И это моя награда?!

      Утро в Рулороне. Первый день нового года. Улицы деревушки были безлюдны, тому послужили две очень весомые причины, во-первых, вчера был праздник и большинство народу банально отсыпались и во-вторых со стороны гор задул сильный ветер, принесший за собой лютый мороз и буран. Снег скрипел под сапожками одной укутанной в зимнюю одежду девочки с белым тигриным хвостом.       Сегодня утром Атла проснулась очень рано, проснулась она увы не от бодрости духа или просто после хорошего сна, а от головной боли, вызванной вчерашним, перепоем… Тигрица, завидев кислую мину подруги (соперницы) Рафталии, которой запретили пить, решила той назло выпить целый бокал белого вина, естественно для её десятилетнего тельца данное мероприятие не прошло бесследно, и она вырубилась, недожавшись даже фейерверков. Ей было крайне стыдно перед своим братом, которому пришлось тащить сестрёнку на собственном горбу, а также выслушивать пьяный бред на вроде «Почему Наофуми-сама выбрал её, а не меня…» или «Он такой красивый, даже в нынешней форме…». С утра пораньше Фоур устроил профилактическую беседу для Атлы и та, выслушав длинные нравоучения брата позавтракала с ним и направилась в особняк героя щита, чтобы извинится перед Наофуми и Рафталией.       — Холодища! — Тигрица сильнее укуталась в шарф. — «Интересно злится ли на меня Наофуми-сама? Рафталия-то точно… Зачем я так поступила? Словно глупый-ревнивый ребёнок… Может брат прав и мне вначале нужно вырасти, но… Но ведь я люблю только Наофуми-саму, мне даже представить сложно, чтобы я полюбила кого-то ещё?» — сильное дуновение ветра обдало девочку пригоршней снега — Ваа! Надо идти быстрее! — Атла ускорилась, практически перейдя на бег — «Ой? Ещё кто-то пришёл к Наофуми-саме?».       У ворот особняка стояла девушка в очень толстой чёрной куртке с длинными рукавами, судя по всему она собиралась уходить, но завидев тигрицу резко подбежала к ней:       — Атла! Как же я рада тебя видеть! Холод собачий, а в их дом не зайти! Стучала-стучала, но никто так и не открыл! У тебя нет ключа? — Кидзуна с надеждой глядела в глаза подруги.       — Привет, да мне дали копию, странно… Может они не слышат? Всё-таки из-за ветра трудно что-либо услышать…       — Что?! Говори громче! Из-за ветра ни черта не слышно!       — Пошли! У меня есть ключ!       — Слава Богу! У меня уже пальцы отмёрзли!       Кое-как отперев заледеневший замок входной двери подруги пробрались в тёмную не освещённую гостевую комнату. Оглядевшись они поняли, что хозяева либо отсутствовали, либо ещё спали.       — Хаа… — Прибалдев протянула Кидзуна. — Тепло… Хорошо… Они спят ещё что ли?       — Наверное. Странно… обычно Наофуми-сама встаёт раньше всех, но по-видимому они вчера поздно легли спать, так что давай постараемся вести себя потише.       — Муу… — Надулась героиня охоты. — Я от своих пришла, потому что у нас там сонное царство и скукотища. Кстати, а почему вас с Фоуром вчера не было на фейерверке? Рато и Марниас конечно дали жару!       — Нуу… — Атла отвела взгляд. — Из-за моей собственной глупости…       — Хех, что же ты натворила?       — Напилась…       — Пффф… — Еле сдержала свой смех Кидзуна. — С… Серьёзно? Пхахах…       — Рафталии и Силдине Наофуми-сама запретил пить, и я решила подразнить их выпив целый стакан белого вина… Увы я не такая стойкая, как Наофуми-сама, который может коголевые ягоды есть. И вот итог… мне очень стыдно перед Наофуми-самой…       — Наофуми-сама, Наофуми-сама… — Передразнивала героиня подругу, пока снимала куртку, оттряхивая капюшон от снега. — Перед Рафталией лучше извинись и думай лучше головой. Наофуми запретил вам пить, так как для ваших детских тел это тот ещё удар по здоровью. Детишкам вообще нельзя пить.       — Мы не дети! — Протестовала Атла, развешивая куртку и шарф по вешалке, чтобы они хоть немного высохли. — Может наши тела и уменьшились, но…       — Никаких «но», ты лолька! — Она ткнула пальцем в нос тигрице. — Ваше сознание, да и поведение тоже изменились, это хорошо так по Рафталии видно, про Наофуми вообще молчу, его знатно перетряхнуло. Он похоже и сам замечает за собой такие изменения.       — Конечно замечает, Наофуми-сама очень внимательный и умный.       — Угу, если он такой внимательный, то почему нас ещё не встречает?       — Кхм, наверное, спит.       — Хах, в розовых очках ты даже в собственной логике противоречий не замечаешь.       — Розовых очках?       — Это выражение такое. — Кидзуна задумалась, как объяснить иномирцу данную фразу. — В общем, из-за своей влюблённости ты смотришь на Наофуми, как на идеал.       — Не влюблённости, а любви и не как на идеал, а как на высший идеал!       — *Хлоп* — героиня охоты ладонью ударила себе по лбу. — Короче ладно… Пошли хозяев поищем, странно, что нас ещё не заткнули, хотя мы орём на весь дом. — Усмехнулась Кидзуна и пошла вглубь дома.       — Эй! Подожди! — Атла сняла второй сапог и чуть не упав побежала за подругой.       Обе девушки пошли по слабоосвещённому особняку, из-за жуткого бурана окна первого этажа были засыпаны снегом. В коридорах темно, хоть глаз выколи. Тигрица кое-как нащупала магический светильник на стене и влив в него каплю маны зажгла псевдо-лампу, благодаря особому зачарованию, придуманному героем щита от зажигания одного загорались и другие, благодаря чему по коридору наконец можно было идти, не боясь споткнуться. Войдя в комнаты для гостей, они ощутили сонный дурман, такой обычно повисает в комнатах где кто-то спит.       На большом кресле, что обычно стоит в прихожей, у погасшего камина в обнимку спали кроха-ангел и девочка-тануки. Рафталия снова во сне покусывала длинное ухо любимого, а тот в свою очередь словно маленький ребёнок свернулся клубком и прижался к любимой. Глядя на данную картину Кидзуна еле сдержалась, чтобы не разбудить и не затискать обоих милашек. Атла же с небольшой грустью и явной завистью сверлила взглядом героиню катаны, в мыслях представляя себя на её месте. Но встряхнув голову и изгнав завистливые мысли, она лишь приподняла сползшее одеяло и укрыла обоих получше.       — Пусть спят, — прошептала героиня охоты, — пошли на кухню.       — Да, идём.       Подруги тихонько закрыли дверь в гостевую и вышли в коридор направившись на кухню. Ненадолго повисло молчание, разбавляемое только завываниями вихря на улице и тиканьем часов в гостиной. По правде сказать, между Атлой и Кидзуной было мало общего, они едва ли были друг с другом знакомы и как следствие - тем для разговора недоставало.       — Так, ты зачем пришла? — Сделала первый шаг на встречу Кидзуна.       — Хотела извинится за вчерашнее своё поведение… — Приуныла Атла.       — Ой, прости-прости, — осеклась героиня охоты. — Слушай, давай что-нибудь приготовим?       — Лучше дождёмся Наофуми-саму… Я не очень хорошо умею готовить.       — Я тоже! — Обрадовалась Кидзуна наконец найдя с подругой что-то общее. — Давай готовить вместе! Будет весело!       — Мне это не кажется хорошей идеей. — Скептически нахмурилась тигрица.       — Только представь лицо Наофуми, когда, проснувшись он обнаружит приготовленный тобой завтрак, как он обрадуется.       — Ваа… — Лицо девочки покрыл румянец. — Да-да! Давай приготовим что-нибудь!       — Приготовим блинчики. — Кидзуна вытащила муку из полки под столом для готовки. — Принеси, пожалуйста, молоко и яйца.       — Сейчас! — Тигрица вприпрыжку выбежала с кухни.       «Как же ей легко манипулировать» — с улыбкой героиня охоты подыскивала нужные ёмкости — «Глупышка… Неужели она ещё на что-то надеется с Наофуми? Уже любому очевидно, кого он выбрал… Бедная Атла…».       — Вот, молоко правда подмёрзло… — Тигрица с сияющей улыбкой внесла в комнату ингредиенты. — Что дальше?       — Так, отмерь пока два столовых стакана муки, четыре стакана молока, четыре яйца… — Начала объяснять героиня охоты.       Плита зажглась и заскворчало масло, подруги резво наладились готовить в паре. Атла орудуя половником наливала новые порции теста для блинчиков на сковородку к Кидзуне, та в свою очередь быстренько их обжаривала и перекладывала готовые на противень. Шёл непринуждённый разговор:       — Ты, вправду, продолжишь бороться с Рафталией за Наофуми?       — Конечно! Я люблю Наофуми-саму и не собираюсь его уступать!       — Ну успехов тебе в… в твоей борьбе.       — Спасибо! — Задрала нос тигрица. — Кидзуна, как ты думаешь, что может понравится Наофуми-саме?       — Ну… — Задумалась героиня, почесав подбородок и чуть не упустила блинчик. — Ой! Думал пригореть? Нет-нет!       — Так что ему нравится? — Атла приблизилась лицом к Кидзуне.       — Ааа, эт-т-то… Мееххх… — Развела Кидзуна руками, глупо высунув язык и зажмурив глаза. — Если честно про вкусы Наофуми я знаю меньше всего. Вроде мы знакомы уже почти три года и теснее всех сотрудничали с ним, но… Он вообще о себе почти ничего не рассказывал… Почему бы тебе самой его не расспросить?       — Э?! — Ненадолго задумалась Атла. — Самой…?       — Ты может и проявляешь инициативу, но делаешь это так скажем… слишком топорно и грубо. Больше такта, попытайся лучше понять его, узнать какой он человек.       — Ого… — Удивилась тигрица. — Ты так много знаешь… Должно быть у тебя было много опыта?       — Пхахах, нет-нет! — Замахала рукой засмеявшаяся «гуру». — Если честно у меня даже парня никогда не было, в детстве лет в пять меня поцеловал мальчик в летнем лагере на том мои похождения и закончились.       — Тогда откуда?       — Из книг, фильмов, манги, игр... — Меланхолично заулыбалась героиня. — Легко раздавать советы и стоить из себя эксперта, когда у самой ни с кем не клеилось…       — П-понятно… — Потупилась Атла. — Неужели за столько лет ты так никого и не нашла?       — Как же? — Обернулась Кидзуна. — Хороших парней встретила массу, увы прямо таких… Скажу по секрету: мне Наофуми нравился, НО я сразу остановилась, узнав о чувствах Рафталии, было бы некрасиво влезать в отношения друзей.       — … — тигрица глубоко задумалась.       — Слышишь?! — Оторвала героиня подругу от раздумий. — Проснулись голубчики. Накрывай на стол, я сейчас поставлю горячий шоколад на плиту.       В коридоре слышался шёпот переговоров между хозяевами особняка.       — А как тебя называть перед…?       — П-пока по-старому, мне ещё сложновато…       — Эй, вы, там! Доброе утро! Умывайтесь и идите завтракать! — Окликнула парочку Кидзуна.       Через пять минут на кухню зашли Рафталия и Наофуми. Кроха-ангел переоделся в чистый свитер тёмно-зелёного цвета и штанишки чисто чёрного цвета с пришитыми наколенниками. Героиня катаны сменила лишь свою водолазку на вязанный свитер оранжевого цвета с белой вышивкой, она оставила свои светло-коричневые штаны, отдалённо напоминавшие спортивные.       — Доброе утро! — Усмехнулась Кидзуна. — Когда мы с Атлой зашли, вы так мило спали… В такие моменты я особенно скучаю по возможности фотографировать! Два милейших пупсика спят в обнимку!       — Да, доброе утро… — Засмущалась девочка-тануки. — А что значит «фотографировать»?       — Не бери в голову Рафталия. — Наофуми осёк любимую. — Как это вам лучше объяснить…? Это как рисование картины, только очень быстрое. Да и вам привет, чего вам в такую погоду дома не сидится?       — Наофуми-сама, Рафталия, — Атла с виноватым видом вышла вперёд, — извините за столь неподобающее поведение! — Она низко поклонилась друзьям. — Я больше никогда не буду пить!       — Сколько же я раз слышал подобное. — Задумался ангел, вспоминая прошлое. — Кхм! Извините… Ну что, Рафталия, простим её?       — Простим конечно! — Усмехнулась героиня катаны. — Мне от тебя клятв не надо, веди себя нормально и этого будет вполне достаточно.       — Х-хорошо… — Кивнула тигрица. — Мы с Кидзуной приготовили блинчики, садитесь пожалуйста за стол.       Завтрак вышел весьма сытным, блины и оладьи, горячее какао, фруктовые джемы, скрашивали это мрачное, завьюженное утро. Наофуми оценил старания подруг, хоть Атла и уверяла, якобы их блюда и в подмётки не годятся яствам героя щита, тот же успокоил тигрицу, своим довольным видом во время поедания завтрака. Рафталия так же оценила завтрак, чуть позавидовав кулинарным способностям подруг.       — И всё же у тебя вкуснее! — Засмеялась Кидзуна доедая блинчик.       — Ничего подобного, хватит петь мне дифирамбы, мне уже противно... — Съёжился ангел. — У вас отлично вышло.       — Наофуми-сама, а где вы так научились готовить? — Задала вопрос Атла.       — Тц! — Закатил глаза кроха. — Говорил же на фудкорте!       — Да-да-да, — скептически проговорила Кидзуна, — чтобы так научится готовить, да ещё в какой-то забегаловке.       — Что это вообще такое? — На этот раз вступилась Рафталия. — Ты часто так отвечал, но как-то не было времени разузнать что это такое.       — Какие же вы… — Надулся Наофуми. — Представьте палатку с едой, такую какие обычно работают на улицах крупных городов и вот, примерно, в такой я и работал, но фудкорты это палатки, работающие внутри магазинов… Чтобы, стало понятнее это, как если бы внутри кузницы дяди Эрхарта стоял прилавок с едой и пока вы ждали бы свой заказ из кузни, могли бы поесть.       — Коряво конечно… — пробубнила героиня охоты, — но суть передана верно.       — То есть, вы хотите сказать, что научились готовить в палатке с едой? — Недоумевала Атла. — Да ещё и так хорошо! Вам даже дворцовые повара завидуют, а вы утверждаете, что научились готовить благодаря какой-то уличной торговле?!       — Атла права, — заступилась за неё героиня катаны, — ни один уличный торгаш так вкусно не готовит.       — Колись, мелкий! — Кидзуна ткнула Наофуми пальцем в щёку. — Где научился готовить?!       — … — ангел лишь вздохнул и осознавая, что уже не отвертится принялся рассказывать: — Моя бабушка меня научила… Они с дедом держали раменную. Когда мы с братом приезжали к ним на летние каникулы, то помогали с готовкой.       — Нуу, знаешь рамен и всякие пироги, и блюда западной кухни явно не рядом… — Перебила Кидзуна.        — Дослушай хотя бы... — буркнул ей Наофуми. — И вот когда мы у них гостили мы с бабушкой часто готовили. Мне нравилось, и она поощряла мои старания. Покупала книжки с рецептами и училась вместе со мной, было весело…       — Извините, Наофуми-сама… Зря мы насели…       — Успокойся, Атла, — махнул рукой ангел. — Умение готовить мне пригодилось в жизни, и я искренне благодарен своей бабушке.       — А что такое рамен? — Задумалась Рафталия. — Одно из блюд вашего мира?       — Ооо… — Протянула Кидзуна. — Варёная лапша в мясном бульоне и с овощами, Наофуми, я так понимаю…?       — Да, я умею его готовить.       — Тогда?!       — Ладно, я приготовлю его на обед…       — Ура-ура! — Подпрыгнула от радости героиня охоты.       — Он настолько вкусный? — Атла взглянула на подругу.       — Это еда из нашего родного мира! Я так по ней скучала! Вкусный рамен с длинной лапшичкой, ммм…       — Раньше времени слюнями не брызгай. — С пренебрежением произнёс Наофуми, вставая из-за стола. — Спасибо вам большое за завтрак, было, вправду, очень вкусно.       — Согласна! — Улыбнулась Рафталия, поднимаясь следом. — Пока на улице непогода побудьте у нас в гостях. Как вчера добрались домой, Кидзуна? Ларк-то ладно, но, чтобы Терис так напилась…       — Успокойся, Рафталия. Ты слишком мало времени с ними знакома, Терис тоже может, кхм, выпить крепко. Грасс, конечно, перформанса не оценила… Дааа… Вчера позже всех легла спасть, провозившись с этими двумя, когда я уходила она ещё дрыхла.       — Наофуми-сама, чем вы хотели бы сегодня заняться?       — Посмотрим? — Задумался ангел, приложив палец к подбородку. — Надо бы немного прибрать гостиную после Нового года, потом я разберу шкаф со своей одеждой, часть раскроить на полотно, другую на тряпки.       — Постойте, Наофуми-сама, зачем вам это? Вы же можете носить её, когда вырастите! — Протестовала тигрица.       — Начнём с того, что мне расти лет десять, а то и больше, да и вряд ли она придётся мне… по фасону…       — Что? Но почему?! — Напирала Атла.       — Да и за десять с лишним лет её моль съест… — Увиливал кроха.       — Ничего и не съест! У вас же там вышитые золотом парадные костюмы и украшенные наряды из Кутенро, всё зачарованное, что с ними случится может?!       — За эти десять лет может много чего ещё случится, так что… — Уже собирался уйти ангел.       — Тц! — Рафталия недовольно цыкнула и схватив за руку остановила любимого. — Потому-что он навсегда останется девушкой.       — Что?! — Опешила Атла — Н-но ведь…       — Эх, а я до последнего надеялась… — Кидзуна со вздохом грустно взглянула на съёжившегося друга. — Вообще никак, да?       — Ничего нельзя сделать, Рато сказала, что я хотя бы вырасту, но пол уже не вернуть…       — Паршивенько… — Героиня охоты мягко улыбнулась. — Ладно, не унывай и не с таким справлялись. Научишься жить по новой, в конце концов вокруг тебя одни девушки, мы поможем, главное руки не опускай, хорошо?       — КАК ТЫ МОЖЕШЬ ТАК СПОКОЙНО К ЭТОМУ ОТНОСИТСЯ?! — Атла взорвалась в негодовании.       — Успокойся. — Отвесила героиня охоты своей нервной подруге щелбан. — В моём мире прогресс дошёл до такой степени, что смена пола вообще не проблема. Хотя в мире Наофуми с этим делом было туговато… Н-дяя…       — Хватит! — Взвизгнул красный от стыда кроха. — Я-я на втором этаже…       — Стоять! — Рафталия усилила хватку удерживая ангела на месте. — Ты им ещё кое-что рассказать не хочешь?       — … — ангел не знал куда деть свой взгляд.       — Чем ещё удивите? — Наклонила голову в бок героиня охоты глядя на парочку.       — Ещё что-то?! — Атла вовсе затряслась в ужасе.       — … — кроха не мог решиться, сейчас он выглядел как крошечная четырёхлетняя девочка, что вот-вот разревётся, впрочем…       — Вчера ОНА решила, что с этих пор ЕЁ будут звать НАО. — Ставя акценты разъяснила Рафталия. — Твоя тактичность и изворотливость здесь совсем не уместны, если решился… Решилась, то иди до конца.       — Что?! — Тигрица присела на стул, её хвост распушился и встал столбом.       — Н-да... — Кидзуна лишь вздохнула. — Хотя понимаю, всё-таки Наофуми — это мужское имя и были бы проблемы, хотя нет, в этих мирах о таких именах даже не слышали.       — М-мне с-самому н-не приятно называть, т-то чем я-я стал с-своим п-прежним именем… — Пропищал ангел, укутавшись в крылья. — Пути назад нет…       — Ясно… — Героиня охоты лишь вздохнула. — Хех, а почему Нао? Как-то простенько, нет бы Наоки или Наоми, имён масса.       — Потому-что меня так назвала Рафталия. — Ангел поднял слезящиеся глаза и взглянул на подруг. — Она назвала меня так, когда моё сознание ещё не вернулось и это имя… оно словно зацепилось… врезалось внутрь… Оно подходит… Моё нынешнее имя…       — Ну если ты этого хочешь? — Кидзуна лишь развела руками. — Нао так Нао.       — Значит, Наофуми-сама, теперь Нао-сама?       — Да… И просто Нао. Ты, Атла, внешне выглядишь старше меня, да и знаем мы друг друга, хватит обращаться ко мне так официально.       — Хорошо, Наофуми-сама… Ой! Нао-сама, чёрт, Н-Нао… Сама… Да, Нао… Сама… Ай! — Засбоила Атла.       — Пффхахах! — Рафталия внезапно рассмеялась.       — Хахах! — А вместе с ней и кроха Нао. — С-совсем, как ты Рафталия, пхаха!       — Что? — Тигрица уставилась на пару. — Почему как она?       — Ахах! — Утёрла слезинку девочка-тануки. — У меня тоже далеко не с первой попытки вышло называть Наофуми по имени, ох, аж в животе закололо от смеха.       — Вот, такими вы мне больше нравитесь, а то всё грустите и грустите! — Кидзуна встала и приобняла парочку. — Зато теперь кое-кого удастся-таки нарядить в платьице! — Она ехидно улыбнулась.       — Ещё чего! — Нао сбросила с плеча руку подруги. — Я стал, кхм, стала такой не по своей воле, однако совсем уж становится девушкой я не намерен!       — Милашная пацаночка... — Умилилась Кидзуна. — Ладно, твой выбор.       — Я не милашная!       — Не правда. — Потрепала её по волосам Рафталия.       — Нао-сама очень миленькая.       — Вот видишь, — усмехнулась героиня охоты, — с очевидными вещами не спорят. Ты - ультра-милашка. Крошечная девочка с длинными чёрными волосами, ангельскими чёрными крыльями за спиной, большущими, как у кота, зелёными глазами, ми-ми-ми! — Она попыталась обнять кроху, но та увернулась и спряталась за спиной Рафталии.       — Хватит тискать Наофуми-саму! Ой, Нао… Саму, да чёрт! — Продолжала сбоить Атла.       — Пффхахах! — Рассмеялась Кидзуна. — Это в самом деле смешно! — И обняла тигрицу. — Меня окружает одна милота!       — Пустиии… — Запищала Атла.       — Ладно, я у себя в комнате. — Ангел, под шумок, ретировался с кухни.       — Вот видишь, твой идеальный Наофуми-сама… Тьфу! Это заразно… Нао бросила тебя. Даже у неё есть недостатки, — упрекнула Кидзуна тигрицу. — Если хочешь лучше понять человека, то постарайся замечать такие очевидные вещи.       — Вы о чём? — Рафталия вопросительно приподняла одну бровь.       — Да не о чём, учу Атлу с людьми общаться.       — Ааа... — понимающе кивнула тануки. — Ну удачи, вам обеим… — Она так же быстро убежала следом за ангелом.       — Значит у Рафталии недостаток — это злорадство? — Подняла голову Атла глядя в глаза подруги, что продолжала держать её в объятиях.       — Эм… — Опешила Кидзуна. — Думаю, тут взыграла минутная слабость…       — Как-то часто она у неё взыгрывает. Может опустишь меня наконец?!       — Вы с ней в этом очень похожи... — Вздохнула героиня охоты и выпустила подругу. — Но, если честно: меня больше удивил Наофуми… Всё-таки наглядные изменения не уступали внутренним… Наверное, Грасс была права, говоря, что удивительно, как Наофуми не сломался от всего этого.       — Но он просит называть себя Нао и говорит о себе в женском роде!       — Да, только делает он это всё с таким лицом, будто сам не верит в происходящее. Ты слышала с каким скрипом он нам признался? Рафталия молодец, что сразу же всё разъяснила, иначе он бы затянул или вовсе сдался на полпути.       — Наофуми-сама не выглядел довольным в тот момент…       — Хех, естественно, но иногда нужно осекать человека и подталкивать его к тем или иным решениям и поступкам. Так в семьях обычно и делают.

***

      Слова Кидзуны словно заевшая пластинка множество раз крутились в голове у Атлы. Будучи лишённой родительской заботы, из-за своей слепоты и немощности прикованной к постели, где за ней присматривал только Фоур, Атла не до конца понимала, что означает слово — «Семья». Она спокойно могла назвать брата членом семьи, глядя на Кидзуну, Грасс и Терис с Ларком она так же понимала, что они семья, хоть и не кровные родственники и конечно Наофуми и Рафталия тоже были семьёй… Наофуми и Рафталия… Не она и Наофуми…       У Атлы была определённо очень странная жизнь. Рождённая в самом знатном роду зверолюдей-дворян Шильтвельта от человеческой женщины, сестры легендарного короля-мудреца, захваченной и пленённой во время войны между королевствами, с самого детства полностью слепая, немощная…       Их с братом как могли защищали во время падения рода хаккуообразных, увы всё без толку. Годы в рабстве — самое тяжёлое для неё время… Прогрессирующая болезнь превратила маленькую девочку в живую мумию, зависимую от приёма дорогих лекарственных зелий и вечно замотанную в бинты, дабы удержать гниющую плоть… И затем к ней снизошёл ангел! Своим духовным зрением она видела его потоки Ци, тёплые, добрые и в своей сердцевине очень грустные… От заботы героя щита Иватани Наофуми Атла поправилась, встала на ноги и даже смогла частично скомпенсировать слепоту развитым духовным зрением. Она всем сердцем полюбила своего спасителя. Любовью, близившейся к фанатизму…       Но в последний час жизни, когда она без зазрений совести пожертвовала ради него жизнью Атла прозрела, увидев в Наофуми глубоко печального человека, замкнутого и слепого к чужой любви, а после подарив тому первый поцелуй умерла, возжелав стать частью щита героя… Существование в щите туманно… Она плохо воспринимала бои, абсолютно не видела жизнь героя вне сражений и лишь изредка могла контактировать с ним… Однако ангел вновь спас её! Теперь она жива, воскрешённая полностью здоровой с даром долголетия! И всё же не рядом с ним…       Будучи ослеплённой восторгом, она просмотрела тьму внутри героя, слишком поздно спохватилась и не остановила Наофуми от самоубийства… Она как могла помогала Рафталии присматривать за переродившимся Наофуми, однако тот отдалялся от неё всё дальше и дальше… Рядом с ним всегда была Рафталия… И сегодня он сделал очередной шаг, приняв своё положение и смирившись с тем, что он навсегда останется девушкой по имени Нао… Атла опять была не с ним, не она поддержала Наофуми, это сделала Рафталия, не она подтолкнула его признаться друзьям, это снова сделала Рафталия и не она сейчас на втором этаже утирала с его лица слезинки стыда, это делала Рафталия… Рафталия… Не она…       Что может сделать она? Бедная маленькая девочка, даже жизни по-настоящему не знавшая… Единственным смыслом и целью коей было быть рядом с Наофуми. Она… Атла не сдастся! Тигрица продолжит борьбу за сердце Наофуми и даже Рафталия будет ей завидовать, когда ангел Нао признает в Атле свою любимую! Наофуми изменился и Атла изменится тоже! Она станет лучше, она научится понимать других, видеть не внешность, не потоки Ци, но чувства и страхи других!       И всё же… Правильно ли так делать? Рядом с Наофуми всегда была Рафталия. Что будет с Рафталией? Ведь она её дорогая подруга или может уже названная сестра. Героиня катаны пусть и дулась на потуги Атлы захомутать Наофуми, но никогда не считала ту своим врагом, относясь как к сестре… Без всяких сомнений можно сказать, что они обе одинаково фанатично были преданы Наофуми и одинаково любили его и всё же…       — Эй? — Нао помахала ладошкой перед лицом тигрицы. — Эту рубашку на тряпки, а ты её положила в коробку для раскроя.       — Ой! Прошу прощения, Нао-сама, задумалась.       — Сколько же у тебя вещей! — Негодовала Кидзуна вытаскивая из стенного шкафа надцатую вешалку. — Может ты и в правду раньше просто притворялась мальчиком? У меня шмоток меньше!       — Очень смешно. Ты вечно ходишь в одном затёртом кимоно, вот тебе вещей много и не надо. У меня их столько из-за того, что вечно приходилось таскаться по различным пирам, советам и совещаниям.       — Угу, с каким скрипом ты их надевал… — Рафталия тяжело вздохнула. — Но оно того стоило, до сих пор помню твоё выступление в расшитом золотом камзоле перед жителями Зельтбуля. Вряд ли бы тамошние купцы стали слушать героя в потёртых доспехах.       — … — кроха лишь скривилась и сняла очередную футболку с вешалки.       — Нао-сама, а почему во время болезни вы постоянно прятались в стенной шкаф?       — Кстати, да. — Присоединилась Кидзуна. — На условный рефлекс не похоже.       — Или это тоже что-то бессознательное? — Так же заинтересовалась Рафталия.       — Хаа… — Вздохнула Нао. — Вы решили сегодня всё из меня выбить…? Неужели вам так интересно копаться в моём прошлом?       — Конечно! — Хором ответили девочки.       — Ты вообще о себе ничего не рассказывал. — Героиня катаны скрестила руки на груди.       — Нао-сама не доверяет нам? — Нахмурилась тигрица.       — Что в этом такого? Мы ведь друзья, а друзьям свойственно делится сокровенным. — Обосновала свою точку зрения героиня охоты.       — Ладно-ладно! — Отшатнулась назад ангел. — Это вредная привычка из детства… Сам я этого, конечно, не помню, но мне рассказывали родители. Когда мне было три года наша семья находилась на грани развода… Фирма в которой работал отец могла вот-вот разорится и из-за этого её сотрудникам приходилось работать до седьмого пота. Отец буквально жил на своей работе, раз в несколько дней приходя пьяным домой и ссорясь с мамой… У нас едва хватало денег на оплату съёма небольшой квартиры и покупку дешёвой еды. Отец до того уставал на работе, что мог спастись от депрессии лишь запоем… Он перестал обращать внимание на маму и меня… Дошло до того, что мама заподозрила его в измене и всерьёз собиралась забрать меня к своим родителям, подав на развод… Как-то раз, под самую ночь, они ужасно поссорились, отец даже ударил её… Я испугался… Побоялся, что у меня больше не будет отца… И спрятался в своей комнате, забившись в стенной шкаф под одежду… Видимо, боялся, что мама найдёт меня и уведёт из дома. Когда родители обнаружили мою пропажу, то подняли весь дом на уши, обыскали всё, но, когда дошло до подачи заявления в полицию отец, неожиданно, догадался проверить в моей комнате и услышал там моё сопение в шкафу… Нашу семью спасла любовь к своим детям… Естественно сразу всё не наладилось. Отцу пришлось бросить пить, да и фирма, по итогу, разорилась, но благодаря проявленному упорству его заметил один из крупных начальников другой организации, в которую отец потом и перешёл. Позже мы зажили гораздо лучше, а когда родился мой брат, нашу семью можно было бы назвать даже богатой.       — … — троица девчат загрустила.       — Хах, видели бы вы свои кислые мины! — Засмеялась Нао. — Думали вас ждёт весёленькая история? Вроде я и потом прятался в шкаф, но ничего серьёзного.       — Нао, у тебя было тяжёлое детство? — Наконец спросила Рафталия. — Почему ты никогда об этом не рассказывала…?       — Нормальное у меня было детство… Отец с матерью из кожи вон лезли, чтобы обеспечить меня и брата. Мне не на что жаловаться, я благодарен им… — Ангел немного свесил крылья. — Жаль, что слишком поздно это понял и теперь никогда не смогу сказать им спасибо…       — Нао-сама, вы плачете?       — Н-нет… — Пискнула кроха. — Я не… А! — Трое девчат обняли подругу.       — Передохни немного. — Рафталия усадила Нао на кровать. — Может крепкого чаю заварить?       — П-потом, я в-в порядке… Д-дурацкое тело… Р-раньше я н-не был таким плаксой…       — Вы, мужики, губите себя подавляя стресс. В отличии от вас женщины не сдерживаются и делятся тревогами друг с другом, поэтому-то мы и живём дольше. — Заявила Кидзуна. — Так что поплачь, станет легче.       — Я тебе не маленькая девочка! Мне двадцать четыре! Я уже взрослая! — Нао шелохнулась. — Взрослая… Слая… Уаа! — И громко зарыдала.       — Как же… — Вздохнула героиня охоты гладя кроху по волосам. — Тише, не три глаза, а то они покраснеют и веки чесаться потом будут.       — Л-ладно…       Наблюдая за всем этим внутри Атлы теплились странные чувства и мысли. Прежний Наофуми словно недостижимый высший идеал остался где-то в прошлом… Нынешняя Нао представляла собой сломленную, и пропитанную до костей печалью, девочку… Тот, кто одаривал своих спутников защитой и заботой, сейчас был той, кто так нуждалась в поддержке и заботе. Но… Но что вообще изменилось? Пусть Наофуми и стал Нао, но это был всё тот же самый человек, а эта прорвавшаяся наружу печаль всё это время лишь пряталась в сердце героя щита. Изменилось всё и в тоже время совсем ничего…       Пока она витала в облаках совсем немного взаимодействуя с реальностью день шёл своим чередом. Как и обещала, Нао приготовила на обед рамен с мясом монстра-быка, иномирцам крайне понравилось блюдо земной японской кухни, хотя главной фанаткой за столом оказалась Кидзуна умявшая четыре тарелки лапши с бульоном. За готовкой ангел успокоилась и перестала горевать по прошлому. Готовить с Нао было интересно, кроха объяснила, как замешивать тесто для лапши, объяснила почему нельзя её переваривать, показала, как правильно готовить мясной бульон. За этим делом Нао казалась счастливой…       — Эй? Атла, ты нормально себя чувствуешь? — Рафталия немного потрясла подругу за плечо. — Ты сегодня весь день какая-то задумчивая? Всё в порядке? Вы с Фоуром поссорились? Если переживаешь за вчерашнее, то перестань я не держу на тебя зла и Наофу… Нао тоже.       — Нет… — Вздохнула тигрица. — Со мной всё в порядке и с братом мы не ссорились… Да и за вчерашнее я перестала переживать.       — Тогда в чём дело? — Совсем разволновалась Рафталия.       — Можно попросить тебя поговорить наедине? — Шёпотом спросила Атла.       — Да, конечно, — кивнула тануки, — Кидзуна, Нао, мы с Атлой ненадолго отойдём, если что, мы на втором этаже в библиотеке.       — Угу, конефно… — Кидзуна даже не подняла глаз от тарелки с лапшой . — А! Вкуснятина!       — Хорошо... — Немного удивилась Нао.       Девочки удалились на второй этаж и заперлись в библиотеке.       — Так о чём ты хотела со мной поговорить? — Сразу и в лоб пошла Рафталия. — Это явно связано с Наофуми и его… — Она не стала заканчивать фразу.       — И, да и нет…       — То есть? — Нахмурилась тануки.       — Наофуми-сама, похоже, наконец принял свои изменения и готов идти вперёд… Он всё дальше от меня… Мне кажется, что я больше не нужна ему…       — … — героиня катаны не знала, что ответить.       — Мне кажется, что я проиграла… Рафталия, — тигрица взглянула в глаза подруги, — я больше не…       — Замолчи! — Героиня катаны резко обняла тигрицу. — Хватит! С чего ты это, вообще, взяла?!       — Н-но… — Её немного затрясло. — Я ему больше не нужна…       — Прекрати немедленно! — Прикрикнула Рафталия. — У Наофуми не было выбора ему, пришлось смириться… Однако он не сдаётся, и ты не сдавайся!       — Зачем тебе это, Рафталия? Зачем… я же заберу его у тебя…       — Хех, почему ты так думаешь? — Улыбнулась наконец тануки. — Будто я уступлю.       — Н-но какой, вообще, в этом смысл?       — Ты бы хотела жить совсем без цели? Я же знаю, как Наофуми важен для тебя и представить, что ты перестаешь за него бороться, для меня совершенно невозможно. А ты можешь представить себя с кем-то другим, но не с Наофуми?       — Н-нет… — Тигрица немного улыбнулась. — И всё же я не хочу, представлять и тебя с кем-то другим кроме Наофуми-самы.       — И я тоже. Но я останусь с Наофуми до конца.       — И я тоже останусь с Наофуми-самой до самого конца! Тем не менее…       — Тогда давай поступим так…

***

      Обед подошёл к концу и девушки убирали на кухне. Кидзуна мыла посуду, Нао оттирала столы от присохшего теста, Рафталия и Атла подметали и мыли пол.       — Как там Лэйн освоилась? — Задала вопрос Нао. — Если честно думал, кхм, думала она сегодня обязательно припрётся.       — Хуу! Скажешь тоже, ты бы видела, как Садина вчера их напоила! Бедняжка Сэйн, наверняка, оклемается только к вечеру, ну а Лэйн… Ууу… Если за два дня отойдёт уже неплохо.       — Понятно, — вздохнула ангел, — а троица дебилов?       — Ффф! — Фыркнула Атла. — После фейерверка смылись кто-куда.       — Полегче Атла, — ткнула Рафталия её в плечо. — Рен и Эклер телепортировались в столицу Сиавета, Ицуки и Лиссия отправились к её родителям, Мотоясу с филориалами выглядел каким-то потерянным, а затем перенёсся во дворец Мелромарка.       — Скатертью дорожка и попутного ветра им… — Усмехнулась довольная кроха. — Остальные как? Наверное, стоит ввести запрет на слишком крепкие напитки.       — Полегче! — Возразила героиня охоты. — Людям полезно, иной раз, упиться до свинского состояния.       — Ага, конечно! — Сплюнула ангел. — Иной раз, я задумываюсь над своим иммунитетом к опьянению. С одной стороны, это проклятие, так как мне не доступно это чувство пьяной эйфории, и я был вечным аутсайдером на дружеских попойках. Но с другой вспоминая до чего довёл однажды алкоголь моего отца совершенно не жалею об этой своей особенности.       — Не отыгрывайся за своё тяжёлое детство на других. — Заявила Кидзуна. — И не ровняй всех людей.       — Тц! — Цыкнула Нао. — Нормальное у меня было детство! С семи лет я жил как в шоколаде. Мои родители подарили мне первый ноутбук на девятый день рождения, а на двенадцатое вообще игровой ПК!       — О чём они? — Атла обернулась с вопросом к Рафталии. — Я вообще ничего не понимаю.       — Какие-то иномирские штучки, — отмахнулась тануки. — Кидзуна, а ты предупредила Грасс, что пойдёшь к нам?       — Неа! — Улыбнулась героиня охоты. — Догадается, куда, в конце концов, я могу от неё деться, я же не ребёнок.       — Не надо на меня смотреть. — Надулась Нао.       — Хах, ты так смешно дуешься! Реально характер, как у ребёнка! — Засмеялась Кидзуна. — Ну не дуйся…       — Без тебя знаю. — Пробурчала кроха. — Так тут убрали, теперь остаётся в гостевой подмести.       Совместными усилиями особняк был убран. Поставив себе целью лучше понять ход мыслей Наофуми и, следовательно, стать чуть ближе к нему, Атла с интересом отмечала особенности поведения и повадок крохи. Например, нынешняя Нао продолжала оставаться практичной педанткой, получавшей удовольствие от вида собственного убранного дома или наведения порядка даже в самых мелких и незначительных вещах, таких как расстановка статуэток на полках или выравнивании зеркала параллельно полу в гостевой.       — Нао-сама, вы всегда были такой педантичной?       — М? Нет конечно. Видела бы ты мою съёмную квартиру времён первого курса университета. Просто в нашем мире принято чаще мыться и убираться, это у вас тут дремучее средневековье, хоть и с магией.       — Ага, как же! — Пренебрежительно сплюнула Кидзуна. — Больше оправдывайся, даже среди иномирцев ты, Нао, самый, кхм, самая большая чистоплюйка. До сих пор помню, как ты трижды меняла проектировку сада за домом, потому что, видите ли: «Ветер с моря срывает листики с кустов и задувает их в окна первого этажа». — Спародировала она прежнюю манеру речи героя щита.       — … — ангел лишь нахмурилась и сделала вид будто не слышит подругу.       — Или как ты дважды переделывала систему слива канализации, кстати, когда мы в Рулороне сделаем общую канализацию и водопровод, а? Уж три года прошло!       — Этим летом… — Отмахнулась Нао.       — Летом ты скажешь: «Осенью», а осенью: «Весной»! Себе-то ванну сделала, а другие крутитесь как хотите! Давно пора построить в деревне общественные бани!       — Кстати, о ваннах. Нао, пора мыться. — Заявила Рафталия. — Атла, нальёшь воду?       — Да, сейчас! — Тигрица убежала готовить ванную. — «Сегодня буду мыться вместе с Наофуми-самой…» — млела она от восторга. Быстро вылив полную бочку воды из талого снега, она вернулась в гостевую. — Нао-сама, можно мне сегодня принять с вами ванную?       — Конечно! — Рафталия ответила за ангела прежде, чем та успела открыть рот. — Кое-кому пора привыкать мыться среди других девушек, тем более Атла знакомая, так что будет легче.       — Н-наверное… — Зарделась кроха.       — Правильно! — Кидзуна ударила кулаком по отсутствующей груди. — Тогда и я сегодня помоюсь с вами.       — … — трое лолей пренебрежительно взглянули на подругу.       — Мало того, что лоли-бабка, так ещё и лоликонщица… — Вздохнула Нао.       — Ты сделала противное прозвище ещё хуже!       — Прости, но с тобой нам будет… так скажем, тесновато... — Рафталия была более тактичной.       — У Кидзуны такой же взгляд, как и у Мотоясу… — Вкинула вдруг Атла. — И поток Ци очень странно мерцает.       — П-подождите… — Затряслась героиня охоты. — Я не лоликонщица!       — … — трое подруг продолжали пренебрежительно смотреть на героиню охоты.       — Бежим в ванную! — Вдруг крикнула Нао и бегом с подругами заперлась в комнате.       — Откройте, дуры! — Стучала в дверь героиня охоты. — Что вы обо мне, вообще, выдумали!       — Уходи, лоли-бабка-лоликонщица! — Кричала в ответ ангел.       — Я не! Да ну вас! — Послышался громкий топот отдаляющихся шагов.       — Фух... — выдохнула Нао, — тепе… — Она осеклась завидев, как Рафталия и Атла раздевались прямо перед ней.       — Что-то не так, Нао-сама?       — Н-нет... — Кроха отвела взгляд и укутавшись в крылья в уголочке ванной комнаты сняла с себя собственную одежду.       — Нао, — подошла к ней Рафталия, — успокойся, всё в порядке, здесь все свои и всё прекрасно понимают. Не бойся.       — Даже если ты так говоришь…       — Залезайте, Нао-сама, вода чудесная! — Промурлыкала Атла сидя по шею в ванной. — В такую непогоду горячая ванная как никогда кажется даром четверых…       В воздухе повисло что-то непонятное. Троица девчат мылась в полной тишине. Стесняющаяся Нао старалась как можно реже пересекаться взглядом с подругами, Рафталия мылась к ней спиной, Атла же украдкой подглядывала за ангелом. Сердце тигрицы забилось чаще, а дыхание потяжелело… Она в какой-то момент прекратила прятать свой взгляд пожирая глазами бледное и тощее тельце Нао, её длинные ручки и ножки, её бездонные нефритовые глаза с невыразимой печалью.       — Наофуми-сама… — Простонала Атла придвинувшись к ангелу. — Я люблю вас…       — Эй, Атла… Атла! — Кроха сжалась в объятиях. — Рафталия!       — Атла! Постой, мы не об этом договаривались!       — Я не могу! Вы невероятны! Ваша доброта ко мне! Ваша чудесная душа! И даже ваша нынешняя внешность! Я не могу больше сдерживаться! Я люблю вас всем сердцем! — Тигрица страстно поцеловала Нао.       — Мфф! Пхах! Нет! — Кое-как вырвалась ангел. — Отойди! Нет!       — Что ты вытворяешь! — Зарычала Рафталия распушив хвост.       — Я… — Наконец пришла в себя Атла. — Простите… — Прохрипев она сжалась и по самую шею опустилась в воду. — Простите, Нао-сама, прости, Рафталия… Я совершенно не могу себя контролировать рядом с вами… Наверное, мне пора смирится с тем, что рядом с вами может быть только Рафталия…       — Атла… — Грустно произнесла тануки. — Ну мы же…       — Ты сама всё видела… Я опасна для Наофуми-самы, я-я… Не нужна ему! — Зарыдала тигрица.       — Ч-что? — Ангел никак не могла прийти в себя.       — Нао-сама, я больше не…       — Нет! — Встала из воды Рафталия грозно взглянув на подругу. — Наофуми, скажи кого ты из нас выберешь?!       — Ч-что?! — Выпучилась на них кроха. — В-выберешь…?       — Да, кого?! — Напирала героиня катаны. — Атла мучается от того, что не может быть рядом с тобой как я. Она тоже безмерно любит тебя и хочет стать членом твоей семьи! Но рядом с тобой уже я. Так что ответь, какие чувства ты к ней испытываешь?! Почему позволяешь быть рядом, хотя уже признался мне?!       — Наофуми-сама… — Пропищала Атла. — Я л-люблю вас и е-если я м-мешаю только с-скажите…       — Я… — Ангел затряслась. — Я… Уаа! — И зарыдала словно маленький ребёнок. — Я не могу так ни с кем поступить! Простите пожалуйста! Вы обе столько страдали из-за меня, а я даже… Уаа!       — Наофуми!       — Наофуми-сама! — Обе девочки обняли рыдающую Нао. — Мы не держим никого зла!       — Н-но я т-теперь даже н-не муж-жчина… В-вы бы м-могли найти к-кого-то н-нормального…       — Я люблю именно тебя, Наофуми!       — Я люблю именно вас, Наофуми-сама!       — Нам никто больше не нужен! — Произнесли они хором.       — Я-я в-вас не з-заслуживаю… Т-теперь я с-словно б-безвольная тряп-пка… Мне в-вечно г-грустно… В-вы в самом деле…?       — Да!       — П-пожалуйста… В-вы обе мне д-дороги, и я-я не могу в-выбирать… Р-Рафталия б-была со м-мной с с-самого начала, она первая к-кто поверил в-в меня… Атла р-раскрыла мне г-глаза и п-пожертвовала ж-жизнью р-ради меня… Я не могу выбрать… Простите, ч-что я т-такое н-ничтожество…       — Нао-сама, я понимаю, как вам дорога Рафталия, но если нужно я могу стать просто кем-то с кем вы бы разделили постель, мне этого бы хватило…       — Атла! — Закричала героиня катаны.       — Но он уже твой Рафталия… Мне нельзя надеется на большее…       — Прекрати! — Взвизгнула ангел. — Я люблю тебя также, как и Рафталию! Не смей говорить про себя такие вещи!       — Он прав, — кивнула Рафталия, — что ж мы зашли в тупик…       — *Громкий звук настежь открывшейся двери в прихожую и шум ворвавшегося в дом бурана* — КИДЗУНА! — Послышался крайне недовольный, и такой же ледяной, словно зимняя метель, голос Грасс. — Мало того, что вчера оставила меня одну укладывать Ларка и Терис! Так ещё смоталась не пойми куда, даже не предупредив! Это ты разлила тазик, что я Ларку у дивана ставила?! Там теперь всё в его… Что ты, чёрт побери, делаешь?!       — Ой… — Этот «ой» раздался прямо под дверью в ванную комнату, благодаря чему троица поняла, что их всё это время подслушивали.       — У ТЕБЯ СОВСЕМ СТЫДА НЕ ОСТАЛОСЬ!!! — Рявкнула героиня веера, от чего даже подруги в ванной встрепенулись. — А ну быстро домой!       — Ну Грасс… — Блеяла Кидзуна. — П-подожди… Тут…       — Я СКАЗАЛА МАРШ!!!       — Ай! Ты мне руку вывернешь!       — *Громкий хлопок закрывающейся входной двери*.       — Быть чуткой к чужим чувствам, да-да… — Пробубнила Атла. — Сама-то плевать хотела на свои же советы…       — Ты о чём? — Удивилась Рафталия.       — Ни о чём, — махнула рукой тигрица. — Беззаботность Кидзуны меня поражает.       — Это да… — Кивнула Нао.       — Похоже, мы могли, просто, дождаться пока её не заберёт Грасс, а не устраивать весь этот спектакль. — Обернулась Атла к Рафталии. — Пхахах! — И засмеялась.       — Это правда, ахахах!       — То есть вы специально хотели затащить меня в ванную, чтобы обсудить всё это? — Недоумевала кроха. — Н-даа…       — Охох, знаете, я сегодня многое поняла, — начала рассказ Атла: — Во всех есть что-то хорошее и что-то плохое. Я, например, слишком топорно выражаю свои чувства, мне не хватает такта. Рафталия очень часто злорадствует и склонна распоряжаться за других. Кидзуна пустомеля, а у Нао-самы крайне низкая самооценка. Хах, но это и делает нас такими какие мы есть... — Меланхолично улыбнулась тигрица. — Теперь я вижу…       — Знаете девочки… давайте вначале вырастем. Атла, пожалуйста… больше так не делай, хорошо? Я чувствую себя отвратительно, когда вижу ваши голые детские тела…       — Но вы сами выглядите младше нас обеих!       — Атла, это бесполезно… У неё какой-то пунктик на этот счёт. — Устало произнесла Рафталия опускаясь в воду. — Мне вот, например, сказала: «Давай подождём пока я не вырасту», короче только лет через одиннадцать.       — Что?!       — Рафталия, н-но ни при мне же! — Протестовала Нао. — Поэтому прошу: давайте, вначале, вырастем. Я ещё не знаю, что со мной будет… Вдруг я вырасту в какого-нибудь монстра или уродину?       — Точно нет! — Хором произнесли тануки и тигрица.       — По твоей нынешней внешности видно, что из тебя выйдет настоящая милашка. — Заявила Рафталия.       — Нао-сама, в любом случае вырастет красавицей!       — … — кроха лишь скривилась.       — Так что, Атла, не опускай руки наше соперничество продолжается! — Рафталия протянула руку.       — Да! И никто не должен уступать! — Тигрица крепко пожала руку в ответ.       — А меня спросить забыли? — Нахмурилась ангел.       — У награды нет мнения! — Хором произнесли тануки и тигрица, заткнув ангела.       Вот таким вот образом и закончился этот сумбурный день. Атла многое поняла о себе и о тех, кого она любит, ей окончательно стало ясно, что Наофуми, а теперь Нао — это главный в её жизни человек, Рафталия пусть и была соперницей за счастье, однако являлась по сути дела её сестрой, которая всегда готова поддержать в трудную минуту.       В этот промёрзший непогожий день, звучащий завыванием лютого бурана одной троице девчат было тепло и уютно. Они ещё долго болтали, попивая какао, сидя под одним пледом на большом кресле у камина. Позже они так же втроём устроились на ночлег в комнате героини катаны, единственным условием было наличие у каждой отдельного одеяла, так как ангел жаловалась, что у неё его вечно отбирают, в свою очередь ангел обязалась спрятать крылья, чтобы предоставить больше места. Перед сном они вспоминали прошлое… Эти жуткие и одновременно прекрасные четыре года… Бывшими такими какие они есть…