Tell me what's on your soul

When we open our masks, we show our real face.

***

Всё что происходило казалось нереальным, словно это был сон, или Биг вовсе снова впал в кому и ему всё это чудилось. Все эти чувства, ощущения, казались словно нереальными, за гранью реальности. Но всё это было по настоящему. Прикосновения, слова, чувства, были реальны. Даже когда Биг спал, он продолжал ощущать фантомные прикосновения к себе, а губы всё ещё помнили покалывающее ощущение, когда к ним прикасались чужие губы. Продолжая находиться во сне, Биг жмуриться, переворачиваясь на другой бок, но тут его прошибает резкая боль в районе плеча, и от этой боли он резко просыпается, хватая ртом воздух, а после стискивая зубы, издавая болезненный стон. Он в палате один, но стоит ему нажать на специальную кнопку, как к нему тут же подойдёт врач. Биг не привык просить о помощи когда дело касалось его здоровья, он обычно всегда со всем справлялся, особенно в детстве, когда получая раны он сам их обрабатывал подручными средствами. В районе плеча резкая ноющая боль только усилилась, и боковым зрением Биг взглянул на ранение, которое было зашито и заклеено специальным пластырем. Крови не было, а это означало что шов как минимум не порвался, но всё равно, болело сильно. Больно прикусив свою нижнюю губу он привстал, а после сел на край кровати, поставив ноги на пол. -Блять. - От боли, всквозь зубы прошипел он, нащупывая под подушкой пачку сигарет. Откуда он их взял? Ну, он подговорил одного телохранителя, который отдал ему свою недокуренную пачку, в которой ещё было где-то пять сигарет. Вздохнув, он зажмурил глаза и аккуратно встал. В принципе, было терпимо, он испытывал боль и по сильнее. Биг подошёл к открытому окну, вздыхая свежий тёплый воздух, после чего достал сигарету, и зажал её между губ. Длинные распущенные волосы лезли в лицо, и он заправил их за уши, чтобы ещё и не подпалить случайно. Чиркнув зажигалкой Биг поджигает сигарету, а после затягивается, выдыхая в окно едкий дым, который фантомным привкусом остаётся на губах. -Ну и дрянь же он курит. С его зарплатой он мог бы и по лучше покупать. - Биг презренно фыркнул, снова затягиваясь, опираясь рукой об открытую оконную раму. Вкус у этих сигарет был мягко говоря дерьмовый и горький, вероятно они и стоили совсем недорого, хотя с довольно приличной зарплатой телохранителя можно было позволить себе и нормальные сигареты. Слух Бига улавливает какие-то отдалённые звуки за дверью его палаты, и потому он быстро тушит сигарету, и выкидывает её в окно, он не любил мусорить, но окурок больше девать было некуда. Как раз в этот момент дверь палаты открывается. -Не хочу слышать никаких возражений! Я хочу лично проконтролировать выздоровление моего телохранителя!. - Это был Танкхун, который по всей видимости говорил это доктору. Его голос был такой, каким он разговаривал при всех, а поведение, тон голоса были такими, какими привыкли видеть все, но когда старший сын зашёл в палату и закрыл за собой дверь, то тяжело выдохнул, прикрывая глаза. -Эти приставучие врачи... Не люблю их, и больницы не люблю. - Он говорил это словно самому себе. При этом, его голос и манера изменились, и стали другими. Сейчас, когда в комнате были только они, Кхун не изображал из себя безумца. Открыв глаза, он наконец-то заметил Бига, который всё ещё стоял возле открытого окна, и тут же встрепенулся, и быстрым шагом подошёл к нему. -Ты почему не в кровати? Тебе швы наложили совсем недавно, а что если они разойдутся? Нельзя так делать. - Танкхун нахмурился, но при этом он всё равно заботливо положил свою руку на плечо Бига. В душе Бига бушевал настоящий ураган. Буквально вчера ему признались в любви, и не отвергли его собственные чувства, и этот поцелуй... Его сладость до сих пор отзывалась фантомным покалывающим ощущением на губах. Ему было сложно всё это принять. Казалось бы, что нужно наоборот радоваться, и Биг хотел бы, правда очень хотел, но ему было сложно окончательно осознать то, что его действительно любят, и что он кому-то действительно дорог. Он вздрагивает, когда на его плечо опускается рука Кхуна, и Биг только сейчас поворачивает голову в его сторону. -Прости... - Бигу нравится называть Танкхуна на ты, но всё же немного непривычно, поэтому его слова слегка неуверенные. -Хотел привести мысли в порядок. -Ты курил, да? - Хмурость с лица Танкхуна пропадает, но взгляд становится серьёзным, но при этом всё равно заботливым. -Эти сигареты всё равно дерьмо полное, я даже одну недокурил. - Биг говорит правду и не лжёт. Его голос негромкий, и довольно тихий. Он поднимает руку, в которой он держит пачку сигарет. -Вот и правильно, а это я пожалуй выкину. - Танкхун забирает из рук Бига пачку, после чего кладёт её себе в карман пальто пастельного цвета. Биг не возражает, и покорно отдаёт пачку, молча и задумчиво наблюдая за Танкхуном. Боль в районе плеча всё ещё ощутима, и он невольно жмурится от неё, сразу привлекая этим внимание старшего сына. -Больно? Я же говорил что не нужно вставать. - С беспокойным лицом говорит Кхун, внимательно смотря на Бига, после чего он его придерживает, и помогает дойти до кровати, а затем и полу-лечь на неё. Биг не сопротивляется, и позволяет Кхуну заботиться о нём. Это что-то нечто новое для него, но как же это оказывается приятно, когда кто-то о тебе беспокоится, заботится, любит. Биг тяжело выдыхает, прикрывая глаза. Его тело напряжено, от этого боль становится только сильнее. -Блять... - Он болезненно стонет, отклоняя голову назад. -Подожди, сейчас. - Танкхун быстро подходит к небольшому столику, после чего наливает в стакан воду из графина, и уже со стаканом и таблеткой в руке возвращается к Бигу, и рядышком садится к нему на кровать. Взглядом он говорит открыть рот, и тот выполняет это, после чего старший сын кладёт таблетку прямо на чужой язык, и протягивает стакан с водой. Биг быстро запивает горькую таблетку, за раз выпивая всю воду из стакана, который после ставит на тумбочку возле кровати. -Сейчас должно полегчать. - Танкхун мягко, подбадривающе улыбается, при этом аккуратно поглаживая плечо, как будто своими действиями стараясь прогнать боль. Биг выдыхает через рот, открывает глаза, и смотрит прямо на заботливо улыбающегося Танкхуна, который сейчас был словно ангелом, который был послан чтобы помочь ему выбраться из этого болота дерьма. -Почему... - Биг говорит неуверенно, и негромко. -... почему ты полюбил меня? Почему я заслужил быть любимым? - Биг громко выдыхает через рот, внимательно наблюдая за старшим сыном. Танкхун опускает взгляд, но спустя пару секунд снова поднимает его, смотря прямо на Бига. Кхун не глупый, он чувствует его сомнения, и ему очень хочется чтобы эти сомнения ушли. -На самом деле я никогда раньше не влюблялся, и не понимал что именно значит это чувство. Это сложно объяснить словами, но с тобой мне хорошо. Мне нравится твоя компания, пусть ты и довольно отстраненный обычно. Я не философ, но просто хочу сказать, что моя душа спокойна рядом с тобой. Ты заслуживаешь любви Биг. Я мало что знаю о твоём прошлом, но я хочу сказать что то что произошло уже произошло, и я сделаю всё, чтобы все плохие вещи которые ты испытывал больше не повторялись. - На последних словах голос Танкхуна стал серьёзнее, и твёрже, говоря о том что он говорит на полном серьёзе. Биг опускает взгляд, прикрывая глаза. Слова Танкхуна безумно греют сердце и душу, и снова хочется плакать, плакать от осознания того что его наконец-то любят, перед старшим сыном ему и не стыдно показывать свои слёзы и слабости. Он опирается лбом о плечо Танкхуна, выдыхая так, как будто он сбрасывает часть тяжёлого груза. Биг чувствует приятный запах парфюма, исходящий от Кхуна. Незамысловатый сладковатый запах. Многие назвали бы его запахом для девушек, но когда Танкхуна волновало чье-то мнение? Он всегда делал то что хотел, а многие даже и внимания не обращали. Всем было плевать на выходки безумца. Танкхун ласково, но максимально аккуратно гладит по чужому плечу, даря свою поддержку. Он чувствует, как чужое дыхание становится спокойнее. Он не ждёт каких-то слов от Бига, он всё прекрасно понимает. -Врач сказал что твои пластыри нужно заменить на новые, а заодно помазать заживляющей мазью. Он хотел чтобы это это сделала медсестра, но я убедил его чтобы это сделал я. - Кхун слегка отстраняется, и смотрит прямо в бездонные прекрасные глаза. -Да, я слышал это когда... Когда ты заходил в палату. - Биг хмыкает, едва заметно приподнимая уголки губ. Танкхун радуется каждый раз, когда Биг становится хоть чуточку счастливее и на его лице появляется искренняя улыбка. -Секунду. - Старший сын встаёт с кровати, открывает средний ящик тумбы, и достаёт оттуда всё необходимое, после чего садится обратно на кровать. -Можно... Снять верх? - Он прикасается к нижнему краю больничной футболки, но пока что ждёт, ждёт когда ему разрешат. -Да... Ага. - Биг приподнимает руки, помогая Танкхуну снять с себя верх. Тело Бига подтянутое и довольно крепкое как и руки, при этом с видимыми кубиками пресса. На нём довольно много шрамов, но больше всего именно мелких, крупных было не сильно много, и большинство из них достаточно хорошо зажили. Кхун словно задерживает дыхание, смотря на такое большое количество шрамов. Он кладёт свою ладонь на торс Бига, примерно в том районе где находится сердце, и чувствует как оно активно бьётся, и его собственное сердце делает дополнительный кульбит. Биг сглатывает, чувствуя на своей голой коже тёплую ладонь Танкхуна. Он неуверенно, но накрывает его руку своей, переплетая пальцы. -Легче? - Спрашивает старший сын, заглядывая прямо в глаза телохранителю. -Немного. Спасибо... - Биг облегчённо выдыхает, слегка наклоняя голову вниз. Его длинные волосы спадают на глазах, немного закрывая их. -Я не медик, но мне раньше часто делали такое... когда я получал ранения. Это в принципе не сильно сложно... - Голос Танкхуна негромкий, но ласковый, словно успокаивающий. Он заправляет выпавшие пряди волос за уши Бига, после чего подносит руку к первому пластырю, и максимально аккуратно снимает его. Его взору престаёт аккуратно зашитая свежая рана. Краем глаз Биг замечает как Танкхун зло хмурится, стиснув зубы. Старший сын наносит на свои пальцы заживляющую мазь, и аккуратно начинает наносить её на рану. Его нежные прикосновения отражаются мелкими мурашками по всему телу Бига. После мази идёт специальный пластырь, который Танкхун аккуратно клеит на рану. Затем он проворачивает тоже самое с другой раной, а затем и с третьей. Их всего было три, остальное было мелкие ссадины и царапины. Закончив с обработкой он возвращает всё на своё место, моет руки, и после садится обратно на кровать. -Я не привык что кто-то обо мне заботится. - Выдыхая говорит Биг, смотря прямо на Танкхуна. -Ты заслуживаешь чтобы о тебе заботились. - Кхун мягко кладёт свою аккуратную ладонь на шею Бига, поглаживая большим пальцем по скуле. -Мне плевать что скажут другие, и я не позволю чтобы с тобой что-то сделали. Я буду с тобой, чего бы мне это не стоило. Танкхун сейчас говорит максимально серьёзно, его речь была твёрдой и чёткой, а на лице не было ни капли маски безумца которую он надевал при всех, но при этом его прикосновения рукой были мягкими и расслабляющими. Сердце Бига сделало дополнительный кульбит. Он до глубины души был поражён этими словами. То, как Танкхун рядом с ним становился совершенно другим тоже играло роль. Он показывал себя настоящего. Хотелось плакать, но уже от счастья, улыбаясь всквозь слёзы. С его глаза всё таки сорвалась небольшая слезинка, которую Кхун быстро сцеловал, после оставляя на щеке поцелуй. Его губы уловили мимолётный соленый вкус слезы. Он касается своим большим пальцем нижней губы Бига. Они у него мягкие и пухлые, но чуть меньше его собственных. -Можно? - Аккуратно спрашивает Танкхун проведя пальцем по нижней губе, и слегка надавливая на неё. Этот жест был с одной стороны спрашивающим, но с другой был горячим, словно намекая на что-то большее. -Да. - Коротко отвечает Биг, после чего прикрывает глаза и первым поддаётся вперёд, касаясь чужих губ своими, сразу приоткрывая рот, давая волю на более глубокий поцелуй. Кхун прикрывает глаза и с удовольствием отвечает, переместив руку на талию, которую он стал поглаживать. Он ведёт и направляет, словно говоря как правильно. Он сплетается с чужим языком своим, словно вплетаясь в безумный танец. Тело подводит, и Биг непроизвольно стонет прямо в поцелуй, заглушая тем самым звук, после чего довольно быстро отстраняется, напоследок слегка прикусив чужую нижнюю губу. Он улыбается, слегка затуманенным от удовольствия взглядом, а с его глаз спустилось ещё несколько небольших слезинок. -Не знал что ты такой сентиментальный. - Кхун по доброму усмехается, вытирая большим пальцем слёзы. -Я тоже не знал. - Биг хмыкает, после чего утыкается носом в шею Танкхуна, слегка приобнимая его. Ему всё ещё непривычно делать подобные вещи, но он старается, правда. А Кхун только мягко улыбается и приобнимает в ответ, утыкаясь носом в чужие волосы. В этот момент им не важно что происходит вокруг, сейчас для них главное только они, и они просто сидят в таком положении и наслаждаются моментом.

***

Танкхун большую часть своего времени проводит с Бигом, аргументируя это перед всеми тем, что он хочет лично проконтролировать как поправляется его телохранитель. Они вместе разговаривают на самые разные темы, и ещё иногда Кхун меняет ему пластыри. Пару раз они разговаривали о прошлом друг друга. Танкхун рассказывал о том что отец его воспитывал как будущего главу, а так же то, что его постоянно похищали, а на собственное восемнадцатилетие его похитили прямо с праздника. Все эти похищения отразились на его психике, и изначально он морально действительно был словно безумец, но потом он своими силами восстановился, но образ безумца продолжал держать. Он признался что его никогда не интересовала вся эта власть и мафиозный мир, он хотел просто быть собой, и потому для практически всех он играл роль безумца. Биг же немного приоткрыл завесу о своём прошлом, о том что родился в неблагополучной семье в бедном районе острова Самуи, и о том как к нему все относились, и о том что произошло 12 лет назад когда он предмету своего воздыхания доверил частичку себя и свои чувства. Танкхун был в ярости когда узнал такие подробности. Ему было безумно жалко телохранителя что он вырос в таких условиях, и из-за этого потом никому не доверял свои чувства, и скрывал некоторые свои эмоции. Но благо всё это в прошлом... Сейчас же всё по другому. -После того что произошло на моё восемнадцатилетие я сломался, мне было безумно больно, и становилось ещё больнее от того что я знал, что похищали меня по приказу отца. Как и большинство моих похищений которые случались благодаря его приказу. Он таким способом проверял нас, но когда увидел что я сломался, то разочаровался во мне, а я решил играть роль безумца, потому что в этом мире можно выжить только если ты поехавший головой. - Танкхун говорит негромко, но так чтобы его слышал Биг. Они сидят на каменном краю искусственного пруда и наблюдают за тем как размеренно плавают в нём рыбки. Уже прошло три недели. Биг полностью восстановился уже после того как с карантина вернулись Арм и Пол, и потому пока он отлёживал последние дни реабилитации в его палате теперь тусило аж четверо. За это время они много общались на обыденные темы, смеялись, и смотрели разные фильмы на телевизоре в его палате. Сейчас Арм с Полом ушли обедать, а Биг остался с Танкхуном, отмазавшись перед парнями тем, что он не голоден, хотя на самом деле он всё таки хотел есть. Биг слушал старшего сына очень внимательно. Корн был ужасным человеком, он не знал пощады перед тем кто ему не нравился, он никого не ценил, для него были все как пушечное мясо. Он никогда не любил собственных детей. Он жаждал только власти, и всегда делал так что бы что-то принадлежало только ему. Как раньше рассказал Танкхун Бигу, именно он убил отца Порша и Порче, а их мать всё это время держал взаперти в тайной комнате дома, и пичкал таблетками. Всё изменилось когда произошёл переворот, и Корна убили. Кинн застрелил его из собственного пистолета. Всё это произошло за месяц до того как Биг вышел из комы. Сейчас всё относительно спокойно. Мать Порша и Порче всё ещё проходит долгую реабилитацию, и она начинает возвращаться в норму и многое вспоминать. Её всё ещё не показывают на люди, но уже совсем скоро когда она окончательно восстановится она наконец-то сможет выйти в свет. У Бига кипит голова, не только от того что ему рассказывал Кхун, больше из-за того как этот гандон Корн обращался с собственными детьми и в том числе с Танкхуном. Телохранитель в подбадривающем жесте мягко накрывает чужую ладонь своей, слегка сжимая. -Спасибо что рядом со мной. - Танкхун облегчённо выдыхает, словно сбрасывая тяжелый груз. Хотя почему словно, так оно и было, потому что когда он рассказывал о своём прошлом, то реально сбрасывал камень с души. -Я не могу иначе. - Биг гладит большим пальцем тыльную сторону ладони, а в его голосе чувствуется тепло и забота. Наступила тишина, которую разрывало только красивое пение птиц и небольшие порывы тёплого ветра. Им не всегда удавалось вот так вот побыть с друг другом наедине, поэтому они наслаждались каждым моментом вместе, пока Арм и Пол занимались своими делами.

***

Вечером они все вчетвером как обычно смотрели допоздна сериал. Арм и Пол были безумно уставшими, и чуть ли не начинали храпеть. -Так! Если вы и дальше будете мешать нам смотреть, то я вас пинком выгоню отсюда. - Притворно грозно сказал Танкхун, закидывая себе в рот немного попкорна. Телохранители встрепенулись, и даже оживились. Продлилось это недолго. Не прошло и пары минут как они снова начали засыпать и похрапывать, и тогда Танкхун уже не выдержал, он взял их за шкирки, и выставил за дверь, сказав напоследок чтобы те храпели у себя в комнате. Возвращаясь на кровать где они все сидели, он замечает что Биг немного посмеивается, прикрывая рот рукой. -Что ржёшь. - Говорит Танкхун, садясь обратно на кровать, при этом на его лице тоже играет улыбка. -Просто очень забавно было наблюдать как ты выкидываешь их за шкирки из комнаты. - Биг продолжает ржать, уже даже не пытаясь скрыть это. -Тебя выкину за шкирку тоже смеяться будешь? - Шутливо говорит Танкхун. Смех Бига заразителен, и он тоже начинает с этого посмеиваться. -Вряд ли ты меня удержишь. - Биг ухмыляется, продолжая посмеиваться. -Ах ты... - Кхун хитро сводит глаза словно лиса, и совершенно внезапно "нападает" на телохранителя, начиная его щекотать. Они дурачатся, смеются, и ведут себя как дети, но им всё равно как это выглядит со стороны, они просто счастливы здесь и сейчас. Танкхун продолжает щекотать Бига, а тот брыкается и пытается вырваться, но тут они переворачиваются, и старший сын нависает прямо над телохранителем. Их лица совсем рядом, в паре сантиметрах от друга. Они замирают, тяжело дыша от долгого смеха. В глазах друг друга сияют искры счастья, похожие на звёзды. -I see stars in your eyes... - Всквозь улыбку шепчет Биг застыв в таком положении. -Ты ведь в курсе что я знаю английский? - На лице Танкхуна лёгкая ухмылка, а на щеках виден небольшой румянец. -Да. - Кратко отвечает Биг, после чего кладёт свои руки на шею Танкуна и притянув его к себе целует, целует мягко, но со страстью. Танкхун активно отвечает, проникая языком внутрь. Не разрывая поцелуя они приподнимаются, и садятся на колени. Продолжая целовать старший сын снимает пиджак с чужих плеч, и начинает расстёгивать рубашку. Но тут Биг отстраняется, тяжело дыша чуть ли не в губы. -Мы можем остановиться если ты чувствуешь себя неуверенно. - Танкхун заботливо гладит по чужой щеке смотря прямо в тёмные глаза Бига. -Всё хорошо. Ты моя безопасная зона, и рядом с тобой я не боюсь, потому что знаю, что ты никогда не сделаешь мне больно намеренно. - Биг улыбается, слегка наклоняя голову в бок, словно стараясь получить больше ощущений от поглаживаний по щеке. -Ты тоже моя безопасная зона... - Танкхун рванно выдыхает, после чего снова накрывает чужие губы своими сплетаясь в поцелуе. Его руки расстёгивают рубашку, а после снимают с крепкого тела телохранителя. Они снова отстраняются от друг друга, но на этот раз только чтобы снять с друг друга одежду. Для каждого из них это настоящий первый раз. Они остаются полностью без одежды, и вновь начинают целоваться. Их поцелуи страстные и горячие, они словно сводят друг друга с ума. Биг сжимает одну руку на талии Танкхуна, а другую кладёт на его шею. Кхун отстраняется первым, и начинает целовать сначала шею, а потом ключицы. Оба не оставляют следов, и стараются быть нежными. Одной рукой старший сын распускает хвост на голове Бига, надевая его резинку на своё запястье, и зарываясь рукой в чёрные волосы. Телохранитель гортанно стонет от нежных ласк, прикусив свою нижнюю губу. Танкхун слегка прикусывает кожу возле ключицы, после чего валит Бига на кровать, нависая сверху. Он смотрит прямо в чужие глаза, пока он пальцами ведёт вниз, и слегка поглаживает возбуждённые соски, от чего Биг томно выдыхает, слегка прогибаясь в спине. Кхун снова целует его, ведя пальцами дальше. Он буквально ложится на телохранителя, и слегка потирается своим членом о чужой, от чего они оба одновременно стонут в поцелуй. Танкхун слегка приподнимает свой таз и накрывает два члена своей рукой, и начинает ласкать их, распределяя естественную смазку по стволам. Биг разрывает поцелуй тяжело дыша. Эти ощущения были для него совершенно новыми, и это было намного лучше чем просто дрочить самому себе в одиночестве. Он с другой стороны накрывает руку Танкхуна своей, и начинает активно ему помогать. Стоны сдерживать сложно, но никто из них в принципе и не пытался, и всеми звуками показывали как им хорошо. Биг немного приподнимает голову, слегка прикусывая кожу в районе шеи. Метки всё ещё никто из них не оставляет. -Танкхун... - Всквозь стоны произносит имя старшего сына Биг, смотря прямо в затуманенные от удовольствия глаза. -Биг... - Томно произносит имя телохранителя Танкхун. И о боже, как же сладко звучат их имена в таком тоне. Их тела начинают слегка дрожать, а стоны становится рваными. Они кончают практически одновременно, в порыве страсти случайно оставляя друг на друге по одной метке, Биг оставляет красную метку вверху шеи, а Танкхун внизу шеи, ближе к ключицам. Кхун всем телом ложится на Бига, укладывая свою голову на его грудь. У телохранителя на секунду возникло воспоминание, как он однажды проснулся так, что его голова также лежала на груди Танкхуна как его голова сейчас лежит на груди. Они оба тяжело дышат, восстанавливая дыхание после мощного оргазма. Приходят в себя они только через несколько минут, и Кхун находит в себе силы дотянуться до салфеток и вытереть их обоих. Они ничего не говорят, но им и не нужны слова чтобы описать свои чувства. Даже не переодеваясь, прямо так, голышом, Биг накрывает их одеялом, и обнимает Танкхуна со спины. В таком положении они и засыпают, погружаясь в глубокую дрёму. А вот проблему с засосами они будут разбирать уже утром...