Хотела увидеть воочию? Вот и мучайся теперь!

      Люди как красивые портреты отличного художника, с той лишь разницей, что они живы…

© Полубольная Леди.

      Пробуждение всю неделю, в кой-то веке, выдавалось легким и теплым. Не было истошного истеричного крика, страха, который липкими лапами забирался под мягкую пижаму, мокрой от пота постели. Было спокойствие и мягкий вибрирующий эхом голос в голове.        «Сестренка…»       Возможно ли то, что я просто схожу с ума?       Поглубже вдохнув и выдохнув, я поднимаюсь с постели и внимательно осматриваю комнату. Нет, все в порядке. Все на месте, все та же комната в доме у моря, все те же обои голубого цвета и все та же скрипучая кровать, и дверь с облупившейся краской, которую Данте все грозится покрасить.       Мне стало страшно закрывать глаза. Слишком часто проваливаюсь в воспоминания, которые острыми ледяными иглами вонзаются в моё сердце, причиняя этим ужасно много боли. Я уже несколько раз «выпадала» из реальности и «просыпалась» в руках ребят с дикой истерикой, которые смотрели на меня с какой-то жалостью.       <i>«Не надо нас жалеть. Мы со всем справимся» — Да, вот этот голос теперь сопровождает меня всюду и это начинает раздражать по нескольким причинам.       Во-первых: Об этом нельзя говорить ребятам, ибо они меня точно в психушку отправят.       Во-вторых: Он просто везде! Везде со мной! В душе, в ванной, за завтраком, на прогулке. Ррр, как же…но это не может быть моя сестра. Она мертва. Я лично видела её во сне! Ко мне не приходят живые или полуживые. Только мертвецы.       Ох, чувствую себя как героиня сериала «Говорящая с призраками». Впрочем, голова сейчас безумно гудит, а думать и вовсе не хочется. Туман в голове мешает думать, а избавится от него поможет только чашка крепкого и горячего кофе, за которой я и отправилась на кухню, но, впрочем, как и всегда, там сидел Вергилий, что-то увлеченно записывая в блокноте карандашом.       — Опять плохо спишь? — Брр, сейчас кофе в кружке замерзнет от его голоса, но я почему-то улыбаюсь ему и отпиваю бодрящую коричневую жидкость из кружки, на которой были выведены маркером инициалы «Л.М», просто надоело, что мою кружку вечно утаскивают куда-нибудь.       — Да, есть такое. Почему сам не спишь? — Как-то слишком тихо и хрипло вышло, но ничего, после таких снов и не такое бывает. Помнится, я как-то проснулась с мокрой от пота подушкой.       — Сама знаешь.       Конечно, я же телепат. Ну, тут и телепатия не нужна. Просто Верг и Данте спят в одной комнате, а младший громко храпит иногда, а Вердж спать не может в такой компании. Я предлагала ему поменяться местами, но он был категорически против. А оно и понятно. Близнецы хоть и не ругаются, зато сверлят друг друга злобными взглядами, а я делаю вид, что просто не замечаю этого.       Когда я очнулась от мысленного процесса, то Верга уже не было, зато на столе лежал альбомный блокнот, к которому я тут же двинулась. Ну, знаю я, что с любопытной Варварой сделали на базаре, но в этом вся я!       Знаете, я больше не считаю себя знатоком в этой «игре». Я понятия не имела, что Вергилий умеет рисовать, особенно портреты, особенно мои.       Портреты были прекрасны на столько, что и не скажешь, что рисовал их сам Вердж. Плавные линии осторожно и медленно складывались в картинку, образуя изгиб плеча и мягкую улыбку, с которой я сидела совсем недавно на крыльце сегодня днем. Рисунок был безумно красивым и…       — Тебе когда-нибудь говорили, что чужие вещи брать не хорошо? — От голоса старшего из близнецов я невольно дернулась и на автомате обернулась.       Вергилий стоял с ластиком в руке и смотрел на меня с приподнятой не то в удивлении, не то в вопросе бровью, но он не был зол, просто удивлен или расстроен, не больше того.       — Когда-то говорили, но моё любопытство было сильнее совести, которая сегодня молчит в тряпочку, — Беззаботно улыбнувшись, я закрыла блокнот и положила его на место, на автомате прикусывая губу и виновато опуская голову, — Прости, Верджи.       — Молчи об этом, — Даже не просьба, а приказ вылетел из уст блондина и он, забрав блокнот, вышел из кухни, явно направляя наверх.       — Вот и поговорили, — Вздохнув, я залпом допила кофе и вышла из дома.       Что не говори, а у моря было очень хорошо, даже отлично. Тут безумно тихо, когда вся разношерстная компания спит в своих кроватях, кто с кем. Ленка с Темой. Себа с Рыжиком. А я с медвежонком.       Нет, вы не подумайте, что я как маленькая девочка не могу без него уснуть, просто…все с кем-то, а я тоже хочу не выделяться!       В лицо подул теплый ветер со стороны моря, я улыбнулась этой ночной тишине и красоте. Чувствуя внутри какое-то спокойствие, я сняла шорты и сланцы, оставила их на крыльце и пошла к воде. Я уже не в первый раз купаюсь ночью. Днем безумно жарко, а ночью самое то.       Войдя в воду по грудь, я остановилась, слыша позади себя плеск воды и чувствуя, как по спине бьют небольшие волны.       — Лиона, — Тихий холодный голос над ухом и вот под водой меня обнимают за талию такие ласковые сейчас руки, которые не раз сражали катаной безумных демонов. Вы правильно поняли. Меня обнимает Вергилий. Наш «Ледяной Принц», но от этого не менее любимый.       — Прости меня, — Снова шепчет на ухо и касается губами шеи, оставляя на ней легкий поцелуй, от которого по телу пробегает толпа приятных мурашек.       «Простить? Верг, за что?» — В голове проплывает вопрос, но я не хочу задавать его вслух, не хочу портить теплое мгновенье со старшим, просто потому что, таких моментов невыносимо мало.       И это единственный приятный момент с тех пор, как он вернулся, хочу его продлить.       Мы просто стояли в обнимку, не разговаривая больше, не роняя и слова, просто понимая друг друга молча, будто читая мысли друг друга. Вердж стал для меня открытой книгой, иногда позволял «читать» его, что для меня было большим счастьем.       Счастьем знать, что он чувствует…