Баланс

      Этим утром в Коконе сирена примеряла новое платье, вертясь в гостиной маленькой квартирки над салоном.       — Такое чудесное, — радостно сообщила она мелиаде, которая не очень разделяла её энтузиазм.       — Ни Ни, прошу тебя, пойдём! Ты ведь знаешь, карнавал всего раз в год, на другие нечисть не очень пускают, да и мы на религиозные празднования не ходим.       Мелиада сложила губы трубочкой.       — Я бы лучше осталась дома, — покачала она головой. — Мне всё ещё не очень спокойно в скоплениях и толпах.       — Тем более надо пойти! — надулась сирена. — Ты хорошо проведёшь время и запомнишь, что не каждый выход в толпу заканчивается плохо.       Мелиада вздрогнула. Тот день, когда на неё обрушилась палатка и она еле выжила, остался камнем в её памяти.       Сирена поправила лиф платья. Маленькая грудь не очень хорошо держала, придётся корсет затянуть, зато пышная юбка будет выгодно подчеркиваться тонкой талией.       — Без меня тебе будет веселее. —       Мелиада щёлкнула языком и поплотнее закуталась в плед.       — И легче найти кого-нибудь.       — Но я хотела посвятить этот вечер тебе. — Сирена правда выглядела удручённой.       — После последнего раза прошло достаточно много времени, скоро ты начнёшь засыпать на ходу.       Мелиада заправила прокрашенную прядь за ухо, а потом и вовсе откинула волосы на одно плечо.       Сирена вновь повернулась к зеркалу, на котором висело второе платье, как у неё, только нежно-сиреневого цвета.       — Тебе просто не нравится платье, — попыталась отшутиться она.       — Из него грудь вываливается, — закатила глаза мелиада.       Сирена хихикнула, и этот звук заглушил мелкий хлопок, с которым рядом с мелиадой появилась гипсовая птичка. Она быстро вытащила письмо из её клюва и бегло прочла, пока сирена была занята своим платьем.       В письме Чонгук просил её сделать кое-что очень ценное и передать ему как можно скорее.       — Я передумала! — слишком резво воскликнула она. — Пойдём на карнавал, поучаствуем в традиционных состязаниях. Мне нужны некоторые ингредиенты.       — Вот видишь! — обрадовалась сирена. — И незачем делать такое замогильное лицо.       Мелиада пропустила её слова мимо ушей, составляя список того, что ей нужно. Что-то у неё имелось, что-то можно приобрести на карнавале при помощи хитрости, а что-то ей придётся купить за немалые деньги.       — Надеюсь, это того стоит, — фыркнула она, совсем как некоторые из рода лисьего. — Я вложу счёт за свои услуги, будь уверен.       Она спрятала письмо от сирены, птичка растаяла в воздухе.       Сирена всё ещё злилась на Чонгука, и с того дня, как он попрощался с ними перед уходом из Кокона, девочки о нём не говорили. Мелиада решила, что ей о его письме знать не нужно, не сейчас.       — Может позовём с нами Чимина? — Сирена прервала её беседу с самой собой. — Мы ведь так и не пригласили его на ужин.       — Давай, — согласилась мелиада. — Он ведь может остаться тут в случае чего.       — Ни Ни, — хихикнула сирена. — Невежливо предлагать остаться на диване, когда у него своя кровать недалеко.       Мелиада пожала плечами.       Буквально через час Чимину к порогу квартиры доставили письмо, испещрённое мелким почерком сирены, в котором она оповещала, что сегодня вечером он идёт с ними на карнавал. Возражения, конечно, не принимаются.       Чимин и не думал возражать.       На сборы оставалось не так много времени, но для демона это не было проблемой. Он умел создавать многое практически из ничего.       Костюм для карнавала появился сразу же, стоило только о нём подумать. Атласный, глубоко-фиолетовый, с широким поясом поверх рубашки. Оценив своё отражение, Чимин зачесал волосы, украсил мочки ушей круглыми серебряными серёжками, на правом ухе их было четыре, на левом — три.       При ходьбе они тихонько и мелодично звенели.       Хорошо подумав, он расстегнул несколько пуговиц на рубашке и решил ничего не повязывать на шею. В назначенное время пришёл к салону и постучался в двери.       Колокольчики в волосах мелиады зазвенели, она откинула мешающиеся волосы и крикнула сирене:       — Это Чимин. Открой.       Та в своём коротком голубом платье проплыла к входной двери. Распахнула её с заготовленной улыбкой и поприветствовала Чимина. Пока мелиада была занята тем, что в нише складывала нужное в свою сумочку на запястье, сирена захлопнула за Чимином дверь.       — Такой красивый! — Одобрительно хлопнула она в ладоши.       — Хорошо, что пришёл.       — Добрый вечер, дамы!       Чимин учтиво поклонился, будто они собирались на какой-то светский приём.       — Вы тоже великолепно выглядите. Я надеюсь, мы сегодня потанцуем с вами? — И тоже улыбнулся, так соблазнительно, вкладывая в эти слова что-то большее.       Затем подставил локоть уже готовой сирене, правый, для мелиады остался левый. И возражения тут тоже не принимались.       Сирена хихикнула — это и был положительный ответ. По лицу мелиады легко можно было прочесть всю её нелюбовь к танцам. Несмотря на то, что лесной народец очень весёлый.       Она запихала свой список в маленькую сумочку, затянула её на запястье, поправила на бедре под платьем ремень с маленькими пузырьками зелий и шагнула к ним двоим. Чимина взяла под руку, улыбнувшись вместо словесного приветствия.       — Обожаю танцы!       Сирена у Чимина на руке повисла. Несмотря на то, что она была с ним одного роста почти, весила, как пушинка.       Все трое вышли из салона и направились в один из туннелей, который привел их на второй уровень. Не менее зелёный и комфортный по климату, но к вечеру становилось прохладно, поэтому девочки захватили с собой шали.       Когда они прибыли, веселье только начиналось: горели лампочки на деревьях, пахло закусками и уличной едой, бумажные фонари свисали с веток, разнообразно одетые люди и существа оживлённо ходили и болтали.       — Печёные яблоки! — Сирена показала пальцем на продавца яблок в карамели, красные глянцевые бока призывно блестели.       Мелиада кивнула.       — Но я хочу те воздушные палочки со специями и купить маску. Моему платью не хватает красивой маски.       — Первым делом мне нужны когти перламутрового тигра, — сообщила мелиада. — Может вы сходите за маской, а я поищу их вон в той лавке?       — А давайте вместе сходим и за маской, и за когтями?       Чимин держал их обеих и не планировал отпускать.       Сегодня, конечно, никаких гибридов в городе не планировалось, но мало ли что.       Сирена согласно закивала. Присутствие Чимина и непосредственная близость в принципе давало ей сил, она может собрать ещё немного и полноценно найти кого-нибудь на вечер. Иначе зевота одолевала, как и сказала мелиада. Та прищурилась на них двоих, но сдалась.       — Ладно, но сначала яблоки, — согласилась.       Все трое отправились к лавке. Обе девушки остановились на выборе красных, вернее мелиада выбрала, а сирена лишь взяла второе.       — А ты? — синхронно спросили они.       — Я целое не съем, — Чимин заулыбался. — Дадите откусить от ваших?       — Она оба съест, — захихикала сирена.       Мелиада закатила глаза, беззвучно говоря, мол и что в этом такого, хочу и ем.       — Я поделюсь, — ответила Чимину.       Расплатилась с продавцом и утащила их под ближайшее дерево. Там и протянула ему свое яблоко. Чимин уселся на траву, не жалея элегантного костюма, притянул сирену к себе на колено, обнимая за талию. На мелиаду смотрел снизу вверх, откусывая от угощения небольшой кусок, затем протянул обратно.       — Спасибо, Ни Ни. Али, поможешь мне выбрать маску?       Кажется, он хотел поговорить о чём-то другом, но решил оставить эту тему на более поздний вечер.       Сирена так удобно на нём устроилась и рукой за шею обняла, в другой держа яблоко на палочке. — Естественно. Мой прекрасный вкус требует должного внимания! — На секунду показались её острые зубки.       — Как твоя работа, кстати? Ты выглядишь немного лучше.       Она хотела добавить «чем в прошлый раз», но обе девушки словно одновременно вспомнили обстоятельства встречи прошлого раза и синхронно вздрогнули. Мелиада преувеличенно внимательно разглядывала свою сумочку, сирена прижалась к Чимину и легонько вздохнула.       — В целом, гораздо лучше, чем было. — Чимин посмотрел на них обеих по очереди. — Но подробности расскажу позже, в более безлюдном месте. И я всё ещё надеюсь на ужин. — Это предназначалось мелиаде, разумеется.       Мелиада медленно кивнула.       — Конечно. Всё, что захочешь.       Она забрала у разомлевшей сирены яблоко и с завидной скоростью, совершенно беззвучно, стала его поедать. Как маленький орк, уничтожая один бок за другим, пока от него не осталась только палочка.       Сирена с головой ушла в тепло Чимина, став даже дышать глубже и спокойнее, что отражалось и в её движениях. Она потянула за короткую прядь у него на шее.       — Мы приготовим всё, что ты любишь. Только скажи, — добавила она своим доброжелательным тоном, в котором благодарности было за двоих.       — Да. — Мелиада посмотрела Чимину в глаза. — Мы можем.       Она присела рядом на траву, не сводя с него взгляда.       — Я не имела возможности сказать тебе спасибо. За тот раз. — Сумочка тоже оказалась в траве, соскользнув с запястья. — Спасибо, Чимин. Не знаю, чтобы со мной было без тебя.       — Я полностью доверяюсь вашему вкусу.       У Чимина и правда не было каких-то отдельных любимых блюд. Всё, что готовили ему с душой и любовью, всё было вкусно. Он посерьёзнел, глядя на мелиаду.       — Я не знаю, что было бы со мной, если бы с тобой что-то случилось. И с сиреной… Я всегда буду защищать тебя, Ни Ни. Вас обеих.       Придерживая девушку на своём колене, он протянул свободную руку, не приглашая сесть на второе, но планируя хотя бы приобнять.       — Я не часто это говорю. — Она придвинулась ближе и привалилась к нему с другого бока. — Но я рада, что встретила тебя.       — Да, — подтвердила сирена. Первую часть или вторую. — Хорошо, что ты появился вовремя тогда.       — Мы об этом поговорим ещё, — пообещала мелиада.       Обе девушки переглянулись. Сирена развернула его голову к себе и широко заулыбалась, не размыкая губ.       — Всё самое вкусное для нашего ангела-хранителя.       Чимин скользнул взглядом по её лицу, улыбаясь вроде бы невинно, но спрашивал вполне однозначно, задерживаясь на улыбке:       — И десерт?       Сирена хитро прищурилась.       — Десерт обязательно включён! — Она вздёрнула свой хорошенький носик. — Какие ты предпочитаешь?       Словно спрашивала про обычные десерты, хотя почему бы и нет.       Мелиада вздёрнула бровь, как бы говоря «ты серьёзно?». Сирена пожала плечиком и придвинулась ближе, хотя куда уж ближе.       — Сладкие. — Обе руки Чимина напряглись, обняли крепче обеих подруг. — Горячие.       Даже странно, что он отказался от яблока в карамели.       — И немного острые? — Это Чимин будто бы спросил, словно уточнял, возможно ли такое, слегка наклонив голову к плечу сирены и косясь при этом на мелиаду.       — Острые — это по моей части!       Сирена клацнула зубами и тут же их убрала, как бы показывая, что может контролировать остроту.       — Я могу стать твоим десертом, если ты не возражаешь, — открыто сказала она.       В какой-то момент её разморило, потом она вдруг очнулась. Зачем кого-то искать, если рядом есть выносливый симпатичный демон, тепла которого ей хватит на неделю точно. Она посмотрела на мелиаду, ища от неё возражений или согласия.       Та словно встала на перепутье. Хотя с одной стороны, если они уйдут, то ей только на руку, что сирену займут. Тогда мелиада может спокойно достать ингредиенты и выполнить просьбу Чонгука.       — А двойной десерт есть в меню? — Чимин оглянулся на мелиаду, глядя на неё очень внимательно, словно тоже ждал возражения или согласия.       — Я хочу двойной, Ни Ни.       Тот голос, которым он это произнёс, был самым что ни на есть демоническим.       Мелиада перевела взгляд с одного на другого. Сирена выглядела так, будто она вовсе не против. Ой, да как будто раньше они ничего такого не делали.       — Двойной — ограниченное предложение, — наконец сказала мелиада.       Чувство благодарности Чимину не влияло на неё, но его демоническую притягательность даже она отрицать не могла.       — Вам и без меня будет, чем заняться.       Сирена снова повела плечиком.       — Мне же больше достанется.       — Я не могу настаивать, но хочу сказать, что обязательно дождусь ограниченного предложения. — Чимин не отпустил её, хоть чувствовалось, как сильно напряглась рука на её талии.       — Так какие у нас планы на этот карнавал? — словно вспомнил, где они и что всё как-то проходит мимо.       — Я собираюсь повеселиться, — сообщила сирена. Её острые зубки в свете лампочек блеснули.       Мелиада внимательно оглядела Чимина. Обычно она не очень утруждала себя тем, что думала о чувствах других, но Чимин пересёк черту постороннего для неё и для них в целом. Вряд ли его её слова задели, конечно, но убедиться стоило.       Чимину достались искренние объятия. И поцелуй в щёку. Она вдруг поняла, что не знает, что будет с ними дальше, если они переведут отношения в эту плоскость, даже всего на один раз. Сейчас всё было ясно, насколько возможно для дружественных планов.       — Мне нужно купить кое-что из своего списка. А ещё здесь проводят состязания, где один из призов — чистый нефрит для украшений и статуй. — Она попыталась дотянуться до сумочки и не смогла. — Чимин, ты слишком крепко меня держишь.       — Ой, прости, пожалуйста, — опомнился тот, расслабляя руку.       Осторожно встал, придерживая сирену, помог ей расправить юбку. А перед этим протянул сумку мелиаде, затем подал ей руку.       — Но на один танец я могу рассчитывать?       Сирене при этом он подставил правый локоть. Как сюда пришли, так и будут ходить, безусловно.       Девушка встала, приняв помощь.       — Такой очаровательный джентльмен! — Сирена привычно хихикнула. Она показала пальчиком в сторону одной из импровизированных сцен.       — Я добуду нефрит.       Мелиада встала к ним боком, приподняла немного юбку и вытащила один из пузырьков с ремня на своём бедре. В любой другой момент она бы не обратила внимания ни на кого, а после их маленького разговора стало немного неловко. Пузырёк она протянула сирене, и та его залпом выпила.       — Там соревнование, кто больше продержится под водой, — пояснила она Чимину. Щёки почему-то потеплели.       — Зелье скроет её жабры от других, а жюри не найдёт никакой вспомогательной магии.       — Я буду болеть за тебя, — сказал Чимин сирене и мило улыбнулся.       В соревновании на самое долгое и мучительное сокрытие своих настоящих чувств он бы точно забрал все возможные нефриты.       К импровизированной сцене они подошли также втроём, словно слиплись. Сирена у Чимина на плече висела в принципе, с восторгом разглядывая царящую обстановку. Мелиада не висела, но старалась оставить между собой и другими присутствующими как можно больше расстояния, невольно стискивая руку демона.       Сирена легко вспорхнула на сцену, заявив себя как участницу. Оттуда она послала им обоим воздушный поцелуй и протянула судье руку для проверки на так называемый допинг.       — Мне нужна твоя помощь, — сказала мелиада Чимину, махнув рукой сирене. — Когти перламутрового тигра не продаются, их только показывают. А они мне очень нужны.       Она посмотрела на него взглядом, который ясно давал понять, что, если он даст своей демонической природе волю, она сделает вид, что так и должно быть.       — Посмотри, что там у тебя в сумке? Только осторожно, — попросил Чимин, едва только взглянув на те самые когти через несколько палаток.       На прилавке остались фальшивые, а ведь он всего лишь моргнул. Для сильного демона — сущий пустяк, как и то, что подделку до завтра точно никто не обнаружит.       Мелиада заглянула в сумочку и с удовольствием заметила в ней нужное.       — Спасибо, — усмехнулась она. — Не думала, что это будет так быстро.       Тем временем на сцене уже стояли вертикальные аквариумы, в которые залезли участники. Помимо сирены участвовали ещё шестеро. Возможно, людей среди них не было.       — Пожалуйста.       Чимин горделиво сложил руки за спиной и уставился на сцену, слегка вздёрнув подбородок.       — Она красивая, — понятно, кого имел ввиду.       Мелиада перевела взгляд на сцену и согласно угукнула. Сирена в аквариуме стояла совсем не напряжно, для других это выглядело, словно тренировки способствовали этому, на самом же деле она спокойно себе дышала, не показывая виду.       Её голубое платье стало насыщенного оттенка благодаря воде и стеклу. Хорошо, что мелиаде самой не пришлось лезть в аквариум, её платье, намокнув, выглядело бы как тряпка. Она бездумно поправила край юбки.       — Красивая. Ты ей нравишься. А она нечасто доверяется кому-либо.       — Это ничего не изменит.       Тут тоже не стоило уточнять, о чём говорил Чимин.       — Но… Я буду думать о тебе, — всё-таки сорвался и сам оказался под водой, резко провалившись в неё, так что дыхание остановилось.       Мелиада оглянулась на него, потом и вовсе встала перед ним, обделив конкурс вниманием. А там уже трое выбыли, и сирена соревновалась с двумя ящерами и кем-то напоминающим человека.       Мелиада сложила руки под грудью и посмотрела на него снизу вверх. Этот жест заставил оголённые плечи приподняться, но выглядела она всё равно решительной оказывать на него давление.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты не должна была об этом узнать.       Взгляд Чимина забегал по складкам на её платье, словно пересчитывал сколько их на пышной юбке, а потом резко поднялся вверх, к глазам.       — Я не должен обременять тебя этим… Но я хочу, чтобы ты знала. Я влюблён в тебя, Ни Ни.       Край воды над головой скрылся где-то очень высоко, на дне было холодно, темно и ужасно жутко.       Она разглядывала его, ища следы похоти или вожделения. Мужчины ведь могут сказать, что угодно, чтобы получить свой «десерт».       — Как давно? — Она вздохнула, осознав, что вожделением здесь и не пахло.       Колокольчики в волосах зазвенели, талисманы на макушке собрались в защитный круг. Она раздражённо сжала руки сильнее, неужели они думали, что Чимин может применить к ней свою силу или принудить к чему-либо.       — Сложно сказать.       Чимин больше не прятал взгляд, смотрел ей прямо в глаза, не отрываясь.       Собирался болеть за сирену, а сам погрузился на дно. Сам себя туда погрузил.       — Ты мне сразу понравилась, ещё в первую встречу. А потом всё как снежный ком… Ты правда не должна была узнать, но я хотел это сказать. Одна чаша всё-таки перевесила. Это тебя ни к чему не обязывает, может просто мне станет проще дышать? Я надеюсь, должно же…       С этими словами он всё-таки перевёл взгляд на сцену, с очень большим трудом, почти ощутимым. Когти крал с поразительной лёгкостью, а тут вот усилия требовались, и то — напрасные, потому что взгляд снова вернулся к мелиаде.       — Ты злишься?       — Нет, — легко сказала она. — Но я хочу знать, все твои обещания были поэтому? Если я скажу, что считала тебя другом, я тебя больше не увижу?       Она не использовала «мы», отделяя себя от сирены сейчас, не примешивая её к ним. Потому что оказывалось, что это между ней и Чимином, а не ими тремя. Не тремя же?       — Нет, не поэтому. — Чимин мотнул головой. — Мне правда хочется защищать вас обеих, помогать вам и проводить с вами время, есть вашу еду, поразительно вкусную, это на каком-то простом и бытовом уровне. Но что, что я чувствую к тебе — это что-то отдельно, это вообще непросто… Если ты дашь мне время, я попробую подобрать слова. Сейчас не могу, у меня в горле застряли только эти. Ты… Больше не хочешь меня видеть? — словно только сейчас осознал.       Оказалось, дно гораздо глубже.       — Ты не обязан объяснять свои чувства или подбирать им слова.       Она опустила руки, хотя воинственного вида не растеряла, давление улетучилось.       — Я хочу продолжать тебя видеть. У нас тебе всегда рады.       Она оглянулась на сцену, где сирена соревновалась с последним ящером, вернула взгляд Чимину.       — Тебя сложно разгадать, эти дни я думала, что ты чувствуешь ко мне отторжение, — она задумчиво нахмурилась. — Высшие демоны мне недоступны на определенных уровнях. Возможно, это жестоко, но я испытала облегчение после твоих слов.       — Я старался держать дистанцию, — словно оправдывался Чимин, вздыхая. — Я буду стараться и дальше, я буду твоим другом, я буду тебя защищать. Возможно, я сразу понял, что у меня нет никаких шансов… Это ещё сложнее, чем кажется. Но хорошо, что тебе стало легче, правда. Я не хочу, чтобы тебе было тяжело рядом со мной. Да и без меня — тоже.       — Ты не обязан, если тебе тяжело.       Она поджала губы, испытывая очень двоякое чувство, что нельзя оставить всё на Чимина, все решения и действия.       — Нет шансов, если ты ставишь меня перед выбором. Ты уже понял, какие у нас отношения с ней, но её я не брошу.       — Я и не прошу. — Чимин нахмурился, стремительно взглянув на сцену. — Я не планировал влезать в ваши отношения и уж тем более — их рушить из-за собственных чувств. Они сильные, но… Не тяжёлые. Хотя я пока очень смутно себе представляю, как я смогу.       Он сглотнул, кивнув в сторону сирены.       — Тело сможет, это точно, но не знаю, что будет внутри. И для вас это ничего не изменит. Я никуда не денусь, даже если сирена решит, что я отвратителен в этом вопросе.       Он попытался даже улыбнуться и пошутить, чтобы хоть как-то выправить атмосферу.       — Попрошу дать мне ещё один шанс или просто забудем об этом… Так просто вы от меня не отделаетесь. И ей я точно не скажу.       — Не решит, — заверила мелиада.       Она смутно осознавала, как они к такому повороту пришли, но и оставаться в недомолвках или ходить вокруг да около она точно не собиралась.       — Ты её хочешь?       Вопрос прозвучал ровно в тот момент, когда объявили победу сирены и стали помогать ей освободиться из аквариума.       — Честно? — Чимин смотрел на сцену, может поэтому ответить было проще. — Только вместе с тобой. Поэтому я и сказал, что буду думать о тебе. Вы вместе живёте, у вас давно перемешались запахи, жесты похожи, тут даже представлять не нужно, я буду тебя чувствовать. Это нечестно по отношению к ней, но ей же не нужны мои чувства.       — В таком случае всё запутается ещё больше.       Мелиада затянула завязки своей сумочки и вздохнула.       — Это касается меня и тебя, не впутывай её так. Только если ты не испытываешь к ней чего-то подобного.       На сцене сирене дали вышитое полотенце, которое высушивало её и платье за считанные секунды. Вот-вот должны были вынести победительнице нефрит.       — Если тебе нужен шанс только от меня, он у тебя есть.       Толпа громко зааплодировала, раздался свист и улюлюканье — сирена забрала главную награду и весело помахала всем перед спуском со сцены.       Чимин присоединился к аплодисментам, резко развернувшись к мелиаде. Нужно было всего лишь досчитать до десяти, дождаться, когда сирена подбежит к ним, чтобы обнять её, поздравляя весьма воодушевлённо и искренне, плевать, что это воодушевление вспыхнуло совсем на другой почве, оно было настоящим, а с другой стороны привлечь к себе мелиаду и шепнуть в её волосы:       — Спасибо!       — Сам будешь не рад, — хмыкнула она, обнимая его за спину.       — Он тяжёлый, — сообщила весёлая сирена, взвешивая кусок нефрита в руке. — И похож на обломок скалы.       — Потому что чистый.       Мелиада забрала его тут же, но в сумочку класть не спешила, потому что вторая рука оставалась у Чимина на спине.       — Чимин поможет мне достать остальные ингредиенты, поэтому можно отдаться карнавалу, как ты говоришь.       Сирена заулюлюкала, совсем как толпа.       — Тогда мы будем танцевать! И я хочу выпить!       — Сначала противоядие, — напомнила мелиада.       Сирена наклонилась к её ноге, достала из-за ремня ещё пузырёк и выпила залпом. Вокруг неё словно блёстки рассыпали, и те растаяли в воздухе.       — Теперь выпить, — сказала мелиада, наконец убирая нефрит в сумочку.       — Мы ещё хотели купить маски, — напомнил Чимин, ему не помешало бы как-то скрыть своё слишком довольное лицо.       Хотя, может в этом уже не было необходимости?       Сирена, пританцовывая, потащила их обоих к палатке с масками. Самые разнообразные, от тонких ажурных до бронзовых на всё лицо, с перьями и тканевыми вставками.       Девушка пригляделась к тем, что скрывают лишь первую половину лица. Повертела в руках бархатную, в тон платью.       — Ну, как? — приложила к глазам и хитро улыбнулась.       Мелиада рассматривала что-то полегче, потемнее цветом, в конце концов остановившись на ажурно-узорчатой для области вокруг глаз.       Примерила, и та внезапно просто вросла в кожу, словно рисунок на ней.       — Маска сделала свой выбор, — хохотнул тучный продавец. — Берите, не пожалеете.       Сирена заулыбалась более безопасной улыбкой и помахала своей маской, чтобы оценили её выбор. Тоже приложила к себе, мягко прижав у висков. Голубой бархат покрывал лоб и до носа, оставив кокетливые щёлки для глаз.       — Вам очень идёт, вы сразу такие загадочные стали, — улыбнулся и демон.       Он хоть и попросил выбрать маску для него, но его взгляд несколько раз вернулся к одной из них на стенде, пока девушки выбирали. Ещё бы — одна половина маски была тёмной, почти чёрной, но скорее глубоко серой и матовой, а вторая — со стороны правого глаза — усеяна сверкающими стразами разных цветов и форм.       — А можно мне примерить вот эту? — Чимин спрашивал не у продавца, а у своих спутниц.       — Да, — согласились девушки, обе с интересом разглядывая маску.       — Ты такой импозантный в ней, — прокомментировала сирена, замечая, что очарование его уходит на второй план.       — Тебе идёт, — подтвердила мелиада.       Чимин расплатился за три, девушки даже не успели подумать о деньгах. Не снимая своих масок, они направились к самой шумной части толпы, где гуляющие выпивали и танцевали. И того, и другого Чимину очень хотелось, выпивку он тоже оплатил в баре на открытом воздухе. Салютнул своей бутылкой пива и сделал внушительный глоток приятной прохлады.       — Ещё что-то нужно купить? Или можем просто веселиться? — уточнил на всякий случай, готовый расплатиться за половину здешних товаров, если девушки захотят их заполучить.       Мелиада потрясла сумочкой, намекая на список в ней.       — Оставлю свой список на тебя? И тогда можем веселиться.       — Спасибо.— Сирена расцвела тут за всех, снова взяла демона под локоть.       — И сумку тоже оставь на меня, она же, наверное, уже тяжёлая, а будет ещё тяжелее. — Чимин улыбнулся, облокачиваясь на высокую стойку. — Останусь, — подтвердил весьма чётко, к чему теперь отказываться от гостеприимства.       Сделал ещё глоток и утянул сирену в толпу танцующих, закружил её там так, что она чуть не лишилась своей маски. Сумка мелиады и правда стала гораздо тяжелее, хоть и в размерах не увеличилась.       Чимин оглянулся на неё, придерживая сирену за талию, когда музыка стала больше располагать к близким и медленным танцам, он очень хотел, чтобы она присоединилась.       Мелиада встала к ним, с лёгкостью присоединяясь, будто всегда они так танцевали, втроём. Обе девушки оказались снова по обе стороны от него, сирена обняла его за шею, а мелиада — за пояс.       — Останешься с нами?       Сирена выделила последнее слово, спрашивая демона о них обеих. Смотря на него сквозь кокетливые прорези для глаз, словно определяла для себя, кто в двойном десерте ему предпочтительней. Обе ли.       — Останусь, — подтвердил Чимин, обнимая обеих одинаково на уровне физических ощущений.       Глаза заглядывали то в сирену, то в мелиаду, улыбка для них обеих была одинаково тёплая, лучистая, но только маска выдавала, со стороны мелиады она искрилась, со стороны сирены оставалась непроницаемой и элегантной.       Музыка снова сменилась. Чимин осторожно убрал руки, галантно благодаря за танец, а затем вдруг хихикнул как-то озорно.       — Смотрите!       Он снял пиджак и вручил его сирене, так было больше свободы движениям.       Толпа вокруг расступилась, словно заранее почувствовала, что сейчас будет какое-то шоу.       Они танцевали на деревянном настиле, Чимин выставил носок правой ноги вперёд, очертил полукруг и щёлкнул пальцами. Доски засверкали, словно прожектора с разноцветным свечением.       Чимин сделал шаг в сторону — и цветные круглые пятна заплясали под ним. Чимин покружился вокруг своей оси, и прямо из-под ног всех танцующих в небо взмыли сотни маленьких радужных пузырьков.       Толпа восторженно заголосила, Чимин, кажется, впервые так свободно показывал свои способности на людях. Это страшно воодушевляло.       Музыканты играли громче и веселее, Чимин сливался с музыкой и улыбался своим подругам с хитрецой, мол, это ещё не всё. Рядом с их головами закружились небольшие и яркие пёрышки, парящие на невидимом глазу ветру. Только мелиада могла заметить, как ей в ладонь приземлилось одно ярко-красное перышко, очень пушистое и по форме напоминающее сердце. Чимин подмигнул ей, замечая то, как она сжала его.       Сирена восторженно ловила все его «фокусы», пыталась лопать долетающие до неё пузырьки. Кружилась в пёрышках, будто мотылёк. Мелиада вложила пёрышко в лиф своего платья. Больше некуда — ни карманов, даже сумка у Чимина.       Как только Чимин проворачивал что-то новое, они обе хлопали вместе с толпой. Видеть его искренне улыбающегося и занятого чем-то тоже было занимательно.       — Перестань его допрашивать, — шикнула мелиада, пока демон кружился в очередной раз. — Что ты задумала?       — Забрать его себе, — облизнулась сирена. Не будь они на виду, она бы показала острые зубки.       Мелиада одарила её тяжёлым взглядом.       — Да ладно тебе, если он такой же выносливый, как… Кхм, он демон и сильный, а ещё мне приятно, когда о нас заботятся. Не начинай, что сама можешь себя защитить, — затараторила зубастая, аплодируя со всеми вместе.       — Не начинаю. — Мелиада бросила на Чимина короткий взгляд. — В городе нам нужно покровительство, — это она пробурчала себе под нос. Но сирена её услышала.       — И разнообразие, — пропела и поспешила к Чимину. Подать ему руку, чтобы покружил её в лучах тёплого света лампочек.       Толпа вернулась на свои места, Чимин с сиреной снова танцевали в окружении людей. Чимин кружил её, юбка красивыми волнами колыхалась на ветру. Обхватив девушку двумя руками за талию, Чимин прижался к ней сзади.       Он вдруг понял, что ему хочется раздеться ещё больше. Было жарко и одежда сковывала, тесный пояс мешался, да и брюки почти трещали на бёдрах, когда они напрягались в танце.       После танцев Чимин подхватил сумку, недопитое пиво и свой пиджак, даже так он подставил девушкам оба локтя, чтобы держались за него. Он повёл их в салон немного обходными путями — через те самые деревья.       Сирена и мелиада шли в одинаковом ритме, Чимин под них очень легко подстроился.       — Я хочу кое-что обсудить с вами за ужином.       Девочки подарили ему по заинтересованному взгляду.       — О чём? — спросила мелиада.       — О будущем, — загадочно сказал демон и улыбнулся обеим.       Теперь они переглянулись между собой. Сирена беззаботно улыбнулась, словно это самое будущее у неё уже было распланировано. Она толкнула дверь квартиры и вошла первой, прошла вперёд, скинув обувь одним лёгким движением. К дивану протанцевала мелкими шажками и забралась на него.       — И каком же будущем? — наконец спросила сирена, будто держала эту фразу весь остаток дороги, чтобы вот так вот выпустить именно в этих стенах.       Мелиада забрала свою тяжёлую, но не изменившуюся в размерах сумочку. Как только она её раскрыла, по дороге к своему креслу, маска на стене затрещала сухим, противным треском. Она не спрашивала ничего, потому что просто бы повторила вопрос сирены несмотря на то, что собиралась достать нефрит на воздух и поместить поближе к лунным камням, на Чимина всё равно поглядывала.       Чимин наконец развязал тугой пояс и расстегнул пару пуговиц на рубашке, прошёл поближе к дивану, по пути допивая бутылку до дна.       — О вашем, конечно, — ответил, садясь на свободную часть дивана. Слегка наклонился вперёд, сжимая в руках пустую бутылку.       — Вам нужно будет подумать над этим и обсудить между собой, но я хотел бы поселить вас на уровень повыше, может даже несколько. Откроете там хорошую клинику, будете заниматься важными делами. Клиентура там получше, да и возможностей больше.       Сирена открыла рот и застыла, будто мысль запаздывала.       — На уровень выше, — повторила она, закладывая короткую прядку за ухо.       — Там оранжевый сектор, — мелиада нахмурилась. — Природных зелёных зон там почти нет, я не выживу.       Она не бывала никогда выше зелёного сектора, в котором они жили, но всем известно, что, начиная с оранжевого уровня, живёт элитарная часть населения, где людей не водится, а из низших существ по большому счёту демоны в услужении, следовательно ни парков, ни деревьев там не водится в достаточном ей количестве.       — Как это нет? — Чимин улыбнулся ей.       — Ты просто не видела мой сад. Я могу его расширить и засадить какими угодно деревьями, чтобы тебе легче дышалось. Это всего лишь дело времени, Ни Ни. И сюда всегда можно спускаться.       Подняться было куда сложнее, это тоже все прекрасно понимали.       Она удивлённо моргнула.       — У тебя сад в оранжевом секторе? — недоверчиво переспросила она.       Сирена в ещё большем удивлении закусила губу, но вдруг повеселела.       — Я, конечно, обычный медик и не очень буду полезна демонам. Но наверх хочу, — она сложила узкие ладошки вместе. — Зато я выращиваю отличный табак для них. Если мы устроимся на светлой стороне и не будет гроз.       — Сад и бассейн с настоящей водой.       С этими словами Чимин кивнул сирене. Могло сложиться впечатление, что он заранее готовился к их переезду к себе, но нет, так как-то само собой получилось.       — Вы подумайте, время ещё есть. И давайте уже поужинаем, я ужасно проголодался. Достать ещё пива?       — Давай, — сирена подскочила с дивана. — Я поставлю ужин прогреться в духовом шкафу.       Мясные шарики в красном соусе с лимонными дольками и под апельсиновой коркой, оставшиеся с обеда, отправились прогреваться, пока она доставала тарелки на троих.       Пара кусочков цветного хлеба уместились на большой цветной тарелке, к ней отправился кусок сухого творога. Рисовые горки на гарнир выстроились на другой, ещё более цветной тарелке.       — Мне нужна помощь, — крикнула сирена.       Мелиада отложила нефрит на большую маску, та её будто подхватила невидимой рукой, а девушка поспешила на кухню, помочь, но к разговору стоило вернуться. Хотя, возможно, не сегодня.       В четыре руки к столу перетаскали девочки быстро, разложили каждому порцию прямо здесь. Оставалось дело за малым — привычно устроиться на своих местах, забрав тарелку с собой и отдав предпочтение еде.       Чимин достал и открыл на всех по бутылке, ел с аппетитом и благодарил без конца. Когда еда закончилась, пиво ещё оставалось, с ним Чимин откинулся на спинку дивана.       — Посуду оставьте, утром вымою, — он же обещал остаться сегодня.       — Где ты по-настоящему живёшь? — между делом спросила сирена.       Она полубоком уселась, чтобы видеть обоих, приложившись виском к спинке дивана.       Мелиада подняла на Чимина голову, ожидая ответа. Её в первую очередь больше интересовал вопрос, смогут ли разные деревья ужиться вместе и насколько будет плодородной почва, но она ведь уже видела, как на пустыре цвела зелёная жизнь. И она действительно была живая.       Маска на стене издала сухую трель, будто тоже собиралась раздумывать — переезжать ли ей. Чем глубже вечерний час, тем ярче начинал светиться нефрит, подтверждая свою ценность. Голубовато-зеленоватый свет теперь отбрасывал блики на стол и частично на всех троих.       — В поместье, в оранжевом секторе, — ответил Чимин, одним взглядом притянув к себе небольшой пуфик и вытянув на него ноги.       Сложно сказать, был ли этот пуфик в этом доме раньше, но сейчас Чимин в нём очень нуждался, поэтому он появился.       Стоило рассказать, как есть, как он всё запланировал.       — Сейчас я живу не один, но… мой дедушка хочет уехать из города. Второй поедет с ним, конечно, в любую точку мира.       Говоря о Юнги с Хосоком он улыбался как-то по-особенному.       — Скоро сюда вернётся мой отец, его я тоже хочу поселить недалеко от себя. Буду наглым образом эксплуатировать его умения, только ему не говорите.       В этой шутке, как в любой другой, была лишь доля шутки.       — У тебя поместье в оранжевом секторе и двое дедушек? — Мелиада покрепче перехватила бутылку пива, переваривая такую информацию, она на секунду пожалела, что нет чего-то покрепче.       На словах о его отце сирена подняла голову.       — Вернётся? — переспросила она, вцепившись в Чимина взглядом. — Один?       — Нет, конечно, мать его одного не отпустит, — ответил тот, повернувшись к сирене.       — Да, Тэхён — моя мать, только не надо меня выгонять на улицу спать, там холодно.       Он постарался сгладить всё своей фирменной улыбкой.       В комнате повисла гнетущая тишина, даже свет нефрита застыл.       — У тебя двое дедушек и мать — второй отец? — уточнила мелиада.       Девушки были удивлены больше личностью, чем новостью, что мужчина мог выносить демона.       — Он тоже демон?       — Кто твои дедушки? — одновременно с ней спросила сирена. Очень сильно стараясь не начать дуться.       — Гибрид. — Кажется, Чимин уже упоминал об этом.       Но теперь стоило рассказать подробнее о проекте, который существовал много лет назад, о том, чем он закончился, и почему Тэхёна так долго искали. Про обоих дедушек Чимин тоже поведал, правда, вкратце.       Во время рассказа он прикончил бутылку пива. Кажется, нужно было доставать ещё.       — Я сейчас.       Чимин словно давал им время переварить эту странную информацию. По пути до холодильника в кухне стоило бы и переодеться, а то в этих атласных брюках и рубашке всё-таки было жарко.       Может и девочкам нужно было сменить платья на удобные пижамы, поэтому Чимин и задержался, долго и тщательно выбирал, что принести.       — Мне не верится, что Гуки вернётся, — сирена проговорила сквозь зубы. — Или вернётся и не сможет к нам приходить.       Мелиада отложила свою бутылку, найдя нефрит, парящий в воздухе, более занимательным, чем что-либо в комнате.       — Мне не хочется об этом так думать, — наконец сказала она, вставая с кресла и направляясь в ванну. — В конце концов, он не маленький мальчик, чтобы ему кто-то запрещал к нам приходить.       Её пижама лежала на полке в ванной, с теми самыми бешеными морковками. По пути обратно она захватила халат для сирены, и та его ловко надела, скинув своё платье на подлокотник.       Ей тоже так думалось, но она видела решительность Тэхёна в день, когда он появился. Однажды он уже забрал у них Чонгука и увёз неизвестно куда. Матери Чимина сирена не доверяла от слова совсем, да и симпатией обзаводиться не собиралась.       — Они женаты, — бросила ей мелиада, пока Чимина не было.       Она старалась отмахнуться от затопивших сирену чувств и негодования, потому что внезапно своих чувств стало слишком много, или это концентрация всеобщего в один котёл её не оставляла в покое. А ей ещё зелье на ночь варить ставить.       — Если в нём демоническая составляющая, значит жилка манипуляторства может быть, и он просто одурманил Гуки, чтобы забрать его себе.— Сирена стояла на своём, искусно подбирала точку зрения для своего видения ситуации.       Мелиада просто хотела разлечься в кресле и уснуть, оставив разговор до лучших времён. Она свесила худые ноги через подлокотник дивана.       — Если бы она была, я бы её почувствовала, — сказала, болтая босыми ступнями. — Чимин их сын, в таком случае он тоже будет опасен такой жилкой.       Сирена сложила руки на груди.       — Чимину бы эту жилку я простила.       Мелиада пожала плечами. Демоны есть демоны.       Чимин вернулся к ним в шортах и майке, с новыми бутылками для каждого из них. Устроился на диване, вновь вытянув ноги.       — Если что, я могу поспать прямо здесь, — кивнул на этот самый диван.       Сирена будто оторвалась от темы их прошлого разговора и только вспомнила, что диван у них один, как и кровать.       — Можешь превратить его во что угодно, только завтра верни мой диван на место. — Мелиада сделала внушительный глоток.       — Или можно поспать с нами, — добавила сирена. — Что? — повела она плечом. — Я вернулась домой, мои силы на исходе. На завтрашние поиски мне нужно немного подзарядиться.       Она не учитывала момент, что Чимин не мог не размышлять о её природе, понять, что ей периодически требующееся мужское тепло, так называемое, можно было получить разными способами. Простые вещи не сложны для откровений, по крайней мере для неё.       — Я могу побыть тут с тобой на диване, — предложила ещё вариант.       Какая разница, где спать, главное, от демона её не клонит в оцепенение и силы копятся.       — В кровати будет удобнее? — уточнил Чимин, глядя на мелиаду. — Всем вместе.       Её лицо не изменилось, ничем не выдало, решала ли она пустить его в кровать или оставить на диване. Ей потребовался ещё глоток, затем мелиада прикрыла глаза и кивнула.       — Если хочешь.       Сирена улыбнулась Чимину.       — Прости, я сплю как беспокойный зверёк, — предупредила она. — Если проснёшься с моими ногами на лице, пожалуйста, оставайся очаровательным. На суше не выходит спать в одном положении.       Мелиада подтвердила её слова, салютнув бутылкой.       — От меня сюрпризов не будет.       Это должно было успокоить. Хотя бы одна из них не будет размахивать конечностями во сне.       — А я не знаю, как веду себя во сне. — Чимин улыбнулся обеим, уточняя. — Никогда не спал с кем-то, в смысле — до утра.       — Если плохо спишь, точно услышишь нелестный комментарий, — сирена хихикнула.       — И оставаться будешь на диване, — отозвалась мелиада.       Бутылка в её руке опустела быстро, и она её просто вертела в пальцах. Нагретое стекло создавало приятное трение.       — Мне нужно поставить варить зелье, — добавила она. — Чтобы к утру было готово.       — Мы подождём? — спросил Чимин у сирены, привлекая её поближе к себе.       — Нет, — капризно протянула она. — Ты потом придёшь сама? — обратилась она к мелиаде.       Та утвердительно кивнула.       — Пойдём, — сирена обняла его за шею. — Спальня там.       И ноги на него нахально закинула.       Мелиаде потребовалось лишь забрать нефрит и сумочку, за пустыми бутылками второй заход, а тарелки приплывут на кухню сами, по воздуху.       — Ни Ни, приходи, пожалуйста, быстрее, — попросил Чимин так осторожно, как только мог, подхватил сирену покрепче и понёс в кровать.       Спать он совершенно точно собирался сегодня между ними, место слева от него было свободно. Сейчас он развернулся на бок, к сирене лицом, когда уложил её, прикусывая губу, которая чуть не произнесла что-то лишнее.       Та закатилась к нему под бок и от души потянулась. Чимину досталось третье одеяло из шкафа и засыпающая сирена.       Мелиада вытащила из сумки все ингредиенты, разложила их на столе. Котёл достала из шкафа в полу и поставила на огонь.       Как только стенки нагрелись и пыхнули жаром, в котёл полетели радужные клубни мармеладных цветов, немного лунного света из краеугольной баночки. Живой фогель, который она тоже достала из сумки, коснувшись горячих стенок котла, собрался в пушистый яркий шар и с хлопком рассыпался на кучу перьев. Сверху же отправился моток прозрачной паутины.       На пустой кухне миниатюрная девушка ходила по воздуху точно также, как её тарелки. Одна из больших цветных попала ей прямиком в руки и была жестоко разбита о столешницу, абсолютно бесшумно. Мелиада собрала неровные осколки и тоже засыпала в котёл, всё ещё не добавляя в него воды. Следующими в него отправились лунные камни и нефрит, а последним — когти перламутрового тигра — главный ингредиент всей задумки.       На глазах весь ворох странных и не сочетающихся между собой вещей превращался в небесно-голубой порошок.       Полное превращение не заставило себя ждать. Пыльное облако над котлом рассеялось, и тогда она в него капнула собственных слёз, последних из хранимых. Порошок зашипел, пара слёз поглотила его целиком, и он закипел словно суп на огне. Мелиада перемешала его лопаткой из старой сливы и отложила её. Огонь стал едва различимым, а она собрала посуду в раковину, бутылки в коробку и отправилась спать.       К утру зелье будет готово.       Чимин достал ей прекрасный небесный колокольчик, а специальная колба у неё есть тоже из последних. Чонгука даже немного жаль — придётся ему сильно раскошелиться.       Она ухмыльнулась, идя в полной темноте, заплетая волосы в толстую косу по дороге. Ноги сами принесли в спальню, и мелиада улеглась на свободное место, с чёткой мыслью встать до того, как зелье будет готово.       Сирена к тому времени уже спала. Чимин перевернулся на другой бок, так же бесшумно, как мелиада разбивала тарелки, но обнял её весьма ощутимо, можно сказать — даже нагло, правда всё-таки целомудренно.       — Я отпущу, — прошептал на грани слышимости, успокаивая её таким образом, что засыпать она будет свободно, без этой демонической хватки.       — Позволь мне чуть-чуть… Побыть вот так?       Потанцевать с ней вдвоём сегодня у него так и не получилось, кажется, это было возмещение в какой-то степени. Она, конечно, не нуждалась в его тепле, но он нуждался в её.       Она пробормотала что-то невнятное, но точно утвердительное. Возможно, в Чимине была какая-то интересная жилка, раз он мог окружить со всех сторон и оставаться так.       — Спасибо за колокольчик. — А вот это вышло очень даже внятно, но сонно.       Рукой нащупала край своего одеяла и подтянула повыше, милые морковки скрылись под ним, хотя кто мог бы разглядеть их в темноте.       — Пожалуйста, — отозвался Чимин.       Он ещё какое-то время не убирал руку, но, когда почувствовал, что вот-вот и не сможет сдержать обещание и убрать, перекатился на спину с беззвучным стоном, неслышимым, незамеченным никому, кроме самого себя.       — Спокойной ночи, Ни Ни. — Это она должна была услышать.       Ту самую руку он устроил у себя на животе и буквально силой заставил себя закрыть глаза и забыться сном без сновидений. Может быть, какие-то демоны их видели, но не Чимин, поэтому и спал неподвижно, словно мёртвый, хоть и весьма ощутимо тёплый даже на расстоянии от него.       Плотный сухой запах из кухни пробирался и в комнату, но открытое наполовину окно как-то помогало дышать.       — Ты не обязан нам помогать, — сообщила она очевидную вещь, оставляя между строк, что они ценят обычное его присутствие. А над переездом они хорошенько подумают.