Волчица и семеро козлов... и кот!

Эх, Брайтон Бич. Не тот, что в Нью-Йорке, а тот, что в Британии. А если точнее, то в курортном городке Брайтон. Давно здесь не была. Последний раз мы здесь с Дэвидом отдыхали тыщу лет тому назад. А сейчас… — Посуй на меня! — Ну вот что ты делаешь?! — Да вам только со слепыми играть, неудачники! — Иди ты в #@%$! Что ж, пожалуй, мне нужно опять объясниться: кто кого куда послал и зачем. Как я уже отметила, мы на Брайтон Бич. То есть на курорте, а ещё точнее — на пляже. А говоря мы, я имела в виду: 1. Дэвид; 2. Рик; 3. Тарантул; 4. Чёрная Вдова; 5. Джокер; 6. Скотт; 7. Марк; 8. Семейство Лоумэнов: Эван, его жена Кэрол и сын Алекс; 9. Элиас; 10. Энтомолог (Реджинальд); 11. Кристабелла; 12. Касперский (как же мы без него-то, и как же он пропустит веселье с водой); 13. Питер; 14. И я. Итого: 15 человек, не считая кота. Пришлось снимать аж два гостевых домика. В один мы все не вмещаемся. Однако чего мы все тут забыли? Ну так лето же. Море, солнце, песок (точнее, галька, ибо этот пляж галечный) и… пляжный волейбол. — Очки надень, косоглазый! — Я тебе сейчас по яйцам заряжу, кто ещё окосеет! Все опять полегли со смеху. А вообще… — Тайм-аут! — объявила я, все вопросительно посмотрели на меня. — Нам всё-таки нужен ещё один человек. А то силы не равные. А ещё я устала… от ваших перепалок, — проговорила я, малость запыхавшаяся, но больше от жары (+30С), чем телодвижений. Не хочется опять тепловой удар словить. Дяди Рэя рядом нет. Кто меня спасать будет, пф. Пока иду за водичкой, кратко обрисую обстановку: кто чем занят. Мы: Рик, Тарантул, Чёрная Вдова, Скотт, Элиас, Питер и я — играем в волейбол. Кэрол и Криста загорают и болтают о чём-то женском, Алекс играет с Касперским, который за ним приглядывает как за своим ребёнком (нянька он отличный). Дэвид, Эван и энтомолог скорешились и болтают уже сколько времени (три интеллектуала, блин). В точности так же, как и Марк с Джокером. Засели там под зонтиком и базарят о чём-то тоже уже довольно долго. Впрочем, я сейчас не жалуюсь. Мне нравится, что они все нашли общий язык, а кто-то больше, чем общий — дружеский. И никто не скандалит… почти… — Эй, Макс, какого хрена?! Тарантул запульнул мячиком в Чёрную Вдову. — Меньше мух считай, лягушка! — усмехнулся тот. — Я тебе щас… — Чёрная Вдова угрожающе поднял мяч. — Сначала догони, ква-ква… Мужики — это просто большие дети. А я, получается, многодетная мамаша, пф. Пойду поищу адекватных… — Марк, бросай этого зануду. Нам человек нужен, — проговорила я, плюхнувшись на шезлонг, сразу же стало полегче. — Во-первых, чё эт я зануда? А во-вторых, я, может, тоже хочу, — завозмущался Джокер, который, кстати, за весь этот день со мной особо не разговаривал и даже близко не подходил, как будто дистанцию какую-то соблюдает. Могу догадаться почему. Мы всё-таки не одни, и не все в курсе наших отношений. Все считают нас братом и сестрой. Признаться, порой мне и самой немного неловко. Но что ж поделать… — Не. Во-первых, ты будешь лишним. А во-вторых… ты слишком длинный. Мы не в баскетбол играем, — возразила я, попивая водичку. Марк прыснул со смеху, Джокер надулся. — Можешь взять на два или три игрока больше, я вас и так сделаю. Одной левой. И даже не вспотею, — после выдал тот, и… Реально сделал. Три раза подряд! И ему в этом помог не только его рост, но ещё и силушка непомерная. Удар как у катапульты. Ему б ядра метать, а не мячи. Короче, итог… — Так, уберите этого Эндермена с поля. Невозможно же играть. Или, скорее, бессмысленно, — уже начали возмущаться мои соратники (Тарантул). * Эндермен (странник края) — чёрный длиннорукий и длинноногий персонаж из майнкрафта. А противники, между прочим, и сами были бы не прочь избавится от своего козыря, ибо им с таким игроком и играть не надо. Точнее, они б хотели, да, к сожалению, кое-кто один за всех справляется, от чего все за одного — просто отдыхают. — Ты щас договоришься, и я вышибало устрою, — ответил Джокер и снова с силой запульнул мяч, который улетел, вообще, хрен знает куда. — Пф, мазила. — Щас тапочком запульну. — Даёшь, кедобой! — Точнее, шлёпанцебой! — Главное, трусами не кидайтесь. Пока все, как всегда, ржут, я пошла за мячом. Заодно отдохну от очередных перепалок и шума. Мячик улетел далековато. К другим обитателям пляжа. Его как раз поднял какой-то парень в солнцезащитных очках. — Извините, это наш мяч, — проговорила я на ходу. Парень уставился на меня, но мячик не отдал. А потом… — Алекс? — удивлённо изрёк он и снял очки, и я его сразу же узнала. — Роберт, — тоже удивилась я. Секундное лирическое отступление. Роберт — это мой давний знакомый из Штатов. Мы вместе учились. А потом я слиняла, потому что мы с Риком расстались. И при этом никому ничего не сказала. Ну, кроме него. — Фига се, — изрёк он, всё ещё таращась на меня в шоке. И только я хотела что-нибудь сказать, как вдруг… — Алекс?! — воскликнул уже женский голос, и через пару секунд я оказалась в объятиях, довольно крепких, аж дух перехватило. А ещё я знаю, кто это. Это… Шенон. — Шен-шен, ты её задушись, — усмехнулся Роберт. — Поверить не могу, что это ты, — проговорила Шенон, выпустив меня из объятий и теперь тоже поражённо на меня созерцая. — Привет, Шен. Привет, Роб, — произнесла я, тоже не веря своим глазам. А эти двое почти не изменились. Роберт вечно улыбчивый и с вечным хаосом на голове, но невероятно обаятельный и привлекательный (похоже, до сих пор из спортзалов не вылазит). Шенон тоже всё та же, какой я её и запомнила. Коротко остриженные под каре соломенные волосы. Серо-голубые озорные глаза. Нежные черты лица (особенно, меня привлекали её маленькие губы «бантиком»). Спортивная фигура (Шенон любит танцы). И… взрывной характер… — Ты, чёртова сучка! — неожиданно возмутилась та, смотря на меня уже обиженно. — Свалила и даже ничего не сказала. — Не правда, — возразила я, стараясь скрыть улыбку (не особо-то я и раскаиваюсь, если честно). — Кое-кто всё знал, — я перевела взгляд (стрелки) на её компаньона, стоящего рядом с ней. — Вот же, говнюк. Так и знала, что ты что-то знал, — в итоге того наградили локтевым тычком в бок и испепеляющим взглядом. — Ну спасибо, — пробурчал Роберт, потирая ушибленное место и косясь на меня уже тоже обиженно. — Вообще-то, я знал только то, что ты собираешься свалить. Но куда и как надолго — этого я не знал. — А вы что тут оба делаете? — спросила я. — Отпуск, — ответил Роберт. — Погодите, вы что… — начала я, переводя взгляд с одного на другого и расплываясь в улыбке. — Боже упаси, — перебила Шенон. — Мы просто друзья. А если точнее, мы вместе работаем. Ну, может, переспали пару раз по пьяни — так это не считается. — Блин, сказала так, будто я последний мужик на планете, с кем бы ты хотела встречаться, — проворчал Роберт, закатив глаза. — Возможно, и не последний, но точно где-то в конце списка, — улыбнулась та, а кое-кто снова залип на меня. — Ну ты, конечно, и выросла, я тебе скажу. Я в шоке. Хотя я предполагал что-то подобное, но предполагать и видеть воочию… — Роберт не закончил мысль, потому что снова получил. — Эй, хорош меня уже бить, — возмутился он. — А ты хорош глазеть, извращенец, — хмыкнула Шенон. — Чё ревнуешь, что ли, — подстебнул тот. — Больно надо, — снова хмыкнула та. — Кстати, не хотите к нам присоединиться? Раз уж такое дело, — предложила я, кивнув в сторону своей компашки, от которой шуму было как от стада бизонов в брачный период. Мы весь пляж на уши поставили. — Почему бы и нет, — согласились те. В общем, к нашей группе приплюсовались ещё пара человек. А что: одним больше, одним меньше — как будто это что-то изменит. — Познакомьтесь, это Шенон и Роберт. Мои друзья из Америки, — представила я новоприбывших, объяснив вкратце, где мы познакомились. Ну, Рик-то их точно знает. А они знают Рика. — А ты всё при охране. Что ж, это хорошо, учитывая твою нездоровую любовь к опасностям. Как вспомню — так вздрогну, — усмехнулся Роберт, в первую очередь узрев именно Рика. — Вообще-то, Эрик не мой охранник, — возразила я, тот вопросительно посмотрел на меня. — Теперь он мой парень, а по совместительству — заместитель президента Интерпола, — преспокойно сказала я, и у того аж рот открылся, Рик лишь неловко улыбнулся, пожимая руки. — Я так и подумала, что у вас замутки были. Ну разве ж может такой шикарный мужик пройти мимо твоих искушённых глаз и остаться живым, — проговорила Шенон и рассмеялась с выражения лица Роберта. После все поочерёдно представились (даже Касперский прибежал поздоровкаться, точнее, провести фейсконтроль, ошеломив моих друзей своей царственной персоной), а вот когда дело дошло до Джокера… — Погоди-ка, я тебя вроде бы знаю, — проговорил Роберт, с прищуром смотря на Джокера, который делал вид: не в курсе, о чём ты. — Шен, ты ведь его помнишь? — Да, точно. Это он, — сказала та, тоже впившись взглядом в Джокера. — Откуда вы можете его знать? — спросила я, уже догадываясь, что они мне сейчас ответят. — Этот чувак спрашивал у нас о тебе, — ответил Роберт, НЕ удивив меня. — Хоть это и было несколько лет назад, но я этот день до сих пор помню. Этого человека трудно забыть, — сказал он уже с каким-то недобрым намёком, просматривая на Джокера с открытой неприязнью, а тот лишь ухмыльнулся. — Ага, словно ЦРУ-шник какой-то, — подтвердила Шенон тоже с неприятными нотками в голосе (хм, надо будет допытаться до них или Джокера, но потом). — Да не, он её братом представился. Но я-то, блин, знаю, что никакого брата у тебя нет, — Роберт посмотрел на меня. — Вообще-то, — начала я, сдерживая смех (ох, уж, этот Джокер). — Это Алан. И он мой брат. Родной. Но только по отцу. На несколько секунд повисла тишина. Эти двое уставились на меня в ступоре. — Так, ты чё, реально её брат, — всё ещё обалдело вымолвил Роберт, обращаясь к Джокеру, и тут… — К несчастью, — раздражённо, даже зло сказал тот и утопал к шезлонгам. — Что ж, сходство на характер, — проговорил Роберт, смотря вслед уходящему Джокеру, все опять рассмеялись, а мне снова стало неловко. Неужели он не может воспринимать этот факт как-то проще. Я, конечно, понимаю, что его это злит. Но факт всё равно остаётся фактом. И мы его никак не изменим. Можем только принять и смириться. Ох, уж, этот Джокер… Всё последующее время мы потратили в основном на болтовню, пока все не проголодались. Но на этот счёт мы всё предусмотрели. — Барбекю! Да, пришлось купить целого мамонта на такую-то ораву мужиков. Но главное, что не мне готовить. Я всё ещё не питаю особой любви к кулинарии, и всё так же плохо готовлю. Точнее, похоже, я уже разучилась, что умела. Греческий Бог будет «счастлив» снова меня обучать, пф. А пока более опытные кулинары занимаются «хлебом», мы (я, Чёрная Вдова и Элиас) занимаемся зрелищами. В общем, мы решили отработать некоторые трюки паркура. Надеюсь, не сломаем ничего, а то арендодатель разозлится… **** Во внутреннем дворе гостевого дома было оживлённо и шумно. Смех, разговоры. Каждый был чем-то занят. Кроме… одиноко сидящего подальше ото всех в плетёном кресле парня. Потягивая пиво из бутылки, он наблюдал за троицей: два парня и девушка, — и о чём-то думал. «Интересно, это чувство хоть когда-нибудь пройдёт? Или оно так будет всегда? А она? Чувствует то же? Или у неё всё намного проще, чем у меня. Хаа, походу, я тут один такой страдалец. Несправедливо…» — Здорóво, не помешаю, — со стороны неожиданно раздался американский акцент, прервавший его думы, и во второе кресло опустился парень. — УЖЕ помешал, — недружелюбно ответил Алан, отпив из бутылки. — Я просто хотел кое-что спросить, — начал тот, не обратив внимание на враждебность. — Почему Алекс о тебе ни разу не упоминала? — в итоге спросил он. — А ты у неё спроси, — прозвучал холодный ответ. — Я спрашивал. Но она уклонилась от ответа, что показалось мне подозрительным. — А тебе зачем, вообще? — Ну, просто, интересно. — Меньше знаешь, дольше живёшь. На пару секунд образовалось молчание. — Мистер Блейк удочерил её в возрасте восьми лет. Тебе тогда лет тринадцать должно было быть. Она просто не могла о тебе не знать… — Слышь, я тебе ничего объяснять не должен, — прозвучал тон уже с откровенной неприязнью. — И вообще, не лезь не в своё дело. — Когда-то и я тебе сказал то же самое. Но что сделал ты? Ты угрожал мне. Хуже того… ты угрожал Шенон. К счастью, мы мало что знали. Но я уверен, что Алекс не в курсе, КАК ты выудил из нас информацию. Пожалуй, ей не повредит узнать об этом, — вдруг проговорил тот с шантажирующей ухмылкой на губах, пока его сверлили два злых зелёных глаза. «Вот же… Блин, а Земля более покатая, чем я считал…» — А ты не боишься потом проснуться где-нибудь мёртвым или покалеченным? — в итоге ответил Алан. — Нее, в этот раз твои угрозы не прокатят. А знаешь почему? — тут парень указал в сторону девушки, ловко сделавшей сальто от забора. — Думаю, Алекс это не понравится. — Ничто и никто не помешает мне оторвать тебе голову, чтобы ты меньше думал, — снова прозвучала угроза. Парень рассмеялся. — Ладно. Хорошо, — преспокойно продолжил он. — Если не хочешь говорить, тогда выслушай мои предположения и просто ответь мне: прав я или не прав. В общем… мне кажется, что вы с Алекс не так давно друг о друге узнали. Верно? — С чего вдруг такая мысль? — хмыкнул Алан. — Ну, во-первых, я очень хорошо помню, когда Алекс говорила, что является единственным, скажем так, ребёнком в семье, и что о других она ничего не знает, даже если они и есть. А прожила она у опекуна или, точнее, получается, что у родного отца уже тогда около восьми лет. За это время многое можно было бы узнать. А учитывая её феноменальное любопытство, ей и года было бы достаточно. А во-вторых… зачем бы и тебе что-либо о ней узнавать. Если б вы выросли вместе, тебе этого бы не понадобилось. А это значит… что и ты о ней ничего не знал, причём до недавнего времени. И меня просто интересует, как такое возможно. — А ты Шерлок, блин. В твоей голове извилин намного больше, чем я думал, — одновременно, с сарказмом и небольшим удивлением проговорил слушатель. — Благодарю, — парень расплылся в улыбке. — Ну так, и как ты объяснишь всю эту ситуацию? Признаться, я в замешательстве. — Ещё бы, — Алан снова хмыкнул, но уже с какой-то хитрой самодовольной улыбкой. — Кто ты ей, чтобы она тебе что-либо рассказывала. Ты ей, похоже, и друг-то так себе, если она киданула тебя и по сей день не вспоминала. А может, и не вспомнила бы, если б не наткнулась случайно. А вот Я… я её брат, — на этом моменте его как будто покоробило, но он продолжил всё с той же надменностью. — И неужели ты возомнил себе, что она не простит мне мою " маленькую оплошность». Да Алекс знает меня лучше, чем себя. Она знает, какой я, и на что я способен. И она знает, что вы не единственные, кому я угрожал. Ну а я в свою очередь знаю всё о ней. Между нами нет секретов. И уж извини, если ты не входишь в круг её доверенных лиц. Так что, можешь сказать ей что угодно, мне абсолютно на это наплевать. Шантажист хренов, блин, — закончив, он поднялся из кресла и направился в сторону троицы, парень лишь проводил его взглядом. — И не возразишь же, — в итоге вздохнул он, переведя взгляд на девушку. **** — Блин, завязывайте. Мне на вас смотреть страшно, — проговорил Тарантул… в фартучке, пф. Но он мне сейчас так Греческого Бога напомнил, что плакать хочется, как я скучаю по тем счастливым временам. Будут ли ещё такие — неизвестно… — А ты не смотри, — усмехнулся Чёрная Вдова, а тем временем Элиас спрыгнул с ограды и сделал сальто. Ух, нравится мне его уровень. Не знала, что он всерьёз заинтересовался паркуром. — Ага, чтобы вы себе шеи посворачивали, — проворчал тот. — И вообще… кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста. — Чё? — мы все уставились на него, потому что кое-кто заговорил на своём родном. — Вкушать жратву пора, говорят вам, — вдруг нарисовался Джокер, весь из себя почему-то довольный, а потом… — Алан! — возмутилась я, потому что он поднял меня на руки над своей головой, а потом ещё выше, держа за талию. — Ты же любишь высоту, опасность, — ухмыльнулся тот. — Также я предпочитаю более прочную опору, а не такую шаткую и сомнительную, — проворчала я, скрестив руки на груди. — Да я твоя самая устойчивая опора. Мы ж семья. А что может быть важнее семьи? Семья превыше всего… сестрёнка, — последнее слово он произнёс язвительно, с отвращением и почти с ненавистью, а потом, наконец, опустив меня на землю, как ни в чём не бывало утопал к столу на террасе. Все смотрели на него в непонятках, а вот я всё понимала. Не понимала лишь одного… и чего его это так бесит. Ужин был восхитительным. Единственное, что омрачало мой аппетит — странное поведение Джокера и… теперь ещё и странное поведение Роберта. Слишком часто я ловила на себе его не совсем понятный мне, словно какой-то задумчивый взгляд, а ещё он чересчур налегал на спиртное. Насколько я знаю, Роб не любитель напиваться. Он ещё постоянно шутил: да я творю ху😙ню и трезвым. Обычно напивается он… когда его что-то тревожит. Но это должна быть серьёзная причина… После ужина Шенон уломала меня на танец. Просто кое-кто тоже малость перебрал. А когда Шенон пьяна, её уже не остановить. А вообще, Шен-шен — ярая тусовщица. И она всегда поддерживала любую мою сумасбродную идею. Собственно, на этой почве мы и сошлись. Как и с Робертом. Короче, три дебила — это сила, пф. Пусть смешно, зато… — Чё-т я, кажется, только что ослеп. Надо бы глаза святой водичкой промыть. Не подскажите, где тут ближайшая церковь? Да хоть синагога, — изрёк Тарантул, все покатились со смеху, хотя до этого тоже сидели в безмолвном шоке и с открытыми ртами (хорошо, что семейство Лоумэнов нет, а не то б Кэрол меня где-нибудь закопала бы, пф). Что ж, пока все отходят от шока, давайте расскажу немного о наших с Шенон танцах. Точнее, ЧТО мы с ней творили или вытворяли. Когда-то мы с ней навели шороху не в одном ночном клубе Нью-Йорка. О наших выходках ходили, может, и до сих пор ходят легенды. Мы сводили с ума не только мужчин, но и некоторых женщин. А после Роберту приходилось отгонять от нас назойливых кавалеров (ещё и поэтому он никогда особо не напивался). Если кавалеров было слишком много, то нередко вмешивался… — Это ещё что. Я видел сцены и пожёстче, — вздохнул Рик, видимо, тоже припомнив эти моменты. — И мне, блин, пришлось терпеть это целых полгода. Я любил и ненавидел свою работу, — по двору снова пронёсся дружный гогот. — Но я нисколько не жалею, что связался с этим стихийным бедствием, — добавил он, улыбнувшись. — И я — тоже, — сказал Дэвид, а там — как по цепной реакции, ажно смутили меня, негодяи. — Да, Алекс — словно большая лампочка, а мы… просто жалкие мотыльки, — вдруг выдал Роберт, а потом, вообще, встал и направился к выходу. — Эй, Роб! — окликнула его Шенон, но тот даже не обернулся, просто ушёл, в итоге та последовала за ним, а я неожиданно догадалась в чём причина его поведения. — Что ты ему наговорил? — я сердито зыркнула на Джокера, тот не растерялся и даже не удивился. — То, что он должен был услышать уже очень давно, — преспокойно ответил он. — Да что ты, вообще, знаешь о нём или Шенон? Эти двое мне как брат и сестра. Они спасли меня от самой себя, когда как ТЫ с удовольствием устроил бы на меня охоту… братец, — раздражённо проговорила я, но тот лишь хмыкнул (интересно, а он когда-нибудь перестанет меня бесить?). — Короче, я с тобой потом разберусь, — убийственно зыркнув на него напоследок, я тоже ушла. К счастью, мои пьяненькие друзья ушли недалеко. Так что, нашла я их быстро. — Да что с тобой? — донёсся до меня голос Шенон, Роберт же просто шёл молча, но уже только по его походке можно было понять, что он зол. Нагнав их за пару-тройку шагов, я взяла Роберта за руку. Тот остановился и сначала посмотрел на меня растерянно, а потом вдруг сказал: — Мы здесь из-за тебя, потому что ты пропала, словно тебя и не было никогда. В первый раз, когда мы были в Лондоне, твой отец сказал, что тебя вообще нет в стране. А где ты? Этого он не сказал. И вот спустя столько лет я увидел новость о том, что ты создала новый IT-продукт, прогремевший на весь мир, а потом — фотки с королевского приёма. Мы долго думали: а стоит ли? Наверное, ты уже о нас и забыла. Алекс, тебе, действительно, на нас наплевать? И тут все мои догадки подтвердились. Ух, и устрою я кое-кому, чтоб не лез, куда не просят. — Слушай, я не хотела ничего рассказывать, просто, потому что время и место было неподходящим. Я хотела поговорить обо всём наедине. А ещё история слишком длинная и… смахивает на самый настоящий триллер, — я усмехнулась, те таращились на меня в непонимании. В итоге взяв их уже обоих за руки, я потащила их в ближайшее кафе. А там поведала обо всём и сразу, но в сжатом варианте, потому как и к утру не уложусь ведь. И, конечно же, моя повесть ошеломила их. Аж на глазах протрезвели. — Я когда вернулась из Штатов домой и узнала новость о моих родителях, хотела махнуть обратно к вам, но отец сослал меня в Корею, а там у меня возникло мнооого проблем и трудностей, что ни до кого дела не было. Скольких мне только нервов стоила невозможность найти работу. Про маньяка даже и вспоминать не хочется. Хотя мой братец ничем ему не уступал. А потом меня принудительно заставили вернуться на родину. И хоть я и вернулась сюда уже как год назад, а с проблемами разделалась, наверное, ещё и месяц не прошёл. Но зато теперь в моей жизни, наконец-то, почти всё в порядке. Больше никакой лжи, ненависти и бесконечных разборок. По сути я только-только начала жить. И я рада, что вы здесь. Однако мне всё-таки стоит перед вами извиниться. Я была слишком эгоистична и принимала вас не всерьёз. Я не думала, что между нами образовалась настоящая дружба. Поэтому простите, если я вас обидела, — подвела я итог, умудрившись выложить довольно много (от них мне нечего скрывать). Какое-то время эти двое просто молча сидели, явно силясь переварить информацию. Первым очухался Роберт: — Я сейчас не ослышался… Ты извинилась? — удивлённо спросил он. — Ну, я подумала, что иногда это важно сделать. К тому же это не так уж и сложно, — усмехнулась я. — А ты изменилась. Очень сильно. В хорошем смысле, — улыбнулась Шенон. — Да уж, — Роберт всё ещё в удивлении пялился на меня, а после, видимо, полностью всё осознал. — И ты нас тоже извини. Мы ничего не знали. Что у тебя всё настолько хреново. Хотя ты могла бы просто позвонить. — Нет, не могла, — те вопросительно уставились на меня. — Вы бы мне всё равно ничем не помогли, а вот у вас могли бы быть проблемы. Я почему и Эвану не звонила все эти пять лет. Я тогда не знала, на что мог пойти мой отец. Я не могла рисковать. — А вообще, жуткий он у тебя тип. Как и его сыночек, — проворчал Роберт. — Согласна, но сейчас всё изменилось. Они изменились не хуже меня. В любом случае они для меня очень важны. К тому же отец никогда не желал мне зла. Просто забота у него такая… специфическая, — мы рассмеялись. После я спросила у них, что учудил мой братец, когда выуживал из них информацию обо мне. Что ж, всё в стиле старой версии Джокера. Угрозы, шантаж — короче, ничего нового. — А ты, кстати, теперь что планируешь? Тут останешься? Или есть другие планы? — поинтересовался Роберт. — Ну… я собираюсь вернуться в Корею, — честно ответила я, и снова шок. — Что? Зачем? — спросила Шенон. — Затем… что теперь ТАМ мой дом, — сказала я, и снова безмолвное удивление. — Там, кстати, тоже есть море и пляжи. И намного теплее, чем здесь. Это я на тот случай, если снова собирётесь в отпуск, — уже с намёком проговорила я, те сразу же заулыбались. Поболтав ещё немного, мы разошлись. На улице уже давно была глубокая ночь, но людей, наоборот, только прибавилось. Ещё бы это ж столица вечеринок. Прям как Лас-Вегас, только британская версия. И пока я пробиралась сквозь людей, неожиданно кто-то сцапал меня за руку. Вздрогнув и перепугавшись, я обернулась. И кого ж я там увидела… — Девушка, а не подскажите, как пройти в библиотеку? — спросил Тарантул. — Блин, Макс. Напугал, — с колотящимся сердцем вымолвила я. — А ты меньше шароёбься одна по ночам, — выдал тот. — Да тут всего-то пара шагов, — рассмеялась я. — Сколько было шагов от того места до твоего дома, когда к тебе прикопался маньячина? — вдруг спросил он уже серьёзно. — Ладно-ладно, — я рассмеялась ещё больше. — Кстати, а как ты узнал, где я? — Да так… кое-что взломал, — Тарантул опустил взгляд на подарочек моего отца, который я теперь действительно никогда не снимаю. — Сталкеришь? — усмехнулась я, хотя я была удивлена, а ещё было приятно. — Если бы, — хмыкнул тот. — К тебе хоть спутник привяжи, всё равно спокойнее не будет. Я снова рассмеялась, а потом обняла его. На пару секунд тот завис, явно застигнутый врасплох. — Блин, Сань, и вот как у тебя так получается, одновременно, быть и дерзкой… и до разрыва сердца милой, — он обнял меня в ответ. — Как и у тебя: смешным и мудрым, — сказала я, тот опять впал в безмолвие на несколько секунд. — Ладно, идём. А то ведь я украду тебя, — наконец, заговорил он. — Слушай, а чего жук сегодня такой психованный? Как в жопу ужаленный, — спросил он, когда мы шли по набережной. — А как будто не понятно, — ухмыльнулась я. — Вообще-то, более, чем понятно. Однако… я б на его месте не парился. Даже если б и не было этого близкородственного скилла, — Тарантул усмехнулся. — Хотя я до сих пор не могу в это поверить, но генетика, блин, врать не умеет. Эта троица (Тарантул имеет в виду Реджинальда, Элиаса и Кристабеллу) словно не от мира сего. Но в хорошем смысле этого слова. Короче, звезда в шоке. Да, Тарантул тоже в курсе, нашей генетической особенности. Почему тоже? Да потому что уже все в курсе. Я специально это сделала, рассказав нашим близким друзьям правду (хотя, вообще-то, Скотту Джокер сам всё рассказал), чтобы кое-кому легче стало, но… ему почему-то не легче. А почему? Такое ощущение, что он и сам этого не знает… — Хочешь, можем прогуляться, — предложила я, когда мы были уже близко к нашим коттеджам. — Я б с радостью, но, к сожалению, уже пообещал Оливеру, что мы будем пасти всю ночь кибероленей. Если я его опять кидану, обидится ведь, чертяка, — ответил он. — Ну ладно. Обещания надо выполнять. Пошли, — улыбнулась я, направившись к одному из домов. — Вообще-то, я из другого сарая, — Тарантул кивнул на соседний коттедж, я прыснула со смеху. — Что ж, тогда спокойной ночи, — сказала я. — Ха, спокойной, — хмыкнул тот. — Да после вашего представления мне ещё долго не уснуть. Не знаю, смогу ли теперь сосредоточиться на работе, — я снова рассмеялась, и пока я смеялась, Тарантул обнял и поцеловал в лоб. — Ты меня с ума свела. — Ооо, я ещё даже не начинала, — хитро усмехнулась я. — Однажды, — я ловко забралась к нему под футболку со спины, тот аж вздрогнул. — Я вытащу из тебя всё, что ты от меня прячешь. Даже то, что тебя пугает. На этот раз его ступор продлился подольше. Он был словно каменная статуя в моих руках. Однако… — Ну… быть может, неудачную татушку где-нибудь на пятке, — выдал он, и меня вновь пробрал хохот. — А вы, русские, крепкие ребята, — выговорила я сквозь смех. — Ага, как же. Ты даже и представить не можешь, что ты каждый раз со мной делаешь. Ох, Саня, — раздался страдальческий стон, его руки стиснули меня крепче, сам он уткнулся в мою макушку. — Как же я тебя люблю, — проговорил он. — Спокойной ночи, — а потом опять чмокнув меня в темечко, ушёл… если не сбежал от меня. А я потопала к себе в комнату. Но только я закрыла за собой дверь, вдруг кто-то постучал. А открыв, на меня тут же с поцелуем набросился Джокер. — Какого хрена, — возмутилась я, отстранившись от него. — А если б Криста тут была. Информация, так сказать, для справок: мы с Кристабеллой делим комнату. — Я только что видел её с Марком, — ответил тот, снова прильнув к моим губам. — Я, вообще-то, на тебя злюсь, если что, — снова отстранилась я. — Хааа, — Джокер раздражённо вздохнул. — Это было тыщу лет назад, когда мы с тобой друг друга ещё даже и не знали. Ты не имеешь права злиться на меня за это. Да и какой смысл злиться за события хуйскольколетней давности. — А я и не за это злюсь, а за сегодняшнее. Зачем было говорить Роберту то, чего ты не знаешь. — Слушай, твой дружок пытался меня шантажировать, вот и получил ответку. Никто не смеет шантажировать мастера шантажа. Не дорос ещё. А вот ТЫ… завязывай уже говорить каждому встречному и поперечному о том, что мы родственники. — А что мне ещё говорить, если это правда? — Тогда лучше, вообще, ничего не говори. — Всё сказал? А теперь проваливай. — Нет, я ещё не закончил, — Джокер сгрёб меня в объятия. — Вообще-то, я пришёл, чтобы просто обнять тебя. А то я, блин, единственный, кому тут приходится каждый раз думать, прежде чем сказать тебе что-либо или элементарно дотронуться до тебя. На это мне нечего было ответить. И даже возразить. И злость пропала. Так вот почему он от меня сегодня держится подальше. Пф… — Да не парься ты. Похоже, что кроме тебя, никого это не волнует, — усмехнулась я, обняв его. — А я не могу об этом не париться. Особенно, когда ты постоянно напоминаешь мне, что мы родственники, а заодно и другим, — проворчал тот, я прыснула со смеху. — Ладно, я пошёл, а то я еле себя в руках держу, — и ещё раз напоследок наградив меня поцелуем, Джокер ретировался. А я пошла в душ. Мне надо подумать над всей этой ситуацией. А зачем мне над ней думать? Нууу… я ведь в скором времени планирую вернуться в Корею. И я до сих пор не представляю, КАК мне всё всем объяснить. А положение моё с каждым днём всё усложняется и усложняется… Так ничего и не сообразив полезного, а лишь помучавшись угрызениями совести, я выползла из душа. Кристабелла уже была в комнате. И Касперский тоже (видать смена бейбиситерства закончилась, Алекс уже наверняка спит). Увидев меня, Кас сразу же метнулся ко мне, что-то рассказывая. — Кот классный. А ещё удивительно умный и заботливый. Значит, глупости это всё, будто кошки глупые, — проговорила Криста, Кас на неё так выразительно посмотрел: мол, кто говорит? Пасть порву, моргало выколю. — Иногда мне кажется, что он понимает каждое наше слово, — удивилась она. — Конечно, понимает. Касперский самый умный кот в мире, а ещё лучший защитник. Будь он человеком, влюбилась бы, — похвалила я своего котика, тот незамедлительно возгордился. — Кстати, я хочу у тебя кое-что спросить, — немного нерешительно начала она, я посмотрела на неё. — А Марк, он… — Свободен и на всё годен, — перебила я, вмиг догадавшись, что она хочет у меня узнать. — Это так очевидно, что он мне нравится, — Криста смущённо улыбнулась. — Ты глаз с него не сводишь, — я расплылась в лыбе. — Но Марк и вправду чудесный человек. Хоть я его и знаю всего ничего, а кроме как хорошего, мне о нём сказать нечего. — Вообще-то, он мне больше, чем просто понравился. Да только вот, — она перестала улыбаться и вздохнула. — Ему ведь нравишься ты, Алекс. Впрочем, как и всем им. Не похожи вы на друзей. Даже Эван. Её утверждение заставило снова спуститься меня на землю и погрузиться в свою проблему. — Нуу, — протянула я, плюхнувшись на кровать и залипнув в потолок, кот завалился на меня. — Почти с каждым из них меня связывает многое. С кем-то — больше, с кем-то — меньше, но абсолютно каждый из них для меня важен. А ещё пусть это прозвучит странно, но каждого из них я люблю. И люблю каждого по-своему. Потому что они разные, и любить их одинаково — просто невозможно. Однако любить их всех одновременно — вполне реально. — Что ж, верю. И это нисколько не странно, а скорее, удивительно. Ты смогла объединить столько разных людей. А ещё такое ощущение, что ты собрала самых лучших мужиков в мире. Мы обе покатились со смеху. — Ну, лучших, не лучших, а в любом случае Марку я не подхожу. Он для меня слишком хороший. Я его испорчу, — проговорила я, Криста снова рассмеялась. — Дэвид тоже слишком хороший, — сказала она. — Ага… был когда-то, — усмехнулась я, и снова наш смех прокатился по комнате. Пообсуждав ещё какое-то время мужиков и обменявшись юморными историями из жизни, моя собеседница отрубилась. Кот — подавно. И я снова погрязла в мыслях о будущем. Чтобы их хоть как-то разогнать, я тоже попыталась уснуть. Однако проворочавшись в постели, поняла, что это бесполезно. В итоге я решила подышать свежим воздухом. На улице было хорошо. Звёзды, приятный ветерок и шум моря, доносившийся до моего абсолютного слуха. Но тут до моих ушей дошёл и ещё какой-то звук: как будто кто-то где-то курит. Но не сигарету, а вейп. А потом среди тусклого освещения я различила клубы дыма за забором соседнего двора. Припомнив, кто там живёт (Семейство Лоумэнов, Макс, Оливер, Марк и Скотт), я из любопытства заглянула за ограждение и… удивилась. Если честно, я ожидала обнаружить кого угодно, но только не… — Чего не спим, — спрыгнув с забора, я удачно приземлилась на диван, прямо рядом с собратом по бессоннице. Тот от неожиданности аж закашлялся. — Напугала, блин, — выговорил Марк. — Не знала, что ты куришь, — я опустила взгляд на вейп в его руке. — Да так. Изредка, — тот отвёл от меня взгляд. — Когда мысли одолевают. — А мысли какого характера? — усмехнулась я. — Ясное дело, что не радужного, — ответил тот и затянулся, я улыбнулась. — Может тогда подумаешь о Кристабелле, — без каких-либо намёком сказала я. Марк ничего не ответил, лишь опять затянулся, а потом… — Она — не ты, Алекс, — вдруг на полном серьёзе ответил он, чем меня немного удивил, однако у меня было чем крыть. — Но разве ты сегодня не понял, какая я? Но это ещё цветочки. В девять лет я связалась с шизофреником, хотя теперь он полностью здоров и счастлив, однако факт — есть факт. В четырнадцать — я «совратила» своего репетитора и тем самым неплохо подпортила ему жизнь. Хотя он вроде как тоже утверждает, что вполне счастлив. Что ж, будем надеяться, что так оно и есть. В шестнадцать я охмурила своего охранника. Ему, вообще, пришлось со мной несладко. Каким только «пыткам» он не подвергался. Сейчас ему, конечно, не на что жаловаться, но вот ТОГДА… это был чистый садизм — отношения со мной. А всё же самое интересное я оставила на десерт… я соблазнила собственного брата, Марк. И ни капельки об этом не жалею, — проговорила я реально без стыда и совести. — Знаешь, — к моей неожиданности нисколько не удивился тот, выпустив очередной клуб пара. — С ТОБОЙ меня это не удивляет. А ЕГО я не могу осуждать. Лишь позавидовать. Ведь у него нет права на твою любовь, однако есть все шансы. А у меня… есть право, но ни одного шанса, — снова удивил он меня, в итоге я не нашлась, что сказать. — Извини. Я всегда говорю, что думаю… почти всегда. — Да нет, ты правду сказал, — улыбнулась я. — Однако в одном ты ошибся. Шансов у тебя нет, просто… потому что я тебе не нужна. И я тебе это сейчас докажу, — Марк недоумённо посмотрел на меня, а я тем временем встала и… перебралась к нему на колени, а потом, обвив его шею руками, пропела сладким голосом верной жёнушки. — Дорогой. Стол накрыт, пол помыт, рубашки выглажены, дети спят. Сначала поужинаешь или… — я чуть приблизилась к его лицу и, заглянув в глаза, закусила нижнюю губу. — Начнёшь сразу с десерта, — я похлопала глазками. Первая минута была полного ступора и бездействия, а потом… Марк прыснул со смеху. — Мне такое и в страшном сне не приснится и даже в самых смелых фантазиях не привидится, — выговорил он сквозь смех. — Однако с чего ты вдруг взяла, что мне нужна именно ТАКАЯ? Да и вообще, как будто я не понял, какая ты. — Я не говорю, что тебе нужна именно такая. Я хочу сказать, что Я тебе не подойду, потому что я взбалмошная авантюристка, Марк. Тишина и покой — это не со мной. Со мной один сплошной бедлам и непредсказуемость. Оно тебе не надо. Однажды это тебе надоест, и ты поймёшь на КОГО тратишь свою жизнь. Я этого не стою. Дэвиду пришлось измениться ради меня. — Не заметил, чтобы он об этом уж слишком жалел, — усмехнулся Марк. — Может быть. Однако он был таким же как и ты. У него была тихая спокойная жизнь. У него была девушка, в конце концов. Но я ворвалась в его жизнь и перевернула всё к чертям. И с Риком — такая же песня. А с Эваном — ещё хуже. Но, к счастью, тут у меня хоть совести хватило или здравого смысла, потому что я знала, что не смогу дать ему то, чего он хочет… И тебе — не смогу. Пока ты такой какой ты есть. Но тебе и не надо меняться, чтобы стать счастливым. Однако со мной… тебя не ждёт счастье. Только нервотрёпка. Ты ведь это и сам понимаешь. Я не… — я не договорила, потому что Марк поцеловал меня. — Понимаю, — сказал он, отстранившись. — Только что об этом думал. Только вот я думал о том… что это Я не подхожу тебе, а никак не наоборот. В любом случае у тебя и без меня счастья через край. Прям целый ковчег. Я рассмеялась, уткнувшись в его плечо. — Ты не прав. Ты классный. Странно, что тебя до сих пор ещё не прибрали к рукам, — я улыбнулась. — Я женился на своей работе. А сейчас вот по-тихой ей изменяю, — ответил тот, и мы уже оба рассмеялись, а потом опять целовались. — О, кстати, а я не рассказывал тебе, что мы тут недавно придумали, — вдруг опомнился он. — Излагай, — усмехнулась я, а потом отобрала у него вейп и, затянувшись, устроилась на его плече, пока тот рассказывал. Мне всё равно не хочется сейчас оставаться одной. Какое-то время я слушала, а потом начала засыпать. И даже в преддверии сна меня одолевала всего одна мысль… У меня просто ультрафиговое положение…