И это моя награда?!

      Спокойный полдень в прибрежной деревушке Рулорона. Сегодня стояла ветреная погода, из-за чего море колыхалось и било бурными волнами побережье. В деревню приехало несколько повозок катураев со свежим товаром из-за чего у въезда в поселение было многолюдно. Самыми ходовыми товарами являлись предметы ежедневного обихода, а торговцы, в свою очередь, закупали у деревенских морепродукты и плоды тех сортов биорастений, которые нигде более невозможно было достать, помимо имения самого героя щита. В особняке же оного напротив было отнюдь неспокойно:       — Наофуми-иии! — Рафталия тащила Наофуми за ноги, тот мёртвой хваткой уцепился за косяк двери её комнаты. — Пойдём! Мы только до Ратотиль и обратно-ооо!       — *Верть-верть* — жмурясь от усилий и отрицательно мотая головой, отнекивался кроха щит.       — Хватит капризничать! Ты же не ребёнок! — Тануки ещё сильнее рванула его за ноги, тем самым совершив ошибку…       — *Хряп* — с треском деревянный дверной косяк оторвался, и герой с героиней повалились от инерции на пол.       — Прекрати немедленно! Ой… — Обомлела девочка-тануки, увидев, что крылатая кроха, молча жмурясь от боли, прижимает пораненную ладошку. — И-извини.       — … — Наофуми другой рукой провёл по ранке и от света исцеления та мигом затянулась.       — Прости… — Героиня осознала, что, будучи выше нынешнего героя на двести уровней, могла навредить куда сильнее. — Дай посмотреть на твою руку? — Она протянула к нему собственные ладони.       — *Шлёп* — но взамен получила удар по рукам. — *Хлоп* — с громким хлопком он заперся в гостевой комнате на первом этаже.       Она поднялась на ноги и с грустным выражением лица постучалась к любимому в комнату.       — Ну извини меня, пожалуйста… Я перегнула палку… — Увы ответа так и не последовало, а дверь оставалась закрытой изнутри. — Открой, прошу…       — Вижу вам тут не скучно. — Со скепсисом проговорила объявившаяся Грасс. — Мы накупили сладостей к чаю.       Когда тануки обернулась, то обнаружила в коридоре подруг. Видя их взгляды, ей стало ещё более стыдно.       — Наофуми-сама плохо себя чувствует? — С тревогой поинтересовалась Атла. — Почему он заперся в гостевой?       — Мы немного… Поссорились… — Рафталия пристыженно опустила взгляд на босые стопы. — Хотела отвести его к Рато, а он ни в какую… В итоге я сильно дёрнула его, и он поранил руку, правда тут же исцелился и убежав, заперся в тех спальнях.       — Малое дитё… — Устало вздохнула героиня веера.       — С ним точно всё в порядке?! — Продолжала разводить панику тигрица.       — Атла, успокойся. — Грасс потрепала девчушку по волосам. — Как и вы с Рафталией по поведению вернулись в своё детство, так и Наофуми капризничает, словно маленькая девочка. Архиепископ же вчера всё доступно объяснила.       — Да… Но всё же… — Замялась героиня катаны. — И что теперь делать?       — Выносим дверь! — Взревела Атла.       — Угу. — Спирит тут же отвесила ей подзатыльник. — Новую ты вставлять, наверное, будешь, да? Просто оставьте его в покое. Мы не знаем, что сейчас на уме у Наофуми, так что, продолжая вот так на него наседать, вы сделаете лишь хуже. Пошли разберём сумки. Скоро Фоур перенесёт Альен из столицы. Нужно подготовиться к сеансу исцеления.       Нехотя Рафталия и Атла всё же оставили любимого в покое. Троица удалилась на кухню. Наофуми же тихонько открыл дверь, выглянув в коридор и не обнаружив друзей, он понуро покинул убежище и подошёл к оторванному дверному косяку, всё ещё валяющемуся на полу. Вздохнув, ангел поставил его к стенке и направился на кухню.       — Ой, Наофуми… — Немного удивилась Рафталия завидев черноволосую кроху.        C опущенной головой он подошёл к девочке-тануки и взяв её ладоши, сложил их лодочкой, а затем прислонился к ним лбом. Окружающие застыли, наблюдая почти немую сцену.       — И ты прости меня. — Обняла любимого героиня катаны. Она удивилась столь милому и нетипичному жесту, однако обрадовалась прощению.       — Видите, — сдержанно улыбнулась Грасс. — Дайте человеку немного времени успокоится и всё сразу встанет на свои места.       — Так ты согласен пойти к Ратотиль? — Во второй раз спросила тануки.       — … — герой щита лишь спрятал глаза под чёлкой, а затем пристыженно развернулся и зашагал в коридор. Словно провинившийся ребёнок…       — Видно нет… — Нахмурилась героиня веера.       Малютка герой открыл шкаф в коридоре и, достав оттуда молоток и несколько гвоздей, принялся за ремонт, стоя на небольшом табурете, который захватил по дороге из кухни. Прислонив деревяшку от дверного косяка к стене над входом в комнату Рафталии, он потихоньку занялся делом.       — *Тук*, *Тук*, *Шмяк* — промахнулся ангел, ударив по пальцу.       Наофуми искренне удивился, обнаружив что не почувствовал боли. Затем он взял один из гвоздей и вместо того, чтобы забивать тот молотком, просто вдавил его указательным пальцем сквозь дерево и стену. Это вызвало ещё большее удивление своими способностями, от чего «Геракл» застыл в недоумении.       — Ваше сопротивление действительно поражает. — Внезапно раздался строгий женский голос за спиной карликового силача.       — ?! — перепугавшись он с грохотом рухнул с табурета.       — Что же Вы так пугаетесь, герцог? — Захихикала Рато, поднимая героя щита на ноги. — Должно быть омоложение значительнее сказалось на вашем поведении, чем на других.       — Что тут происходит?! — Закричала Атла, прибежавшая на шум вместе с Рафталией и Грасс. — Опять ты!.. — И тут же попятилась, завидев алхимика.       — Ничего серьёзного. Изучаю поведение и повадки герцога Иватани. Например, констатирую что нынешний герой щита куда трусливее себя прошлого. — С ухмылкой размахивая указательным пальцем, проговорила безумная учёная.       — … — кроха немного надулся и спрятался за спиной подошедшей героини катаны.       — Так, что ты забыла в особняке Наофуми? — Устало спросила Грасс. — Как всегда, бесцеремонно ворвалась, попутно перепугав героя щита. И конечно же не забыла и о своих нудных лекциях.       — Иного мне не оставалось, вы же сами не приходите, хотя мы, кажется, договаривались о встрече на сегодня. Время — крайне важный фактор, которым неразумно пренебрегать. Подобно тому, как протекает реакция между алхимическими ингредиентами, внутри тела герцога могут идти неведомые нам процессы и упустив важные детали из виду, мы можем опоздать, поскольку…       — Избавь нас от этого. — Нагло перебила её героиня катаны, а затем покосилась на любимого за своей спиной. — Тут такое дело…       — Угу, вижу. Ожидаемая реакция. Значит, посторонних он по-прежнему боится, — констатировала алхимик. — Альен об этом предупреждала. Кстати, о ней, вторую процедуру за сегодня вы ещё не успели провести?       — Нет, она прибудет чуть позже.       — Отлично! — С этими словами алхимик вытащила из маленькой сумки за пазухой небольшого размера блокнот. — Тогда поговорим с вами о том, что мне удалось выяснить о нынешней форме герцога Иватани.       — Тогда пойдём в прихожую. — Пригласила всех присутствующих героиня катаны, но почувствовала, как кто-то потянул край её футболки. — Ой, идите. Мы скоро присоединимся к вам.       Щит вначале закончил ремонт двери и лишь затем, поставив на место стул, и вернув инструменты в шкаф, вышел вместе с героиней катаны в гостевую комнату. Там усевшись на пару со спутницей в кресле, он внимательно выслушивал доклад алхимика.       — Итак, — Рато разложила на столе несколько маленьких листков с заметками, написанными убористым подчерком. — Первое, со слов Ост Хорай герцог Иватани вышел на новый план существования, став существом равным хранителям мира и вместе с тем, отличным от них по множеству параметров.       — И чем эти существа отличаются от остальных? — Задала дельный вопрос Атла. — Я помню битву с Фениксом и… надеюсь, что Наофуми-сама не обратиться против своих же союзников. — От её слов ангел сжался.       — Душой. Такие существа отличаются душой. Их души после смерти не расщепляются на составную эссенцию, как у смертных или простых монстров, а перерождаются через какое-то время. — Рато усмехнулась. — Можете не беспокоится, Ост также успокоила тем, что не помнит случаев, когда ангелы становились опасны для союзников. Второе, и куда более интересное: исследовав перо из крыла мы со столичными специалистами установили, что его структура очень напоминает конфигурацию магической нити.       — То есть? — Задрала вопросительно одну бровь Грасс. — И чего тут интересного?       — В теории, герой щита может быть способен прятать свои крылья. Так как всё его тело состоит из вещества, напоминающего нечто среднее между обычной и магической материей. Но крылья являются полноценной и неотделимой частью тела ангела. Магические потоки на спине, которые мы обнаружили ранее, и являлись этими крыльями, лишь только сокрытыми от глаз.       — Значит до этого он просто прятал их? — Заинтересовалась героиня катаны. — Но зачем? Почему?       — По всей видимости, ангелы, как и хранители — это существа, спроектированные самой эссенцией мира. — Без намёка на уважение к местному божеству, ответила Рато. — А крылья он спрятал, по всей видимости, просто из-за страха. Третье, странный зацикленный поток у сердца героя щита возможно и является причиной его немоты.       — Как что-то у сердца может блокировать горло? — Поинтересовалась героиня веера. — Немного разные части тела.       — Герцог, скажите что-нибудь? — С улыбкой призвала Ратотиль       — ? — удивился Наофуми.       — Не бойтесь.       — ! — схватился за грудь кроха, не успев пропищать хоть слово.       — Наофуми! — Подстраховала Рафталия щита от падения.       — Видите, — продолжала улыбаться алхимик, — Альен занимается перенастройкой устройства для исцеления сознания, чтобы манапоток шёл ещё и через этот странный сгусток. Она желает разжижить его, как вода талый лёд.       — Ещё что-то удалось узнать? — Недовольным тоном задала вопрос героиня катаны, придерживая Наофуми.       — Хех! — Глаза Рато загорелись словно у хищника, обнаружившего добычу. — Материалы, полученные из герцога, имеют легендарную ценность.       — … — в страхе герой щита сжался рядом с девочкой-тануки.       — Интересно, а какую ценность будут иметь останки одной знаменитой безумной учёной и алхимика из свиты героя щита? — Ледяным тоном проговорила Грасс, глядя прямо в глаза Рато.       — Кхм. — Та самая знаменитая безумная учёная и алхимик немного побледнела, приняв нормальный вид. — Остаётся надеяться на возвращение герцога в сознание или хотя бы на возможность поговорить с ним в будущем.       — И это всё? — Разочарованно вздохнула Атла. — Вы тратите столько времени на исследования, а по итогу выдаете какие-то очевидные вещи.       — Ну-ну, чтобы они стали для вас очевидными, приходится тратить дни на упрощение и разжёвывание материала. — Сложив руки вместе, недовольно пробурчала Рато.       — Значит, Наофуми может снова спрятать свои крылья? — Задумалась Рафталия, глядя в большие нефритовые глаза любимого. — Можешь попробовать?       — … — щит сконцентрировался и зажмурившись, задёргал кончиками второй пары конечностей. — *Верть-верть* — замотал он головой, оповещая всех, что ничего не вышло.       — Может быть, спросить у Фиро, как она перевоплощается из обычного филориала в человека? — Задумалась Атла. — Принцип же схожий.       — Фиро не сможет по-нормальному это объяснить… — Вздохнула героиня катаны. — Уже спрашивали. С её слов: «Я такая *Пуф* и уже человек, а назад *Пуф* и всё», лучше узнать у Фитории. По крайней, мере объяснит попонятнее.       — Рато, так понимаю, ты собираешься дождаться Альен? — Взглянула на алхимика Грасс.       — Да, она сегодня привезёт новую модель устройства для исцеления сознания. Очень бы хотелось взглянуть лично, как оно заработает.       Наофуми, дослушав отчёт Ратотиль, спрыгнул с кресла и направился во внутренний двор. До сеанса лечения оставался час и для того, чтобы убить время, он решил собрать созревшие плоды биорастений. Вместе с ним пошли Рафталия и Атла. Девочки делились своими догадками о здоровье крохи, но тот игнорировал их разговоры толи из-за того, что не мог ответить, то ли лишь создавал вид безразличия…             

***

      Мимо невысокой ограды из белого берегового камня, поросшего лозой, что по утрам цветёт белыми цветами похожими на земные лилии, проходило множество людей. Каждый с интересом рассматривал совсем крошечную черноволосую с нефритовым отливом крылатую кроху, что суетилась с корзинкой в саду, помогая двум девочкам постарше собирать фрукты.       В деревне ходили слухи о новой жительнице особняка героя щита, якобы, являющейся дочкой Иватани Наофуми. Местная детвора растрепала на всю Рулорону, что девочка с крыльями очень застенчивая, а ещё пугливая и немая. Естественно, достоверность этих слухов никто лично проверять не хотел, ибо герой щита хоть и был добрым юношей, но крайне сварливым и злопамятным, так что свои отношения с главой поселения портить никому не хотелось.       Ангел же чувствовала взгляды на себе. Немного раскрыв крылья и надев большую соломенную шляпу, она избегала встреч с глазами любопытных односельчан. Только троица успела закончить сбор урожая, как у ворот особняка показались Фоур и архиепископ со своей привычной кремовой походной сумкой медсестры. Завидев сумку, Наофуми скривился, но тут же обернулся, почувствовав, как его руку стальной хваткой сжимала Рафталия, не оставлявшая и шанса на побег.       — Добрый день, герой щита, героиня катаны и Атла. — Поклонилась архиепископ троице девчат, вышедшим из-за стены дома. — У меня с собой немного модифицированное устройство, поэтому нам понадобится стул с подлокотниками.       — Да, у нас такой вроде был. — Кивнула Рафталия. — Идём в дом, там уже Рато ждёт не дождётся твоего прибытия.       — Привет, Альен! — Радостно крикнула Рато, будто встречая старую подругу. — Оно у тебя с собой?       — С собой-собой… — Устало вздохнула монахиня.       — Скорее показывай!       Архиепископ страдальчески закатила глаза, но всё же раскрыла сумку и вытащила оттуда громоздкий шлем, что, словно, корзина был сплетен из чистой золотой проволоки. Тут и там эта конструкция инкрустировалась тёмно-зелёными самоцветами. У устройства было нечто напоминающее хвост или косу из всё той-же проволоки.       — Вот стул. — Поставила деревянный стул с подлокотниками Атла.       — Хорошо. Теперь, Рафталия, усади героя щита.       Задача оказалась не из простых… Наофуми брыкался, дёргался, бил ногами и руками, махал крыльями, но ему было не тягаться с Рафталией и Грасс в двести раз превосходившими его в уровне. Наконец, Альен водрузила громоздкое устройство на голову крохи. «Хвост» аппарата она пустила вдоль шеи Наофуми, однако после она достала из своей сумки дополнительные золотые ленты. Одну она словно ошейник обернула вокруг тонкой шейки пациента, вторую, предварительно приспустив майку, закрепила вдоль грудной клетки, схватив её со спины третьей.       — Выглядит, как стул для пыток… — Ужаснулась Грасс.       — Всё точно будет в порядке? — Распереживалась Рафталия.       — Эти ленты такие же, как и в главном устройстве, — разъясняла архиепископ. — Сегодня мы пропустим ману и через остальные части тела героя щита, где наблюдаются странные сгустки непонятной магической энергии, не желающие смешиваться с остальными потоками.       Наконец Альен зачитала заклинание. Поначалу всё шло как и в прошлые сеансы — самоцветы в устройстве засветились, поглотив предложенный магический кристалл и ману архиепископа. Затем все линии проволоки мягко загорелись белым, но, когда зрачки пациентки начали пронзать золотые трещины, та вместо того, чтобы как обычно замереть, почему-то начала ещё сильнее брыкаться. Она даже укусила героиню катаны за руку. Словно в чудовищной агонии Наофуми извивался в кресле! Внезапно он резко дёрнулся и из его груди вырвался магический всполох. Всех присутствующих раскидало волной энергии чёрного цвета, тем самым откинув их от ангела.       — *Грох* — повалилась ангел на пол, она в конвульсиях билась и выгибалась от боли.       — Наофуми! — В страхе Рафталия попыталась успокоить любимого. — Что?! Что с ним?!       — Этого не должно было произойти! — Закричала Альен.       Встав на колени, герой щита, словно плохой кот, выгнул спину и вырвал на пол… жидкостью густой и непроглядно чёрной, переливающейся золотыми линиями, схожими с нефтяной плёнкой на воде. Только после этого он бессильно упал в руки героини катаны.       — Что это такое? — Рафталия протянула палец к чёрной лужице.       — НЕ ТРОГАЙ! — Закричала Атла.       — П-почему? Ч-что это такое?       — Это проклятие! — Выдала тигрица. — Я вижу своим духовным зрением, что это чистейшее и концентрированное проклятие! Никому в комнате нельзя до него прикасаться!       — Рафталия, пожалуйста, отнеси Наофуми в другую комнату и следи за его состоянием, а мы пока уберём эту дрянь. — Раздала указания Грасс, вынужденная действовать, ведь на ошарашенную монахиню и подруг надеяться не приходилось.       — У тебя есть перчатки? — Спросила Рато у Альен. — Думаю стоит их ещё святой водой обработать. Пойду сбегаю домой за большой пипеткой и несколькими пробирками. — С горящими глазами Рато удалилась, оставив всех присутствующих в недоумении, будто она знала, чем закончатся сегодняшние процедуры.       — Атла, ты уверена, что это жижа — проклятие? — На лице спирита читался скепсис. — Да, она странная, но проклятие…       — Без всякого сомнения, такая испорченная Ци только у проклятий.       — Альен, так понимаю, ты не ожидала вот такого?       — Ну, эээ… Устройство в задумке борется и с проклятиями носителя, но, чтобы сконцентрировать их в одну точку, да ещё заставить организм носителя исторгнуть их…       — Так, скорее-скорее! — Вернувшаяся в комнату Ратотиль принялась с помощью пипетки собирать чёрную лужу. Заполнив пять средних пробирок и плотно закупорив их крышками, она протёрла место тряпкой смоченной святой водой. — Ого как шипит! И вправду похоже на проклятие!       — Чтобы проклятие приняло физическую форму… — Альен задумалась. — Пойду посмотрю, как там герцог.             

***

      Пока Атла, Грасс и Рато убирали устроенный ударной волной беспорядок, монахиня удалилась в комнату героини катаны. Та сидела на краю постели и гладила по голове лежащую под одеялом кроху героя щита. Тот тяжело дышал совершенно беззвучно и с бледным как снег лицом.       — Альен, у него жар. — Завидев монахиню сразу сказала Рафталия, укладывая холодный компресс на лоб любимого. — Его перестало трясти, но он еле держится в сознании.       — Это вправду оказалось проклятие. — Архиепископ присела рядом на край кровати и вытащила из сумки пузырёк высококачественной святой воды. — Герцог, выпейте немного, вам станет легче.       Ослабевший герой кое-как отпил предложенную святую воду и уже через минуту его лицо порозовело, а он сам погрузился в оздоровительный сон.       — Уснул. — Успокоилась героиня катаны. — Пошли к остальным, пусть он отдохнёт.       Рафталия тихонько получше укрыла Наофуми одеялом и вместе с архиепископом покинула комнату. Когда они вышли в коридор и остались наедине, героиня с небольшой толикой злобы и сталью в голосе спросила у девушки:       — Теперь его лечение превратилось в это?       — П-прости… — Монахиня словно нашкодивший ребёнок сложила руки и немного насупилась. — Я честно не знала, что модификация линий приведёт к этому… В следующий раз…       — Что в следующий раз?! — Грозным тоном перебила её девочка-тануки. — Прикуёте его цепями к стулу? Заставите засунуть ему кляп в рот? Или быть может будете усыплять его?       — … — архиепископ не знала, что ей ответить.       — Прости… я сорвалась… — Она отшатнулась на шаг назад, прикрыв глаза ладонью.       — И ты прости меня… Я так увлеклась разработкой этого аппарата, что пренебрегла безопасностью пациента.       — Ты ведь поняла что-нибудь из сегодняшней ситуации?       — Да и очень многое. Главное, что нам удалось понять — проклятия героя щита сконцентрированы в его манапотоке и их необходимо удалить. Поразительно, что он до сих пор не умер…       — Могут ли быть эти проклятия теми же самыми, что были у него до перерождения?       — Пока не знаю. Вместе с Рато мы возьмём образцы в столицу и займёмся исследованиями.       — Третий сеанс лечения в силе? Но используй прошлое устройство. Это… опасно.       — Конечно, но всё зависит от самочувствия герцога.       — О! Вот и вы наконец, как там Наофуми-сама? — Взволнованно спросила Атла.       — Всё нормально, он заснул. Вы убрали, эээ? — Задумалась Рафталия, над тем, как называть эту жижу.       — Да мы собрали эссенцию проклятия! — Улыбнулась Рато, помотав пробиркой у носа героини катаны. — Пять полных пробирок!       — Тогда возьми их с собой, через час мы отправляемся во дворец.       — Вы поняли какой силой оттолкнул нас Наофуми-сама? — Вопрос тигрицы ввёл в недоумение всех присутствующих. — Это был тот же приём легендарного щита, которым я откинула от него лже-богиню.       — Н-не может быть… — Разинула рот Грасс. — Но щита не было в его руке?       — В том и дело… — Вздохнула Атла. — Когда будете во дворце, обязательно побеседуйте с Ост, быть может она знает ещё что-то?             

***

      Успокоившись, Рафталия, Атла, Грасс и Альен сидели на кухне и пили чай. Между делом героиня катаны готовила обед, в чём ей помогала тигрица. Архиепископ отдыхала, набираясь сил и пополняя истраченный запас маны, ну а Грасс ушла в собственные мысли, молча наблюдая за суетой зверодевочек за готовкой.       — *Бах* — в коридоре послышался грохот.       — Что там?! — Перепугалась шума Рафталия, сразу направившись к его источнику. — А! Наофуми!       Девочка-тануки обомлела, перед ней на четвереньках кое-как полз герой щита. Кроху лихорадило и трясло, что ещё хуже она вся была перемазана чёрной эссенцией проклятия, та сочилась из ушей, глаз, носа, рта и казалось даже крылья были залиты этой дрянью.       — Не трогай! — Закричала Атла, вовремя остановившая руку героини катаны. — Альен! Альен! Скорее!       — Четверо! Принесите что-нибудь во что можно завернуть герцога, смотрите не коснитесь проклятий! Где Рато?!       — Она куда-то ушла… — В панике пропищала девочка-тануки.       — Чёрт! Грасс, скорее перенеси нас в главный храм! — Во второй раз Альен была куда увереннее и знала как следует поступить.       В жуткой суматохе компании из Рафталии, Атлы, Грасс и Альен удалось перенести Наофуми в собор. По команде архиепископа бедную кроху погрузили на носилки, а затем отнесли в госпиталь. Альен удалилась, а троица из Рулороны ожидала новостей в приёмной.       — Рафталия, где Наофуми?! Что у вас там опять случилось?! — Занеслись обеспокоенные Мелти верхом на Фиро. — Стражники только-что сообщили мне о вашем прибытии, описав крохотную крылатую девочку в очень плохом состоянии.       — Господин-сама снова страдает?..       — Мелти, Фиро… — Героиня катаны, плача вместе с Атлой, пересказала случившееся. — Эта дрянь была на нём повсюду… проклятия… им не было числа…       — Наофуми-саме… Только-только начало становится лучше… — Хныкала тигрица. — И вот опять…       — Фиро принесла попить, вот. — Протянула королева филориалов девочкам два кубка воды. — Надеюсь господин-сама попра-авится.       Где-то через час тревожного ожидания Грасс вернулась в Рулорону, прихватив с собой запас святой воды, с целью отчистки коридора от луж эссенции проклятия. Мелти и Фиро не покидали подруг, пытаясь хоть как-то их подбодрить.       — Всё в порядке. — Показалась архиепископ из-за дверей палаты. — Его жизни больше ничего не угрожает.       — Как он?!       — Наофуми-сама сильно пострадал?!       — Тише-тише! — Остудила их пыл Альен. — Герцога погрузили в источник со святой водой, из его тела выходят проклятия. К вечеру их ток должен прекратиться. Мы словно прорвали в его теле гнойник. Полагаю, благодаря сегодняшнему случаю герою щита станет куда лучше.       — Фух… — Синхронно выдохнули тигрица и тануки.       — Пойдём пока в мою комнату? — Предложила принцесса. — Вам нужно немного развеяться.             

***

      Вот так, казалось, тихий день в Рулороне превратился в тревожный вечер во дворце. Сидя в комнате старшей принцессы, девчата рассказывали о ситуациях, которые они лично видели в деревне, рассказали, как сейчас ведёт себя Наофуми. О том, как он впервые взлетел на пляже, о прополке огородика вместе с архиепископом и о многих-многих других забавных историях.       — Буу! Не честно! Фиро тоже хо-очет развлекаться дома! Мелти, давай отправимся с ними!       — Если хочешь, то телепортируйся без меня. Как принцесса, я не могу бросить свои обязанности.       — Слова настоящей королевы. — Раздался за их спинами женский витиеватый голос. — Ох, простите, что напугала, хи-хи. — Прикрыла ладошкой рот Ост Хорай. — Всем доброго вечера.       — Ост, хватит телепортироваться по дворцу, это неприлично. — Упрекнула духа принцесса. — Ты что-то хотела?       — Пожалуйста, не волнуйтесь, мне захотелось только лишь повидаться со старыми друзьями. — Присела за столик девчат аватар. — В прошлый раз нам и побеседовать, банально, не довелось.       — Ты же знаешь почему Наофуми так резко перенесли во дворец? — Серьёзным тоном и со стальным взглядом спросила Мелти. — Не обманывайтесь, в замке нет для неё секретов.       — Хм… — Загадочно улыбнулась Ост. — Да, пусть так, мне ведома причина, по которой вы прибыли.       — Ты знаешь, что случилось с Наофуми? — Рафталия с надеждой обратилась к Хорай.       — Его перерождение почти подошло к своему концу, только и всего…       — Т-то есть? — Удивилась Атла.       — Та, как вы её назвали, эссенция проклятия — это оковы что в прошлой жизни тяготили героя щита. Женщина-архиепископ Альен, невольно для самой себя разорвала их связующее звено, тем самым сильно облегчив долю Иватани.       — Ничего не понимаю… — Свесила голову девочка-тануки.       — И не поймёшь, — Ост потрепала её волосы. — Когда к герою щита вернётся разум, он сам поведает о том, через что ему пришлось пройти. Он возвысится, разорвав путы своего прошлого.       — И всё же ты знаешь куда больше, чем рассказываешь нам… — Вздохнула Мелти. — Расскажи о тех двух ангелах, которых тебе удалось застать?       — Они обе были прекрасными людьми… обе добрые и честные. Самоотверженные и готовые отдать всех себя. Первая, с которой мы дружили сильнее, была энергичной, но часто зацикливавшейся на определённых вещах, её цветом был жёлтый с белым отливом. Вторая была более угрюмой, но целеустремлённой и, к сожалению, слишком импульсивной и вспыльчивой, её цветом был красный с медным отливом.       — Цвета так важны? — Рафталия как-то странно глядела на аватару.       — Да, мы хранители мира своим существом отражаем суть аспектов мироздания. Цвет Наофуми Иватани чёрный с нефритовым отливом. Цвета стойкости, материнской любви и скорбной печали.       — Чёрный — это материнская любовь? — Удивилась Фиро. — Чё-ёрный страшный.       — Чёрный — это тёплый цвет, который укутывает тебя, успокаивает и исцеляет уставшую душу, но это же и грустный цвет, что не хочет отпускать и прячет внутри себя боль и страхи.       — Хватит гаданий на кофейной гуще. — Прервала пространные рассуждения Мелти. — Он свои крылья может прятать?       — Нуу, вообще-то может. — Потеряв образ мудрой женщины ответила Ост. — Насколько помню, ангелы умели прятать свои крылья. Может он просто ещё не научился?       — Ты это у нас спрашиваешь? — От укола Мелти Ост совсем зарделась.       — Н-ну, думаю научится со временем…       В комнате повисло неловкое молчание.       — Что ж, позвольте отклонится, до свидания! — Мгновенно телепортировалась из комнаты Ост, не дав сказать присутствующим и слова.       — Четверо… — Со вздохом принцесса растеклась в кресле. — Неужели все хранители мира такие?       — Сомневаюсь, наверное, только Ост. — Усмехнулась Рафталия.       — Чем теперь займёмся? — Спросила Мелти. — Если хотите, то пойдём в сад, можем позвать Малти, она, правда, сейчас занимается, но…       — Не стоит. Пусть учится… — Вздохнула героиня катаны. — Вы с ней поладили?       — Всё хорошо, — улыбнулась принцесса. — Мы никогда ещё не были с ней так близки. Мне очень нравится проводить с ней время. Я вспомнила за что любила свою сестрёнку. Единственное что не даёт мне покоя, так это то, почему она испортилась в прошлый раз.       — В прошлый раз, возможно, на неё повлиял Такт в Фобрее?       — Тоже так думаю. Проклятый авангард волн… Отец сказал, что Тени за прошедшую неделю поймали ещё двоих. Кстати, их местоположение подсказала Лэйн.       — А Беллоукас хоть в чём-то признался? — Вопрос героини катаны ввёл принцессу в ступор. — Или это секрет?       — Ох, не сейчас. Прости… но пока не могу рассказать, скажу лишь только, что как королева, я не оправдала ожиданий своего народа.       — Извини… Зря спросила.       Ещё какое-то время девочки обсуждали участь героя щита. В конце концов все немного успокоились. Рафталию и Атлу накормили обедом, на время во дворец переместился Фоур, сообщивший о законченной уборке в особняке героя щита. Мирелия и Олткрей так и не объявились, Мелти рассказала, что они сейчас не во дворце, а на совещании в другом городе. Маленькая Малти чуть позже присоединилась к компании девчат, она вела себя немного подавленно в компании героини катаны.       Перейдя обратно в комнату ожидания при тайном госпитале, Рафталия и Атла вновь погрузились в тревогу. Фиро принялась петь, чтобы хоть чуть-чуть разбавить атмосферу, медсёстры с улыбкой смотрели на неё, радуясь смене тревожной рабочей обстановки.             

***

      В столице Мелромарка вечерело. Во дворце суетились слуги, готовясь к возвращению королевы и короля. А из-за дверей госпиталя показалась измотанная Альен:       — Он в сознании, увы без голоса… — Архиепископ подозвала ожидающих.       В той же палате, что и раньше, лежала черноволосая с нефритовым отливом кроха, её лицо было бледным, под глазами появились мешки, однако взгляд был наполнен жизнью и эмоциями и он сразу же уцепился за подруг, вошедших в помещение.       — ! — попытался что-то сказать Наофуми.       — Всё-всё, тихонько. — Гладила Рафталия любимого по волосам. — Обошлось, ой… Почему он такой?.. — Опешила героиня, проведя рукой по торчащим рёбрам героя щита.       — Нагрузка на организм герцога Иватани была серьёзной и из-за неё он потерял почти четверть своего веса. Мы покормили его, но думаю стоит дать ему дополнительный ужин. Пусть набирается сил.       — Господин-сама больше не жу-уткий. — Довольно протянула Фиро.       — Да? И почему же? — Заинтересовалась у подруги Мелти.       — В нём теперь всё как раньше, Фиро не нравилось, сколько печали было у него после превращения в дево-очку.       — Атла, можешь взглянуть на него повнимательнее своим зрением? — По просьбе Рафталии, тигрица закрыла глаза и пристально начала изучать потоки Ци героя.       — Невероятно… — Обомлела она. — Словно тьмы никогда и не было, его душа сияет прямо как раньше!       — Наофуми, ты чувствуешь себя лучше? — У Рафталии горели глаза.       — *Кив* — хоть вяло, но с добродушной улыбкой ответила им кроха.       — Поразительно, как много проклятий нёс в себе герой щита… Будучи в таком теле, он каждый день сопротивлялся влиянию этой тьмы. Надеюсь, в скором времени и память со способностью к речи вернутся к нему. Теперь же, наверное, нам стоит оставить героя щита в покое, ему нужен сон.       — ! — перепугалась ангел, ухватив уходящую Рафталию за руку.       — Можно я посплю сегодня с ним? — Немного покраснев, спросила героиня у архиепископа. — Боюсь он может попытаться сбежать.       — И я тоже! — Моментально приклеилась Атла.       — Если так герцогу будет спокойнее, то почему бы и нет…       Эту ночь Наофуми ночевал не у себя в уютном особняке, а в палате госпиталя. Несмотря ни на что засыпал он сегодня счастливым. Боль в груди и кошмары не преследовали его этой ночью. Благодаря же тёплым объятиям Рафталии и Атлы, спящих на двух придвинутых койках, ему было не одиноко.             

***

      Следующее утро было столь же счастливым. Навестить его пришли Фиро и Мелти. Маленькая королева филориалов не отлипала от героя щита:       — Господин-сама та-акой милый! — Умиляясь говорила Фиро, сидя чуть ли не в притык к койке щита.       — Полегче, Фиро. — Читала нотацию Мелти. — Не мешай ему завтракать.       Черноволосая с нефритовым отливом крылатая кроха потихоньку, ложка за ложкой, кушала свой завтрак, состоящий из каши и нарезанных дольками фруктов. Ела она сама, сидя в постели и удерживая тарелку у груди. В её движениях чувствовалась слабость, впрочем, в сравнении со вчерашним состоянием, просто чудо, что она уже могла двигаться. Стесняясь заботливых взглядов подруг, Наофуми старался смотреть лишь в тарелку.       — Фиро думает, что теперь господин-сама похож на её младшую сестрё-ёнку. — По-детски зажмурившись и лучезарно улыбнувшись, просияла Фиро.       — ! — услышав это «сестрёнка» подавилась своей кашей.       — Так, тихо-тихо. — Рафталия успела убрать тарелку из рук Наофуми, прежде чем тот облил бы себя. — Фиро, не шути так.       — Фи-иро не шутит. Господин-сама теперь маленькая девочка с крыльями, прямо как я! У меня белые крылья и светлые волосы, а у него чёрные крылья и тёмные волосы, у меня голубые глаза, а у него тёмно-зелёные.       — И как по-твоему это вас роднит? — Устало вздохнула принцесса.       — Как отличаются Мелти и Малти, так и Фиро с Господином-самой разные, но при этом во многом похожие. — Фиро в плотную приблизилась к смущённой крохе и приобняв прошептала: — Теперь я буду называть тебя: сестрёнка Наофуми…       — ..! — герой щита лишь остолбенел, в его взгляде читалось полное отрицание происходящего, словно он не мог поверить в то, что это реально.       — Теперь у Фиро две се-естрёнки! Сестрёнка Рафталия и сестрёнка Наофуми! — Начала прыгать на месте непоседливая королева филориалов.       — Может остановите её? — Взглянула Атла на обеспокоенных Рафталию и Мелти. — Наофуми-саме такое обращение явно не по нутру.       — Бесполезно… — Вздохнула принцесса.       — Если Фиро что-то пришло в голову, тебе это оттуда уже никак не выбить. — Героиня катаны, погладила испуганного щита по голове и вернула тарелку с кашей. — Фиро, по тише.       — Сестрёнка Наофуми. Сестрёнка Наофуми. Сестрёнка Наофуми. — Филориал продолжила кружиться по палате и скандировать в пол голоса.       — Вижу вам тут не скучно. — Мило улыбнувшись сказала вошедшая архиепископ. — Не бойтесь, герой щита, сегодня мы не будем исцелять ваше сознание. Отдыхайте и восстанавливаетесь.       — Доброе утро, Альен. — Обернулась героиня катаны.       — И вам и всем остальным, так же доброе. — Монахиня подошла к малютке герою, внимательно изучая его взглядом. — Как же быстро Вы восстанавливаетесь, герцог.       — Для Наофуми-самы нет ничего невозможного! — Почему-то возгордилась Атла.       — Пережить такое… — Архиепископ уселась рядом с койкой героя щита. — Позвольте Вас осмотреть.       Альен вытащила из стоящего рядом шкафчика нечто напоминающее стетоскоп и вполне обычный градусник. Наофуми неохотно, но задрал больничный халат обнажив грудь и выступающие рёбра. Вначале монахиня послушала сердцебиение и дыхание, а после осмотрела зрачки, уши и горло.       — Что же, всё в норме, даже температура спала. Пусть ещё немного отдохнёт и если хотите, то отправляйтесь с миром в Рулорону.       — Так та чёрная жидкость в самом деле была проклятием? — С ноткой беспокойства поинтересовалась героиня катаны. — Точно ли больше ему ничего не угрожает?       — Можешь не волноваться. — Архиепископ обернулась к тигрице: — Атла, можешь ещё раз проверить герцога своим зрением Ци?       — Сейчас, — она закрыла глаза, — его душа теперь вновь прекрасна… Жаль, что её свет по-прежнему немного трепещет, переливаясь нефритовыми потоками.       — И что это означает?       — Сама не до конца понимаю…       — … — кроха смотрела то на Рафталию, то на Атлу, но по итогу она, задумавшись, взглянула на свои руки, явно не понимая о чём шла речь.       — Кстати, об эссенции проклятия, думаю, вы не будете против того, что весь её запас отойдёт во владение королевской семьи Мелромарка? — Задала вопрос архиепископ.       — Нет, Вы и так столько раз лечили Наофуми за счёт королевской казны.       — Спасибо.       — И как Вы её будете применять? — Заинтересовалась Атла. — Это же чистейшее проклятие.       — Нуу… — Замялась Альен. — Орден Теней крайне заинтересован в данном веществе… Ааа, ещё мы сможем контролировать процесс проклятий и таким образом исследуем способы борьбы с оными.       — Второй вариант куда лучше… — Вздохнула героиня катаны.       Через четыре часа Наофуми, казалось, совсем отошёл, правда первая попытка встать на ноги не увенчалась большим успехом, но благодаря поддержке Рафталии ему удалось дойти до сада во внутреннем дворе, чтобы отобедать с принцессами. Когда же он совсем окреп, то начал намекать героине катаны на возвращение домой. Очевидно, что ангелу было не уютно во дворце, хоть из её тела и вывели проклятия, она чего-то продолжала боятся в совершенно пустых коридорах.       — Что ж, мы возвращаемся в Рулорону, ещё раз благодарю от всего сердца за лечение Наофуми. — Поклонилась Рафталия Альен и Мелти.       — Не стоит, — улыбнулась принцесса, — берегите там его, хорошо? Через три дня мы с Малти заедем к вам на каникулы.       — Хорошо, будем с нетерпением ждать.       — Чёрт! Ещё соперницы… — Пробубнила себе под нос Атла.       — Что-что? — Покосилась недовольно Мелти.       — Прости… ничего такого. — Отмахнулась с улыбкой тигрица.       — Тогда до свидания! Наофуми, хватит стесняться и вылези наконец из дома! — Кричала, маша рукой принцесса.       Троица исчезла в радуге телепортационного колодца. Всё ещё немая крылатая с нефритовым отливом кроха герой щита сильно проникся словами, сказанными на прощание Мелти. Уже совсем скоро она будет праздновать свой день Рождения, двадцать четвёртый для своей души и четвёртый для своего перерождённого тельца. Ещё какие-то пара недель и день Рождения Иватани Наофуми…