что остальные государства просто хотят ослабить вас, переманив одного из святых или звёздных героев. — Герой меча ответил за всю троицу.       — Спасибо вам. — Немного поклонилась им королева.       — Эх, вы, трое, забыли упомянуть об одном очень важном событии. — Раздался недовольный голос Гаэлиона, находившегося сейчас в своей детской форме на коленях Виндии, которая кормила его с ложечки.       — И этот вопрос куда важнее глупых войн между людьми. — С неохотой Фитория поддержала ненавистного ей дракона.       — И что же это? — Забеспокоилась Мирелия. На её слова троица переглянулась между собой.       — Хранители мира возродились. — Серьёзным тоном ответил Ицуки, глядя прямо в глаза королевы.       — Н-но как? Почему?       — Чёрт их знает, может, ещё одно из желаний Наофуми, хотя пока что волноваться не о чем. Они все спят, заключённые под собственные сдерживающие печати. — Отмахнулся Мотоясу, словно в этом не было ничего важного.       — Хотя в королевстве Духа Черепахи поговаривают, что видели женщину, очень напоминавшую аватара Лингуя. — Перебил Рен героя копья.       — Ост вернулась. — Королева скрыла свой разинутый рот за веером, увы, глаза выдавали её истинную реакцию.       — Весь мир, кажется, откатился назад во времени — вначале сменились способы пользования навыками, затем возвращаются духи-хранители… — Водя лапкой с куриным окорочком рассуждал маленький Гаэлион.       — И всё это так удивительно совпадает по времени с желаниями героя щита. — Продолжила Фитория, попутно уминая уже пятый кусок торта.       — Мирелия, мы хотим спросить прямо: где Наофуми? — Почти хором задала вопрос троица.       — Не сейчас. Так же не стоит во всём винить героя щита. Желания герцога Иватани всегда несли лишь пользу, а ещё мы выяснили, что те желания, что затрагивают миропорядок, объявлялись голосом Мира для всех. Например, желания о воскрешении конкретных лиц, объявляли непосредственно рядом с местом появления оных, желания же о воскрешении всех погибших за эти четыре года или об омоложении с отменой роста зверолюдей слышали во всех концах света. Сомневаюсь, что настолько важные изменения, как поднятие духов-хранителей или изменения способов применения навыков, не были бы озвучены. К тому же это произошло гораздо позже, уже после ритуала награждения.       — Вполне возможно. — Уверенно согласился с этими доводами Рен, доливая чаю Эклер.       — Наверное, но стоит расспросить у Наофуми-сана, не делал ли он чего? — Скептически ответил Ицуки, пока Лисия накладывала ему кусок отрезанного торта.       — Почему Наофуми сбежал с церемонии? Он всегда угрюмый, но тот взгляд до сих пор пробирает меня дрожью. — Продолжал задавать вопросы Мотоясу, при этом умиляясь, как кушала Фитория.       — Позже, герои, позже… — Королева подозвала одну из горничных: — Пора? — Спросила она её шёпотом.       — Да, моя королева. Я считаю.       — Что ж, герои, продолжайте банкет. После наши горничные сопроводят вас во внутренний двор. Там вашего визита ожидают мои дочери, а также несколько ваших товарищей из Рулороны. А теперь извините, мне необходимо удалиться на совещание. — Королева встала из-за стола и проследовала за стражами в коридор.       — От нас явно что-то скрывают. — Произнёс Ицуки, как только захлопнулась дверь в обеденном зале. — Наофуми-сан всегда был любимчиком королевы, однако такое его укрывание Мирелией заставляет обеспокоиться.       — Герой лука, не нужно быть таким подозрительным. Герой щита действительно никогда бы не пожелал, чего-то вредоносного или опасного. — Перебила Фитория.       — Говорит та, кто одаривала баффами и подарочками его раз за разом. — С упрёком ответил ей Ицуки. — Могла бы тогда и с нами поговорить, а не заставляла бы самого нелюдимого из героев заниматься примирением святой четвёрки. — На критику королева филориалов лишь отвернулась и немого по-ребячески надула щёки.       — Надеюсь, с Наофуми-саном всё в порядке… — Погрустнела Лисия.       — Все наелись? Тогда, может, встретимся с принцессами? — Предложил, переводя тему, Рен.       — Да, пожалуй… — Почему-то нахмурился Мотоясу.       — Эй, Мотоясу-сан, не хочешь увидится с Малти? — Поддел его лучник.       — Есть такое… Как-то странно, вроде эта та же Майн, но только младше. Но ведь у неё не осталось воспоминаний о прошлом, можно ли считать её тем же человеком или это уже другая Майн? — От подобных философских изречений, тем более от героя копья, остальные за столом впали в ступор.       — Знаешь, Мотоясу, а нынешний ты тот же? Или настоящий ты — это тот, кто называл Наофуми-сана «падре» и гонялся за Фиро, предлагая ей руку и сердце? — С усмешкой констатировал герой лука.       — Или настоящий ты — это тот, кто только после прибытия в этот мир, набрал полный гарем и всё равно дрался в одиночку, дабы «друзья не пострадали»? — Поддержал Ицуки Рен.       — Ааа… — Мотоясу не знал, что им ответить.       — Люди меняются, тем более в этом мире, где с помощью магии, можно уменьшить или омолодить человека. Думаю, не стоит так на этом зацикливаться, идём во внутренний двор! — Герой меча с улыбкой призвал товарищей.       Троица святых героев, в сопровождении Лисии, Эклер, Фитории, Гаэлиона и Виндиии, направилась вслед за горничными на встречу с принцессами. Когда перед ними раскрыли большие двери, ведущие во внутренний двор, они увидели следующее: в центре сада стояли четыре белых круглых столика, за одним сидели: Мелти, Малти, Грасс и Сэйн, за спинами которых стояли стражники, охранявшие принцесс, за другим: маленькая Рафталия, Фиро и незнакомая никому из гостей черноволосая с нефритовым отливом кроха, одетая в странного вида светло-зелёный камзол и бриджи. Она почему-то обеспокоенно заозиралась, словно искала выход, увидев гостей.       — Мотоясу! — Заорали Ицуки и Рен, когда герой копья метеором понёсся к столику с незнакомкой.       Если бы Вы наблюдали за этими событиями сверху, то они напомнили бы Вам урок геометрии. Герой копья был бы идеальным перпендикуляром к точке стола, а две дуги, расходящиеся от исходной нулевой точки: одна светло-голубая — Фиро, которая в страхе, как обычно, убегала от героя копья, а вторая — тёмно-нефритовая кроха, описали бы Вам идеальные дуги параболы. Увы, скорости тёмно-нефритовой дуги было недостаточно…       — Какая прелесть! — Восклицал копейщик, подхватив незнакомую лолю на руки.       —! — Та лишь жалобно смотрела на Рафталию, ища помощи.       — Привет, Рафталия. — Поздоровался за остальных, подбежавший Рен. — Прости, ты же знаешь любовь Мотоясу к маленьким девочкам… Кстати, а кто она?       — Уаа, она так похожа на Наофуми-сана! — Протянула удивлённая Лисия.       — Значит, у вас с ним и вправду был ребёнок, что ж поздравляю, спасибо хоть на четвёртый год мы об этом узнали. — Недовольно пробубнил Ицуки, пристально изучая кроху.       — Какая же она милая! Надеюсь, Наофуми не будет против, если я попрошу её руки? — Продолжал нести бред лоликонщик Мотоясу.       — Буу! Парень с копьём тако-о-йже отвратительный, как и раньше. — Из-за колонны веранды жаловалась Фиро.       — Мотоясу, отпусти её, ты не видишь, как она тебя боится? — Герой попытался привести друга в чувства.       — Но ты погляди в эти нефритовые глаза, а носик, а волосы! — Герой копья придвинул собственное лицо к лицу крохи.       — … — Несчастная девочка задрожала и попыталась прикрыть тельце руками, с таким видом словно её сейчас изнасилуют.       — Герои. Это Наофуми… — Рафталия вкинула в и без того сумбурный диалог бомбу.       — Чего?! — Выпучили глаза все прибывшие.       — Он всегда был тем ещё лоликонщиком… — Растерял интерес Рен.       — Мечта любого извращенца-лоликонщика — это самому стать лоли… — Так же хмуро ответил Ицуки.       — Наофуми? — Не мог прийти в себя Мотоясу. — Э-это действительно ты?..       — Г-герой щита п-превратился в это?! — Почему-то в ужасе прокричала Фитория, стараясь удерживать дистанцию от крохи.       — Отвратительно! — Гаэлион также не подходил близко.       — Заткнитесь! — Взревела красная от злобы Мелти, выхватив кроху-героя из рук Мотоясу и вернув её Рафталии. — Наофуми не хотел этого! Рафталия, не молчи и расскажи этим дебилам суть происходящего!       — Х-хорошо… — Героиня катаны в подробностях описала события, приведшие к нынешнему состоянию героя щита. По ходу рассказа её дополняли Грасс и Сэйн.       — В-вот оно что… Так что же с ним случилось? — Дослушав Рафталию, спросил герой меча.       — Мы не знаем… Нам остаётся надеется лишь на то, что к Наофуми вернётся сознание и он сам расскажет нам о случившемся с ним. До тех пор мы будем продолжать защищать и лечить его.       — Простите нас за грубость… — Извиняясь, поклонился Ицуки. — Мы всегда были не в ладах с героем щита, а теперь…       — Если нужна какая-либо помощь только скажи, Рафталия-тян — Предложил Мотоясу, мигом принявший серьёзный вид.       — Спасибо вам. — Поблагодарила их героиня катаны, обнимая испуганного Наофуми.       — Кстати, по поводу самозащиты. Мы уже рассказали об этом королеве, — сменил тему Рен, — теперь героям, как святого, так и звёздного оружия, дозволено пользоваться другим оружием.       — Что?! — В унисон закричали Грасс, Сэйн и Рафталия.       — Только с оговорками. — Дополнил герой копья.       — Вы можете пользоваться другим оружием, однако его сила атаки не будет зависеть от ваших характеристик, то есть, она будет базовой атакой самого оружия. — Продолжил за друга Ицуки.       — Нам было интересно, как эти изменения отразились на Наофуми — единственном из героев не способном атаковать напрямую. — Мотоясу поглядел на кроху, а та зарылась лицом в спину героини катаны.       — Это весьма неплохое изменение. Я наконец-то тоже могу и в ближнем бою драться, ведь с луком в рукопашную не пойдёшь. — Усмехнулся, герой лука.       — Мы с Мотоясу, напротив, теперь можем использовать луки и арбалеты. Неплохое дополнение к арсеналу. — Продолжил Рен.       — Я даже могу защищаться щитом! Воин с копьём и щитом — страшная сила! — Хвастался Мотоясу.       — Так, Рафталия, Наофуми способен использовать оружие? — Напрямую спросил герой меча.       — Нуу… Мне показалось странным, что, когда он тыкал в себя вилкой, то та не отлетала или выскакивала из его рук, хотя он явно использовал её как оружие.       — Может, проверим? — Ицуки подошёл ближе. — Давайте посмотрим будет ли другое оружие в руках Наофуми-сана правильно работать.       — Это хорошая мысль. Если Наофуми сможет хотя бы немного защищаться, то и Рафталии не придётся весь день крутиться вокруг него, словно наседка над филориалами. — Поддержала их инициативу Мелти. — Предлагаю сходить на рыцарскую арену и убедиться лично.       

***

      Через десять минут на квадратной засыпанной песком площадке, служившей тренировочным полигоном для рыцарей и стражей, собрались почти все из присутствовавших на внутреннем дворе. Только Грасс и Сэйн отлучились на ежедневный обход территории дворца, Садина и вовсе ещё до рассвета отправилась навестить сестру в Рулороне и подготовиться к прибытию героя щита.       — Принесите, пожалуйста, манекен с силомером и какое-либо оружие, которое подошло бы ребёнку. — Скомандовала Мелти своим стражам.       Пока площадку подготавливали, присутствующие беседовали, чтобы хоть как-то убить время и развеять смущённую обстановку:       — Принцесса Малти, как Вы?.. — Смущённо поинтересовался Мотоясу у красноволосой.       — А… В-всё хорошо, герой копья. Спасибо Вам за з-заботу… — Смущаясь внимания героя, ответила девочка.       Когда-то между этими двумя были любовные отношения, по крайней мере герой копья убеждал себя в этом, но теперь воскресшая Малти ничего не помнила, словно став совершенно другим человеком. И всё же ей рассказали, как она, манипулируя героем копья, а после и другими героями, совершала немыслимые для принцессы злодеяния.       Между тем, героиня катаны обеспокоенно наблюдала за Наофуми. Кроха перестала дрожать и, казалось, с грустью взирала на площадку перед ней — «Наверное, ему больно вспоминать тот день, когда меня у него здесь чуть не забрали… до сих пор помню, как впервые увидела его слёзы…».       — Гаэлион-сан, Фитория-сан, а почему вы избегаете Наофуми-сана? — Поинтересовалась у легендарных монстров Лисия.       — Может это и герой щита, но нынешнее его состояние отвратительно. — Сказала королева филориалов, прищурено впившись взглядом в затылок крохи.       — Уаа… Отвратительно? Ну он же просто маленькая миленькая девочка? Конечно, для взрослого мужчины стать такой крохой и вправду странновато, но уж не отвратительно… — Продолжала наседать Лисия.       — Он отвратителен не внешним видом, а душой. — Поправил Гаэлион.       — Душой? — Заинтересовавшись, присоединилась к разговору Эклер.       — Душа прежнего героя щита источала свет благословения, в ней было совсем немного печали… — Начала Фитория.       — Эссенция же этого существа настолько непроглядно тёмная и напитанная отвратительным унынием и печалью, что даже мне, как дракону, противно находиться с ним поблизости. — Закончил Гаэлион.       — Интересно, а его душа придёт в норму после окончания лечения? — Поинтересовалась Виндия, но на долинку всем было наплевать.       — Фиро, так ты поэтому избегала Наофуми, говоря: «господин-сама жу-уткий»? — Тут же сообразила Мелти, развернувшись к подруге.       — Мел-тян только се-е-йчас поняла? — Озадаченно наклонила голову в бок Фиро.       — Четверо… Ты никогда нормально не умела объяснять…       — Ещё в Рулороне Атла говорила мне, что видит изменения в душе Наофуми. Она описала их, словно только в сердце героя осталась частичка того прежнего света… — С грустью согласилась Рафталия.       — Раньше у героя щита была самая прекрасная душа из всех. Такая тёплая и добрая. — Блаженно прищурилась Фитория.       — Раньше у героя щита был столь чудесный гнев в сердце, настолько праведный и яркий. — Довольно ухмыльнулся Гаэлион, но совершенно по другой причине. — Его всепожирающему гневу даже мы, драконы, завидовали.       — А теперь у господина-самы осталась то-о-лько непроглядная печаль. Фиро боится стоять с ним рядом, господин-сама жу-у-ткий.       — Принцесса, всё готово! — Прервал беседу подошедший стражник.       По центру площадки установили манекен, а также принесли небольшую стойку с различными видами оружия малых габаритов, таких как: рапиры, короткие мечи, кинжалы, когти и цестусы. Манекен был выполнен в виде человека, вставшего в боевую стойку с щитом и мечом в руках, однако на его голову была надета наволочка с вышитым на ней очень знакомым лицом…       — С-сестра, почему эта женщина так похожа на меня?! — Взволнованно спросила Малти.       — Так это и есть ты, только взрослая. — Коварно улыбнулась Мелти. — На третьем году герою щита пришла чудесная мысль: сделать маски для манекенов с твоей физиономией. Стражники должны знать врага в лицо! — Попыталась сымитировать манеру речи героя щита старшая принцесса.       — Ууу… — Маленькая Малти захныкала.       — Успокойся, это же было раньше, таких манекенов осталось совсем немного. — Старшая сестра попыталась успокоить младшую, обняв за плечи.       — Есть и другие?! — В шоке выкрикнула Малти, чуть лбом не ударив Мелти.       — Ладно-ладно, я отдам распоряжение, чтобы все наволочки сняли и уничтожили, только не ной! — Экс-королева смирилась с поражением от слёз младшей сестрёнки.        — Рафталия, чему это ты улыбаешься? — Поинтересовалась Малти у героини.       — Н-ничего, просто, пффххх, кое-что, в-в, ахах, в-вспомнила. — Еле сдерживая свой смех отвернулась тануки. — Наофуми, вот манекен, выбери любой из клинков и попробуй его ударить       — *Кив* — Кроха наконец отлипла от героини и подошла к стойке с оружием.       Наофуми долго выбирал оружие. Наконец, смущённо, но он достал эсток. Шпага была длинной, но за счёт своей тонкости смотрелась эстетично в руках маленькой девочки, хотя была по габаритам сравнима, как если бы обычный человек вооружился клеймором.       — Эсток, значит. Кажется, это любимое оружие нашей мамы, — кивнула Мелти, — что ж, а теперь попробуй ударить манекен.       — Ну же, Наофуми, не волнуйся. — Подбадривала любимого Рафталия.       Кроха озадаченно смотрела то на манекен, то на оружие в руках. И всё-таки она неуверенно подняла шпагу и проткнула манекен в районе живота, а после вытащила меч, застыв на месте и скрыв лицо под длинной чёлкой чёрных волос.       — Так-так, вот и герой щита, наконец, может атаковать. Сила удара — двести единиц. Это значение атаки у эстока, скалирование от характеристик не учитывается. Что ж, поздравляю, Наофуми, теперь и ты сможешь атаковать. — С улыбкой произнесла Мелти. — А? Наофуми, ты чего?       Все уставились на героя щита, тот, трясясь, сжал в ладошке шпагу с такой силой, что на бледной коже проступили вены и мышцы. Он смотрел на оружие в руке взглядом полным ненависти и презрения… Чудовищно-злобный взгляд оторвался от эстока и направился на присутствующих, содрогая глубины сердец. Казалось, что его глаза горели тёмным нефритом, волосы будто бы начали поглощать свет, а такой же нефритовый отлив в них заструился совершенно независимо от лучей солнца. Всё происходило молча, от чего только сильнее пугало окружающих.       — Н-Наофуми? Что с тобой? — В ужасе смотрела Рафталия на любимого.       — С-сестра! — Затряслась от страха Малти и спряталась за спину к синеволосой.       — *Громкий треск* — Футболка на спине героя щита разорвалась и за ней показались два ониксово-чёрных крыла, точно такого же цвета и с таким же нефритовым отливом, что глаза и волосы Наофуми. Крылья были огромными по сравнению с тельцем нынешнего героя, они плечами на голову были выше его макушки, а кончиками почти что касались земли. Герой щита смотрел на присутствующих с такой ненавистью, что каждый невольно затрясся от страха, хотя перед ними стояла всего лишь крошечная четырёхлетняя немая девочка.       — П-прекрати! Успокойся! — Закричала героиня катаны.       Но ей было до него не достучаться. Наофуми сконцентрировал взгляд на троице героев. Он взмахнул своими огромными крыльями, размах оных был в полтора раза больше его собственного роста и стремительно атаковал уколом плечо Мотоясу.       — Ай! — Копейщик вскрикнул и отмахнул от себя кроху. — Какого чёрта на первом уровне от тебя такая боль?!       Герой щита не слушал, он, закружившись винтом в воздухе, пикировал на Ицуки, а после, отскочив, полоснул Рена по щеке.       — Чёрт! Это пропорциональные атаки стиля непреодолимых адаптаций! — Крикнул герой меча, схватившись за щёку.       — Наофуми, пожалуйста, хватит! — Кричала Рафталия, пытаясь поймать кроху.       — Хорошо, что у него сейчас первый уровень, будь он выше, то отнимал ещё больше здоровья. Эти атаки отнюдь неслабые, хотя у его эстока всего двести урона! — Продолжил рассуждения Рен.       — Все назад! — Скомандовал Ицуки. — Лисия и Гаэлион, защищайте Малти, Эклер и Фиторию, а ты, Мелти, помоги нам с помощью магии воды поймать Наофуми-сана! Виндия, позови на помощь!       — Пожалуйста, будьте осторожны! — Кричала героиня катаны.       — Ничего страшного, у него всего лишь первый уровень, много не навоюет.       Однако кроха взлетела в небо. Казалось, что вокруг неё всё темнеет — крылья и волосы стали непроглядно чёрными, а нефрит в глазах и отливе волос с оперением ярко горел и переливался. Наофуми поднял левую руку вверх и его печать на тыльной стороне ладони загорелась. На руке появился…       — Чёрт! Щит гнева! — Все трое из святых героев призвали собственное оружие.       Чёрно-бардовый щит на руке Наофуми вначале потускнел, а после совсем затух, начав корёжиться и искажаться. Вместо ромбовидной формы он принял форму похожую на каплю узкой стороной к низу. Щит был болезненно-бледным, а по его поверхности стекала ручейками тьма. Такая же тьма окутала эсток в правой руке героя. Наофуми тут же пикировал и ударил Рена.       — Кхх! — Кое-как заблокировал удар герой меча. — Осторожно, его атаки отнимают запас сил…       — Рья! — Герой копья наотмашь ударил кроху древком оружия в бок, та отлетела, закрутившись в воздухе. — Наофуми, приди уже в себя!       Герой щита быстро встал на ноги, кривясь от боли и держась при этом за бок. На слова героя копья он никак не отреагировал, продолжая молча скалиться и сверлить переполненным ненависти взглядом обороняющихся.       — Хватит! Ты с таким низким уровнем только пострадаешь, нападая на нас! — Ицуки выстрелил в него парализующей стрелой, но кроха увернулась.       Наофуми вновь взлетел в воздух. На этот раз он поднял щит и из круглого кристалла в центре выплеснулась магия. Тело героя щита блеснуло белым, после синим, а затем тёмно-зелёным.       — Это дритт-усиления и олл-либерейшен аура! — Распознала магию Рафталия.       — Чего?! На первом уровне! Проклятый читер! — Герой лука вновь выстреливает, в этот раз щит не просто увернулся, а обойдя в полёте стрелу, ударил лучника по ногам. Всё произошло с ужасающей скоростью. — Ааа! — Закричал от боли Ицуки.       — Рхах! — Подоспевший Рен полоснул мечом Наофуми, однако тот лишь прикрылся своим щитом и контратаковал эстоком. — Получай!       Между героем меча и героем щита завязалась дуэль на клинках. Всё с невероятной скоростью. Для первоуровневых Малти, Эклер и Фитории, они превратились в два размытых тёмных пятна, разбавляемых стальными полосами от взмахов оружия. Но остальные видели дуэль чётко — Рен превосходил Наофуми техникой и всё же второй брал напором и яростью, на которую первый не мог полноценно ответить, боясь навредить товарищу.        — *Лязг*, *Лязг*, *Лязг* — Герой меча пятился под градом ударов от героя щита, он пытался атаковать, увы, всё тщетно. Наофуми лишь ловил удары щитом и тут же колол в ответ эстоком. — Кхааа… — Простонал Рен, когда получил укол в бок.       Наофуми занёс клинок, чтобы затем со взмахом ударить героя меча по шее, но он резко отпрыгнул и вновь взлетел в воздух. Спугнул его разрядом молнии Мотоясу.       — Проклятие! Ладно его скорость и усиления, но каждый его удар отнимает силы даже через блок! — Сквозь зубы процедил вставший, наконец, на ноги Рен.       — Нхах! — Мотоясу метнул копьё с помощью навыка, то на огромной скорости пронзило живот Наофуми. Герой плохо прицелился и… попал…       Черноволосую крылатаю кроху снесло силой удара и повалило на землю.       — Ах! Наофуми! —Закричала в ужасе Рафталия.       Но Наофуми поднялся… кровь стекала по его ногам, а в животе зияла огромная дыра. Он растопырил пальцы на левой руке и поднёс ладонь со щитом к ране, кристалл щита засветился светло-жёлтым, и рана на глазах заросла, не оставив даже шрама. Кроха выпрямилась и от злобы совсем стала походить на монстра. Она скалилась и переводила взгляд с одного защитника на другого, каждый чувствовал ужас от этого взгляда, казалось, что он пробирает саму душу…       — Это магия силовых линий! — Мелти указала на потоки маны, что кружились вокруг героя щита. — Атакуем все вместе!       По команде старшей принцессы трое героев, а также Рафталия, наконец вызвавшая свою катану, кинулись всем скопом на героя щита. *Дзынь*, *Бах*, *Лязг*, *Вшух*, — Наофуми мастерски избегал ударов, попутно карая каждого из нападавших.       Копьё Мотоясу он отклонил щитом вверх, а после вонзил эсток ему в живот, от стрел Ицуки он увернулся, а потом полоснул того по рукам, меч Рена был принят на щит, чтобы много раз пронзить того в бок и правое плечо, магию Мелти он развеял взмахом щита. Единственной кому он не отвечал, была Рафталия — от её атак он просто уходил в сторону, не контратакуя. Ненависть и злоба Наофуми ужасала…       — Назад! — Крикнула Мелти. — Большой Аква-Щит! — Она вызвала огромный водяной купол, чтобы защитить героев и спутников.       — Ааа! — Закричала Малти, оказавшись по ту сторону купола, она не успела подбежать к сестре во время прочтения заклинания.       Наофуми перевёл чудовищный взгляд на крик младшей принцессы, он занёс эсток для укола и на огромной скорости полетел на девочку, при этом всё так же молча скалясь.       — Стой! — Рафталия выпрыгнула из-за водяного купола и, разведя руки в стороны, защитила собственным телом Малти. — Меня ты тоже убьёшь?! — Кричала она, без страха глядя в глаза обезумевшего героя щита. — Наофуми, хватит, это не ты! Ты никогда не тронешь невинного!       Кроха герой замер со взнесённой шпагой у самой шеи Рафталии, его рука затряслась, а на лице отразился ужас.       *Дзынь* — упал на землю эсток.       Проклятый щит на руке исчез, вернувшись в форму печати на тыльной стороне ладони. А Наофуми продолжал стоять ошеломлённый. Он тщетно открывал и закрывал рот, пытаясь выдавить хоть один звук. Увы, ничего не вышло. Он опустил руки, поднял лицо вверх, глядя в небо, и зарыдал, после упав на колени. Слёзы потоками лились из глаз героя, но ни стона, ни крика так и не выходило из его груди. Ему было больно…       — Наофуми… Всё закончилось, всё в порядке, тише-тише… — Рафталия обняла рыдающую немую кроху, та утопила своё лицо в платье девочки, продолжая трястись и заливаться слезами.       — Что здесь творится?! — Закричали прибежавшие за Виндией Грасс и Сэйн.       

***

      Через час всё успокоилось. Наофуми, без конца продолжавшему рыдать, ввели сильное успокоительное, после чего унесли в госпиталь для изучения состояния и выросших огромных крыльев. Защитников исцелили с помощью магии. Как оказалось удары героя щита ещё и прокляли их, но то были не сильные проклятия. Пары припарок святой воды оказалось достаточно, чтобы нейтрализовать все увечья. Стоя в госпитале, все присутствующие смотрели на Наофуми, который мирно спал на спине, прикрывшись крыльями, словно пледом.       — И чем он, чёрт побери, стал? — Нарушил тишину Рен.       — Он похож на валькирию из Valheym. — Говорил Мотоясу, умиляясь облику героя щита.       — У валькирий нет клыков и заострённых ушей, тут что-то другое. — Разрушил гипотезу героя копья Ицуки.       — Теперь крылья… Что же с тобой случилось, Наофуми?.. — Грустно прошептала Рафталия, гладя любимого по волосам.       — Если даже вам, герои, не известна та раса, в которую обратился господин Иватани, то мы уж точно ничего не знаем… — Грустно констатировала Мирелия.       — Герой щита Иватани Наофуми удостоился высочайшей награды от Мировой Эссенции, став вечным защитником мира — ангелом-хранителем мира. — Нежный женский витиеватый голос заставил всех в палате обернуться. У самого входа стояла молодая девушка азиатской внешности с заколками в чёрных волосах в виде черепашек, одетая в тёмно-зелёное китайское платье. — Приветствую вас. — Она поклонилась.       — Ост Хорай… — Изумлённо пролепетала Мирелия.       — Именно так. Благодаря желанию героя щита я воскресла раньше положенного для духов-хранителей срока. Моё тело спит под печатью, но мой разум и душа свободны. Благодаря герою щита я могу наконец пожить обычной спокойной жизнью.       — Ангел?! — С горящими в восторге глазами переспросил лоликонщик Мотоясу. — Фиро у нас в человеческой форме вылитый светлый ангелочек, а Наофуми прямо падший ангелок!       — Нашёл чему радоваться… — Устало остановили его Рен и Ицуки.       — Люди из других миров часто произносят слово «ангел». В нашем мире есть выражения «ангельский» или «ангелок» для обозначения чего-то красивого или милого, но у нас нет существ, которых мы бы называли «ангелами». Это существа из ваших миров? — Спросила у троицы Рафталия.       — Ну, ангелы в культуре наших миров — это божественные посланники и защитники верующих из религиозных мифов и легенд. — Ответил герой меча.       — В видеоиграх ангелы часто бывают противниками, там же их любят делить на светлых и тёмных. Тёмных ещё называют «падшими». — Дополнил герой лука.       — И везде они безумно красивые, а маленькие так и вовсе просто прелесть! Но таких ушек и клычков нет ни у одного из известных мне видеоигровых ангелочков! — Словно эксперт пояснял герой копья.       — Если даже наш лоликонщик-копейщик с фетишем на крылатых девочек не знает, то нам ловить здесь вообще нечего. — С грустью продолжил Ицуки.       — Ост, что означает «ангел»? Мы не смогли найти нигде похожих существ, даже в самых древних фолиантах не было упоминаний этих созданий. — Спросила Мирелия.       — Ангелы — это существа, что оберегали мир задолго до начала первой волны. Я знала двух ангелов и обе были молодыми девушками.       — Постойте! До волн?! — Переспросила Лисия.       — Больше сорока тысяч лет назад. — От цифр у всех присутствующих отвисла челюсть. — Хи-хи, я на удивление неплохо выгляжу для своего возраста. Так вот, оба ангела некогда были звёздными героями.       — То есть, в награду тебя могут вознести до ангела? — Удивлённо спросила уааа-героиня.       — Я не знаю подробностей. — Мотнула Ост головой. — С одной из ангелов мы дружили, вторая же была нелюдима. У первой были светло-голубые крылья, а у второй жёлтые. Про первую я знаю точно, что она была воспитанницей церковного приюта, позже ставшей монахиней. Вторая, кажется, была иномирцем.       — Вы их имён не помните?       — Увы, не помню, слишком давно это было… Первая говорила, что стремилась вознестись, сначала она стала героиней звёздных когтей, после защищала мир от вторженцев из других миров… Ах да! Вспомнила! С её слов ей пришлось сохранять девственность, чтобы вознестись!       Все в палате обернулись на красную, как варёный рак, Рафталию.       — Н-дааа. — Протянул Рен.       — Он безнадёжен… — Смирился Ицуки.       — Какой же тормоз! — Хлопнул себя по лбу Мотоясу.       — Героиня катаны, это правда? — Серьёзно спросила королева.       — О таких вещах на публику не трубят! — Воскликнула Рафталия, ища помощи со стороны. Увы, все лишь грустно смотрели на неё и дремлющего Наофуми. — М-мы никуда не торопились, уважая чувства друг друга… — Пропищала девочка, сложив ладошки и прикрыв глаза чёлкой.       — А мужчина, будь он и невинным, может превратиться в ангела? — Поинтересовалась Мирелия.       — Этого я не знаю. Могу лишь сказать, что Иватани Наофуми полностью походит на тех ангелов, которых я видела. Только он ещё совсем маленький.       — То есть, в будущем он вырастет? — Подняла, наконец, голову героиня катаны.       — Ну да, правда, когда именно это произойдёт мне не ведомо. Знакомые мне ангелы были старше меня, и я не застала их рождения и роста.       — К слову, а что с ними случилось? — Спросила Лисия.       — Они погибли в битве с первой и самой чудовищной волной…       — П-понятно…       — Святое оружие и герои, которых оно выбирало, появилось как замена ангелам-хранителям мира. Однако, мне не ведомо, может ли святой, а не звёздный герой стать ангелом. Возможно, что живой пример прямо перед нами.       — К сожалению, это и есть главная проблема. Если он мог хотя бы дать один единственный намёк на то, что случилось… Спасибо Вам, Ост. — Угрюмо процедила Мирелия.       — Я не в курсе последних событий, может, поведаете, через что прошли герои и Иватани в частности? — Попросила дух черепахи.       — Конечно. Это меньшее, чем мы можем расплатиться с Вами за столь ценную информацию. Проследуйте за мной, оставим героя щита в покое. Рафталия, если ты хочешь… — Не успела договорить королева.       — Нет, я останусь с ним.       — Хорошо, в случае чего зови архиепископа Жедуфи.       Оставшись наедине в госпитале, Рафталия продолжала гладить волосы Наофуми, время от времени щупая его крылья.       «Всё как в том кошмаре…» — Она забормотала: — Наофуми, мне не важно, как ты выглядишь или какой у тебя пол и возраст, только, пожалуйста, никогда не заставляй поднимать на тебя оружие… Приходи в себя… Я так скучаю… — Девочка-тануки заплакала, прижавшись головой к груди любимого.