Волчица и семеро козлов... и кот!

Вот и момент отлёта настал. Как я и предполагала выпроваживать провожать меня пришли все. Хотя кое-кто, похоже, запаздывает…             — Я тут подумал, что не мешало бы расширить наш банковский бизнес. Например, скорешиться с банками Азии. Или, быть может… Рэдж, не желаешь замутить розничную торговлю с корейцами? — с открытым намёком проговорил Элиас. — Нет. С азиатами слишком трудно сотрудничать, — усмехнулся энтомолог. — Почему? — спросил тот. — Ты ж у нас отлично знаешь и китайский, и японский, и корейский, и вроде даже хинди. — Дело не в языковых барьерах. У них крайне сложный менталитет, понятный только им самим. И если ты в него не вписываешься, то неважно насколько огромна выгода, они тебя не примут. Потому что для них сотрудничество нечто большее, чем просто подписание договора на определённых условиях. Весь их бизнес строится на семье или братстве. А кто захочет принимать в семью чужака? Так что… только тот, кто проникся менталитетом стран Азии, сможет открыть для себя рынки Поднебесной. Однако даже наша семья не особо любит с ними связываться, потому что не привыкли идти на уступки. Короче, от такого сотрудничества больше убытков, чем выгоды. — Сказал, как Боженька смолвил, — проговорил Питер, мы все рассмеялись. — Я не так давно с ними сделку заключил — равно что совершил восхождение на гору без страховки. Их рынок практически не покоряется лаовайцам (*лаовай — иностранец по-китайски). А ещё они ушлые, при себе лучше всегда держать переводчиков, — все снова рассмеялись. — Кстати, Эван, а ты когда-нибудь занимался разработкой медицинского оборудования? — Ну, было дело, — ответил тот. — Блин, нам по зарез нужны инженеры. Не выручишь, а? — Почему бы и нет. Мне сейчас как раз делать нечего. Тут я чуточку уточню, о чём речь. Дело в том, что Питер является владельцем компании, занимающейся разработкой, продажей и техническим поддержанием медицинского оборудования. Так что его отец имеет немаловажное влияние в медицинской сфере. Поэтому так просто получилось продвинуть кое-кого в директора целой клиники. — А как насчёт спутника? — спросил отец, тоже обращаясь к Эвану. — Смотря, что вы имеете в виду. В научных целях — пожалуйста, в военно-политических — нет. Я даже АНБ когда-то послал куда подальше. И эти кретины жёстко мне отомстили, перекрыв все заказы из Штатов. Благо, на родине тогда уже заказчиков хватало. — Весьма прескорбно. И, увы, но цели у нас не научные, однако, уверяю вас, благие. Думаю, вы в курсе сложившейся ситуации. — В курсе. Но у вас и свои инженеры должны быть, которые как раз таки и занимаются подобными «заказами». — Есть, конечно, а всё же… вам бы я доверился больше. Я бы и мистера Майклсона привлёк, но… кое-кто решил устроить «утечку мозгов"(*), — отец посмотрел на Дэвида, тот лишь улыбнулся. — Ну а вы, мистер Кэмерон, вы-то хоть, надеюсь, никуда не собираетесь? По крайней мере, в ближайшее время, — он посмотрел на Марка. * Утечка мозгов — эмиграция высококвалифицированных специалистов в другую страну. — Да я и не планировал вроде, — усмехнулся тот, переглянувшись с Кристабеллой, та слегка смущённо улыбнулась. И вот представьте себе, отцу и секунды хватило, чтобы всё понять. — Предупреждаю заранее, её мать — сущее зло. Даже хуже, чем я, — выдал он. — Дядя Альберт, — возмутилась Криста. — Вообще-то, я солидарен. Матушка ещё та заноза в… — начал Элиас, но словив на себе уничтожающий взгляд сестры, очень похожий на тётин, когда она чем-то недовольна… — Короче, вернёмся к нашим азиатам, — решил сменить тему. — Ну не может же всё быть настолько печально с этой Азией. Не восемнадцатый век всё-таки на дворе, — опять завёл свою шарманку Элиас. — К сожалению, может, — сказал отец. — «Древняя легенда» гласит, что нельзя так просто взять и договориться с азиатом, — и он это так процитировал, прям Боромира из Властелина колец скопировал — в общем, мы опять все полегли от смеха. — Короче, они не самая удобная нация для сотрудничества, да и вообще для взаимной работы не годятся, если только это не всеобщая проблема мирового масштаба. В любом случае кроме своих, они никого не принимают. И это одновременно их большой минус и плюс. — Ну, похоже, я исключение из этих правил, — сказала я. — Да, ты одна из немногих, кто завоевал их доверие… и любовь, — отец усмехнулся, я закатила глаза. — О, точно, а та компания, где ты работала, случайно, не нуждается в банковских услугах? Как насчёт инвестрирования? Или чего-то в этом роде, — тут же подсуетился Элиас. — Не знаю, но я обязательно спрошу, — ответила я, только чтобы он уже отстал, хотя… лишним не будет, ведь мне ещё СТОЛЬКО международных валютных операций придётся сделать, так что, он мне пригодится. — Ты, спроси-спроси, а то я уже подумываю купить эту страну. Кстати, дядя Альберт, а можно ли купить целую страну? — вдруг выдал он, мы, конечно, опять поржали, однако… — Купить можно абсолютно всё. Были бы деньги и желание, — сказал отец на полном серьёзе, мы все с интересом уставились на него. — Только вот в современных условиях это будет выглядеть не очень гуманно, я б даже сказал, жестоко и бесчеловечно. Потому как придётся уничтожить практически всё население страны, ведь оно по закону проживает на той территории, которую ты хочешь купить. А, как известно, с мёртвым человеком куда проще «договориться» нежели с живым. Иначе твоя покупка может обернуться войной и геноцидом. Поэтому могу предложить другой вариант: привести страну к экономическому упадку, а после просто присоединить её к нашей стране. А теперь перейдём к самому главному: как богатую ресурсами страну довести до экономического краха и госпереворота. Первое, с чего нужно начать… — Эм, спасибо, но, кажется, я передумал, — прервал Элиас. — Правильно, Гитлер с Наполеном тоже когда-то пытались, и где они сейчас. Хотя я бы дослушал до конца. Ну, так… чисто из любопытства. В общем, позже перетрём на серьёзных щах, да без лишних свидетелей, — Тарантул расплылся в злодейской лыбе, и всех снова пробило на смех. — А всё-таки, мистер Лоумэн, — снова начал отец. — Вы окажете нам честь, если согласитесь. Оо, его стратегия ясна как белый день. Сначала он будет льстить, потом подкупать, а после… угрожать. Надеюсь, последнюю стадию удастся миновать, а то я разозлюсь ведь, и мы снова распрощаемся не на доброй ноте. — Сожалею, мистер Блейк, но я ничем НЕ ХОЧУ вам помочь, — ответил Эван уже со своей привычной прямотой (думаю, он и Королеве откажет, и глазом не моргнёт). — Я могу вам гарантировать пожизненную неприкосновенность со стороны правительства, — ну вот, говорила же, врубил Дьявола-искусителя (что-то мне это уже не нравится). — А если я хочу неприкосновенность не только от нашего правительства. Меня многие и другие до сих пор достают, что хоть на Луну жить переезжай, — выдал тот, все опять покатились со смеху. — Да хоть от всего мира, — заявил отец. — Тотальная тишина? — Абсолютнейшая, мистер Лоумэн. До самой вашей смерти. Да хоть до смерти ваших внуков, — заверил его Дьявол. Секунда задумчивого молчания, тут я уже напряглась, но… — Тогда по рукам, — вдруг согласился Эван, и они скрепили сделку рукопожатие. — Поздравляю с покупкой очередной души, мистер Дьявол. Картой или наличными? Доставка или самовынос? Пакет брать будете? Постоянным клиентам скидка — ноль целых хуй десятых процентов. Приходите к нам ещё, — съязвил Джокер, мы все чуть не попадали от смеха (тоже мне продавец-консультант, но Мордору такой бы понравился). — Бля, чувак, и ты ему так просто поверишь? У него же на роже написано: «Приятно познакомиться, Сатана», — усмехнулся он, смотря на Эвана, впрочем, я тоже была удивлена, но в то же время и спокойна, потому что третьей стадии манипуляции удалось избежать, однако… с чего бы он вдруг согласился… — Ну тебе же я поверил, о сын Сатаны, — выдал тот, Джокер — в ступоре… занавес, и дикий хохот опять прокатился по залу ожидания, но уже от недовольной мины Джокера и от удовлетворённой — отца. Мы что и делаем, так это только смеёмся. Однако хоть все и стараются выглядеть непринуждёнными, а нет-нет, да улавливаю у некоторых грусть в глазах. Да я и сама еле сдерживаюсь. Я решила, что дам волю эмоциям в самолёте. Но чую, не дотерплю. — Береги себя, — сказала Кэролайн, обнимая меня. — И присмотри за этим балбесом. — А вы — за другим балбесом, — усмехнулась я, та улыбнулась. А после я пошла «по рукам», ибо уже нужно было вылетать, а это значит… что пришло время прощаться. Очень не хочется отсюда улетать, но я ведь когда-нибудь вернусь. Ну а с некоторыми мы скоро увидимся. Однако душа всё равно разрывается. — В прошлый раз всё было менее болезненно, — проговорил отец, тоже стиснув меня в объятиях, да таких крепких, что аж дух перехватило. Давно он меня так не обнимал. Похоже, тоже нервничает. А я, вообще, сейчас заплачу, если он меня не отпустит. Рядом с ним я всегда ощущаю себя не то чтобы слабой, скорее, до предела защищённой. И теперь мне это приятное чувство ещё долго не ощутить. В итоге слёзы действительно подкатили, и я была уже готова расплакаться, как вдруг… — Фух, успел, — раздался знакомый, но запыхавшийся голос, меня выпустили из объятий. — Бля, думал кони двину по дороге. Пора бросать курить, что ли. Лёгких не чувствую. — Только не говори мне, что ты забыл? — возмутилась я, смотря на пополам согнувшегося и тяжело дышащего врача, слёзы как ветром сдуло. — Я не забыл. Я просто уснул на работе, потому что всю ночь работал. А между прочим, всё из-за вас двоих. Устроили мне, блин, тут вечер ностальгии, — тут дядя Рэй, наконец, выпрямился во всю свою мощь. — Твою ж мать, — удивлённо изрёк он, увидев кота, тем временем принявшегося обнюхивать его. — Это что, рысь, что ли? — Нет, это Касперский. И он кот. Просто слишком крупный кот. Но он всего-навсего кот, — уже на автомате проговорила я. — Касперский? Странное имя для кота. Даже для крупного кота. В любом случае не ешь меня, я свой. Гиппогратом клянусь, — дядя Рэй поднял руки на уровне плеч раскрытыми ладонями, но тут… — Твою ж мать, — опять удивился он, но уставившись теперь на Джокера, который явно был не в курсе, кто это. — Да вы чё своих клонов-то плодите. Терминаторы, что ли, — выдал он, все покатились со смеху… кроме Джокера. — О, привет, Кэр. Отлично выглядишь, — уже обратился тот к Кэролайн. — Привет, Рэймонд, — улыбнулась та. — Ты это… в следующий раз всё-таки в голову целься, а то этого Дракулу так просто не умертвить, — выдал он, чем снова вызвал смех, отец лишь закатил глаза. После все поперездоровкались с ним. Ну, Питер-то и Эван ему знакомы, чего не скажешь про остальных… — Слушайте, а чё-то вас так много, — он обвёл всех присутствующих взглядом, которых и вправду было многовато (почти пятнадцать человек). — Хотяяя… — тут он как будто словил прозрение и на его губах появилась улыбка. — Неважно. Это был риторический вопрос. Чему я, вообще, удивляюсь. — Да, ты оказался Нострадамусом (*), — усмехнулся отец, оба рассмеялись над шуткой, понятной только им двоим. * Нострадамус — французский врач-фармацевт, писатель, поэт, астролог и алхимик, знаменитый своими пророчествами. — Так, мне кто-нибудь объяснит уже: чё это за страный тип, совсем непохожий на врача, — вдруг проговорил Джокер, видимо, так и не поняв, кто это, а молчать он, как всегда, не умеет. — Эй, ты поуважительнее. Перед тобой сам Рэймонд Бартон. Врач многопрофильной практики: и с того света достанет, и с этого раньше времени сковырнуться не даст. А вообще, практическа каждая моя царапина или недомогание были засвидетельсвованы лично им, — сказала я, все, как обычно, опять поржали. — То-то, думаю, ты дожила аж до 23 лет с твоей-то любовью к играм со смертью, — ухмыльнулся Джокер. — Пф, чья б корова мычала, — хмыкнула я. — Но всё ж основая моя специализация — достать людей из какого-нибудь трипа (*эйфория от наркотиков), обламывая им весь кайф, — усмехнулся дядя Рэй, с любопытством наблюдая за нами. — Ааа, нарколог, что ли, — догадался Джокер. — А ты охренительно сообразительный, — выдал нарколог, и всех снова накрыл смех. — Теперь я понимаю от кого у тебя такой дар — квалифицированно материться, — выдал тот. — Да, кстати, твоё первое слово было — блядь. Райан меня тогда чуть не убил, но было уже поздно. Механизм запустился, — проговорил дядя Рэй, на этот раз гогот стоял громкий и долгий. В общем, мне такие проводы вполне нравятся. Весёленько. Но… пришло время прощаться-прощаться и валить на посадку. Хотя я имею право задержать самолёт на 5 часов, ведь это частный самолёт, но таким макаром я отсюда никогда не вылечу. Да и персональсамолёта не хочется заставлять ждать. — Кас, присмотри там за ней. У тебя это получается лучше, чем у меня, — проговорил отец, гладя кота, тот его по-дружески боднул. С Касперским все тоже прощались как с человеком. И было такое ощущение, что кот понимал, что сейчас происходит, поэтому каждого обошёл словно король, позволяя себя погладить. — А, да, чуть не забыл. Вот, — дядя Рэй достал какой-то конверт и протянул его мне. — Когда-то мне его дала твоя мама, но больше мне это не нужно. Думаю, я «переболел», возможно, даже выздоровел. Взяв конверт, я прочла надпись на нём: «Открой, когда будет невыносимо грустно». — Уверен? — улыбнулась я. — Вчера убедился. Точнее, ТЫ меня в этом убедила. А если ещё точнее, ЗАСТАВИЛА в этом убедиться, — тоже улыбнулся тот, а после сграбастал меня в медвежьи объятия. — Ты сумела изменить не только свой мир. Отец бы тобой гордился. Ну, тот, который нормальный, а не этот социопат с мегаломанией на всю голову, — я прыснула со смеху, отец лишь снова закатил глаза. — Удачи тебе. И не разгроми там всю страну, мисс Революция. — О, я теперь ещё и узнал, откуда у тебя эта привычка — давать прозвища всем и вся. Кажется, нам есть, что обсудить, мистер Бартон, — проговорил Джокер. — Тебе ещё не надоела твоя социальная перцепция. Архелог, блин, моей личной жизни, — проворчала я. * Социальная перцепция — процесса восприятия других людей. — Ну, не всем, знаешь ли, заходит коллекционировать марки, фантики от конфет… человеческие души. Я вот люблю коллекционировать факты о людях. Иногда они стоят денег, а иногда… чьей-либо жизни. Никогда не угадаешь. В любом случае я ещё ни разу в жизни так сильно не смеялся, как над твоей историей жизни. Может, тебе автобиографические мемуары написать. Я буду первым, кто купит книгу. Главное, не от руки пиши. — Кас, откуси ему жопу, — буркнула я, все снова поржали, а потом я ещё раз… в последний раз «пошла по рукам», и снова атмосфера приняла скорбный вид, поэтому надо бы её завершить так, чтобы не стало совсем тоскливо… — Так, ладно, я сваливаю, однако как сказал Терминатор… I’ll be back(*я ещё вернусь). Так что, не расслабляйтесь, — и, махнув всем на прощание рукой, я, более не медля ни секунды, под всеобщий смех потопала к трапу. Так вот и расстались на печально-гомерической ноте. Однако, как я и предполагала, как только я осталась одна, у меня тут же хлынули слёзы. Так ужасно я себя ещё никогда не чувствовала. Я думала сбегать, обманывая всех и вся — это больно. Но ещё больнее… покидать тех, кого любишь. Пока я изливала свою боль, кот боднул меня: мол, чего разревелась, мы ж домой летим, а не в ссылку в Африку хлопок собирать. — Как же я рада, что у меня есть ты. Ты всегда рядом, — я обняла кота, тот что-то муркнул, стало чуточку легче… **** — Эрик, почему ты мне ничего не сказал, что тебе отказали в переводе на заграничную должность? — спросил высокий зленоглазый мужчина, когда самолёт начал движение по взлётной полосе, и теперь провожающие с грустью просто смотрели, как он отдаляется. — Ааа… — протянул парень, словно очнувшись. — Да я… как-то… не знаю, сэр, — в итоге парень растерялся, даже смутился. — Хаа, неважно. Лучше объясни мне, как ты умудрился получить отказ? При твоём-то послужном списке и характеристикой. Да тебе любые двери должны были открыть, даже не задумываясь. — Да тут такое дело… — тот слегка замялся. — В общем, главой посольства оказался муж миссис Кларк. Я, если честно, не знал. Просто у них фамилии разные, — мужчина непонимающе посмотрел на него: мол, о ком ты? — Гаргулья, — в итоге пояснил парень, все разразились хохотом, а мужчина вмиг прозрел, проговорив: — Ну-да, ну-да. Точно. Ну хорошо. С муженьком старой гаргульи я разберусь. Но ты вот что мне скажи… ты уверен? Здесь тебя ждёт блестящая карьера. Здесь ты можешь добиться большего, чем там, — мужчина посмотрел на парня с какой-то надеждой, будто ждал, что тот передумает или хотя бы скажет, что подумает, но… — Есть кое-что, что поважнее карьеры. Поэтому буду вам безмерно благодарен за помощь, сэр, — неловко улыбнулся тот, мужчина тоже улыбнулся. — Да ерунда. В любом случае удерживать тебя я здесь не могу. — Или, быть точнее, не стану, потому что от кое-кого жёстко огребу. Возможно, ещё одну пулю, — ухмыльнулся другой парень, очень похожий на самого мужчину. — Хотя жаль тебя отпускать. Здесь ты мне больше бы пригодился, — продолжил мужчина, проигнорировав колкое замечание в свой адрес. — Ты действительно ценный и незаменимый. А главное, не жалкий нытик. В отличие от некоторых тут, — уже с едким намёком сказал он, его копия хмыкнула и закатила глаза. — Но так или иначе свой человек в чужом посольстве — тоже неплохо. — Рик, да ты, походу, по жизни Штирлиц, — усмехнулся ещё один парень, похлопав того по плечу, все опять рассмеялись. — Ну а вы, двое: месье де Ламар и… Максим, — теперь мужчина посмотрел на двоих парней. — Как насчёт власти? Богадства? Славы? — и снова режим Дьявола. — Ммм, заманчиво, — начал синеглазый. — Однако… при всём моём уважении, даже несмотря на сильное желание посадить свой зад в кресло мировой элиты, я всё же буду вынужден отказаться от столь щедрого предложения и посвятить себя более важному делу… нефиганеделанью. От власти можно заработать только один геморрой. И снова смех. — Ну а вы, юное дарование? — мужчина посмотрел на совсем молодого паренька с чёрными как смоль кудрями. — Я, пожалуй, тоже откажусь. Но по другим причинам… Я всё ещё зол на правительство Франции, которое лишило меня семьи. Не хочу давать себе повода на месть. Потому что, как я понял, совести у этих ублюдков до сих пор не появилось, потому что они даже и не вспомнили, кто я такой. Видимо, убивать, а потом забывать, кого они убили — нормально для власти. Не хочу стать таким же, как они. На минуту повисло молчание. — Я бы мог помочь тебе. Узнать, кто именно это сделал — не составит для меня труда. Как, впрочем, и отправить их всех на тот свет без суда и следствия. Или сделать их жизни кошмаром наяву. На любой вкус и цвет, — вдруг сказал мужчина. — Вы серьёзно это можете? — спросил паренёк, мужчина утвердительно кивнул, все остальные смотрели на них удивлённо, но молчали. — Единственная, ради кого я всегда хотел отомстить… это моя сестра. Женевьева. Ей было всего четыре, когда они попали в «аварию». Это низко — пренебрегать жизнями детей, — он на пару секунд замолчал, все тоже до сих пор хранили молчание. — Однако… я снова откажусь, как бы мне не хотелось согласиться. Потому что… кое-кто когда-то сказала, что… если хочешь спокойно спать по ночам, то лучше держаться от всего этого подальше. Потому что бороться с несправедливостью со стороны государства — равно что пылесосить песок в пустыне. Её не то что меньше не станет, она никогда не прекратится. Поэтому я не стану тратить свою жизнь на возмездие, а просто буду делать то, что умею, и то, что приносить хоть какую-то пользу. А для этого мне лучше держаться как можно дальше от своей родины, которая меня предала. Иначе я разрушу ещё больше невинных жизней. Месть порождает только месть. Я в этом уже убедился. И снова безмолвие навремя повисло в воздухе. — Что ж, мудрое решение, — мужчина улыбнулся. — Но если вдруг передумаешь, обращайся. Для меня нет ничего невозможного. Если только… воскрешать людей не могу. — А если б мог? Гитлера с Наполеоном и Чингисханом бы воскресил? И все вместе вы бы устроили на Земле конец света. Этакий апокалиптический квартет, — снова съязвила его копия. — Нет. Ни Гитлера, ни Наполеона и уж точно ни Чингисхана. Во-первых, не люблю делиться властью, а во-вторых… я б воскресил своего отца, а потом снова убил бы его. И так до бесконечности, пока не закончатся способы убийства или не надоест. Но мне вряд ли хоть когда-нибудь надоест, — как обычно, преспокойно ответил мужчина. Молчание стало шокированным. — Ммм, а это отличная идея. Возьму на заметку, если вдруг человечество научится воскрешать людей. Так что, не расслабляйся там в Аду, — проговорила копия, однако его саркастичная реплика вновь была принята с безразличием. — Кстати, мистер Сатана, — снова начал синеглазый, словно решил разрядить обстановку. — А как вы это сделали? — задал он вопрос, которые поняли лишь немногие. — Выкупил, — спокойно ответил мужчина. — В смысле… деньги, что ли, заплатили? — не понял тот. — Ну да, — мужчина пожал плечами. — Я же сказал, что купить можно абсолютно всё. К тому же валюта — самое эффективное средство для решения практически любых проблем. Ни одно государство не откажется от шанса пополнить свою казну… или карманы. И при этом даже ничего не потеряв. — И сколько стоила моя голова? — опять полюбопытствовал парень. — По 250 миллионов долларов за каждую «голову». Плюсь — на восстановление гражданства и получение второго гражданства, если оно имеет место, — прозвучал очередной невозмутимый ответ. Снова образовалась тишина. А потом синеглазый парень присвистнул: — Нихера себе. Это ж свыше двух миллиардов. Теперь я чувствую себя каким-то Добби, — все покатились со смеху. — Но нахрена вам это? — Ну… за хорошие головы и миллиардов не жалко, — мужчина усмехнулся. — Да, но… тогда-то вы ещё не знали: насколько хороши наши головы, — всё не отставать тот. — Ошибаетесь, Максим, — мужчина снова усмехнулся, но на этот раз самодовольно. — Я не только знал, но… ещё и планировал использовать ваши головы в угоду себе. Поэтому у каждого из вас есть паспорт Великобритании, и вы являетесь гражданами этой страны… МОЕЙ страны. Я никогда и ничего не делаю бескорыстно. Такой уж я, — на секунду он выдержал паузу, как будто наслаждаясь произведённым эффектом, а после продолжил. — Однако можете быть спокойными, я передумал. Планы изенились. Но если вам вдруг захочется, скажем так, заполучить «большой кусок торта», всегда буду рад помочь, ибо мне от этого выгода точно будет. Минута молчания. — Боже, не введи нас во искушение и избави нас от лукавого, — проговорила копия, и всех снова накрыл смех… **** Хааа, ну всё. Хватит грустить. Это утомляет. Чем бы заняться все эти почти двенадцать часов полёта? Спать я пока не хочу. И тут я, значит, вспомнила про конверт дяди Рэя. В итоге мной, как всегда, одолело любопытство, отогнав навремя тоску. В любом случае мне сейчас не просто грустно, мне хреново. Так что, самое подходящее время открыть его. Что ж… в конверте оказались фотографии того периода, когда дядя Рэй и мой отец (но тогда я ещё не знала, что он мой отец, и родители тогда ещё были живы) прилетали в Сеул. Но это были не просто фотографии с отдыха. На них запечатлены лучшие, я б даже сказала, самые счастливые моменты. Мы тут выглядим как одна семья. А ещё… на обратной стороне были написаны тёплые и смешные послания. Так вот от кого у меня такое чувство юмора… от мамы. И тут у меня начались всплывать некоторые воспоминания того времени. А ведь если вспомнить, она очень сильно изменилась, когда мы переехали. Во-первых, мама меньше стала ко мне придираться по пустякам. Во-вторых, она чаще улыбалась. А в-третьих, она как будто даже была спокойнее. Похоже, именно тогда они и решили эту «проблему» с моим происхождением. Жаль, что они погибли. Мне немного теперь любопытно, что бы из всего этого вышло… Пока разглядывала фотографии, отвлеклась от действительности, а потом и вовсе заснула, потому что всю ночь не спала. Мы ж в боулинг играли всей семейкой, а потом до самого вечера (до 8-ми, если быть точнее, и отлёта — в 9 вечера) я проторчала у Эвана, чтобы Алекс мог попрощаться с Касперским. На удивление, мальчик не стал закатывать истерики, а отнёсся к ситуации с понимаем, даже по-взрослому. К сожалению, Касперского я больше сюда не возьму, даже если ещё хоть сто раз тут буду. Он как-никак уже стар для таких путешествий, пф. Короче, проснулась я уже только перед посадкой. Меня кот разбудил. И нет, не пожрать ему приспичило. Покормила его стюардесса. В общем, внимания ему затребовалось. А я, как проснулась, сначала не въехала, где, вообще, нахожусь, а когда въехала, мы уже «подъезжали» к пункту назначения. Поэтому по-быстрому умывшись и поглотив завтрак, мы с котом заняли свои места. Самолёт пошёл на посадку, и в иллюминаторе начали приближаться очертания мегаполиса. И тут… кот вперился мордой в «окно», словно узнавал родные места. Уши его навострились, хвост встал торчком, зрачки расширились, весь напрягся как на охоте. Так он и просидел у иллюминатора до самой посадки. Даже ухом не повёл. «Выгрузка» прошла быстро, ибо багажа у меня особо не было (так мелочи и кот), да и к VIP-персонам особо не прикапываются. Распрощавшись с экипажем самолёта, я надела на кота шлейку, а то что-то он был малость возбуждён или даже взволнован, как будто в предвкушении долгожданной встречи. Отзвонившись всем и отписавшись, я купила местную сим-карту и потопала на стоянку с таксистами. Наверное, вы в недоумении, почему меня никто не встречает? Что ж, отвечу… Всё просто. Как я уже говорила: я всё-таки никого не предупреждала о своём визите. Так что… это будет сюрприз. Надеюсь, хоть приятный… В Сеуле сейчас только десять утра. Время я выбрала неспроста. Как вы уже догадались, все сейчас должны быть на работе. Подъехав к знакомому подъезду, я оплатила такси по тройному тарифу (за бесстрашие и доброту таксиста, единственного согласившегося везти меня с «рысью»). Таксист остался доволен, даже помог дотащить вещи до самого лифта (да он и до самой двери квартиры дотащил бы, если б я не отказалась), а после, раскланявшись ушёл, не забыв оставить мне визитку (какой предусмотрительный). Однако вряд ли мне понадобиться такси, пф. Хотя кто его знает. Тьфу-тьфу… Оказавшись на знакомом этаже, кот не дожидаясь меня рванул из лифта, как только раскрылись створки. И знаете у чьей двери он стоял, когда я зашла на лестничную площадку? Барабанная дробь… у двери Греческого Бога! — Наскучался, бедолага, — усмехнулась я, потрепав его за ухом, кот активно мяукал и скрёб дверь. — К сожалению, но его сейчас нет дома, — сказала я, смотря на кота с улыбкой, но тот продолжал неистово орать и проситься, чтобы его впустили. — Ладно, — в итоге я набрала код, который, к счастью, был прежним, и вместе мы вошли внутрь. Кот сразу же убежал по коридору вглубь квартиры, я, разувшись и оставив вещи, пошла за ним. Но как я и сказала, дома никого не было. Но хоть тут и было пусто… а всё равно ощущения такие, что и словами не передать. Зато слезами можно. Я так скучала по этой квартире, где со мной столько всего произошло. Это место роднее мне всего на свете. Пока я со слезами осматривала каждый дюйм гостиной, кот уже успел обшарить всю квартиру. Но, видимо, так никого и не обнаружив, вернулся и снова начал мяукать. После мы пошли в мою квартиру. Код на двери тоже был прежним. Как впрочем… и моя хата. Я словно отсюда и не уезжала. Она в точности такая же, как и в день моего побега. Все вещи на своих местах. Такое ощущение, что сюда никто не заходил всё это время. Однако… отсутствие пыли и, вообще, порядок в каждом углу говорят, что тут явно часто бывал Mr. Sun. Ну всё. Не могу больше. Хочу их увидеть. И до вечера я ждать не собираюсь. Даже до обеда. Вот только… что мне делать с котом. Не думаю, что мне удастся обмануть его, чтобы он остался дома. Да и, признаться, мне вовсе не хочется оставлять его одного мучиться от ожидания и нервов. Он тоже имеет право встречи. Значит… — Кас, не желаешь прогуляться кое-куда, — проговорила я, снова прицепляя поводок к шлейке, кот не был против, сам утянул меня к выходу, будто знал, куда мы пойдём. А пока мы идём, я думала, как «пронести» с собой кота мимо охраны. В карман его не засунешь. И незаметным он быть не может. Хммм… может заплатить? Таксист же согласился. А, неважно. В топку план, на месте разберёмся. Однако… Всё оказалось сложнее, чем я думала… — Эм, простите, мисс, но с животными сюда нельзя. К тому же — экзотическими. И вы так и не сказали: вы здесь работаете или вам назначена встреча? У вас есть пропуск? — осведомился бдительный охранник на ресепшене. — Нууу, как бы… нет, — ответила я, вообще не зная, что говорить. Работать я тут уже не работаю, а статус бывшей сотрудници — вряд ли прокатит. И встречи мне тут не назначено. Так что… — Тогда я не могу вас пропустить, — сказал дяденька. Блин, может, надо было хотя бы начальнику звякнуть. Об этом я как-то не подумала. А всё потому что слишком переживала. И только я достала телефон, чтобы позвонить дяде Греческого Бога, как… — Алекс? — он вдруг сам материализовался. — Господин Ким, — обрадовалась я, отвесив ему поклон (надо же, не забыла ещё). Тот, естественно, удивлённо таращился на меня, а потом… направился ко мне, и, не успела я и слова сказать, как оказалась в его объятиях. — Я так рад тебя видеть, — проговорил он, выпустив меня. — Да, я тоже. В смысле… вас видеть рада, — растерялась я. Просто не ожидала я такого приёма… Вообще не ожидала. — А чего не предупредила? — как ни в чём не бывало спросил тот с искренней улыбкой. — Да я как-то… не знаю. Сюрприз, в общем, — всё так же пролепетала я. Сразу же вспомнился мой первый день устройства сюда на работу. Я тоже была растеряна, но ещё и напугана. А сейчас вот… одно облегчение. — Что ж, сюрприз очень даже приятный. Но могу я кое-что спросить… Ты к нам надолго? — вопрос был задан вполне по-доброму, без укора или ещё чего, что могло не радовать или вызвать чувство вины, что тоже добавляло спокойствия. — Вообще-то… я собираюсь подать документы на ВНЖ, а после… хочу получить гражданство, — ответила я, немного смущённая. * Вид на жительство (ВНЖ) — документ, который выдаётся иностранцам и позволяет им законно проживать в стране на постоянной основе. Начальник снова удивился, если не шокировался. Но потом улыбнулся и проговорил: — Ну, тогда… с возвращением домой, мисс Райт. Или, быть точнее, мисс Блейк, — он расплылся в многозначительной улыбке. — Райт. Только Райт. — Ну хорошо. Хотя я был малость удивлён, узнав, что вы дочь президента Интерпола. Ну да это уже неважно. Что ж, идёмте. Кое-кто тоже будет рад вас видеть. — Эм, тут такое дело, — я кивнула на кота, который сидел рядом со мной как сторожевой пёс, обнюхивая стойку ресепшена, охранник косился на него с опаской. — Ничего. На сегодня можно сделать и исключение, — улыбнулся начальник. — Но господин Ким, — захотел возразить охранник, опешив от такого поворота. — Под мою ответственность, — перебил тот, и под ступор «сторожа» мы все вместе двинули к лифту. — Кого навестим первым? — спросил начальник. — Пожалуй, господина Пэка. — Ну разумеется, — улыбнулся тот. В общем, доехали без пробок и без неожиданных встреч. Далее, оказавшись в апартаментах директора (секретарь не меньше охранника был в шоке от ручной «рыси», даже степлер выронил), мой бойкий старичок, как и в тот раз, когда я впервые пришла сюда, вошёл в кабинет без стука, а потом… — Бросай все свои унылые дела, у нас важный гость, — возвестил он хозяина частных владений. Владения всё такие же шикарные и с теми же шикарными видами за окном. Да и сам хозяин не сильно-то изменился. Всё такой же занятой босс. Хотя чего им меняться. Всего-то год прошёл. Но для меня — как будто сто лет… Что-то недовольно промычав себе под нос, директор неохотно оторвался от своих дел и… — Алекс? — тоже ошарашенно вытаращился на меня. — Здравствуйте, господин Пэк, — я улыбнулась и поклонилась, а выпрямившись, узрела всё такое же ошеломлённое лицо. — Извините, что без предупреждения. — Да… ничего, — всё ещё в ступоре и даже как будто не веря своим глазам выговорил тот, а потом, покинув своё императоркое место, подошёл ко мне и… к моему удивлению, тоже обнял. — Не думал, что ты вернёшься. Даже и не надеялся, — сказал он, пока уже Я была в ступоре и очередном смущении. — А ты надолго? — Настолько, что успею ещё надоесть, — усмехнулась я. — Правда? Я рад, — улыбнулся тот: мол надоедай сколько влезет. Потом мы обсудили некоторые вопросы касательно дел бизнеса, но коту никак не сиделось на одном месте, поэтому… — Ну, остальное обговорить ещё успеем, — в итоге сжалился над животным добродушный директор. — Ты иди, я задержусь. Если что, то все на том же месте и в том же составе, — дядя Греческого Бога подмигнул мне. Улыбнувшись и ещё раз поклонившись, я покинула кабинет, но оказавшись в коридоре кое с кем столкнулась. Кое с кем знакомым… — Мисс Райт? — удивился главный казначей компании или попросту финансовый директор. — Здравствуйте, господин Хван. — Так… вы вернулись? — тот всё ещё был удивлён. — Ну да. — А надолго? — Надолго. Очень даже надолго, — улыбнулась я. — О… это замечательная новость, — теперь он расплылся в улыбке. — И, кстати… просто Ю-джин. — Тогда — просто Алекс. Как там ваш дедушка поживает? — В шоке, но живой. Впрочем, я тоже удивлён, — усмехнулся тот (ну блин, походу очередная волна «славы» не отпустит меня ещё скоро, да что ж такое-то…). И пока мы стояли и разговаривали, неожиданно где-то со стороны раздались приближающиеся шаги, больше похожие на бег, а спустя несколько секунд я оказалась в чьих-то объятиях. Поняла не сразу, лишь по голосу… — Поверить не могу, что ты снова здесь, — проговорил женский голос. — Ынджи, — произнесла я в удивлении, но потом виновато добавила. — Извини, что ничего не сказала. — Все нормально. Да ты и не обязана была, — она выпустила меня из объятий и улыбнулась. — Я просто рада снова тебя видеть. Признаться, такого я тоже не ожидала. Да я вообще не ожидала, что меня тут могут ждать ещё кто-то, помимо моей «банды», конечно. А оказывается… вон оно как. Это и смущает, и радует. Теперь я всё меньше чувствую страх… пока не оказалась перед дверью отдела разработки, пф… — Ну что, Кас, готов? — спросила я у кота, когда мы стояли перед дверью, но войти не решались. С той стороны не раздовалось ни звука. Раньше из нашего кабинета вечно доносился шум и гам, а сейчас… а там точно есть кто-нибудь? В итоге сделав глубокий вдох-выдох, я повернула ручку двери, и, открыв её, шагнула внутрь, сердце бешено заколотилось. Внутри было непусто. Все были в сборе, просто все молчали, потому что упорно трудились. Однако когда все увидели, КТО так бесцеремонно заявился к ним, у всех произошёл коллективный шок. — П-ривет, — нерешительно произнесла я, от волнения даже и не смотря ни на кого. Я даже в первый день нашего знакомства так не нервничала, как сейчас. — Алекс, — первым раздался голос Папенькиного сыночка, он покинул своё место, и через мгновение я уже была стиснута в крепких объятиях. Ну тут уж я не могла держать чувства под контролем, поэтому разревелась, уткнувшись в его ставшей ещё более могучей грудь. Окончательно отпустило, похоже. И вообще, я дома, в кругу своей семьи, имею право. А тем временем поводок из моих пальцев выскользнул, и прозвучал голос Греческого Бога. — Кас. Ну ты и отожрался там, конечно. Но я ужасно рад тебя видеть, дружище. Однако целовать не буду. Не мужское это дело. — Гук, имей совесть. Ты тут не один, — после проворчал ангельский голосок, и объятия сменились, но поверх этих объятий, обвились ещё пара рук. — Если это был сюрприз, то он удался, — проговорил 4d. — С возвращением, — сказал Mr. Sun, улыбаясь своей солнечной улыбкой, а после тоже обняв меня. — Кстати, Хоби, спасибо за чистоту в моей квартире, — усмехнулась я. — Просто я надеялся, что ты вернёшься, — ответил тот. — Вот ты и вернулась. Не зря, значит, надеялся. — А я, признаться, уже начал терять надежду, — сказал тимлид, скрестив руки на груди и зыркая на меня по-начальнически (блин, злится на меня, что ли, до сих пор, что я сбежала). — Но, к счастью, она не сдохла. В полуобморочном состоянии, но не сдохла, — улыбнулся он и сгрёб меня в объятия. — Больше так не делай, стрекоза неугомонная, — проговорил он. — Не буду. Обещаю, — я с облегчением выдохнула, тоже обняв его. — Что ж, ловлю на слове, — тимлид усмехнулся. — Блин, чем ты его там кормила, — Греческий Бог в это время всё ещё миловался со своим котом, а кот-то как ему был рад, никогда ещё его таким не видела, обычно он всегда к нему был снисходительно-высокомерен, а сейчас, гляньте-как, как трётся, видимо, серьёзно соскучился. — Да чем только пожелает его Величество… и когда пожелает, — усмехнулась я, наблюдая за любвиобильным котом. Но потом я подняла глаза на Греческого Бога, и на секунду мы оба приклеились друг к другу взглядами, не зная, что сказать. Накатила какая-то неловкость. Причём на всех и сразу. Не люблю это чувство. Оно дурацкое. Мы сейчас словно чужие. Но тут… Греческий Бог вдруг шагнул ко мне и, обвив одной рукой мою талию, а другой — приподняв моё лицо, впился в мои губы. Я немножко растерялась. А вот все незамедлительно завозмущались. В итоге я рассмеялась, быстро поняв очередной стратегический трюк. А этот мужик всегда знает, как сгладить неловкость. Люблю его… — Кстати, не знаешь, как тут можно по-быстрому получить гражданство? — спросила я у Греческого Бога, ибо он гуру в юриспруденции. Все, естественно, опешили. Но чуть позже новость их явно обрадовала. По рожам вижу. — Знаю, — в итоге ответил Греческий Бог, а после выдал. — Просто выходи за меня. Быстро, просто и надёжно. От такого поворота я снова растерялась, но тут хлынула очередная волна негодования. — А чего это сразу за тебя? — возмутился «Ванильный мальчик». — Тут и другие кандидаты найдутся. Помоложе. — Да, дорогу молодым, — поддержал друга 4d, ну как поддержал… — Кстати, Чим, я младше тебя, если что. Ну так, к сведению, — тот смерил его недовольно обиженным взглядом (ух, как я скучала по этой недовольной физиономии). — Так, ну, если уж и говорить о молодых, то я тут единственный, кто претендует на это звание, — выдвинул свой аргумент Папенькин сыночек. — Да ты, вообще, ещё не до рос, — хмыкнул «Ванильный мальчик». — Чё это, — Папенькин сыночек возмущённо шагнул к нему и, смотря на него с высока, сказал. — А по-моему, я даже перерос тут кое-кого. — Я про возраст, дубина, — буркнул «Ванильный мальчик». — Ну вообще-то, идеальный возраст для женитьбы у мужчин в нашей стране, считается — 33 года. И я идеально в него вписываюсь, — с самодовольной лыбой выдал Греческий Бог. — Нельзя исходить только из одной цифры, — возразил тимлид. — Если уж и говорить про возраст, то средний возраст для женитьбы у мужчин варьируется от 28 до 38 лет. И вообще, по мне так нужно исходить из опыты, которого у меня, кстати, поболее вашего всех вместе взятого. И по их вечным «перепалкам» я тоже соскучилась. А что скажет наш рефери? — А может, мы уже предоставим этот вопрос даме? Пусть сама решает: каким способом лучше, — проговорил Mr. Sun(как всегда, единственный неэгоистичный и здравомыслящий). — Вообще-то, мы уже решили эту проблему, — раздался голос дяди Греческого Бога за моей спиной, я обернулась. — Мы тут переговорили с Юнхо (*имя директора), в общем, мы сможем помочь вам, а то и ускорить процесс… и без всяких бракосочетаний. — Правда? Круто, — несказанно обрадовалась я. — Ну вот, нас обскакал ловкий старичок. Стыд-позор, — театрально вздохнул Греческий Бог, мы все покатились со смеху. — Вообще-то, кое-кто обскакал вас всех ещё раньше, — начала я, все вопросительно уставились на меня, а я вдруг неожиданно кое-что поняла, странно, что я этого сразу не заметила, наверное, перенервничала. — А где Мордор? На толчке, что ли, в такой ответственный момент, — усмехнулась я, смотря на пустующее место нашего технаря и звуковых дел мастера. И тут произошло кое-что странное. Все чего-то притихли, более того… абсолютно каждый отвёл от меня взгляд. Меня это насторожило. — Алекс, — в итоге начал Греческий Бог, и голос его звучал не то с неохотой, не то виновато. — Мин в больнице…